хороший выигрыш

— какого чёрта..— звучит жалко и настолько тихо, что вся музыка заглушает произнесеную фразу.       азику и слова не нужны: он видит эмоции мужчины и гордо ухмыляясь, делает глоток колы из стакана.       честно говоря, первые минуты игры давались ему легко, но затем, как оказалось, стоило мужчине уже на десятый раз поднапрячься, как пришлось включать мозги и все свои умения. Естественно, проигрыш был бы ему обеспечен, не будь он чутким везунчиком, поэтому в следующую же минуту он сбрасывает последние карты, наблюдает за неверующим взглядом мужчины и закидывает одну ногу на другую, не желая переставать наслаждаться чужими эмоциями.       имея свой особенный уровень, понимая всю свою важность, Азик пользовался спросом среди игроманов, частенько их обыгрывая. Играя абсолютно на всё, что угодно. ему всегда было как-то не чуждо сострадать проигравшим. Те часто себя утешали тем, что главное не победа, а участие, на что Азику всегда приходилось сдерживать нервный фырк в сторону таких вот гениев. — без участия нет и победы, — но всё это удавалось твердить лишь себе. Нет, у Азика не тёмное, не тошное и не ужасное прошлое. Ему просто весело, нравится, просто хочется ещё.       Он уже давно научился обходиться и без денег отца, частенько портя ему репутацию, шатаясь между кварталов с клубами и шлюхами, обчищая барные стойки и магазины, покупая кока-колу. По настоящему божественный напиток. — это было забавно, хоть и сложно, — парень ставит стакан на стол, а от звука успевает скривиться, скалясь. Не самая приятная мелодия, но и обращать внимания не стоит, поэтому он возвращает взгляд к горем убитому человеку, — по крайней мере.. договорить юноша не успевает: резкий звук от чего-то сильно ударившего по столу становится ещё хуже, чем прошлый, но Азик успевает сдержаться и наклонив голову вбок, выжидающе смотрел. — реванш! — звучит требовательно, возмущенно.        Взгляд пылает ярко-ярко, отражая азартные огоньки. Мужчина перед ним - пьяный до чёртиков, и судя по всему до сих пор не осознает, что уже буквально полжизни своей отдал в надежде на победу. Чтож, жадной собаке много надо. — что же на этот раз? — взгляд брюнета сверкает, — но знаете..играть на одно и то же явно надоедает, нужно что-то..сильнее? Мощнее? Привлекательнее? Что-то такое, что..удивит? — парень стучит чёрными ногтями по столу, наблюдая за тем как сменяются эмоции напротив. — например..— он приподнимает одну бровь, заинтересовавшись в продолжение этой фразы, — ставлю своего сына. Азик вздрагивает. Его как будто прошибло, создавая впечатление едва ощутимого шока от сказанного. Он пытается уловить хотя бы каплю долю шутки в чем угодно: в лице, в глазах, даже прокручивает слова несколько раз в своей голове, но так и не находит, разочаровано вздыхая. в принципе, догадаться несложно: мужчина уже полностью во власти грёбанного алкоголя, это показывает его затуманенный взгляд, который прочесть просто невозможно. А ещё неизвестно, будет ли тот сожалеть,будет ли пытаться вернуть, если всё таки в этот раз удача вновь отвернется от него? Некоторое время подумать, Митрохин приходит к выводу: играть так играть, не ему судить. Выбор есть выбор. — тогда, можно хотя бы увидеть его, чтобы я точно знал, на что иду? — звучит непринуждённо, но явно заинтересовано. А ох, какой же интерес следует потом в его сердце, когда фотографию всё таки удаётся заполучить спустя сто попыток разблокировать телефон. Стоит ли постараться ради этой улыбки и светлых глаз? вполне. — хорошо, ставки приняты. Играем.

