Hips don't lie

Хонджун сидел за кулисами и залипал в телефон. Судя по общему уровню ора в основном зале, народу в клубе было дохрена и больше, и он, если честно, не был фанатом такого времяпровождения, но Юнхо настоял, пеняя ему, что, цитата, тот "скоро задницей к стулу прирастет". Вообще Хонджун гордился собой, правда. Он искренне любил музыку, но понимал, что чтобы стать успешным композитором и продюсером, нужно много времени, денег и ну очень дофига удачи. И труда, конечно. Вджобывать и вджобывать. Творческим людям, особенно свежеиспеченным, только из академий да с курсов, сложно найти работу, а по призванию - тем более, днем с огнем не сыщешь нормального работадателя. Самому же Хонджуну реально очень повезло - он занимался подработками, когда его заметил директор одного небольшого лейбла. Иден, как и его подопечные, именующие себя Иденари, звезд с неба не хватали, выступая в основном в клубах, барах и периодически выезжая на какой-нибудь фестиваль. Поначалу Хонджун даже не воспринял предложение всерьёз, однако первый же разговор заставил его изменить свое отношение: Иден был человеком молодым, импозантным, харизматичным и располагающим к себе, но, что главное, искренне любящим свое дело. Хонджун тогда решил, что вытрепываться и надеяться на что-то более амбициозное не надо, подписал контракт и принялся творить. Компания была настолько маленькой, что действующих артистов там было всего трое. Иногда они выступали отдельно, иногда объединялись. Разумеется, с ними Хонджуна познакомили в первую очередь, и он был приятно удивлён. Старшим был Сонхва: высокий, выразительный черт с грациозными руками, мозговыносящий педант и хлопотливая курочка в одном флаконе. Он умудрялся подкармливать всех, включая Хонджуна, был милым, когда его хвалили и очень волновался во время студийных записей. Вторым был Сан - в прошлом деревенский паренек, который приехал в большой город, ведомый мечтой. Чрезвычайно милый симпатяга, дружелюбный, немного наивный и очень добрый, он поднимал Хонджуну настроение одним своим появлением. Его радовало абсолютно все. Запись? - Прекрасно. Выступление? - Замечательно. Фестиваль? - Я так рад, хен! Он не вылезал из своих огромных чёрных худи и ластился к Сонхва, как кот. В какой-то момент Хонджун даже подумал, что они пара, но Иден - который, как Хонджуну иногда казалось, обладал даром чтения мыслей - сказал, что они просто друзья. И третьим был Есан - поистине выдающейся красоты парень, который был скромным до тех пор, пока не открыл для себя спортзал. По мере наращивания мышечной массы он переставал горбиться и начинал носить все более и более обтягивающую одежду. С ним у Хонджуна царило какое-то не поддающееся логике взаимопонимание, которое создавало комфортные условия для совместной работы. Примерно месяц назад эта троица попала на выступление в клуб, которым владел какой-то шапочный знакомый Идена, а заправлял там его сын. Юнхо был парнем молодым, но деятельным, и с ним Хонджун как-то неожиданно для себя сдружился: высоченный и позитивный, Юнхо был совершенно не похож на мажора и теперь, пользуясь статусом друга, надоедал Хонджуну. Последний вынос мозга произошёл позавчера, когда Иден объявил, что Иденари подготовили выступление с новой, совсем недавно написанной Хонджуном песней, и Юнхо взбрело в голову, что автор - то есть сам Хонджун - обязан присутствовать на премьере. Хонджун, разумеется, от подобной перспективы в восторг не пришел и попытался слиться, недооценив способность Юнхо к нытью - тот так сильно заспамил его во всех мессенджерах, что через несколько часов Хонджун взорвался, психанул и, матерясь, отправил голосовое с согласием. -Тебе проще дать, чем объяснить, почему нет, - буркнул Хонджун, прийдя в клуб следующим вечером. Юнхо на это только поржал и сказал: -Ну тогда радуйся, что я не охочусь на твою задницу. Хонджун скривился и показал ему средний палец, чем вызвал еще больший хохот. Впрочем, Хонджун отлично понимал, на чью задницу нацелился директор клуба, ибо слюнопускательное обожание Юнхо к Сонхва началось с того момента, как придя на первую же репетицию, последний, одетый в пушистый розовый свитер и джинсы-клеш, притащил с собой целый пакет собственноручно испеченных рогаликов. На ехидный вопрос Хонджуна, была ли это любовь с первого взгляда или же с первого укуса, Юнхо лишь скривился и послал композитора в пешее эротическое. -Он такой милый, - вздыхал Юнхо, глядя на деловитого Сонхва взглядом преданного пса, за что получал смешки от своего кузена Чонхо, что работал тут же, в клубе, администратором. Кстати, именно сегодня Чонхо как-то особенно хитро и загадочно блестел глазами, наотрез