I WANT YOU TO WANT ME

Когда мы в последний раз видели наших героев, они наслаждались своим свободным временем, как обычно, читая книги, играя в видеоигры и осознавая свое безумие. Да, это был обычный день. Робин придумал логическое объяснение, почему у него продолжались эти нечистые мысли о Старфайр. Он был клинически сумасшедшим. Это было единственное объяснение, которое он мог придумать, поэтому оно должно было быть правильным. После всех этих лет он думал, что Бэтмен частично сумасшедший, но теперь он знал, что это действительно он сумасшедший. Он знал, что реальный способ избавиться от этих мыслей заключается не в том, чтобы тренироваться, насколько глупым он мог быть? Он должен просто игнорировать их. Перестань прикасаться к ней каким-либо образом, независимо от того, насколько она невинна, смотреть на нее. И в конце концов мысли исчезнут. Однако эти задачи оказалось легче сказать, чем сделать. Когда он стоял там в лифте рядом со Стар, он внезапно уставился на ее задницу, когда напоминал себе о своих новых клятвах. «У нее, конечно, действительно хорошая... Нет! ПЛОХО, РОБИН!» Он снова потерпел неудачу. Робин не привык терпеть неудачу. Тем не менее, каким-то образом Старфайр изменила все это. Она сделала невозможное возможным. И с этими мыслями он щелкнул голову спиной к дверям лифта. Внезапно Робину стало очень неудобно, задаваясь вопросом, заметила ли она. Прежде чем он смог по-настоящему подумать об этом, он уже смотрел на нее снова. "Давай, ты не можешь себя контролировать?»И с этим он оказался втянутым в битву пытаясь не смотреть на нее. Это было так тяжело. Он не мог этого сделать. Он потел. Он чувствовал, как его шея начинает напрягаться. Ему пришлось бороться с этим. Он должен был. Это было неправильно, верно? «Давай, верно. Не смотри. Хорошо... НЕТ! ХВАТИТ! Как долго длится поездка на лифте?» Тем временем Старфайр была в её собственном маленьком мире. Она размышляла о последних нескольких днях и о том, как она так странно вела себя с Робином. Она очень хотела, чтобы она ему нравилась больше, чем друг. Он был таким... таким... идеальным. Это именно то слово, чтобы правильно описать его во всех отношениях. Он был идеален. Но она была далека от совершенства. Стар была несовершенным существом, переполненным безумием. Она поняла это, когда в тот же день разговаривала с Рэйвен, прежде чем продолжила поиски Робина. Стар чувствовала, что они с Рэйвен стали такими хорошими друзьями. Кроме того, Рэйвен знала бы, если бы она была сумасшедшей. Она был экстрасенсом. И Стар понимала, что Рэйвен узнает ответ на ее проблему, она также знала, что ее проблема заключалась в том, что она сошла с ума. Ни один здравомыслящий человек не чувствует себя так вокруг своих друзей. В конце концов, Рэйвен, кажется, никогда так не думает о своих друзьях. Однако вещи не всегда такие, какими кажутся. Воспоминание Рэйвен сидела на диване в гостиной и медитировала. Она чувствовала себе совершенно непринужденно. В комнате больше никого не было, кроме нее и тишины. Никто, кроме комнаты, ее разума и... «О, вот ты где Рэйвен!»... Старфайр «Отлично», - подумала Рэйвен про себя. «Надеюсь, что я не помешаю тебе». - сказала Старфайр. «Ты... помешаешь... конечно, нет, Старфайр». - ответила Рэйвен. «Это замечательно. Мне нужна твоя помощь с проблемой, которая у меня есть. Я сомневаюсь в дружбе, которая у меня с Робином». «Конечно, сомневаешься. Потому что он тебе, очевидно, нравится гораздо больше, чем друг», - сказала Рэйвен это было довольно прямолинейно из-за того, что она не любила мямлить. «Это совершенно невозможно. Это совершенно немыслимо. Это... ну... Рэйвен, он просто друг. Я им не восхищаюсь. Наши отношения строго платонические», - сказала Старфайр, довольно не уверенная в себе. В конце концов, она больше ни в чем не была так уверена. Раньше они были просто друзьями, но теперь была такая напряженность. Не то чтобы они злились, просто им стало некомфортно друг с другом, что было