Полуразумный вид.

За пару дней до ритуала…

      — Я наблюдала за ними в момент взрыва. Девчонка слаба и выжила лишь благодаря Эдварду, — сказала Челси, не высокая кучерявая вампирша с капризным лицом и надутыми губами. — Боюсь, их связь слишком тесная, чтобы была возможность её разорвать.       — Она не так глупа, как я подумал сначала, — сказал Аро, сложивший ладони в молитвенном жесте, касаясь кончиками пальцев своего подбородка. Он смотрел куда-то в стену, глубоко задумавшись. — Если бы Карлайл послушался и обратил её сразу, то она бы потеряла доступ в магический мир. Это бы решило проблему. Но она слишком необычна. Она умна и прекрасно понимает, что к чему. Это делает ситуацию слишком опасной. Нам нельзя больше ждать.       — Любовь моя, не предлагаешь же ты выступать сейчас? — спросила высоким, словно перезвон колокольчиков, голосом Сульпиция, которая сидела на обшитой золотом кушетке с бокалом пряного напитка, явственно отдающим железом. — Не думаю, что мы готовы.       — Мы не готовы, — подтвердил Кай, нервно расхаживающий по комнате, больше напоминающей музейный зал, с общими бархатом стенами и колонами по периметру.       — Я говорю лишь о том, что нужно избавиться от девчонки, пока она не уничтожила сотни лет подготовки, — спокойно ответил Аро. — Эта ведьма может принести нам много проблем. Она, буквально, угроза всему что мы построили, всему, чего мы достигли, — потом он посмотрел на Кая и сказал неодобрительно. — Не стоило объявлять их клан преступниками. Теперь их больше, а это значит и уничтожить придётся большее количество вампиров.       — Это лишь те, кто не в силах помочь нам в будущем. Мне их не жалко, — парировал Кай, не обращая внимания на обеспокоенный взгляд своей жены Афинодоры, бесконечно прекрасной и хрупкой, часто ошибочно кажущейся мягкой и доброй из-за ясного взгляда. Она, как никто знала вспыльчивый нрав своего мужа, который часто принимал поспешные решения.       — Некоторые из них слишком важны. Элис… — мягко заметил Аро, будто объяснял фундаментальные вещи.       — Ничего не хочу о ней слышать, — прошипела Сульпиция.       — Не надо ревности, любовь моя, — сразу отозвался Аро строго. — Элис, часть клана Вольтури, и это не обсуждается. Однажды, я найду способ…       Ничего не говоря, Сульпиция вышла из комнаты, даже не допив кровь в бокале, которая уже начала сворачиваться от контакта с кислородом.       — Кто ещё к ним присоединился? — спросил Кай у Деметрия, тихо стоящего у дверей.       — Денали уже в Вашингтоне, кочевники на подходе, Ирландцы ответ не дали, но похоже тоже будут там. Пока всё. Если не считать румын. Они пересекли границу, но пока неизвестно, с какой точно целью.       — Почувствовали собаки, что кто-то способен бросить вызов, — продолжал злиться Кай.       — Я пытался подойти ближе, но вокруг слишком много оборотней, — продолжил Деметрий. — Они могли почуять слежку.       — Это не оборотни, — как-то отстранённо заметил Аро. — Они лишь перевёртыши, по недоразумению ставшие волками. К оборотням они не имеют отношения, однако, не менее опасны. Что даёт дополнительный повод ускорить казнь, пока волков не стало слишком много.       — А что делать с ведьмой? — спросила Афинодора. — Пока она смертная, она может обратиться за помощью к своим.       — Что ты, Афи, — сухо улыбнулся Аро, — Это всего лишь девочка, детей не слушают в любом мире, — после небольшой паузы, он продолжил. — Но, ты права, не стоит полностью отвергать такой исход. Мы должны наведаться за барьер и узнать, что происходит. А заодно разузнать побольше об этой Гермионе Грейнджер.       — Не выйдет. Встреча назначена только на конец июля, — бесцветным голосом отозвался Маркус.       Маркус, вообще, всё время вызывал раздражение у Аро. Тот был настолько безжизненный и мало мотивированный, что становилось тошно от его компании. Однако, семейные узы не давали ему избавиться от Маркуса, к тому же, свою часть игры по общению с магами он всегда выполнял безукоризненно.       — Значит, мы должны дать им какую-то срочную информацию, — подумав, сказал Аро. — Сообщим, что румыны снова затевают бунт, попросим разрешение на устранение этих двоих.       — Разрешение! — громко фыркнул Кай.       — Это будет достаточно веский повод для аудиенции, а там можно и разузнать нужную информацию, — подвёл итог Аро и, наконец, перестал изображать статую девы Марии, сложил пальцы в замок и повернулся к Маркусу. — Собирайся, я напишу запрос…

