побудь со мной
— ты наркоман. — а ты дура. — дура? она смотрит на его каштановые кудри, едва достающие до мочек. выбритый затылок и часть висков, аккурат над ушами. свежая щетина на лице. тонкие губы, вытянутые в недовольную линию. он злится и не скрывает этого. — да, я действительно дура. я же говорила, что из этого ничего не получится, что.. — что не нужно и пробовать. что мы можем существовать только раздельно друг с другом, но любить от этого не меньше. так, да? от того как гаденько он ухмыляется, внутри всё тут же съёживается. борьба с самой собой, лишь бы не коснуться сейчас его губ/подбородка/острого кончика носа/широких бровей. — [она зовёт его по имени] — [он молчит] в эти игры они играли бесчисленное количество раз. — ты обещал. — да блять! травка это даже не наркотики. — [она повышает голос, вновь называя его по имени, в её голосе слышен надрыв]. — что? — блять, ты всё прекрасно знаешь. сколько можно?! неужели ты не видишь, что всё каждый раз ведёт к этому? ты сам не устал? — устал. — если скажешь, что от меня, я тебе врежу. он смотрит в её глаза. что ты скрываешь за ними? глубокие бездонные кратеры. впустишь ли ты её когда-нибудь за них? вот она тянет руки в пропасть, но её толчком выкидывает обратно. — ну прости. в его голосе сожаление. у него сухие искусанные губы, которыми он нежно накрывает её. по её щеке не текут слёзы, но глаза неприятно щиплет. она открывает глаза так резко, что не понимает происходящего. он рядом? он же здесь? руку влево, обнаруживая рядом с собой лишь пустоту. неужели это правда того стоило? безвкусный кофе. бесполезное ковыряние яичницы. никакого аппетита. никакого удовольствия. интереса. н и ч е г о “над лесом в пожаре летает птица как жизнь короткий сон я не думаю, я не смею а просто смотрю как ветви надо мной уходят в темноту” — а как у [нежное имя его сестры] дела? — ты же знаешь, она такая умница, а какая красавица! ты, всё-таки, совсем не в папу был, а в маму.. а вот она в [имя её отца]. она любит тебя.. мы любим тебя. — и я вас, очень. ты лучшее, что было со мной в жизни. рядом до сих пор пусто. из грудины вырвали огромный кусок мяса, что, кажется, делал что-то там с кровью. оно и чувствуется. бессилие. “на солнечном дереве света милого птица затравленный волк и сотни глаз опускаю руки в родник уже всё позади, а я всё стою и смотрю как ветви надо мной уходят в темноту”
