Полуразумный вид.

      Остаток вечера Гермиона бессовестно проспала. Неожиданно выматывающая поездка получилась. Эдвард был учтив и даже галантен. С ним было легко, не хотелось закрыться или спрятаться. Даже в книжном ей не хотелось остаться одной, как было обычно. Друзья никогда не любили проводить с ней время в библиотеке, и она предпочитала оставаться в одиночестве, чтобы никто не портил наслаждение от работы с книгами или манускриптами. Но с Эдвардом было интересно. Он был необычно умён для подростка. Мог поддержать любую тему для разговора, даже если это скучная монография очередного учёного.       Время с ним шло очень быстро, и она не заметила, как прошёл целый день. Дело, конечно, не только в этом. Гермиона открыла для себя неведомый мир чувственности. Нет, она и раньше целовалась с парнями и даже больше, но никогда она не ощущала подобного вовлечения. С Эдвардом её тело пело не меньше, чем неукротимый мозг. Она была вовлечена в процесс общения каждой своей частицей. Раз двадцать она ловила себя на мысли, что хочет поправить волосы или кокетливо пожать плечами, как какая-то манекенщица. А стоило ему как-то по-особенному прикоснуться, например, когда подаёт руку и проводит пальцами по запястью, словно на прощание или придерживает за талию, чтобы она не упала с подножки в книжном, то в животе непременно образовывался тугой узел желания. Такие простые манипуляции другими парнями, никогда не вызывали особого влечения. Она словно заново открыла для себя осязание и чувствовала его всей своей кожей.       Всё время краснеть, правда, совсем неловко, но кому какое дело, когда обоим хорошо. И поцелуй на прощание, такой нежный и тягучий, ясно подтверждает это без всяких слов.       Вырвавшись из лап сладкого сна, Гермиона с удивлением увидела, что время половина четвёртого ночи. Спать дальше смысла не было. Завтра выходной и планов никаких нет, поэтому она выпила мятного чая с печеньем и села за изучение новой литературы.       Изучив книжку о квилетах вдоль и поперёк, она пришла к нескольким выводам. Во-первых, учитывая слог и некоторые термины, это ни разу не легенды. Во-вторых, ясно, что они никакие не оборотни. Квилеты маги, или очень слабые или даже сквибы, однако, сохранившие родовой дар. Очень много говорилось между строк, что они не приемлют у себя чужаков, а те, кто сами рвутся в большой мир, обычно не возвращаются. Это звучало бы просто как традиция, но Гермиона не понаслышке была знакома с ханжеством и зацикленностью на роде среди чистокровных волшебников. К сожалению, из книги не было понятно, входят-ли квилеты в волшебное сообщество и знают-ли вообще о нём, или они много поколений назад ушли и забыли, но некоторые знания они сохранили, это точно.       А по поводу волков, то скорее всего, это не страшилки и не художественное воплощение образов. Это реальные волки. Однако, судя по описанию, с оборотнями они не имеют ничего общего. Они не зациклены на лунном движении и не превращаются в зверя, подобному волку, они оборачиваются настоящими волками, сохраняя свой разум неприкосновенным. Она не была уверена на сто процентов, но скорее всего, это родовая анимагия, причём искусственно созданная, путём обрядов или ритуалов. Это бы объяснило, почему дар просыпается, только когда есть угроза роду или земле, которая принадлежит роду. Отсюда и такая патологическая потребность сохранения чистоты гена. Вероятнее всего полукровки не могут обращаться, вот и уходят.       Ну, и в-третьих, белые, описанные в легендах определённо вампиры, и их описание в книге ужасающее. Собственно, поэтому она пришла к выводу, что квилеты вряд-ли полноценные маги, раз не смогли справиться с одной вампиршей всей деревней. Но это значит, что помочь Гермионе они скорее всего не смогут. Так что исследование индейской деревни отменяется.       Разочарованно отложив книгу, Гермиона обнаружила, что уже светает, и её начал одолевать голод. На маленькой кухне было чисто и свежо, а Долли сидела на стульчике за столом, перебирая, то-ли мелкий рис, то-ли ещё что-то непонятное.       - Доброе утро. Чего ты не спишь в такую рань? - спросила Гермиона, взмахом палочки разогревая воду в чайнике.       - Мисс Гермиона не спит, Долли тоже не спит, на случай если мисс что-то понадобится, - ответила Долли. Она не выглядела усталой или грустной, поэтому Гермиона решила не злиться, настроение и так было паршивым.       - Если бы мне нужна была твоя помощь, я бы тебя разбудила, - сказала она миролюбиво. Но Долли только ворчливо возразила.       - Нет, не разбудила бы...       - Да, наверное, - не стала она спорить. - Вот ты такая умная, скажи-ка мне, где искать вампиров? Не ходить же мне по округе и не задавать вопросы?       - Долли не знает, чем помочь. Долли вряд-ли отличит вампира от другого человека, в них кровь застыла и не издаëт песню магии, - грустно ответила эльфийка. - В библиотеке Малфоев было много книг о вампирах. Лорд Максимус когда-то собрал целую коллекцию.       - Как думаешь, если я напишу Драко, он может, что-то прислать? - задумчиво спросила Герми. Но потом сама же и ответила. - Хотя нет, связываться с ним не стоит. Может у Блэков что-нибудь найдётся.       - У Блэков должны быть копии некоторых работ Максимуса, потому что его женой была Вернэлла Блэк, - радостно сказала Долли. - Пусть мисс напишет письмо, я отправлюсь к мистеру Поттеру, и вместе с Кричером найду вам нужные книги.       - Ты просто чудо, ты знаешь? - совершенно искренне сказала Гермиона. - Подожди пару минут.       Написание письма заняло больше двух минут, потому что пришлось рассказать, что зашла в тупик и доказать, что нет ничего плохого в том, что она не собирается отступать. Не то, чтобы Гарри очень боялся вампиров, просто он не хотел, чтобы Гермиона рисковала одна. Раньше они всегда прикрывали друг друга, а тут, можно сказать разошлись.       Конечно, она понимала, что книги не появятся сразу, но возбуждение уже завладело всем её существом, и теперь поспать бы точно не удалось. Поэтому, она решила сходить куда-нибудь пообедать в городе. Выйдя за порог, она немного опешила. Солнце светило очень ярко, совсем нетипично для этого места, но в принципе оно же когда-то должно было выйти.       Абсолютно довольная, она пошла гулять пешком, наслаждаясь хорошей погодой, понимая, что такие подарки природы в марте бывают ненадолго. Позавтракав в очень милой кафешке, она прогулялась по местным магазинам и даже прикупила себе пару бытовых мелочей. Уже собираясь обратно, с сожалением увидела крупные капли через окно букинистический лавки. Подумав, что стоило, хотя бы куртку с собой взять, она даже головой стукнулась о прилавок. Ничего не поделаешь, придётся бежать под холодным дождём. Покупки она уменьшила и уложила в карман джинс и быстрым шагом пошла вдоль дороги в сторону дома.       Однако, ей почти сразу повезло, прямо перед ней остановилась машина шерифа и тот предложил её подвести. Она радостно согласилась, без остановки благодаря, и села на заднее сиденье, потому что спереди сидела девушка, чем-то недовольная.       - Знакомься, это Изабелла, моя дочь, приехала из Феникса, - гордо выдал шериф.       - Пап! - возмутилась девушка, видимо не планировавшая знакомиться.       - Что? - удивился он. - Я просто подумал, что очень удачно мы тут встретились. Гермиона Грейнджер с тобой в одном классе, и она тоже новенькая, только неделю назад приехала из Англии.       - Правда? - вот теперь она уже выглядела более доброжелательно.       - Да, - ответила Гермиона. - Приятно познакомиться.       - Мне тоже, - со скромной улыбкой ответила Белла.       - Гермиона, кстати живёт через четыре дома от нас, считай почти соседи, - довольный, что Изабелла подтаяла, продолжил шериф своеобразное сводничество.       - О, я не знала об этом, - удивилась Герми. Она и вправду не замечала, ни патрульной машины, ни его самого. - И можно просто Герми.       - Белла, - она протянула руку, чтобы сжать руку Герми в приветственном жесте. - Как тебе школа?       Гермиона подумала, что похоже её это немало волнует, а потому заверила, что ребята там хорошие и неплохо её приняли, так что ей нечего опасаться. Сама спросила, зачем она переехала из Аризоны, на что получила скривившуюся мордочку. То, что она это сделала не по своему желанию, и так понятно. В целом, она показалась ей милой и скромной. С такими обычно очень комфортно общаться.       