+++

Сейчас…

      — Божечки, ну и… Скорость… — с трудом переведя дыхание, пробормотала Гермиона, привалившись к дереву.       — Ты так удивляешься! — хохотнул Эммет. — Похоже Эдвард с тобой слишком нежничает.       Гермиона переменилась в лице и сурово посмотрела на шутника. Казалось бы, завуалированный комментарий, однако, все уже достаточно знают Эммета, чтобы понять, что тот имел ввиду, но ничего сказать она не успела, потому что была перебита смехом от следующих слов Рона.       — Интересная мысль, — сказал он, мечтательно смотря в небо.       — Ладно, — сменил тему Джаспер. — Допустим, вы способны победить даже двенадцать против восьми. Но вы только нас раскидали, есть ещё какие-то заклинания, которые подействуют против вампиров?       — Их немало, — сказал Чарли. — Кожа вампира достаточно жёсткая, но вполне сравнима с драконьей, поэтому варианты есть. Слова другие, действия те же. Пока тренируемся, будем отталкивать, чтобы не навредить вам.       — Статичное нападение слишком просто, — задумчиво сказал Рон. — Нужно потренироваться в движении. Вольтури не будут просто стоять на месте. У нас есть опыт погонь, но не с вампирами. И да, Луна встанет сзади, она слишком медленная.       Луна спокойно кивнула. Джаспер одобрительно покивал, признавая в Роне неплохого стратега.       — Не сегодня, — возразил Эдвард. — Вам нужно отдохнуть, — имел ввиду он, конечно, Гермиону, которую поднял на руки понёс в дом, та облегчённо расслабилась в его руках и даже заулыбалась, хотя за эти несколько часов тренировки в лесу, жутко устала.       Они уже третий день тренировали реакцию на нападение вампиров, поскольку физически противостоять им не могли, то должны были научится биться заклятьями, причём таким образом, чтобы не навредить своим и успеть за мелькающими вампирами в толпе, если драка дойдёт до полноценного столкновения. Вампиры одновременно нападали на волшебников таким образом, чтобы разделить их, и в обход вспышкам добраться до тела. Прикосновение распознавали, как поражение, что в реальном бою будет равняться смерти. Задача волшебников, не подпустить к себе и нейтрализовать с помощью заклинания отталкивания. Пока счёт был в пользу волшебников, никому из вампиров не удалось до них достать, потому что те действовали, как единый механизм, они умудрялись защитить себя и помочь друг другу, без слов и каких-либо знаков меняя положение в пространстве и прикрывая спину товарищу.       Впервые Каллены всерьёз увидели в этих детях, закалённых в боях солдат. Они не терялись и не раздумывали, били чётко и работали так слаженно, будто читали мысли друг друга. Особо Джаспер отметил Гарри, Рона и Гермиону. Если сначала он думал, что вести бой будет Рон, учитывая, что именно он аврор, то в процессе тренировки стало понятно, что ведущий всё же Гарри, Рон скорее защита, а Герми прикрытие. Остальные были не столь сильны в бою, но рядом с этими тремя чувствовали себя достаточно уверенно, отчего стойко стояли на ногах. Но о чëм они все думали, так о том, что Вольтури гораздо больше чем двенадцать. Их как минимум пятьдесят душ, при условии, что они не станут привлекать сторонние кланы. Раскладка пока сильно не на их стороне.       Уже дома волшебники набросились на еду, как оголодавшие гиппогрифы. Вампиры тоже не расходились, потому что несмотря на усталость и голод, все они безостановочно обсуждали тактику и стратегию. Помирать никому не хотелось.       — Мы должны привлечь волков, — внёс разумную лепту Карлайл.       — Тогда я вообще ничего не увижу. С волшебниками хоть вспышки и кадры есть, а с волками вообще глухо, — раздражённо возразила Элис.       — Волки в любом случае будут участвовать, — сказал Джаспер, вздыхая. Ему не нравилось, как Элис нервничает, что не может разглядеть ничего толком. — Во-первых, Вольтури придут сюда, а во-вторых, Лия защищает Чарли, а стая защищает Лию.       — Хотелось бы мне, чтобы это было не так, — сердито высказался Чарли.       — Я думала, вы с ней нашли общий язык, — взволнованно спросила Эсми. Она носилась среди волшебников, стараясь их накормить, явно подражая миссис Уизли.       — Да, — нехотя согласился Чарли. — Мы вроде подружились. Она мне даже нравится, весёлая девчонка. И, кажется, ей действительно не доставляет неудобств такие отношения. Она не просит большего, и мне легче, но тот факт, что она даже не может остаться в стороне от этой битвы из-за нашей связи, лишний раз напоминает, что мы не просто друзья.       — Может позже всё наладится, — сказала Таня и сжала его плечо. Тот только кивнул, не видя смысла снова всё это обсуждать.       К вечеру стало менее многолюдно. Кто-то ушёл в дом Герми отдыхать, а некоторые ребята поехали в резервацию, чтобы поговорить об общих тренировках. Гермиона засела за книги, но не понимала ни строчки, от того, что Эдвард засел за рояль. И если раньше, она была практически индифферентна к музыке, то сейчас не могла оторвать глаз от его рук, что ловко перебирали клавиши инструмента. Мелодия захватила её полностью и, по правде говоря, хотелось растечься лужицей в кресле, настолько хорошо ей было в этот момент. Она погрузилась в мечты, что было ей несвойственно, однако, сейчас образы будущего всплывали в воображении так ярко, поддаваясь плавной мелодии. Она впервые за эти полгода всерьёз задумалась о том, как будет выглядеть их будущее вместе с Эдвардом, через десять лет или даже через сто. А что если они проживут сотни лет вместе. Какого будет любить его вечность?       Одно она знала точно, Эдвард тот человек, с которым она бы хотела прожить так долго, сколько сможет. После ритуала много стало выглядеть иначе. Например, тот факт, что их души связаны, показывает на сколько они стали близки. А прямой намёк на то, что её бессмертие во многом зависит от бессмертия Эдварда давало надежду на нормальное существование. Одна мысль о том, что Эдвард по какой-то причине умрёт, а она не сможет и будет жить с этой болью бесконечность, её жутко пугала.       Ещё она поняла, что так и не рассказала о своей собственной живучести Эдварду. Это её не беспокоило, в конце концов время для этого будет достаточно, если они смогут пережить это лето, а если нет, то и смысла это обсуждать нет.       К тому же, вдруг со страшной силой навалилось осознание, что возможно им осталось совсем немного. Она была уверена в своих силах, в силах своих друзей и новых знакомых, однако, Вольтури представляли силу не меньшую, а может и много большую. Во-первых, их в принципе больше. Елеазар сказал, как минимум пятьдесят душ. И да, некоторые из них бесполезны, такие как жëны глав или партнёры бойцов входящих в клан, как пара члена клана, но большая часть из них вампиры тренированные и талантливые бывшие сквибы. Кто знает, поможет-ли им тактика, которую они тренируют каждый день в ближайшем лесу. В любом случае, Гермиона впервые за три года почувствовала приближение грозы. Как будто мир вокруг налился яркими красками и тревожностью. Примерно то же самое она чувствовала накануне битвы за Хогвартс, когда самое яркое солнце не способно было разогнать тень страха.       Она уже собиралась бросить книжки, в которых всё равно ничего сейчас не понимала и утащить Эдварда куда-нибудь подальше ото всех, чтобы насладиться этими днями затишья перед бурей, надышаться, на случай, если это последнее лето в их жизни. Но именно в этот момент появился гость, это был Гаррет. Высокий, поджарый вампир, с живыми рубиновыми глазами и длинными каштановыми волосами до самых плеч, собранными в хвост и перевязанными кожаным шнурком. Несмотря на цвет глаз, Гаррет сильно понравился волшебникам. Тот был весел и явно наслаждался всем, что ему пришлось узнать. Сначала он общался с Денали и очень заинтересовался вегетарианской диетой. Этот искатель приключений явно придумал себе новое испытание и теперь приценивался, как к этому подойти. Потом он узнал о волшебниках, о которых не слышал никогда в жизни. Он был похож на ребёнка, впервые попавшего в магазин игрушек. Столько вопросов выдавал, сколько не успевал получить ответов.       Уже ночью пришли и другие. Друзья Джаспера, Питер и Шарлотта, присоединились к ним даже не задавая вопросов о том, в чëм собственно дело. Потом, конечно, выслушали и в изумлении присоединились к вопросам Гаррета, но такая отдача принесла в семью теплоту и надежду на хороший исход.       