***

      Юноша забавно хихикал, пока кот переворачивался на спину, мурча и извиваясь от приятного почесывания. Давно забытая книга, отложенная куда-то в сторону кровати и без остановки издающий звук телефон, от которого уже голова кругом идёт. Краем глаза юноша замечает звонки от отца и закатывает глаза, борясь с желанием просто выключить телефон. Желательно навсегда.       тот, скорее всего, снова попросит забрать его из какого-то клуба, затем скажет, что у них снова куча долгов и парню придётся понемногу, но пытаться их вернуть. С трудом, но получается.             Возиться так приходится с лет 14, если не больше, или не меньше..он даже вспоминать не хочет о том как легко и просто суд наплевал на то, что такое его отец, отказываясь принимать желание парня остаться именно с матерью. Может хотя бы там его жизнь не делилась на «до» и «после». Жил бы себе, помогал матери и просто наслаждался как обычные люди, а не гонялся с работы на работу лишь бы хотя бы чуток доказать себе, что он способен осилить ношу в виде огромных долгов. Самому едва ли удавалось баловать себя. — и что мне дать дальше, Мурзь? — сам не пойми чего он ожидает кроме «мяу», спрашивает Даниэль, — снова придётся выкручиваться как всегда получалось, да..?       кот, словно в подтверждение, ластится к руке хозяина, которая остановилась и обделила котёнка от поглаживаний на пару минут. Больше чем это Дане и не нужно - простая ласка, простая любовь от единственного близкого и родного человека в этой комнатушке. Не богато, да и вроде бы не бедно - спасибо на том, что хотя бы есть где жить. — хотя я уже отвечаю, в этот раз он спилил тупо всё..— он чувствует жгучую дорожку слез и солёный привкус, но решает, что уже не в силах себя остановить и в попытках успокоиться зарывается тонкими пальцами в шерсть животного, которое, вроде как, не против вовсе.       Данечке хотелось бы также и он не скрывает этой зависти, а очень часто высказывает её коту, на что тут непонимающе мяукает и Даниэль принимает это за то, что его хотя бы кот слышит.       Советов что и как попроситьбыло не у кого. с рождения видимо было не дано иметь общения со сверстниками.             Ему удавалось крутиться в компашке парочки друзей, но он всегда чувствовал себя..не таким. Он не чувствовал, что может вообще находиться здесь. Вся эта неуверенность безумно сильно отражалась на происходящем.       Даниэль усиленно пытался принять себя и что-либо изменить, но каждый раз, в попытках найти хоть какое-то общение - сразу же его терял. Но не был он создан для контакта с людьми, не умел! Хотя с виду так и не скажешь: приятный, милый и добрый мальчик, пускай замкнутый, с уехавшей куда-то в ебеня менталкой, но милый с растрепанными и мягкими блондинистыми волосами и хорош в помощи. Вроде как полезен, но комфорт от этого едва ли ощутим. Всё, что у него остаётся - приятные воспоминания из моментов, проведённых в кругу маленькой, но единственной близкой ему семьи. — интересно, а отец был таким в тот момент, когда они только начали встречаться? — шёпот разрезает тишину. Даниэль прикрывает глаза вспоминая про старые фотографии, которые он так надеялся сохранить. Отец добрался. успел. всё это горит уже давно ярким пламенем воспоминаний в камине пустующей квартиры.       очередной трезвон и парень вот-вот думает, что уже выходит из себя, как единственным спасением является неизвестный номер. Мелодия пробирается в каждую частичку его воспоминаний и она не в силах вообще терпеть просто сбрасывает звонок, не желая сейчас даже из вежливости отвечать, кто бы там ни был.       