Они довезли её до дома, где её уже ждала Долли, нервно дëргая ушами.       - Мисс совсем не надела тёплой одежды, - запричитала она с порога.       - Долли, не надо, меня подвезли, - отмахнулась Гермиона. - Лучше скажи, что ты раздобыла книги.       Увидев целую стопку фолиантов, как минимум семнадцатого века, она поняла, что планы по дневному сну отменяются. Как теперь можно спать? В конечном итоге, она просидела за книгами до девяти вечера, пока её глаза не начали слипаться, и она не побрела в постель.       В ту ночь ей снились кошмары. Большая часть информации в книгах освещала зверства голодных и отчаявшихся вампиров. Свидетели, которые не только смогли выжить, но и как правило уничтожить тварь, очень ярко описывали жестокость вампиров. Один вообще в подробностях описал, как на его глазах вампир, причём средних лет на вид, разорвал девушку, естественно возлюбленную писателя, на такие мелкие лоскуты, что от прочтения всей этой картины Гермиону не хило замутило. Благодаря впечатлениям, всю ночь во сне она видела жестокие красные глаза, смотревшие на неё с грязного оборванца, в позе зверя и ещё почему-то Эдварда, стоящего за её спиной и шепчущего ей на ухо.       - Ты хочешь понять вампиров?       После чего, он дёргал её за талию назад, как раз тот момент, когда зверь кидался вперёд, и она просыпалась. Снова и снова, те же слова и те же действия, только вампир всегда разный, то неземной красоты девушка, похожая на Флëр, то старик с впалыми щеками и синяками под глазами размером с теннисный мяч.       В общем, она проспала. В понедельник утром её разбудила сонная Долли.       - Простите мисс, я уснула случайно, - со слезами говорила эльфийка.       - Сколько времени? - Гермиона с трудом разлепил глаза.       - Почти девять, - ответила она и добавила. - Там мистер Каллен пришёл. Уже не стучит, прислушивается.       - О, господи, - воскликнула Герми, и вскочив с постели, полетела к двери.       Открыла её прямо в том, в чëм была, а именно в атласной короткой сорочке, цвета изумруда. Эдвард стоял у двери с таким видом, будто только что подошёл, а не долбился несколько минут. Он открыл рот, видимо, собираясь сходу задать какой-то вопрос, но так и застыл, только зрачки, на его, как всегда идеальном лице бегали, как сумасшедшие по её телу. Она скосила глаза вниз и покраснела в цвет флага своего любимого факультета.       - Ой, прости, я проспала, - быстро проговорила Гермиона. - Заходи, подождëшь меня несколько минут?       Тот медленно закрыл рот и кивнул делая шаг вперёд, видимо, не доверяя голосу. Она только аккуратно взмахнула рукой, невербально давая ему доступ в дом. И помчалась в ванную комнату. Быстро умывшись и причесав волосы на скорую руку, она надела, практически первое, что выпало из шкафа и вышла в гостиную.       Эдвард сидел на диване перед журнальным столиком и перебирал пергаменты и книги, которые она вчера разложила для изучения сразу нескольких источников, сверяясь с ссылками. Она ведь не думала, что кто-то может всё это увидеть. Как назло почти все страницы были открыты на особенно мерзких моментах описания жестокости вампиров по отношению к людям. Мысленно прикинув тексты, она подумала, что вроде там нигде не упоминается слова волшебник или маг, потому что книги были не справочниками того, как, например, справиться с вампирами, а скорее художественными описаниями того, почему это нужно делать.       - Что это? - спросил он, каким-то севшим и мрачным голосом.       - Эмм, ну это моё исследование, я же говорила вчера, - ответила она неуверенно.       "Как же неловко. Теперь точно решит, что я свихнулась."       - Это просто невозможно, - тихо пробормотал он, что она бы и не услышала, если бы не мёртвая тишина. Он, словно не веря, перебирал пергаменты и хмурился всё сильнее.       - Знаю, так себе чтиво на ночь, - сказала она легкомысленно, пытаясь разрядить атмосферу. - Не подумай, что я фанат всякого рода ужасов. Спала, я откровенно плохо, но тут много для меня полезного.       Он резко поднялся и посмотрел прямо в глаза, отчего она замерла, как кролик перед удавом, настолько внушительным он сейчас выглядел.       - Думаешь, это может быть полезным? - странное отчаяние в голосе удивило. Он что серьёзно думает, что Гермиона помешанная на убийствах и разочаровывается в ней?       - Я просто искала информацию, и по правде говоря, тут не так уж и много полезного, но и кое-что нужное я узнала, - она вдруг поняла, что просто зачем-то оправдывается. - Слушай, ты можешь просто не брать это в голову? Я не психопатка или типа того. Я понимаю, что всё это ужасно, - она обвела рукой стол. - Но при определённой исследовательской работе приходится читать всякое. Я умею фильтровать. Просто забудь, ок? Я не ищу приключений, это уж точно, чистая теория. Никто не захочет встретиться вот с этим... Чудовищем.       Она показала снова на стол. Эдвард, как-то болезненно зажмурился, и сказал тихо и отчаянно.       - Ты права... Абсолютно никто.       Потом глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Когда он снова открыл глаза, в них уже не было столько отчаяния, только грусть.       - Мы опоздаем, - коротко напомнил Эдвард.       - Да, пойдём.       Облегченно выдохнув, Гермиона пошла на выход из дома, мысленно давая себе обещание, что станет прятать провокационную литературу перед его приходом. Такая реакция о многом говорит. Его пугает такая её увлечённость сверхъестественным. Это, конечно, очень печально, учитывая, что она сама сверхъестественная, но он стал занимать в её груди слишком важное место, чтобы так рисковать.       Он ездил как сумасшедший, а потому они даже не опоздали, но по дороге никто из них не произнёс ни слова. Неловкая тишина стояла до того самого момента, когда она уже собралась выйти из машины.       - Герми, - позвал он неожиданно нежным голосом. Она повернулась к нему лицом и поняла, что его настроение поменялось кардинально. Взгляд был снова тёплый и затягивающий, а на губах мягкая улыбка. Она не знала, о чëм он думал всю дорогу, но поняла одно, что бы он там не передумал, он не собирался отстраняться, хоть и вчерашней близости не чувствовалось, он словно отгородился немного.       - Что? - спросила она, не понимая, зачем он её окликнул, пока они опаздывают.       - Хорошего дня. Увидимся за ланчем? - спросил он, и протянув ладонь, чуть погладил её по щеке, тыльной стороной. Как и раньше, его руки были прохладные, но нежные, и Гермиона, прикрыв глаза, улыбнулась счастливой улыбкой.       - Обязательно, - только после этого они вышли и пошли в свои классы.       Уже на первом же уроке Эрик взахлёб рассказывал о том, что у них появилась новенькая. Гермиона вспомнила о Белле только сейчас и даже почувствовала сожаление, что не встретила её. Девочка явно чувствовала себя не в своей тарелке. Поэтому, когда они отправились на ланч, с энтузиазмом поддержала других девушек взять её с собой.       По дороге все оживлённо болтали об уроках и учителях. Гермиона слушала это по второму кругу, но сейчас уже могла и свои комментарии вставить с точки зрения новенькой. Белла была милой и дружелюбной. С интересом задавала некоторые уточняющие вопросы. Поэтому, не найдя Эдварда в столовой, она не слишком расстроилась. Его семьи тоже не было, видимо их задержали какие-то таинственные семейные дела.       - А это кто? - спросила Белла с благоговением в голосе. Многие, сидящие за столом, посмотрели в нужную сторону, но большинство сразу потеряли интерес. К Калленам давно привыкли. Да, красивые, как со страниц журналов, да выглядят обособленно, но слишком уж холодные и отстранённые.       Джессика пустилась в объяснения, не забывая упомянуть о том, что их связывают между собой не только братские чувства. Видимо, её сильно задевал тот факт, что Каллены никого не брали в свою компанию.       - А кто тот парень с рыжеватыми волосами? - спросила Белла и Гермиона непроизвольно отвлеклась от обеда, чтобы взглянуть на Эдварда. Тот смотрел прямо на неё с каким-то таким выражением, словно обиженным. Что ж, сам виноват нечего опаздывать. Она указала глазами на Беллу и пожала плечами. Эдвард в этот момент тоже посмотрел на а Беллу и вдруг нахмурился, и его взгляд в мгновение ока стал острым и недовольным. Гермиона отвернулась, не желая разбираться в его слишком часто меняющемся настроении. Сейчас она действительно получала некое удовольствие от общения с друзьями.       - Эдвард. Он, конечно душка, но можешь не тратить на него время. Этот гордец ни с кем не встречался из нашей школы, пока не появилась Герми, теперь он при любом удобном случае ходит за ней хвостом.       Она говорила с насмешкой и даже доброй, но Гермиона явно почувствовала фальш. Неужели ревнует? Раньше она как-то не замечала за ней подобного.       Ещё немного поболтав и даже не обратив внимание на то, что Каллены уже ушли из столовой, Гермиона напомнила всем, что пора на урок. Тогда выяснилось, что Белла тоже идёт на биологию и понимая, что единственное свободное место и рядом с ней, она взяла её под крыло.       Учитель читал лекцию, и Гермиона старалась не отвлекаться, но как только выдалась минутка перерыва, Белла сразу спросила, низко наклонившись.       - Ты правда встречаешься с Эдвардом Калленом? - спросила она тихо, чтобы никто не слышал. К сожалению, девушка на задней парте очень внимательно их разглядывала и возможно даже подслушивала, но в принципе никакой тайны они не делали из своих отношений, а раз все всё знают, то..       - Ага, - ответила она максимально просто. - Он, замечательный.       - Ммм... - неопределённо ответила Белла, но потом всё же решилась сказать. - Просто он так посмотрел на меня, будто, я что-то ужасное сотворила.       - А ты ничего не успела натворить? - развеселилась Герми.       - Нет! - чуть громче сказала она. Но потом закончила чуть тише. - Думаю, что нет.       - Знаешь, - задумалась Герми. - В тот первый день, когда мы познакомились, я тоже подумала, что чем-то ему не угодила. Думаю, ему просто не нравятся перемены.       - Козерог? - спросила Белла, бездумно закрывая тетрадь, потому что в этот момент прозвенел звонок.       - Понятия не имею, - рассмеялась Гермиона и добавила. - Судя по твоему тону, козерог это что-то неприятное.       - Я вообще-то не верю в гороскопы, но моя мама уверена, что козероги это настоящие чудовище, - она легко улыбнулась, чувствуя себя в компании Гермионы достаточно свободно.       - Да уж, - ответила она, собирая сумку. - Ну, чудовище это перебор, конечно. Поверь, я начиталась о них и точно знаю, что Эдвард пушистик по сравнению с настоящими чудовищами.       Ответить Белла не успела, потому что подлетел Майк, собравший свои учебники наспех и начал напропалую флиртовать с Беллой. Гермиона хихикала, радуясь про себя, что от неё похоже парни переключились на новую игрушку.       "Как дети малые, ей Мерлин!"       Не то, чтобы ей не нравилось внимание, но похоже она влюбилась, и теперь внимание других парней несколько напрягало. Сама Белла скромно реагировала, но и не отталкивала. Такой вот странной компанией, они и пошли на физкультуру.

+++

      - ... Эдвард пушистик по сравнению с настоящими чудовищами.       Чудовище...       Именно так и есть на самом деле. Бездушное, жестокое и бессмертное. Это мысль так глубоко сидела в нём всю его жизнь, что сейчас он глухо зарычал. Парнишка, что сидел с ним рядом, в ужасе дёрнулся, и Эдвард постарался взять себя в руки.       Сейчас он сидел на английской литературе, но не слушал учителя, а внимательно следил за разговором Гермионы и Беллы, через разум очень любопытной девушки, которая сидела прямо за ними. Новенькая оказалась с сюрпризом. Её мысли он не мог прочитать, она была так же закрыта от него, как и Герми. За сто лет он никогда не встречал таких людей, а тут сразу двое. Он непременно заподозрил бы сбой своего дара, если бы эта Белла была обычной, как все. Но это было не так. Она была странная.       Началось всё утром, когда Эдвард увидел кучу очень старых книг и листов такого необычного качества, будто настоящий пергамент. Но вот содержание его повергло в настоящий шок. Он перебирал листы деревянными пальцами, вчитывался в строчки и никак не мог поверить. Когда она его застукала, то скорее всего подумала, что он в шоке от её интересов. Мол, зачем ей интересоваться этими ужасами. Она всеми силами пыталась показать, насколько это всё неважно и не стоит внимания, но его в тот момент заботило совсем другое. То, с какой реалистичностью была подана информация, просто поражало. Это не были сказки или фантазийные опусы. Это были реальные описания встреч с вампирами. Голодными и злыми. Как такое возможно, он не понимал. Он даже представить себе не мог, что некий Джозеф Смит, может быть так близок к описанию вампира, его способностей и силы. Откуда эта информация тоже непонятно, ведь все её персонажи в конечном итоге были выпиты и разорваны на кусочки. Но всё это... Она права, никто не захочет быть с таким чудовищем. Всю дорогу до школы она не проронила ни слова, а он не мог ничего сказать, понимая, что любое высказывание из его уст будет оправданием, а отрицать свою природу он не будет, он не хотел её обманывать и подвергать опасности.       