Ждали слишком долго

                  От первого лица Единственное что я помню, это бесконечная темнота и сон, который повторяется вновь и вновь. Всё размыто, словно я сплю очень-очень долго, без каких-либо возможностей проснуться и вернуться к жизни. Я не чувствую своего тела, лишь невесомая надежда на то, что я еще жива. Память размыта, как будто мой мозг блокирует мои собственные воспоминания. Возможно, оно и к лучшему, ведь нутро говорит что эти воспоминания были не очень то и хорошими. Я даже не помню сколько часов, дней или месяцев проспала подобным образом, пока внезапно всё не стало белым. И через секунду я просыпаюсь. В нос резко ударил запах медикаментов и хлорки, а глаза предательски не хотели открываться. Словно каждое чувство возвращается один на другим после долгого сна. Уши были забиты, но через пару мгновений послышались щебетания птиц, писк устройства жизнеобеспечения и еле слышимые разговоры и топот ног. Дышать было тяжело, как будто лёгкие заполнялись песком. Глаза всё так же не хотели открываться, но понемногу возвращали силы. Я в больнице? Что я здесь делаю? С моими то травмами, минимум мне светил бы морг. Стоп, какие травмы? Воспоминания резким толчком возвращаются на прежнее место и от этого голова начала раскалываться. Я зажмурилась от боли, пытаясь двинуть хоть какой-то частью тела, но всё тщетно. Я помню, что была на особо опасной операции по поимке злодея, главного врага Всемогущего. Этот Все за Одного был невероятно силён, настолько что выдерживал наших с сенсеем атак одновременно. Мы дрались не на жизнь, а на смерть, и последнее что я помню. Меня убили. Пронзили острым копьём прямо в грудь и эта адская боль залилась по всему телу. Перед глазами всё темнело, а перед тем как закрыть глаза я увидела как Все за Одного пробыл живот Всемогущему. Я сама не поняла, как от нахлынувших воспоминаний, начала дышать слишком часто и надрывисто. Наверное меня услышали, раз вокруг были слышны топоты нескольких ног и шёпот. — Она проснулась?— справа послышался до боли знакомый голос одного полицейского. Наконец через небывалые усилия, я смогла открыть дрожащие глаза. Резкие лучи солнца бросились в глаза, от чего я чуть не ослепла. Такое чувство, будто вышла на улицу спустя месяц в тёмной комнате. Когда зрение уже пришло в норму, я смогла разглядеть своих посетителей. В глаза бросились три силуэта. Первый, невысокий, блондинистый мужчина в очках стоял, наклоняясь слева кровати. Его она сразу узнала, ведь это был один из её самых близких людей. У её ног была видна еще одна знакомая фигура. Такой же блондинистый мужчина, но выглядел он довольно болезненно. Впалые щели, кожа да кости, черная радужка глаз. Она узнала их, хотя голова сначала не хотела принимать в них тех самых людей. Они изменились до неузнаваемости почти. Третий, невысокий мужчина с черными волосами. Можно сказать, единственный кто не изменился. Из-за недостатка сил клонит в сон и я закрываю глаза, но вдруг перед глазами появляется тот самый момент из воспоминаний. «Всемогущий с пробитой грудной клеткой» Адреналин стреляет в голову и я не чувствуя никакой усталости, резко поднимаюсь. — Сенсей! С вами всё в порядке?!— на эмоциях закричала я и в следующую секунду поняла свою роковую ошибку. Вдруг легкие словно загорелись из-за чего начинаю кашлять, а голова начала кружиться. Сколько же я не разговаривала? Должно быть они поняли проблему и через пару секунд мне проткнули стакан с водой. По горлу стекается блаженная прохлада, а кашель на время проходит. Поставив пустой стакан на тумбочку у кровати, перевела взгляд на наблюдающих за мной мужчин. — Изуми, как ты себя чувствуешь? — спросил мой сенсей, перебирая слова. В их глазах застыли удивление, облегчение и какая-то тревожность. — На удивление, всё нормально. А вы то как, Всемогущий-сенсей? Я видела, как он пробил вам живот. — глядя на своего учителя серьёзным взглядом, спросила я, из-за чего Тсукаучи и Тошинори переглянулись с недоумением в глазах. — Ты помнишь, когда он это сделал? — он был осторожен, подбирал каждое слово, словно мог отпугнуть меня чем-то. — Я без понятия, сколько времени прошло с той битвы. День? Два? А может вообще неделя. — я опустила голову, перебирая свои воспоминания. — Изуми, ты помнишь меня? — обеспокоенно спросил