Он утыкается лицом в свои колени, прижимая их к себе и закрывает глаза, пока рядом, пристраивается всё тот же жаждущий любви и ласки котик, так сильно напоминающий его самого. телефон снова загорается, а в строчке сообщений - адрес. ***       Азик слегка удивлённо любуется выражением лица мужчины напротив, подглядывая на него исподлобья и при этом уже допивает очередной стакан с колой, облизывая губы. а затем - конец игры, которая была до жути скучной, но стоила этого всего. Раздосадованный проигрышем мужчина даже не так радовал, чем красивый юноша на экране телефона, который старательно оберегал Митрохин всю игру, пытаясь сосредоточиться. хитро сверкнув глазами, он расплывается в хищной улыбке. **       Не пойми какой черт дёргает Даниэля всё таки встать с тёплой кровати и направиться прямиком в тот бар, надеясь как можно скорее вернуться домой.       нехотя переставляя ноги, парень успевает пинать снег который смешивается с грязью и приобретает мерзкие оттенки, но от этого желание пнуть его ещё раз не становится меньше, и, пнув его ещё сильнее чем в прошлый раз, Даниэль останавливается под мигающим фонарём.       Это место стало их местом встреч. Отец всегда ждал парня на этой лавочке и курил сигареты, допивая ужасное на вкус пиво.       Даниэль оглядывается, внимательно всё рассматривая. это место ему не ново, но всё равно: каждый раз он словно стараясь, забывает эти пьяные взгляды, фигуры и громкую музыку, которая раздаётся аж на улице. Единственное, что радует глаз - мерцающие огоньки на витринах. Всякие разные: ёлки, шарики, олени и множество разных гирлянд. Даниэль уже пытался украсить все к Новому Году, но отец всё сорвал и просто выбросил, не жалея потраченных денег.       Поднимая взгляд к небу, Даниэль жмурится ответа и достаёт телефон из кармана. Из-за мороза пальцы обдает сильным холодом, отчего руки парня постепенно начинают дрожать, но он всё равно набирает отцу сообщение, оповещая о том, что он тут.       и всего лишь спустя пару минут сзади раздаётся чей-то голос. Даниэля бы так не передёрнуло, не будь этот голос такой..хриплый, привлекательный, и, черт возьми, как приятно прозвучало собственное имя. Он, резко разворачиваясь, встречается с хищным прищуром карих глаз, прижимая телефон к груди и отступая слегка назад. — значит, ты действительно тот самый, — смотря на парня больше оценивающим взглядом, незнакомец напротив словно что-то подметил для себя и довольно хмыкнул, — в реальности ещё красивее, не спорю. — чего..? — вопрос задан достаточно тихо, но Митрохину всё отчётливо слышно. Испуганный проблеск в серых глазах ни капли не смущает. — ну..— начиная говорить, Митрохин резко затыкается, обдумывая что-то. Они ведь даже не обсудили как приподнести парню, что его отец довольно легко проебал..Жизнь своего ребёнка в карты? довольно ахуительное объяснение. Интересно, юноша бы оценил? — не думаю что тебя конечно устроит это всё, но..все уже сделано?       Юноша непонимающе склоняет голову набок, прикусывает губу, а отросшая чёлка спадает тому на глаза, прикрывая большую часть обзора на красноволосого. Точно! Он ведь совершенно не рассмотрел того, кто стоит перед ним..хотя на таких обычно Даниэль обратил внимание сразу. Такие подростки постоянно выделялись среди других, нечасто мелькая рядом с этим клубом. Даня тоже тут бывал не редко(понятно почему), но ни разу не улавливал взглядом красную макушку. — простите, но в первую очередь..можно поинтересоваться откуда Вы знаете моё имя? — юношу озаряет, — Вы какой-то знакомый моего отца? — хотя он сомневается. Рядом с отцом не водилось таких привлекательных парней. Обычно одни пьяницы, лет которым за 40 точно, а тут.. — ну, тип того. Временно, — пожимая плечами, говорит Азик, следом добавляя, — были. Зато теперь меня ты можешь звать своим господином! — он подходит и, как Даниэлю кажется, слишком сильно нарушает его личное пространство, закидывая тому руку на плечо, притянув к себе, — ну, это к слову.       Даниэль издаёт нервный смешок, поджимая губы и совершенно не понимая, что именно имел ввиду незнакомец. Может, ошибка какая-то?       Да имя вроде правильно, не мог перепутать..тем более фотография..       