Последнее совместное воспоминание

And I'd sing a song, that'd be just ours — И я бы спел тебе песню, что могла бы стать только нашей, But I sang 'em all to another heart — Но я уже спел их все другому сердцу. And I wanna cry I wanna learn to love — И я хочу плакать и хочу научиться любить, But all my tears have been used up — Но все мои слёзы уже пролиты…

Tom Odell — Another love

***

Сигареты — это никотин, который отравляет организм, постепенно убивая его, и вызывает привыкание. Дым оседает в лёгких, а потом выходит через нос, раздражая слизистую, но даёт тот кайф, который ему сейчас нужен, и успокаивает. Как и любовь, что сводит с ума, а потом вытирает об тебя ноги и уходит, захлопнув дверь навсегда. Нет боли или грусти, что пожирала бы душу и травила сердце. Нет слёз, что душат и выворачивают наизнанку, вырвав куски плоти. Хонджун теперь не чувствует ничего к своему соулмейту, а тому и всё равно. Любовь прошла так быстро, что они и не заметили этого. Опомнились, когда стало слишком поздно, чтобы вернуть друг друга. Хонджун не видит в этом смысла. Сонхва скучающе смотрит в окно и пьёт горячий шоколад, чтобы согреться от зимнего холода. Раньше объятия Хонджуна согревали, но это в прошлом. Они сидят в какой-то захудалой кофейне, где людей почти нет, но есть возможность побыть наедине.       — Зачем ты позвал меня? — взгляд скользит по рыжим волосам Кима и не выражает былой любви.       — Чтобы у нас осталось последнее совместное воспоминание, Сонхва, — он не жалеет ни о чём, но взгляд карих глаз по прежнему завораживает. Пак улыбается и качает головой. Хонджун такой глупый, а Сонхва падок на романтику. Они разные, но понимают друг друга лучше, чем самих себя. У Хонджуна кофе остыл, а на вкус как горькая чёрная масса, которая не предназначена для употребления. Ему всё равно.       — Последнее? Я думал, что оно было на кладбище, когда мы хоронили нашего друга, — ладонь Хонджуна горячая и согревает его, когда пальцы переплетаются. Ким улыбается по-доброму, но в глазах нет и намёка на любовь.       — Я хочу, чтобы последнее воспоминание было непринуждённым, — целует холодную ладонь и отворачивается к окну. — Как мы, когда были счастливы. Пусть этот вечер будет только нашим, хорошо? Сонхва нежно улыбается и переводит взгляд в окно. Да, так и должно закончиться их расставание; спокойно, без боли и грусти. Белые лилии тянутся от запястья к предплечью Кима, а бедро Сонхва украшает амариллис как напоминание о возлюбленном. Бывшем, возлюбленном.

Наше последнее совместное воспоминание — это ты и твои руки, тепло которых я сохраню в сердце.