На пути к себе

Несмотря на опасения Чанбина, оставшееся время ужина прошло в достаточно дружеской атмосфере. Минхо изредка бросал колкости вперемешку с сарказмом, Сынмин отбивал эти колкости, словно бейсболист мячи, Хёнджин громко хохотал, а когда прилетало в его адрес, обиженно дул свои красивые пухлые губы, не всегда найдясь что ответить. Бин, в основном, отмалчивался, ловя на себе взгляды Ли, которые не мог интерпретировать. Молчание Со было обусловлено не тем что ему было неуютно, просто он не умел по щелчку пальца выходить из зоны комфорта, ибо продолжительное время только Сынмо был его внешним миром. А сейчас этот мир расширялся, с непривычки как-то неохотно, пытаясь впустить новые знакомства, такие как Хо и Джин. Ему нужно больше времени, гораздо больше чем социально коммуникативным людям. Он ощущал себя беговой лошадью, эдаким молодым жеребцом на королевских скачках, которому жизненно необходимо было преодолевать барьер за барьером, иначе смысл его существования напрочь стирался, лишая воли к жизни. И Чанбин правда хотел преодолевать эти самые барьеры, хотя бы один, но прекрасно понимал что на данный момент его моральных сил для этого недостаточно. Возможно в скором времени он отыщет источник откуда сможет черпать силу, но на это остаётся лишь уповать. Громкий смех Хёнджина вырвал Бина из раздумий. Всё же прав был Ли называя его самой шумной креветкой в океане. Чанбин сделал глоток своего порядком остывшего Флэт Вайт(эспрессо плюс молоко), замечая что за столом воцарилась непривычная тишина. Вернув чашку на блюдце, он поднял глаза с удивлением обнаружив что троица друзей смотрит на него. —я что-то пропустил? —нервно поинтересовался брюнет, бегая взглядом по парням. —ты всё пропустил, сладкий. Я предложил 19 января собраться вместе и отпраздновать День Снега, как ты и хотел. Джинни согласен, Сынмин сказал что не против, но лишь в том случае, если ты пойдёшь. Вот мы и ждём твоего решения. —мягко отозвался Хо. Хён действительно хочет отметить День Снега? Серьёзно?! Мысли в голове хаотично забегали, словно термиты по лакомому кусочку дерева. Девятнадцатое это четверг, они с Мином работают до пяти, значит если и встречаться всем вместе, то только вечером. Он не уверен что после работы у него будет настроение совершать какие-то вылазки из дома, но ради Минхо... —а где мы соберёмся? —решил уточнить Чанбин. —это мы можем прямо сейчас обсудить, главное чтобы ты был согласен. —произнёс самый старший всё также глядя на него. —я согласен. —прозвучало немного обречённо. Ким в ободряющем жесте погладил предплечье друга, даря тепло и поддержку. Хёнджин как-то завистливо проследил за движением чужой руки и Бин наконец-таки понял, что приятель Минхо всерьёз заинтересован Сынмином и если в самом младшем проснётся симпатия к нему, то они будут очень красивой парой. —можем устроить культурную программу: к примеру оперный, кинотеатр, театр. Можем менее культурную: бар, паб, клуб. И наконец, мы можем ещё менее культурную — набрать еды и собраться у кого-то дома. —выдвинул идеи вездесущий Хван. —я за культурную программу. —спокойно высказал своё мнение Сынмо. —поддерживаю Мина. —насколько бы сильно Чанбин не хотел провести вечер дома, он прекрасно понимает что будет чувствовать себя максимально неуютно в чужой квартире, а в свою приглашать желания нет. —я бы предпочёл посидеть в каком-нибудь злачном месте... —протянул Минхо очевидно понимая, что большинство не на его стороне. Все посмотрели на Джинни, его слово было относительно решающим. Тот тряхнул каштановыми волосами, как-то преданно посмотрел на Кима и произнёс: —культурная программа победила, я с вами ребята. —так нечестно! —смешно насупился Ли. —вообще-то очень даже честно. Три против одного, хён. —назидательно заключил Бин. —театр, серьёзно? Предупреждаю, я не пойду на оперу! —возмутился самый старший. —в оперном не только опера, там ещё балет. —словно ребёнку объяснял