И вот снова, она так легко сказала о том, что он, Эдвард, не чудовище. Но это не так. И это удручало. Если она узнает правду, она возненавидит его всем сердцем. А ужасней этого ничего не может быть. По пути он решил для себя кое-что. Он сделает всё, чтобы она никогда не узнала. Придётся отстраниться и уйти из её жизни, но это будет постепенно, чтобы не делать ей больно. Но одно он понял точно: сам он никогда не сможет от неё отказаться и будет тенью преследовать её всю жизнь, а когда придёт её время уходить, он уйдёт с ней.       Приняв это решение, он даже воспрял духом, и когда понял, что она готова выйти из машины, то не удержался и окликнул её, чтобы прикоснуться, в последний раз. Эта тёплая кожа, румянец и счастливые глаза. Он всего этого не достоин.       Перед ланчем, они с семьёй решили переговорить, и он честно выложил всё, что узнал и всё, что решил. Семья была напугана, но в то же время больше переживала за психическое состояние Эдварда, мысленно говоря, что поддержат его во всём. Насчёт Беллы вопрос был открыт, потому что её будущее Элис тоже видела нечётко, кусками, но скорее всего это от того, что она с первого же дня сдружилась с Герми. Но она видела её дома вечером или за рулём старого пикапа по пути из школы.       В итоге, он решил, что начать свою ужасную миссию по отстранению от Герми стоит с проветривания. Ему стоит съездить куда-нибудь на пару дней и избавиться от её запаха в своих лёгких. Для этого он подловил её после биологии, но она была с Беллой, они на пару подшучивали над Майком, а тот и рад был их вниманию. Он решил, что прощание подождёт до конца рабочего дня и притаился, собираясь вдохнуть немного Герми для спокойствия, чтобы пережить ещё один урок. Когда она была в таком хорошем расположении духа, её запах был успокаивающим и мягким.       Но стоило ему сделать вдох, он едва не потерял рассудок. Мышцы напряглись, как перед прыжком. Клыки налились ядом, а в горле появилась сухая боль, от которой хотелось рычать взбесившимся зверем. Он уже сделал один маленький шажок в сторону девушек, когда его припечатало с силой к стене, и Элис быстро зашептала.       - Эдвард, ты слышишь меня? Я знаю, ты ещё тут. Пожалуйста, Эдвард не дыши, прошу тебя.       Он опустил взгляд на Элис и увидел ужасную панику в её глазах, а ещё он увидел своё отражение в них.       Чудовище, вот что он видел. Страшный, холодный, готовый убивать. Он охотился всего пару дней назад, но этого оказалось недостаточно, чтобы сдержаться. Он увидел в мыслях Элис обрывки видения, в котором он, как самый настоящий хищник рычит, и передвигаясь по школе убивает учеников с такой скоростью, что кровь стыла в жилах. Она пыталась не думать об этом, чтобы облегчить ситуацию, но была слишком напугана, и образы вырывались на поверхность мыслей.       Это девчонка, Белла, так пахла. Он понял это сразу. Её запах был в разы насыщеннее, чем у всех остальных. Он мог сравнить это только с запахом крови Герми, но в этом запахе не было эмоций, только кровь.       Несколько секунд он изобретал способ справиться с Элис так, чтобы не навредить ей, но потом вдруг в мыслях Элис представила лицо Гермионы. И это в её шоколадных глазах, он видел отражение зверя. Резко зажмурившись и отпрянув от Элис, он едва не заскулил от боли, которую ему принесла эта картинка. Он чётко понял, что Герми увидит, если он сейчас же не придёт в себя.       Собрав всю свою волю и силу в кулак, он обмяк и позволил Элис чуть ли не отнести его на улицу, подальше от предполагаемого ужаса в глазах его любимой хрупкой девочки, подальше от соблазна, подальше от Беллы Свон.