странно. Затем, когда она была рядом с ним, она делала сумасшедшие вещи, не думая сначала. И Старфайр никогда не была такой. Она всегда все продумывала, но с Робином все было по другому. Он всегда заботится о том, чтобы с ней все было в порядке, что бы она ни делала. Старфайр боялась быть вдали от него и всегда находила способ дотронуться до его руки или плеча, когда она была с ним. Она просто все время смотрела на него, вела себя глупо, и ей было все равно, кто заметит, потому что это все не имело значения. Она чувствовала себя в безопасности и одновременно нервничала рядом с ним. Это нервировало. Это было чистое безумие; это безумие, которое захватило ее недавно, и поэтому она рассказывала Рэйвен все об этом в течение нескольких часов в тот день. «Итак, - медленно сказала Старфайр после того, как пролила свою душу «Что со мной происходит?» «Стар, просто сделай для меня одну вещь», - сказала Рэйвен. В любом случае, слушать чужие проблемы успокаивает. Она больше не чувствовала себя такой одинокой. Она могла относиться к мыслям и эмоциям Старфайр, потому что она тоже испытывала их. За исключением Робина. Он был слишком высокомерным. Рэйвен думала о Бист Бое. Он был таким легким, беззаботным и смешным. Чего еще может хотеть девушка? Ее потребность в медитации рассеялась, когда она была очарована словами Старфайр. Как будто она рассказывала историю жизни Рэйвен своими словами. «Да, Рэйвен», - спросила Стар. «Пожалуйста, опиши его для меня как можно лучше. С мучительными деталями». «Ну, он умный, смешной и добрый, и он такой вдумчивый, и он всегда помогает мне, и у него есть эти удивительно сильные руки, такие, в которых вы могли бы просто жить всю вечность, те, в которых вы чувствуете себя в безопасности» «Итак, Рэйвен? Я сумасшедшая? Я потеряла всякое здравомыслие?» «Стар, ты не сумасшедшая. Ты абсолютно...» «Она скажет "сумасшедшая". Я это знаю. И она никогда не ошибается», - подумала про себя Старфайр. «Влюблена в Робина. Ты так влюблена в этого неприятного, властного, чрезмерно грубого человека, что это отвратительно. Иди сейчас и признайся ему в любви, пока я не потеряла свой обед». И Старфайр ушла в глубоком размышлении. Рэйвен была довольна тем, что она может помочь Старфайр, и сказала ей сообщить Робину, что он ей нравится. Но в тот момент она осталась с сожалением, сочувствием и чувством вины. Конец воспоминаний И поэтому Старфайр неудобно стояла рядом с ним в лифте и восхищалась всем в нем. Все, от его лица до его рук, до его голоса, даже его запаха. Затем двери лифта, наконец, открылись после болезненно долгой поездки на кухню. Стар и Робин полностью забыли как о своих желудках, так и о тоске по еде, потому что они тосковали друг по другу. Старфайр все еще не была уверена, действительно ли конечно, Рэйвен всегда была права, но не в этом, она подумала, что будет более внимательно следить за своим поведением, чтобы увидеть, есть ли что-то, что говорит о том, что их отношения не просто платонические. Старфайр поклялась, что если он ей действительно понравится больше, чем друг, она скажет ему. В конце концов, люди с ее планеты были очень открыты. Потерявшись в своих мыслях, она забыла выйти из лифта. Робин, полностью забыв о своей клятве не трогать ее, снова потерял контроль и положил руку ей на плечо, чтобы сигнализировать, что она может выйти. Старфайр неожиданно почувствовала теплое прикосновение его руки, и ее сердце мгновенно пропустило удар. В тот момент она начала безумно хихикать, когда он вывел ее из лифта. Она без промедления поняла, что он ей не нравится. Она любила его. Он мог сделать с ней то, что никто другой никогда не мог. И поэтому они направились к кухне. Робин мысленно ругал себя за свой слабый ум, слабое чувство контроля и еще более слабое тело, Рэйвен сидела в своей комнате, вспоминая события дня и чувствуя себя виноватой, а Старфайр пришла к выводу, что Рэйвен на самом деле неправа и что она сама была действительно сумасшедшей. Сумасшедший в любви.