Сынмин. —ладно, уговорил. Балерины милые в этих своих торчащих пачках, со стройными ножками и на пуантах. —мечтательно отозвался Хо. —будто они тебя интересуют, —хихикнул Хёнджин уворачиваясь от подзатыльника и продолжая, —балероны в трико будут больше по твоему вкусу! Синеволосый схватил несколько салфеток со стола и резво принялся запихивать болтливому другу в рот. Чанбин попытался помочь Хвану, но тот справился сам, отбрасывая мятые салфетки в сторону, громко смеясь. Серьёзно, их скоро выгонят из этого кафе. —мы действительно идём в этот четверг в оперный на балет? —обречённо уточнил Минхо. —да! —хором отозвалась троица. Может кто-то из них не особо горел желанием посещать вышеупомянутое мероприятие, но позлить хёна отныне — святое. —давайте обменяемся номерами и создадим общий чат в какой-то болталке? Чтобы было удобно обсуждать детали. —предложил Со. Сказано — сделано. После ребята скинулись до нужной суммы и расплатились по счёту, уже у входа прощаясь друг с другом. Хёнджин изъявил желание проводить Сынмина, вот только Бин не подумав честно сказал что ему с другом в одну сторону. Спохватившись, он понял что помешал их романтической завязке отношений, но умиротворённое и довольное лицо самого младшего его успокоило. Наконец попрощавшись, Чанбин с Сынмо направились в нужную им сторону, а Минхо с Джинни сели в машину, что была припаркована поотдаль, и были таковы.

＊＊＊

Чанбин сидел в мягком офисном кресле и безучастно наблюдал за потугами друга комбинировать стили, фактуры и цвета одежды. Был четверг и он по договорённости с младшим, после работы предварительно заскочив домой и вытряхнув немного содержимого шкафа в пакет, пришёл к Сынмину дабы одеться для встречи с Минхо и Хёнджином. Единственная комната в квартире младшего, где они сейчас находились, была не слишком меблирована, с небольшим количеством домашнего обихода. Кровать, письменный стол, небольшой, но вместительный шкаф, офисное кресло у стола в котором, к слову, сейчас и сидел Бин, стеллаж для коллекции книг, сд, манги и прочего. Было просторно ещё за счёт того, что вся цветовая гамма интерьера выполнена в приглушённых серо-голубых тонах, визуально увеличивая пространство. Брюнет с грустью посмотрел на увлажнитель воздуха в форме щенка лабрадора, что сам подарил Киму на прошлое день рождения, и тяжело вздохнул. Идти сейчас куда бы то ни было решительно не хотелось. —хён, ты вздохнул так, будто тебя обуревают все тяготы этого бренного мира. —как всегда спокойно произнёс Мин. —мне кажется я ещё слишком молод чтобы в качестве променада таскаться в оперный театр на “Лебединое озеро”. —уныло отозвался старший. —тебе всего лишь двадцать пять, а рассуждаешь как-будто пятьдесят два. —не удержался от шпильки Сынмо. —зачем я вообще написал хёну про День Снега... —оу-у, так изначально это была твоя идея? —ничего подобного! —запротестовал Чанбин, —мы просто обсуждали снег, а потом я вспомнил что 19 января День Снега. А Минхо взял и толкнул эту идею в массы. —между прочим, отличная идея. Так здорово куда-то выбраться и отдохнуть от рутины а-ля дом-работа-дом. Тем более я давно не был в театре оперы и балета. —воодушевлённо произнёс друг. —вот и шёл бы с Хёнджином, почему нет? —лукаво поглядев на Сынмина сказал брюнет. —вот ещё! Мы не на той стадии отношений чтобы я хотел с ним вдвоём провести время. —отмахнулся младший. —так на какую-то стадию вы всё же ступили? Признайся, он тебе по душе? —Бин поиграл бровями почти без паузы продолжая, —если бы тебе действительно было всё равно, ты бы даже не стал ему отвечать за ужином. Ким бросил сердитый взгляд на старшего немного краснея ушами, быстро кидая в него белую хлопчатобумажную рубашку с небольшими оборками на груди. Чанбин ловко перехватил одежду продолжая ухмыляться с чужой реакции. —одевайся давай, иначе расскажу Минхо что ты в свои двадцать пять спишь в обнимку с плюшевой игрушкой, предпочитая мягкого уродца