Отпусти

      Кудзаев, вечно пребывающий среди толпы охранников, любил остаться наедине с собой. Физически, телом, он редко оставался один. Зато в душе одиночество было его главной неотъемлемой составляющей. Свободолюбивый, ничем не обремененный, хозяин своей собственной судьбы. И вот сейчас, после отличной многомиллионной сделки по сбыту оружия в одну из восточных стран, Аза сидел в своем темном мрачном кабинете и размышлял, покуривая косяк из отборной травы. Денег у мужчины было, как это модно говорить, «хоть жопой жуй». Ему даже не в падлу было платить налоги со своих огромных состояний и отстегивать круглые суммы на благотворительность. Не по доброте душевной, а потому что так было принято среди его друзей-мафиози. Они свято верили, что это поможет им попасть в рай после смерти… Недвижимость, акции, ювелирка — всего у него было навалом. — Но что-то не то, — подумал Кудзаев вслух и закинул ноги, обутые в тяжелые кожаные ботинки, на массивный стол из дуба. Аза ничем из этих роскошеств активно не пользовался. Он знал, что у него это все есть, но жил в одной и той же квартире уже много лет. Да, она располагалась в одной из башен Москва-Сити на *охуетькакомвысоком* этаже. Квадратура была внушительная — 150 или 200метров. Аза не знал. Но с его состоянием можно было позволить себе целый остров. Однако, ему не нужно было этого. Бабки лежали грузом на счетах. Недвижка разбросана по разным уголкам планеты и не просила хлеба. Азамата стало все чаще одолевать чувство неопределенности и даже какой-то пустоты: кому это все останется, когда его не станет? А это обязательно случится, вопрос времени. Ради чего все это? Хотелось теперь чего-то для души. Для смысла. Какого-то роста. Сейчас же у него рутина: сделка, которая требовала его личного присутствия и подписи документов. Далее — поступление денег на счета. Потом он выплачивал зарплаты своим помощникам и подчиненным (их было около сотни), а оставшееся пускал в дело. Покупки акций, земельных участков, машин у него уже были доведены до автоматизма. Лишь бы куда-то вложить деньги. Конечно, какую-то часть он транжирил на роскошную жизнь. Шлюшек, бухло, отдых. Иногда даже брендовые шмотки себе покупал, правда, так и не понял в чем кайф…футболка как футболка…надписи непонятные. Пахнет, разве что, не так, как в обычном бутике. И стоимость под сотку тысяч… В общем, захотел Аза чего-то душевного, развивающегося, растущего… — Кота, что ли завести…? , — продолжал он думать вслух. Зазвенел мобильник. — Аза, помоги брату, — не поздоровавшись, пробурчал Сос на том конце провода. — Что стало? , — протянул Кудзаев, затягиваясь косяком, лежа в кресле. — Один хуй ему денег должен. Отдавать отказывается. Надо бизнес отжать. — Ща подъеду, скинь адрес смской. Кудзаев отключил звонок, с минуту пошвырялся в телефоне, напряженно хмурясь и спустил ноги со столешницы. — Бизнес тоже что-ли замутить… — продолжал свои думы Ми. Ему так хотелось чем-то заполнить пустоту в голове, которая часто возникала в свободное от работы время. Но пустоту в сердце он заполнять не хотел. Он ее даже не ощущал. Скорее так: нет сердца — нет пустоты. Нет сердца — нет проблем. Все свою жизнь, сколько он себя помнит, Аза ничего не чувствовал. Лишь думал.       Мужчина поднялся, воткнул сигарету в переполненную пепельницу и отправился «на дело».

***

      Просторное помещение гаража. Вокруг несколько дорогих тачек, стол и стулья, какой-то хлам, неяркий желтый свет от лампочки, висящей под потолком. Коричнево-желтые стены и пыль. Много пыли. — Я все верну, дайте время, — мужчина, харкаясь кровью, стоял на коленях перед Кудзаевым. Двое охранников стояли позади Ми, третий — держал ствол у виска незнакомца.       Азамат слащаво улыбался и любовался зрелищем. Он упивался своей властью, мощью, силой. Напуганные, умоляющие о пощаде глаза его жертв снились ему ночами, но отнюдь, это были не кошмары. Он чувствовал чуть ли не сексуальное возбуждение при виде животного страха на лице у будущего трупа. Но есть одно но. Кудзаев не наслаждался невинными жертвами. Если он знал наверняка, что перед ним не человек, а настоящая тварь, то муки твари приносили ему истинное наслаждение. Если же он видел/слышал, что кто-то убил невинного, а если еще и доброго человека, то у Кудзаева портилось настроение. Он жесток, но справедлив. Любил приносить в мир возмездие. Да и какие-то частички человечности в нем, где-то глубоко, еще теплились.       Так вот, сейчас на коленях перед Азаматом стоял человек, который творил злодеяния. Отбирал бабки или дела у обычных небольших бизнесменов. Пилил их на своих жену и сына. Ни рубля не заработал честно. Все — или украл, или отобрал, или получил благодаря шантажу и угрозам. — Ты всегда такой строгий со своими жертвами, такой грозный. А сейчас аж скулишь, — заговорил нежно Кудзаев, присев на корточки перед мужчиной. — Я верну все до копейки. Прошу, отпусти, — ныл мужик. — Алан, что там? , — Кудзаев встал и громко спросил куда-то в сторону, не сводя глаз с окровавленного мужчины.       Алан — личный нотариус Азамата. Всегда ездит с ним на сделки. Работают вместе уже 6 лет. Лучший из лучших в своем деле. Акула. Сейчас — он переписывал все дела несчастного на брата Соса и Азамата. На брата — в качестве уплаты долга, на Азамата — в качестве благодарности от Соса. — Готово! , — радостно крикнул Макиев, ставя печать, — «Вишенки» — твои! , — он устремил радостное, широко улыбающееся лицо на Ми, раздался выстрел, от чего Алан вздрогнул, но улыбка не исчезла с лица парнишки. Он уже привык видеть убийства. Это его работа. — Что еще за «Вишенки?», — Брезгливо щуря одну половину лица, Азамат отошел от трупа, с которым общался несколько мгновений назад и подошел к столу, где сидел Сос, его брат и Алан. На столе была куча документов. Все присутствующие светились радостью. — Аза, это моя тебе благодарность, — брат Соса встал и стал жать Кудзаеву ладонь, — мне такой бизнес жена не разрешит заиметь, а тебе сгодится. Он, говорят, страшно прибыльный! — Что за «вишенки?», — повторил вопрос Ми и пожал руку в ответ. — Стриптиз-клуб, — радостно потирая руки, ответил Сос и откинулся на спинку стула. — ДА ЛААААДНО?! , -восторженно протянул Аза, будто узнал, что ему будет сосать сама Кайли Дженнер, — я хочу видеть свои «Вишенки!», — заорал Азамат, — приберите здесь все! , — скомандовал Ми охране и спешно покинул гараж вместе с друзьями.