Теперь, я номер один!

Дом. Прихожая. Столовая с кухней. Радующаяся сестра. Комната. Все так же. Все так же как и до этого. Пустые стены, кровать, стол с лампой и огромная куча бумаг разного содержания: отчеты, письма, планы, заметки и разбитая в дребезги мечта. Мечта стать ценным путем обесценивания кого-то ужасного, ненужного, слабого, плаксивого. Этого неудачника не удалось ткнуть мордой в его проступки. Мечта остаётся мечтой, а планы меняются или корректируются, так и случилось сейчас. Рюноске нашел пустой лист, ручку и немного посидев начал строчить план. «Шаг первый:», «Шаг второй:», «Шаг третий:» пункты быстро набирали обороты, а оглавления не было. Лист с двух сторон кончился и Акутагава машинально вытянул пустой листок из кучи и продолжил писать. Рука уставала, почерк сильно искривился, но это все испытания, которые надо преодолеть. Минуты летели, а план уже составлял три листка. Лишь настольная лампа и месяц луны освещали стол Рюноске. Возможно искры между ними видно не было, поскольку они далеки, но каждый из них не подозревая тянулся друг к другу. Темноволосый отвел руку в сторону. План готов! И сейчас самое время для первого пункта. Мафиози отложил ручку и начал искать свой телефон, что было легко учитывая пустоту комнаты. Найдя его он сразу зашел в звонки и набрал тигра. Ацуши долго игнорировал звонки и сбрасывал их, лишь бы не говорить с темноволосым, но под длительным напором Накаджима сдался и сказал заветное: -Ало..? В этот момент все заготовленные реплики перестали быть читаемыми, а экспромтом Акутагава не любил промышлять. -Эм… Доброй ночи…-прохрипел темноволосый глубоко и громко дыша, что невольно наталкивало не на те мысли. -Это все, что ты хотел мне сказать? А так названивал.-почему-то голос Вер-тигра в трубке казался куда спокойнее и ласковее. -Нет не все. Я хотел бы поговорить… о всякой всячине.- Все еще пытаюсь смотреть в план на выдохе произнёс Рюноске. -Например?-было слышно как Ацуши ходит по квартире иногда шаркая или ударяясь о углы. -Например о цвете или цветах.- голос Акутагавы звучал по новому для тигренка. До этого тот говорил лишь с издевкой и насмешкой, а теперь мнется медлит и говорит неуверенно. -Мне нравиться белый-буркнул Накаджима. -Потому что ты белый тигр?-с радостью в тоне произнёс мафиози. -Может… на самом деле я не знаю почему.-Ацуши расслабился, хотя думал, что разговор будет тяжелым. -Мне нравиться бежевый он… он кажется мне чистым и хорошим цветом.-приостановившись пояснил темноволосый медленно перебравшись на кровать. -Вот как. Так ты еще про цветы говорил, да? Мне нравится незабудка, наверно, она всем нравится.-усмехнулся тигр. -А мне нравится лаванда и белая гвоздика.-шурша одеялом говорил Акутагава. -А ты когда-нибудь слышал о флориографии?-перекладывая телефон поинтересовался светловолосый. -Нет. Это что-то связанное с растениями или цветами?- закутавшись спросил Рюноске. -Наверно, я сам не особо знаю что-то об этом- поправляя свои волосы и устремляя взгляд вдаль задумчиво выдал тигренок. -Я могу как-нибудь узнать и рассказать, если ты не против так созваниваться.-зная, что Ацуши откажется от личной встречи прошептал Акутагава и начал тянуться к своей одежде, чтобы снять её и в последствии лечь спать. -Я за. Только в следующий раз звони не так поздно.-зевая сообщил Накаджима -Тогда. Под покровом ночи желаю, тебе, спокойной ночи.-красиво, словно поэт произнёс Рюноске. -И тебе сладкий снов, Аку.-хихикнув Накаджима по привычке послал поцелуй и сбросил трубку, оставив темноволосого в непонимании. Под одеялом так тепло, но кажется, что жар исходит откуда-то из грудиной клетки. Нет, невозможно! Сердце лишь насос для крови, но почему оно тогда так колотиться и горит? Расстегнув все пуговицы темноволосый скинул рубашку на пол, но холоднее от этого не становилось. -Что за чертовщина?! Ладно все равно я спать собирался.