ему. —холодно выдал тонсен, гордо вздёргивая подбородок. —говори что хочешь, ему плевать на меня в этом плане. —угрюмо прошептал Со. —ты даже не круглый дурак, а овальный. Только настоящий тугодум не увидит то, как Минхо на тебя смотрит. —как? Как на придурка? —почти. —да пошёл ты! —беззлобно отозвался Чанбин. —окей, только одевайся быстрее, пойдём вместе. —безапелляционно произнёс Сынмин. К удивлению друзей, Минхо с Хёнджином уже ждали около Национального театра Кореи, высматривая их из толпы гуляющего народа. Когда Бин и Мин попали в их поле зрения, Чанбин заметил как губы Ли растянулись в манящей и немного хищной улыбке. Лицо Хвана при виде Сынмина просияло в свете освещённой улицы, словно его щедро припорошили блёстками. —прекрасно выглядите! —трепетно произнёс Джинни. Пусть прозвучало обращение во множественном числе, смотрел он исключительно на Кима. Младший в ответ незаинтересованно мазнул по нему взглядом и отозвался банальным "Спасибо". Брюнету стало несколько неловко за друга, поэтому он вежливо, как подобают правила хорошего тона, сказал: —вы тоже выглядите восхитительно. —хватит уже обмениваться любезностями, идёмте внутрь, я замёрз! —капризно проныл Хо подхватывая Бина под локоть и утаскивая вперёд, ко входу. —ты такой невежественный, поэтому с тобой никто не хочет быть, —тихо буркнул Хёнджин поворачиваясь к самому младшему, —пойдём? —конечно. —как всегда спокойно отозвался Мин следуя за упорхнувшей парочкой. —я всё слышал! —донеслось спереди голосом Ли в ответ на оскорбительную реплику друга. —слух как у кота, честное слово. —прошептал Хван шагая около Сынмо. —я не кот, я — тигрица! —воскликнул Хо всё также находясь на приличном расстоянии от отставшей пары. Послышался приглушённый смех Чанбина. Джин в испуге обвил левую руку младшего, чуть выше локтя и понизив голос как можно тише произнёс: —я его боюсь. Сынмин с сомнением окинул взглядом почти ста восьмидесяти сантиметрового парня, что сейчас мёртвой хваткой вцепился в его конечность и немного недовольно поджал губы. —не бойся. Если он тебя убьёт, я куплю твоё тело в морге и сделаю из него чучело. Это конечно нелегально, но ради тебя... Будет красиво, я обещаю. —Ким мягко улыбнулся глядя в глаза напротив. От охватившего ужаса Хёнджин выпустил чужую руку, замерев в шоке на месте. —ох, сработало. —довольно произнёс тонсен ощупывая левую руку, что секундой ранее была в сильных тисках. Оставляя застывшего парня позади, младший с независимым видом поплыл в сторону ушедших. Когда первый шок отпустил, Хван стряхнул наваждение и с небывалым энтузиазмом поспешил к друзьям ушедшим далеко вперёд. Всего в Национальном театре было четыре зала, но нужное им представление проходило в самом большом, Хэорым, он способен вместить более 1 500 человек, поэтому найти его не составило труда. Сдав верхнюю одежду в гардеробной и получив свои номерки, они прошли в фойе любуясь величественной архитектурой внутренней отделки. Из фойе они переместились в зрительный зал. Их места были сбоку, на балконе, а точнее это был бельэтаж — первый ярус балконов над партером и амфитеатром, покупал билеты лично Минхо в физическом бумажном формате, в кассе по старинке, ибо по его словам электронный билет "Не то!". Как выяснилось минутой позже, у самого старшего было небольшое увлечение в виде коллекционирования билетов мероприятий на которых ему довелось побывать. Хо даже приобрёл альбом с файлами с кармашками разной величины, куда аккуратно складывал каждый билетик. Хёнджин вместе с Сынмином шуточно подначивали его по этому поводу, намекая на его солидный возраст. Могли себе позволить, ведь Ли был самым старшим в их сложившейся компании. До сознания Чанбина чужие шутки не долетали, поэтому он необдуманно выдохнул восхищённое "Хён, это здорово!" ловя на себе очередной нечитаемый взгляд сверкающих кошачьих глаз. В тот миг атмосфера между ними будто переменилась, совсем неуловимо, но Бин почувствовал