заметив что парень уже покинул эту землю, Азик даже не спешил его тревожить. Просто стоял, прижимая к себе, тем самым согревая юношу. Надеясь, что это укроется, он буквально укутывает его в собственную куртку и защищает от прохлады, которую ощущал ещё в самом клубе. Не пойми с чего такая неопределённая и резкая забота, он сначала испугался. Стоило ли вообще бросаться шутливыми словами про господина? Но он просто не знал, как намекнуть парню, что его прежняя жизнь вот так легко закончится. Наступит новый эпизод, но уже без такого отца, с новым..господином. Азик снова не может сдержать смех, но прикрывает рот рукой, отворачиваясь.       Дав Даниэлю немного времени, Азик усмехается собственным словам, пока перед ними не появляется тот самый виновник всей этой ситуации. А вот это уже не скроешь ты от Даниэля: его брови удивлённо взлетают вверх, когда он видит словно трезвого отца. только взгляд печальный и виноватый какой-то, и Даня, с каким-то детским трепетом, жалостливо смотрит на мужчину.       некоторое время все вокруг словно меркнет. Долгое молчание прирывается резким вздохом парня, пока тот не поддаётся вперёд - ближе к отцу и почти невесомо касается рукава мужчины, начиная задавать по сто вопросов в секунду и даже проскакивает пару фраз о том, что пора бы им домой. На это Азик усмехается, но ловит вопрос в глаза повернувшегося ангелочка и сразу же кашляет, мол, ничего, простите что отвлёк, отводя взгляд в сторону лишь бы не смотреть прямо на него. Когда руки уже ведёт от мороза, а нервы Азика как сосульки - тают, всё намереваясь упасть кому-то на голову и пробить всё там к хуям, но на радость, Даниэль резко затихает. Его пышные ресницы резко вздрагивают, зрачки округляются в удивлении(хотя сам азик видит там бурю эмоций), а лицо отражает лишь отрицание сказанных только что слов. У Митрохина сердце замирает, а от невинного вида словно и вовсе растворяется. Блондин отступает слегка назад и разворачивается, врезаясь в грудь Митрохина, тихо «ойкая», что заглушается тихим всхлипом.       на момент ему кажется, что стоит поменять ставки или просто забыть о том, что они вообще играли, но что-то внутри подсказывает что так будет лучше и для Азика, и для Даниэля. По сути, Азик может дать Даниэлю больше чем его отец, хоть и понимает - тоску по дому, обиду и осадок ты не закроешь окончательно, каким бы счастливым не стал. Но он постарается. Обязательно.       Юноша ощущает лёгкое прикосновение к своей руке и, желая отпрянуть, слегка дёргается. Кончики холодных пальцев аккуратно стирают с красных щёк слезы, пока ладонь уютно покоится в касании другой руки - и никто не понимает, желание это приластиться или просьба отпустить, но плечи юноши лишь подрагивают. Он не отходит.       стоя перед дверью машины, уже касаясь ручки, парня всё ещё трясёт. Единственная мысль в голове словно выбивает всё внутри: почему? Старания сделать всё, чтобы от него не отказались, чтобы он не отказался от нормальной жизни раз и навсегда, просто оказались пустотой и ненужными вещами. он окидывает мужчину осуждающим, полным непонимания и гневом взглядом прежде чем услышать сзади чьи-то шаги и ощутить тёплое дыхание на своей шее. — не боись, машина током не бьётся, а я не кусаюсь, — произносит брюнет замечая как юноша мнётся. хочется поскорее уехать и рухнуть в тёплую постель, но он понимает, поэтому старается не давить и, понимая, что самостоятельно парень будет стоять ещё несколько часов, решается помочь.       Крадётся сзади без намерений как-то издеваться над блондином: жизнь уже забавно подшутила над ним, так что..хотя и не Митрохину шутить. Задевая юношу плечом, Митрохин приоткрывает дверь в салон, протягивая тому руку. Даниэль озадаченно пялится на неё, а затем, видимо предпочитая проигнорировать жест, просто садится.       Митрохин не помнит когда в последний раз ему кого-то было жалко. Но сейчас, видя разбитого юношу, безразлично смотрящего в окно, у Азика кошки на душе скребутся, да так, что дыра там уже явно обеспечена. Он всё так же пытается следить за дорогой, изредка поглядывая на юношу. Было бы круто, он бы и поговорил с ним, но сейчас их тишину режет лишь мелодия. было бы круто - Азик и потанцевал бы. Лично для этого парня. Но сейчас не круто и он тоже это понимает, поэтому лишь нервно сжимает руль, кусая губы. Находящийся в прострации юноша просто убивал его. Конечно не впервой наблюдать подобное - у Азика подружка есть одна. Каждый день пытается как-то утешить, но всё также и не научился делать это по отношению к людям. — на той фотографии ты словно ангел, а сейчас - глаза твои так печальны..