Сюрпризом стал Египетский клан. Четыре человека, самый младший из которых оказался талантливым стихийником. Гермиона до самого утра просидела с ним на крыльце, задавая кучу вопросов и проводя эксперименты. Очень уж его сила похожа на стихийную магию. Любопытным было то, что он несовершеннолетний. То есть обращëн в шестнадцать. Гермиона была уверена, что при таком раскладе сохранить дар невозможно, однако вот он перед ней, устраивает мини торнадо-хоровод. Расспросив о его жизни, она узнала, что тот понятия не имел о волшебном мире, однако, был уверен, что дар у него был и при жизни. Единственное объяснение, которое нашла для себя Гермиона, это особенности древнего рода. Бенджамин, ясно как день, принадлежал к древнему роду, такому древнему, что от него и воспоминаний не осталось, однако ген передавался от сквиба к сквибу, пока совпадение генов родителей не порадило активное магическое ядро. Возможно слишком слабое, но всё же активное. Она уже размышляла об этом, когда анализировала ситуацию Беллы. Потому что, по прикидкам Елеазара, у Беллы в случае обращения мог бы быть сильный щитовой дар, что невозможно в случае магглорождения, как у Гермионы.       Интересно, что Амон, глава клана, был точно уверен, что ему хватило одного взгляда на этого мальчика, чтобы понять, какой он особенный, ещё до того, как он услышал песню его крови. Именно эта уверенность помогла ему не убить ребёнка, а лишь обратить его, хотя он оторвался от него, буквально в последний момент и с огромным трудом. Его кровь была великолепна, но инстинкты просто выли от потребности остановиться. Эта история стала очередным подтверждением в исследовании Карлайла и Герми на предмет зова. Похоже вампиры чувствуют зов крови волшебников, ещё до того, как почувствуют запах, именно поэтому среди вампиров так много одарённых.       Наличие же связи между душами, показанная Смертью, говорит о разумности вампиров. Только существо, способное трезво мыслить и контролировать природный инстинкт, имеет пару для души. Ещё одна зацепочка в деле по смене статуса для вампиров в волшебном мире.       Следующие несколько дней, Гермиона провела в руках Эдварда. Буквально. Она ела, спала, дышала, не отходя от него ни на мгновение. Они, предупредив Эсми и Карлайла, уехали в Порт-Анджелес и сняли номер в дорогом отеле, где наслаждались обществом друг друга. Вопреки обычаю, говорили они мало, по крайней мере вербально, больше уделяя время тактильному общению. Эдвард поделился с ней, что настолько привык к её запаху, что совершенно не чувствует жажды рядом с ней, а только спокойствие и умиротворение. Жажда, что и так не сильно беспокоила его, из-за многогранности запаха, трансформировалась в желание. Теперь её естественный запах крови вместо раздирающей сухости в горле, вызывала спазматические разряды сплетающиеся в волнующий клубок желания в самом низу живота.       Вернувшись домой, они поняли, что пропустили немало. Прибыли ещё гости, и многие нашли себе приятную компанию не только среди вампиров, но и среди волшебников. Было очень много тех, кто не понимал и не принимал образ жизни Деналийцев и Калленов, а потому они похвалили себя за то, что запаслись артефактами.       Особенно напрягали румыны. Жуткие, себе на уме, но очень заинтересованные в потасовке с Вольтури. К слову, они про волшебников знали, но почему-то совершенно не интересовались, будто это совершенно лишняя для них информация. Стефан единственно обмолвился, что встречал за свою жизнь немало волшебников и с гордостью поведал о том, что ни один не ушёл от него живым. Они не участвовали в тренировках, только смотрели со стороны, изредка обсуждая что-то между собой.       Несмотря на в целом позитивную атмосферу, Элис выглядела крайне утомлённой. Она слишком медленно передвигалась по дому, всё время переставляя вещи с места на место, протирая, и без того чистые поверхности, и даже молчаливо готовила.       — Что это с ней? — спросил Гаррет у Кейт, с которой сидел на диване и рубился в видеоигру, явно намереваясь освоить её настолько, чтобы обыграть Эммета, в чëм ему и помогала Кейт.       — Она пытается настроить дар предвидения, — ответила Кейт. — Простые манипуляции по дому помогают избавиться от назойливых мыслей. Похоже на медитацию.       — А в чëм проблема с даром? — не понял Гаррет. Сам он не обладал никакими талантами, разве что считать за такой неуëмную жажду жизни и приключений.       — Волшебники и волки засоряют эфир, — фыркнула Кейт.       — И что она пытается сделать? Разве можно это исправить? — спросил Гаррет с любопытством.       — Любой дар можно развить и усились, — пояснила Кейт. — Она настраивается на различные волны, с каждым днём получается всё лучше. Хотя решение Аро, она пока не видит, хоть точно знает, что он торопится. Мой дар тоже раньше был только в ладонях, но со временем я смогла растянуть его воздействие на всё тело.       — Правда? — улыбнулся Гаррет, ещё более заинтересованно. — А что у тебя за дар?       — Разряд тока,— ухмыльнулась Кейт и продемонстрировала свою руку, перебирая пальцами.       — Сильный? — Гаррет чуть подался вперёд, разглядывая её ладонь так внимательно, как будто это она сейчас ответит.       — На колени поставит, — чуть дëрнув бровью, ответила Кейт.       — Хочу попробовать, — решительно сказал Гаррет, вскакивая на ноги.       — Ох и зря, — тихо пробормотал Эдвард и Гермиона захихикала, причём не только она. Этот разговор привлёк немало свидетелей.       — Уверен, что выдержишь, старикан? — спросила Кейт с насмешливой улыбкой, протягивая ему руку, ладонью вверх.       Тот, абсолютно самоуверенно дотронулся до неё пальцем, и в ту же секунду его колени подкосились, и он упал на пол, как подкошенный. Рядом вскрикнула Эсми, а Герми напряглась всем телом, смотря на красноглазого вампира, хватающего ртом воздух, скрючившегося на полу.       — Вау! — прокомментировал Гаррет, медленно вставая на ноги и тяжело дыша. — Это было любопытно, но я пожалуй пока воздержусь от дальнейших исследований.       Кейт легко рассмеялась и села обратно на софу.       — Очень больно? — сочувственно спросила Гермиона.       — Это ничто по сравнению с даром Джейн, — сказала Кейт, поморщившись.       — Что у неё за дар? — спросила Герми, заинтересованно. Ей почему-то до сих пор в голову не пришло расспросить о дарах Вольтури.       — Боль, — коротко ответила Кейт. — Она, наверное, садистка.       — Не просто боль, а всепоглощающая боль. Будто каждую клеточку тела протыкают раскалённые иглы, — уточнил Эдвард, который однажды испытывал это дар на себе.       — Ужас. — Гермиону передёрнуло. — Похоже на круцио.       — Круцио? — спросил Гаррет, с новым интересом.       — Заклятие боли, — объяснила Гермиона. — Воздействует непосредственно на нервные окончания.       — Покажешь? — спросил Гаррет, и Эдвард покачал головой с улыбкой, мол, что с него взять.       — Нет, даже не проси, — ответила Герми, поморщившись. — Заклятье больше сотни лет противозаконное, оно так и называется «непростительное».       — И ты не нарушаешь правила? — спросил Гаррет, подтрунивая.       — Конечно нет, — отозвалась Герми. — Этот закон придумали не просто так, а потому что заклятье ужасное и не имеет защиты. От него не скрыться никакими щитами. Не представляю, что должно случиться, чтобы я решила расценить этого заклятье приемлемым. Уж извини.       — Эх, скучная ты, — сказал Гаррет, не пытаясь обидеть, а просто закрывая вопрос. Эдвард же не сводил с неё восхищённого взгляда.       — Что? — спросила она с улыбкой, утопая в тёплом золоте его глаз.       — Ничего, — ответил он, целуя её в висок. — Просто ты восхитительная.       — Какие ещё есть способности у свиты Вольтури? — спросил Чарли, присоединяясь к Кейт и Гаррету на диване с большой тарелкой попкорна.       — Ну про Аро вы знаете, — сказал Эдвард. — Кстати, стоит подумать о том, кто будет общаться с Аро в случае, если переговорам всё же быть.       — Проблемы? — спросил Елеазар аж из кухни, похоже этот разговор слушают даже те, кого нет в комнате.       — Есть некоторые подозрения, что у Аро имеется зуб на волшебный мир, а Каллены всем составом были там, и в их голове есть, так сказать, прямой туда путь. — пояснила Гермиона.        — Я могу, — отозвалась Таня с верхних этажей.       — Слабоумие и отвага… — пролепетал Рон со смешливой улыбкой. Герми фыркнула, она видела, что Рон всё время цепляется к ней, потому что она ему нравится.       — Ладно с Аро понятно, что дальше? — прервал её мысли Чарли. — Остальные два тоже такие сильные?       — Кайус дара не имеет, — отозвалась Кейт. — Но он невообразимо жесток. Аро сдерживает его с помощью Корин и Челси. Они буквально заставляют его чувствовать себя счастливым на своём месте и проявлять лояльность к Аро, не стремясь занять его место, хотя он старше и более жаден до власти. Говорят, Аро объединился с ним, потому что ему импонировала его жажда господства вампиров над остальными.       