эти изменения, от смущения и неловкости кончики пальцев стало покалывать, посему он спешно отвернулся в попытке скрыться от внимательных глаз, понимая что младшие тоже примолкли, видимо также как и он ощутив перемены в настроении своих хёнов. —мне нужны фото для инсты! Хён, сфотографируй меня! —чересчур жизнерадостно воскликнул Хёнджин дабы разрядить обстановку. Пихнув Минхо свой телефон, он сделал два шага назад увлекая Кима за собой и осторожно приобнимая того за плечи, стал в модельную позу, готовясь к съёмке. Чанбин сразу же отметил про себя, что его друг не вырывается из чужих рук, а стоит смиренно с кислым лицом около вездесущего Хвана. Вчерашний Сынмо за такое дал бы по рукам, а совсем наглым и по щам, но драматичную креветку подпустил к себе достаточно быстро, хотя всё ещё пытался сохранить незаинтересованное лицо. Не скоро они придут к единству, но лёд тронулся и Со был только счастлив за любимого тонсена. Когда более двадцати кадров было сделано, синеволосый вернул смартфон владельцу, попутно кладя в его руки свой. —давай Джинни, отрабатывай своё звание моего лучшего друга и сделай хорошие снимки меня с булочкой. —произнёс Хо поворачиваясь к Чанбину и заговорщически подмигивая. —нет-нет! Не горю желанием находиться в кадре! Я понаблюдаю за процессом со стороны! —небольшая паника сквозила в голосе брюнета, он безостановочно махал руками в протесте, пытаясь скрыть подступившее к самому горлу волнение. Не любит он своё лицо на фотографиях, что он может с собой поделать?! —не ссы, сладость, тебе понравится. —вплотную приблизившись к нему прошептал Минхо. В уголках его рта пряталась лукавая улыбка. —нет, я не буду, я не хочу... —всё ещё пытался сопротивляться Бин, неожиданно чувствуя чужие ладони на своей талии. —эй, ребята, мы всё же в культурном общественном месте. —зачем-то напомнил Джин, будто должно было произойти что-то из ряда вон выходящее. —хён, не напирай на Бинни. —вступился за друга Мин, обращаясь к Минхо. —один кадр! Всего один! Я хочу памятное фото с нашего похода на "Лебединое озеро". —умоляюще отозвался Ли пристально глядя на брюнета, словно гипнотизируя взглядом. Чанбин сдался под натиском его ауры. Он был бессилен противостоять этому человеку, хотя никогда не отличался покладистым характером. Просто с ним случился Минхо. —ладно, хорошо... Один раз! —ураа! —воскликнул старший утаскивая его за талию немного в сторону, дабы позади был красивый фон и свет падал как нужно. Соприкасаясь плечами и всё также храня руки на пояснице Со, синеволосый счастливо посмотрел в сторону Хвана, что держал телефон наготове. Бин не поворачивая головы продолжал смотреть на чужое лицо. По правде он надеялся что если в кадре будет лишь профиль лица, его неказистость не станет сильно бросаться в глаза, поэтому старательно отворачивался глядя исключительно на хёна, что беззастенчиво продолжал обнимать его, словно это была не третья их встреча(не считая вечер знакомства), а как минимум пятидесятая. Его руки плетью повисли по бокам от тела, ведь у Бина и в мыслях не было приобнять Ли в ответ. Поняв что это смотрится странно, он поднял правую руку и показал пальцами знак "виктори", пытаясь ненавязчиво прикрыть конечностью хоть нижнюю часть своего лица. Послышался звук затвора несколько раз и Чанбин принялся мягко отпихивать от себя чужое горячее тело, ведь кадр был сделан и даже не один. Минхо сразу же выпустил его их кольца рук и тихо, дабы слышал только брюнет, прошептал: —спасибо, Бинни. Младший почувствовал приток крови к лицу, понимая что безостановочно и неумолимо краснеет. —не за что, хён. —слегка срывающимся голосом прозвучало в ответ. В оркестровой яме началось движение, мягкие марсаловые кресла зрителей стали неумолимо заполняться и четвёрка, последовав примеру общества, заняла свои места. Они ещё негромко переговаривались между собой, когда свет начал медленно гаснуть обещая незабываемое зрелище на сцене.