-пробурчал Акутагава и стянул с себя штаны и так же скинул их на пол. Темноволосый всегда так делал, когда уже лежал в кровати и желания идти и класть все на стул не было. Жар не спадал даже когда мафиози остался в одном нижнем белье. -Черт…- наконец дошло до Рюноске. И как это он сразу не понял, что его половой орган решил дать о собе знать? «Ладно стояк стояком я уже взрослый-это нормально, но на что?! Неужели на Дазая? Нет я о нем не думал. Вер-тигр?!». Шоку не было передела.«Как у меня после одного разговора мог встать? Тем более на него?! Что мне в нем так понравилось» вопросы лишь копились, как бумага на столе, но в отличии от бумаги на вопросы можно дать ответ немного пораскинув мозгами. Рюноске начал прокручивать разговор снова и снова. Ласковый спокойный, пускай и немного настороженный голос ласкал его уши, чего стоил тот смешок и поцелуй. Неосознанно правая рука, словно змея, заползла под единственную оставшуюся одежду. Теплый от приливший крови орган и холодная от возбуждения рука. Прикоснувшись к нежной коже Акутагава вздрогнул. В мыслях продолжал крутиться нежный голос, который уже говорил не про цветочки, а про всякое грязное. Эти приятности перебила фраза Дазая «Ха… дрочил значит и будешь продолжать? ХАХА! Теперь это будешь делать не ты, а Ацуши! Ну ты конечно и извращенец теперь это будет не мастурбация, а минет тигриными лапами!». Мозг достал эти слова в неподходящий момент, но по странному стечению обстоятельств эти слова лишь разгорячили темноволосого. -Ацуши…-с дрожью в голосе буркнул Акутагава. Вот бы та рубашка была сейчас при нем. Так хотелось прижаться к ткани, которая долгое время скрывала теперь желанное тело. Через смущение перед самим собой Рюноске все же обхватил член холодной рукой. Второй рукой он прикрывал рот, чтобы приглушить стоны. Перед глазами поплыли извращенце фантазии. Например, как Ацуши виляет хвостиком или мягкими лапами касается своего тела, или со связанными за спиной руками целует Акутагаву. Жаль, что сейчас это фантазии, но они определённо сбудутся. Надрачивая член время, как будто замирает, ты остаешься наедине с собой, начинаешь понимать и принимать себя, все свои фетиши и кинки, и даже чувства. Все это в одним момент в сопровождении румянца и стонов выходит беловатой массой и наступает опустошение, как будто все то, что ты чувствовал до этого пропало, как будто кто-то высосал все это. На сердце остаётся пустота, всепоглощающая пустота, которая не оставляет выбора, кроме как упасть в объятья непроглядной тьмы. Царство тьмы и снов одно из самых ужасных мест на земле, нет даже во вселенной! Сны путают, пугают, предостерегают, но не подсказывают решение. Сны жестоки и обманчивы. Только такими представляются сны для Рюноске. Он может вечно бежать в лабиринте и слушать о своих проступках. Он считает царство Морфея адом, в который он попадёт если умрет в нем… Темно-фиолетовые стены вели в тупик, бежать некуда, оборачиваться страшно, но оборачиваться уже не надо. Костлявая уже положила руки на плечи Рюноске и медленно тянулась к его шее. Тонкие пальцы вызвали дрожь и лёгкий холод, когда коснулись светлой кожи. Пара прикосновений и все ниже шеи онемело. По щекам катились медленные слезы страха, которые смешивались с кровью, когда текли по шее. Все от того, что смерть воткнула свои пальцы в шею мафиози и проворачивала их там травмируя кожу, мышцы, артерии и вены. Внутри костлявая схватилась за позвоночник и с силой потянула на себя, тем самым вырвав его вместе с головой. На этом месте Акутагава проснулся. Настал новый яркий день, еще один день для того, что бы втереться в доверие к тигру. Хотя, может, у Рюноске уже другая цель..?