Герми и Чарли переглянулись. Эдвард и сам пришёл к такой же мысли. Желание господства над остальными, включают в себя не только людей, но и скорее всего волшебников.       — Дар Маркуса не так опасен, — продолжил Карлайл, присоединившийся к компании, когда понял, что разговор принял серьёзный оборот. — Он лишь видит связи между людьми, подобно Челси, но в отличии от неё не может на них воздействовать. Из них троих он самый молодой, но не на много. После смерти своей пары, он стал абсолютно опустошённым, похожим на пустую оболочку, но по какой-то причине его не только не выгнали из клана, но и даже не сместили с правящего места. И если честно, не думаю, что дело тут в семейных узах. Даже представить не могу, чем он так ценен, что, несмотря ни на что, он остаётся подле Аро…

+++

За сутки до ритуала…

      — Маркус! Наконец-то. — Аро расплылся в сладкой улыбке и раскрыл свои руки в приветственном жесте. — Тебя не было больше шести часов.       — Пришлось ждать осведомителя, — бесцветным голосом отозвался Маркус, тяжёлой кучей падая в кресло. — Но оно того стоило, он привёл троих сквибов. Двое дети, их придётся ждать, чтобы не упустить возможный дар, а вот третья женщина, и она очень гордится своей интуицией.       — Что ж это прекрасно, — обрадовался Аро. — Феликс распорядись, чтобы наших гостей приняли с почтением.       Высокий амбал кивнул и вышел из залы.       — Что по поводу румын? — громко спросил Кай, врываясь в комнату.       — Ничего, они снова этим не заинтересовались, лишь обмолвились о том, что это наши проблемы, — сказал Маркус и впервые за сутки, на его лице проступили эмоции. Презрение и капля злости. Он не понимал, почему Аро не уничтожает румын, считая их отличным отвлекающим манёвром, когда те были повинны в смерти его Дидим.       — Что ещё сказал наш дорогой Алессандро? — спросил Аро, имея ввиду работника итальянского Министерства по контролю за полуразумными видами магических существ.       — Артефакты, — ответил Маркус, возвращая себе отстранëнный вид. — Эта мисс выгребла всё.       — И ей просто их отдали? — изумился Кай. — Да кто она такая, я не пойму. Почему какая-то девчонка лезет, куда не просят?       Маркус вздохнул, словно, этот разговор его смертельно утомил и достал из сумки на столе свëрнутую в трубу газету, бросая на большой дубовый стол перед своими более эмоциональными соправителями.       — Это всё, что удалось выяснить. Даже осведомитель не стал давать пояснений, сказал лишь, что жить ещё хочет, — сказал Маркус и откинулся на кресло обратно.       — Хм, — прокомментировал Аро, чувствуя нервозность от его слов. Он взял газету и развернул вглядываясь в первую полосу. — «Очередная победа, мисс Гермионы Грейнджер, принесла небывалый подъëм среди магических существ.» Так это про какой-то суд, тут восхваление самой справедливой ведьме Британии… Очень пафосно, этого у них не отнять. «Чем бы не обернулась деятельность отдела по контролю магических существ, в любом случае единогласно было решено согласиться, что мисс Грейнджер будущее этой страны…»       — Звучит очень внушительно, — немного нервозно прокомментировал Кай.       — Это не первое издание их печатной продукции, что мне попадалось в руки и поверь мне, волшебники очень любят пафосные речи и имеют склонность к преувеличению фактов в угоду зрелищности момента, — сказал Аро, будто снисходительно.       Маркус скептически оглядел Аро с ног до головы, даже сейчас принявшего позу вершителя судеб и, закатив глаза, отвернулся к окну.       — В любом случае, похоже девочка не промах, мы не можем рисковать и ждать до Рождества, мы должны идти как можно скорее, осталось собрать свидетелей, почти весь клан уже в сборе и готов к выходу, — настаивал Кайус.       — В чëм-то ты прав и, пожалуй, стоит пересмотреть сроки. Каждый день на счету. — Аро повернулся к большому витражному окну и, снова сложив руки в молитвенном жесте, застыл в неподвижности. — Волков всё больше, к тому же с каждым днём риск того, чтобы юная мисс донесла о сложившейся ситуации волшебникам, повышается.       — Так прими решение, — не выдержав выкрикнул Кай.       — О, нет, мой дорогой собрат, — тонко улыбнулся Аро, не шевельнув больше ни сантиметром кожи. — Решение не стоит принимать так явно, или ты забыл о нашей пташке в стане врага?..