мой близкий друг, вглядываясь в моё лицо. На этот вопрос я лишь нахмурилась. — Нет, Хизаши Ямада, я тебя не помню. Я же с ума сошла. — с сарказмом ответила я, непонятно из-за чего злясь. Почему они так осторожничают? Словно увидели призрака, восставшего из мёртвых. — С головой всё в порядке. — адресовывая свои слова двум мужчинам спереди, он усмехнулся на мои слова. Эта улыбочка кажется мне слишком грустной и ностальгической, словно он не слышал моих слов много лет. Вроде бы, пару дней назад не виделись, а он уже так изменился. — Кстати, почему вы выглядите так, словно постарели лет на десять? — спросила я у своих знакомых, вглядываясь в их лица. Тут точно что-то не так. Их взгляды так и кричат о том, что что-то случилось. Я уже собиралась вылить на них всё свое негодование, как вдруг в дверном проёме появилась знакомая чёрная макушка. Он тоже постарел? Да что, чёрт возьми, тут произошло?                   Пару минут назад                   От третьего лица По коридору больницы неспешно шли Айзава Шота, Мидория Изуку, Очако Урарака и Асуи Тсую. В отличии от учителя и зеленоволосого, две девушки чувствовали себя нормально. Они не получили сильных травм с атаки на восемь заветов смерти, лишь слабость и потеря сил. И сейчас они направились в палату, где должны были собраться несколько учителей и детектив Тсукаучи. Учитель выглядел довольно потрепанно, а постоянный усталый взгляд придавал ещё большую болезненность герою. Как только Айзава проснулся, его оповестили о том, что группа Рюкью нашли чан с неизвестной жидкостью, где лежал живой человек. И насколько же он был удивлён, когда Сущий Мик сказал, что это кто-то из его знакомых. Хизаши попросил его придти в их палату, чтобы удостовериться собственными глазами. Студенты шли туда просто чтобы проводить их учителя. Вдруг из открытой двери нужной им палаты послышался девичий голос. — Нет, Хизаши Ямада, я тебя не помню. Я же с ума сошла. Айзава замер на месте, подумав может он сошёл с ума. Ведь обладательница этого голоса умерла шесть лет назад. Или, должна была умереть? Этот мелодичный голос. Даже та самая манера речи и сарказм. Имя его друга из её уст, звучало точно так же как и шесть лет назад. Шота побежал к двери этой самой палаты, игнорируя острую боль во всём тебе и возгласы учеников. И вот он стоит на дверном косяке, нервно ищя глазами обладательницу этого голоса. Нашёл её быстро, ведь она сидела на кровати, окружённая тремя мужчинами. Ноги сами понеслись вперёд, дыхание участилось. Он чувствовал что пробежал пару километров, а не метров, ведь всё вокруг застыло как в замедленной съёмке, когда их глаза встретились. Она не успела сказать и слова, как сильные мужские руки прижали её к себе. Он обнимал её крепко-крепко, словно боясь что она исчезнет опять, если он отпустит. — А, Шота? Что ты здесь делаешь?— девушка искренне удивилась, завидев этого парня и погладила его по спине. — Ты в порядке? Можешь объяснить что случилось? Если это из-за той ссоры, то прости... — на этих словах Айзава резко отпустил её, нависая над ней. Он невольно вздрогнул от упоминания той самой ссоры, ведь он всё ещё чувствовал вину за то, что это была их последняя встреча перед её смертью. Но сейчас, на него смотрели те самые голубые глаза, которые он так жаждал увидеть все эти годы. Она смотрела на него с удивлением, неловкостью и небольшой виной. — Шота, ты всё ещё злишься на меня? Он хотел опровергнуть это, сказать что он простит ей всё грехи, ошибки и вообще всё, главное чтобы она не исчезла опять. Но тело не слушалось, а губы так и не разомкнулись от напряжения. — Шота, успокойся. — к ним подошёл Ямада и слегка отодвинул Сотриголову от девушки. Он тихо и смиренно отошёл в сторону угла, не обращая внимания на своих учеников, которые видели эту сцену с самого начала, когда их учитель сбежал. Девушка нахмурилась и смотрела на своего друга, Сущего Мика, ожидая объяснений. — Я не понимаю, почему все ведут себя так, словно я пролежала в коме пару лет?! Никто так и не собирался ей отвечать, так что девушка начала понемногу закипать, не терпя умалчивания. После долгих переглядок, вперёд вышел Всемогущий и придавая себе спокойный вид, наконец ответил. — Изуми, тебя уже как лет шесть считают погибшей. Он сказанного у девушки глаза на лоб полезли.