— азик усмехается, а затем до него доходит. Расслабленный взгляд резко становится испуганным и он встречается точно с такими же, но серыми, смотрящими словно в самую глубь его душонки. Митрохин как-то неловко сглатывает, ощущая этот до безумия заинтересованый взгляд. Пугает, до мурашек.       Он ерзает на сиденье, всё ещё стараясь сосредоточиться на дороге и сделать вид, что не он, а кто-то сзади произнёс эти слова..видимо, юноша так и подумал, если бы не один момент, резко озаривший его - тут они вдвоём. Он слегка поддаётся вперёд, к переднему стеклу и пытается уловить нервный взгляд «незнакомца», щурясь. Мысли пролетают гораздо быстрее, чем мелькают огоньки от фонариков. — ну..ну что ты так смотришь?! — не выдерживая, вскрикивает Азазель. Даниэль лишь плечами пожимает, снова приковывая свой взгляд к виду за окном. Азик чувствует себя одиозно. — он действительно сделал такую ставку? — шёпот звучит настолько притягательно, что Азик, наслаждаясь нотами словно это самая лучшая мелодия я в его жизни, выдавливает из себя лишь «а..?» — а, ну..— звучит как-то задумчиво, пока Азик сворачивает в какой-то переулок, очень отличающийся от тех, что проехали они, — я сам был в ахуевозе, Дань. Но, увы, я бессилен. Ты сам понимаешь - это честная игра, — Даниэль согласно кивает. — послушай, малыш, я понимаю..но, — Азик что-то мычит после этих слов, тараторя и пытаясь сформулировать что-то наподобие поддерживающих слов, но его перебивают: — не нужно, — даже сейчас - в голосе не проскальзывает ни единого намёка на злость, лишь какая-то..нежность и разочарование? На его месте сам Митрохин придумал бы уже десять планов как убить человека, — мы за вещами завтра? Азик кивает, не находят больше слов и так они едут в полной тишине.       Даниэлю удаётся освоиться даже быстрее, чем предполагалось. Естественно, для полного принятия всей ситуации ему понадобилось около недели, но Азик тоже душу в это вложил! Точнее, он вернул её парнишке. Несколько часов тот всё ещё не мог уснуть, всё время недовольно ворча что-то и ерзая в кровати, затем он, тихонько пробрался в комнату Азика и извинившись, быстренько шмыгнул тому под одеялко.       Теперь он уже ворчал всё Митрохину. Тот с любопытством слушал, изредка зевая, но не желая прерывать эту «терапию», надеясь, что как только тот выговорится ему станет проще освоиться рядом с новым человеком, в новом доме и при всём своём желании, хочется сказать в своем новом доме. Азик уже кажись и забыл того хмурого, пустого мальчишку в его машине. Сейчас перед ним сидел самый милый и невинный парень из всех, прижимая к себе кота одной рукой, пока в другой болтал стаканчик с колой. С кудрявых волос спадали капли воды после мытья, скатываясь по выпирающим красным ключицам. Азик привык к этому виду:он ещё в самом начале дал юноше право делать всё, что тот пожелает, не боясь. — нет, ну если тебе так комфортно ощущать холод, а потом лежать как сопля в кровати и кашлять, то, ну, оки-доки, пушистый, — язвительно произносит юноша, на что в ответ получает язык и хитрый взгляд блондина.       Азик едва ли держит себя в узде когда юноша впервые предлагает ему не заказывать что-то, а приготовить самому. Естественно решив, что нужно поиграть в героя, Азик соглашается. Не признаётся сразу что готовить вовсе не умеет, но потом же, весь белый и в муке, расслабляется под каплями воды, пока слух ласкает хихиканье Даниэля. Он с какой-то теплотой в груди наблюдает за тем, как блондин двигается в такт незнакомой ему музыке. Покачиваясь и словно зная текст наизусть, подпевает. Азик взгляд отвести уже не в силах: он просто пялится в открытую, в который раз восхваляя еду этого ангелочка. Наблюдает, как фарфоровая кожа приобретает ярко-красные оттенки и ухмыляется.       