+++

Сейчас…

      — Я ни черта не разберу, — раздражённо стучала по столу пипидастром цвета фуксии Элис.       — Я думал, ей уже легче даётся будущее?! — шёпотом спросил Гарри, чтобы не отвлекать Элис.       Он пришёл по наказу Джинни и Эсми с огромным подносом, левитируемым на столик с бокалами прохладительных напитков и эльфийского вина, которым решили угостить новоприбывших, да и Деналийцев. Вино основанное на эльфийской крови пришлось по вкусу всем, и на некоторое время все забыли о Вольтури, пока Гарри не спросил снова.       — Так почему она не видит Вольтури, если даже волков стала видеть более-менее?       — Дело не в Вольтури, — нехотя пояснил Эдвард. — Сам подумай, Аро знает Элис, возможно лучше всех. Он не только пил её кровь, но и читал её мысли и не один раз. Думаю, он прекрасно понимает, каким образом работает её дар и просто умело играет на этом, скрывая решение до последнего. Ему больше двух тысяч лет, его разум более чем организован, потому я не вижу ничего необычного в этой ситуации, но Элис не сдаётся, — закончил он с гордой улыбкой.       — Он явно умеет пользоваться дарами вампиров, — нехотя признал Рон. — А кто самый опасный из их свиты?       — Джейн и Алек, — ответил Елеазар. — Про Джейн вы знаете, а вот Алек ещё опаснее. Его дар отключает все чувства боль, притяжение, слух, зрение и даже обоняние. Иногда они используют этот дар в качестве милости, позволяя анестезировать того, кого хотят казнить, но чаще это, своего рода, упреждающий удар. Чтобы враг не смог сопротивляться, ведь даже если попытаться трепыхаться в таком состоянии, то скорее навредишь себе, чем другим.       — Вообще-то это самое пугающее, что я когда-либо слышал, — отозвался Гарри. - Стоять без чувств, ожидая смерти, просто ужасно.       — Ну, во-первых, — встрял Эммет, — С некоторых пор я не боюсь смерти. Она довольно позитивная дамочка. А во-вторых, будем надеяться, что один из ваших щитов нас защитит от него.       — О, это я могу, — вдруг отозвалась Луна, которая сидела на лестнице и плела венок из полевых цветов.       — Да, Луна лучшая в щитовых чарах, — подтвердил Гарри.       — Тогда её в центр, — заговорил Джаспер, до этого просто наблюдающий за всеми. — И защищать любой ценой.       — Отлично, мне это по душе, — сказал Невилл, вызвав смешки остальных.       — Их всё равно остаётся больше, почти в два раза, — сказала Роуз, поняв, что вокруг слишком много воодушевления, и даже некоторые стали расслабляться. Это её пугало до дрожи.       — Волков всего четырнадцать и многие из них совсем дети, — согласилась с ней Эсми.       — Я написал сегодня своим ребятам, они обещали прибыть в течении пары дней, — сказал Чарли. — Мои коллеги, это довольно близкие мне люди. Мы много лет бок о бок вместе, и я им доверяю, а главное они согласились помочь с радостью.       — Много их? — удивлённо спросила Гермиона.       — Пятеро, — ответил Чарли и гордо добавил. — Они привезут Сфая.       — Да ладно?!! — Рон.       — Не может быть! — Джинни.       — Ура! — Эммет.       — Да кто этот Сфай? — Гермиона.       — Ты что шутишь? — удивился Гарри. — Неужели никогда о нём не слышала?       Гермиона неуверенно покачала головой. Что-то может и слышала, имя-то знакомое, но вот деталей в голове нет.       — Вот именно поэтому, у меня нелады с женщинами, — заметил Чарли, вздыхая. — Такие девушки, как Герми, совершенно не интересуются драконами.       — Это же дракон Чарли. В смысле его любимчик из заповедника, — продолжил Гарри.       — Что? — разозлилась Герми. — Вы что рехнулись? Нельзя привозить дракона в маггловский мир.       — Именно поэтому, я и не сказал тебе ничего, а сейчас уже поздно, они преодолели больше половины пути, — сказал Чарли самодовольно. — И не злись, у меня голова на плечах имеется, на нём десятки скрывающих артефактов. Он сейчас буквально самый дорогой дракон на планете, и его реально никто не увидит, пока не придёт время.       — Но зачем столько сложностей? — не сдавалась Гермиона, хоть и признавала, что ничего не изменить.       — У нас тут куча вампиров на подходе, и не факт, что мы справимся своими силами. — спокойно ответил Чарли. — А главное оружие против них что?       — Огонь! — возбуждено заверещал Эммет, и остальные рассмеялись, после чего атмосфера разрядилась.       — Но ведь это совершенно не укладывается с голове, — выразил свои мысли Гаррет. — Дракон? Настоящий дракон, с крыльями и всё такое?       — Ага, — просто ответил Чарли. — Не переживай, тебя я с ним точно познакомлю.       Гаррет серьёзно кивнул и посмотрел на Кейт, словно заговорчески.       — А ты знала, что драконы существуют?       — А ещё русалки и гоблины, — захихикала Кейт — Но я этого тоже не знала. Так что вместе пойдём знакомиться со Сфаем.       — Вот что странно, — вклинилась в их диалог Гермиона. — Неужели, ты и вправду никогда не слышал о волшебстве, тебе ведь почти двести пятьдесят.       — Побольше немного, — будто обиделся Гаррет. — И нет, никогда ничего подобного не встречал.       — Совсем, ничего странного за всю жизнь? — не отставала Гермиона.       — Ну, вообще-то, несколько дней назад было кое-что странное, — задумался Гаррет. — Сразу оговорюсь, я был на охоте и не уверен, что мне не привиделось. В общем, из моей груди несколько минут тянулась какая-то светящаяся нить. На улице было ещё светло, поэтому видно было плохо, но мне кажется, это всё-таки подходит под категорию странно. А так да, я уверен, больше ничего не припомню.       Кейт и Ирина резко переглянулись, ведь только у них двоих и ещё у Джорджа, нить во время ритуала выходила за край купола и уходила в неизвестность. Поскольку Джордж даже ухом не повёл, значит мужчины его не интересуют, как и по видимому Гаррета, учитывая его флирт с Кейт. Поэтому Ирина сразу открестилась со сдержанной ухмылкой.       — О нет, сестрёнка, я пас, — выдала Ирина. — Дикари, это не моё.       Она даже руки подняла в знак капитуляции, мол думай, что хочешь, но этого сумасшедшего себе забирай.       Кейт хихикнула и, посмотрев на Гаррета немного другим, более оценивающим взглядом, всё же улыбнулась, с лёгким хищным оскалом. Тот это почувствовал и выгнул бровь.       - Если выживем в драке с Вольтури, то так и быть попробую вашу диету. Подскажешь, как быть с этим? - спросил он у Кейт, флиртующим тоном.       - Пожалуй, можно и попробовать, - хихикнула Кейт и отобрала у него джойстик. - Моя очередь.       Неожиданно послышался звон битого стекла. Выяснилось, что Элис разбила вазу с розами, которые несла на новое место. Как вообще вампир мог уронить вазу с его-то рефлексами и физической силой. Объяснение было только одно:       - Решение принято...

+++

Италия, тот же момент...

      - Она слишком опасна! - психовал Кай. - Если её не убрать прямо сейчас, у нас будут крупные проблемы. Нужно было сразу убить её и не заморачиваться со взрывом, просто перегрызть ей глотку и все дела. Столько лет мы готовились и столько ещё предстоит сделать, прежде чем мы сможем выступить, а теперь какая-то пигалица может испортить всё!       - Успокойся, Кайус, - увещевал Аро. - Ты абсолютно прав, её нужно устранить, как можно скорее и похоже обращение не выход.       - Весь клан в сборе, - вмешался Деметрий.       - В таком случае собирайте свидетелей и всех, кто готов бороться за спокойное будущее нашего вида. Выступаем через пять дней...