отказываясь объяснять в чем дело. Выкуривший Хонджуна из закулисья Юнхо усадил его в баре. -Волнуешься? Хонджун пожал плечами. -Средне, - он скривился из-за шума. - Ты видел репетицию? -Неа, - помотал головой тот и жестом попросил бармена по имени Минги налить им виски. - Но песня мне ещё в демке понравилась. -Это будет бомба, - пробасил Минги, пододвигая к ним два стакана, на которые Хонджун скептически покосился. -Я не буду, ладно? Меня развозит махом. -Ну как хочешь, а... Договорить Юнхо не дал появившейся на клубной сцене Уен, бессменный местный МС, который радостно и с энтузиазмом представил ребят, прежде чем отрубили свет и началась музыка. Слышать собственную песню вот так, публично - волшебный и волнительный момент. Уже с первых двух секунд Хонджун, знавший ее от и до, каждый звук, каждый сэмпл - покрылся мурашками и прикрыл веки, смакуя момент, который... Который... Дальше его мысли закоротило, потому что софиты включились и он увидел эту троицу. Хонджун не был святым. Уверенным в себе геем он тоже не был, но... Но... Блять? Происходящее на сцене больше смахивало на эротический сон, чем на что-то реальное. Музыкальный гений внутри него пискнул было, что это совсем не то, что он имел в виду, когда писал текст песни, но гормональная волна утопила внутреннего критика мгновенно. Сан, в каком-то кожаном непотребстве, открывающем рельефный живот, в узких, обтягивающих все - буквально всё - штанах, стоял на стуле и... Блять... Он что, стриптизер? Хонджун, не мигая, продолжал охуевать от происходящего. Это точно Сан? Милашка Сан, в черном худи и с ямочками на щеках... Какого хрена? Сан выглядел на сцене как одержимый демонами. Его ровный бронзовый тон кожи, что поблескивал от пота, на давал отвести взгляда, разве что на выражение лица, на этот блядский томный прищур, на эту ухмылку... Песня не дошла даже до первого припева, а Хонджун понял, что у него уже стоит так, что хоть гвозди забивай. Происходящее прибило его к барному стулу, и он закинул ногу на ногу, морщась, но не переставая пялиться на сцену. Справедливости ради, и Сонхва, и Есан тоже давали жару, но жадный взгляд Хонджуна настолько приклеился к Сану, что он растерялся, пялясь на парня с открытым ртом. Перед вторым припевом у Хонджуна возникло стойкое ощущение, что он кончит себе в штаны раньше, чем трек - и этот блядский танец! - закончится. Увидев то, что Сан вытворяет со стулом, он сматерился себе под нос и закусил губы. Котик Сан? Забудь, Хонджун, тебя наебали. Это не котик, это настоящий инкуб, не меньше. Когда выступление закончилось, крики всего клуба едва не оглушили Хонджуна, который хлопал глазами. Он перевел взгляд на Юнхо, который стоял, привалившись к стойке, и судорожно пил виски из стакана, тут же махнув Минги дрожащей рукой, чтобы налил еще. -Это... Что это было, блять...- директор клуба посмотрел на Хонджуна так, будто путник мудреца из притчи. Проблема была в том, что Хонджун не был мудрецом, он, судя по всему, был слепым идиотом. С железобетонным стояком. -Я... Извини, мне надо отойти, - и Хонджун сполз, а вернее, стёк со стула и на трясущихся ногах пошёл в сторону гримерок. Чонхо, который столкнулся с ним у бара, посмотрел композитору вслед, а затем подошел к стойке и рассмеялся. -Впечатлился, босс? Юнхо заторможенно кивнул. -Я не... Сонхва же милашка, - так растерянно произнес он, словно ребенок, которому только что сообщили, что деда Мороза не существует. -Конечно, милашка, - преувеличенно серьёзно кивнул Чонхо. - Ты бы это, поторопился. А то, пока думать будешь, уведут. Юнхо серьезно кивнул и тоже ушел, имея настолько целеустремленный вид, что Чонхо и Минги, переглянувшись, расхохотались. -Ты мне проспорил, - отсмеявшись, заключил администратор. -Не спорили мы с тобой, - показал язык бармен, и Чонхо, посмеявшись, ушел ко входу в зал. Тем временем, Хонджун подбежал к незапертой гримерной и завис, потому что Сан, радостно воскликнув: -Хен! - подошел к нему. Сан все еще был одет в этот неприличный костюм, и Хонджун нервно сглотнул, не удержавшись от бессовестного разглядывания. - Как тебе наш перфоманс? Скажи круто? Хонджун сглотнул, хотя во рту была пустыня Сахара, и хриплым голосом ответил: -Круто. Правда. Сан засиял как лампочка, демонстрируя ямочки на щеках, и Хонджуна закоротило окончательно. -Сан? Давай поужинаем? Сегодня. В смысле, - видя округлившиеся глаза парня, Хонджун смутился и опустил голову. - Ну, не в смысле ужин, уже ночь, а... -Хонджун? - перебил его блеянье Сан, беря за руку. - Пойдем. Композитор робко поднял взгляд и увидел ту самую милую улыбку с ямочками, так сильно контрастирующую с лукавым блеском глаз.