Он уже давно готов признаться - ему безумно комфортно. Вся тяжесть старых грехов его просто отпускает, как и желание прожигать свои особенные дни, да и вообще, ночи в вонючих клубах на пару с колой и картами. Вкус победы ещё совсем недавно ощущался горьким, а теперь одна единственная улыбка вызывает там сплошные яркие салюты, выбивая абсолютно каждую мысль из головы брюнета. Он никогда не забудет какие были тяжёлые первые дни, а следом - пару хороших, после которых парень снова ходил с мутным взглядом и Азику лишь оставалось гадать кто заставил его яркое солнце резко потускнеть.       Причина находится сама собой - блондин, видимо не выдерживая и наконец вспоминая слова брюнета о том, что тот может ничего не бояться, решается- сначала он готовит Азику завтрак в постель, окружая его порядком в комнате и, глядя в удивлённо распахнутые тёмные глаза, улыбается. Снова делает день лучше и ярче, соблазняя одной своей улыбкой. У Митрохина всё в узел скручивается. В тот день Даниэль правда ведёт себя как-то странно и постоянно путает Азика в своих размышлениях, а под вечер так вообще выдаёт(и, наконец, делится тревогой) Боже, Азику в тот момент так хотелось легонько ударить юношу по голове! Он никогда не забудет невинный взгляд парнишки и лёгкие поглаживания его рук, как и поцелуи, которые с какой-то особой нежностью доставлял ему Даня(возможно ему показалось, но кто, если не ты сам, сделаешь себе день этим лучше?)       на следующий день юноша уже сиял даже ярче чем само солнце, знакомя Азика с новым членом их семьи. — у тебя правда-правда нет никакой аллергии на котиков? — обеспокоено, уже в сотый раз переспрашивает юноша, держа руку Азика в своей. — хмх, ну видишь, ты здесь - а я всё ещё живой, — непонимание в глазах отдаётся болью в груди, но он лишь кидает обычное «забей» и те наконец открывают входную дверь в старую квартиру Даниэля.       ох, сколько же после этого дня слез было вылито в пушистый комок вместе с Азиковой футболкой.       Зато потом он засыпал с прекрасным юношей под боком, касаясь его мягких и кудрявых волос, пока такой же красивый котёнок мял его футболку, якобы проявляя «любовь». Так вроде бы сказал Даниэль, и о черт! В кого ты превратился то, Азазель? Азик слышит тихое, но такое довольное урчание, которое обрывается также резко как и началось, останавливая руку. — «значит, не спит, а наслаждается..» — посещает догадка и его губы кривятся в хитрой ухмылке. Он, слегка привставая, чувствует как юноша напрягается. Вот же крысеныш! И, наклоняясь к его уху, старается не смеясь рассказать каждую нескромную мелочь, при этом касаясь талии уже не юноши, а чайника, который кипит и называет Азика дураком, обиженно дуя губы и прижимая пушистика к себе. — да ну, гладить то продолжай! Так скажем, прощения вымаливай, — грозно произносит Даниэль, гордо задирая носик.

***

Азик лежит, облокотившись локтями о кровать, пока Даниэль плавно перемещается на его колени, а руки ползут по торсу и обвивают шею, словно змея двигается к добыче. На губах Азика играет хитрая ухмылка. Они сталкиваются лбами, а ощущение, словно в какой-то интимной ласке, и наконец соприкасаются губами плавясь в теплом поцелуе. — теперь я горжусь тем, что учился играть в карты с детства, — ловя хихиканье Даниэля прямо в губы, он снова нежно целует, — считай я забрал самый восхитительный приз из всех возможных. — или нужно благодарить моего отца за то, что он такой идиот? — склоняя голову в бок, интересуется Даниэль. Улыбка всё так же цветёт на его губах, не переставая озарять лицо красивого юноши и сердце брюнета всей любовью, которая только присуща этому миру. — ой, да ладно тебе, словно это не радует, — Азик нежно гладит талию парня через футболку, — я отловил такое солнышко, а ты - такого красивчика. На игру бровями Даниэль лишь довольно хмыкает, наслаждаясь близостью и уютом, который они создали вместе.