настолько плох.

звуки музыки развивались по венам парня, заполняли всё пространство огромного здания музыкальной школы, где сейчас, собственно, и сидел тигнари. он ни о чём не думал, лишь играл, не задумываясь на какие клавиши нужно нажимать, они двигались сами. при каждом нажатии новые и новые звуки были слышны во всех уголках здании, даже и за его пределами. тигнари закрывает глаза. так лучше чувствовать музыку и все эмоции. он играет на одном дыхании, не берёт пауз, играет и играет. музыка поглащает его полностью и всего, уносит куда-то далеко, за пределы здания музыкальной школы. в это по коридорам здания прогуливается один из его учащихся, который как и тигнари решил остаться подольше в храме музыки и насладиться ею. до его ушей доносятся прекрасные звуки и он идёт туда, откуда они и доносятся. идёт тихо, чтобы нечаянно не спугнуть того, кто настолько прекрасно играет. стиль исполнения незнакомой мелодии ему знаком, он уже примерно знает, кто сидит за инструментом. блондин заходит в старый и пыльный кабинет, замечая за инструментом знакомую фигуру с ушами. его догадки были верными. такую музыку мог играть настолько прекрасно только тигнари, ведь ушастый числился одним из лучших учеников школы и висел на доске почёта. сайно тоже там был, но считал тигнари истинным музыкантом, способным чувствовать музыку, а не просто играть. он восхищался своим возлюбленным. блондин проходит в кабинет, останавливаясь у дальней стены. наблюдает за каждым движением тонких и умелых пальцем, за тем, как тот ровно дышит, за тем, как мелко подрагивают веки. вскоре звуки утихают. сайно по-прежнему стоит у стены, наблюдая за тигнари, который не делает ни единого движения, остаётся в том же положении: пальцы стоят на нужных клавишах, глаза закрыты, а спина прямая. через несколько мгновений тигнари выдыхает, он давно заметил присутствие постороннего. – прекрасно исполнено, – тихо проговаривает сайно, начиная обходить кабинет. от его туфель идёт характерный звук, который напрягает обоих. – шопен? – спрашивает сайно, чуть улыбаясь. это всего лишь очередная попытка вывести тигнари из себя. – оказывается ты и вправду настолько плох в музыке, что не можешь отличить новую мелодию твоего возлюбленного от дешёвого шопена, – холодно проговорил тигнари, закрывая клапом клавиши инструмента. юноша элегантно встаёт со стула, но по-прежнему стоит спиной к возлюбленному. он до сих пор обижен. сайно видит, что тигнари в очередной раз злится, потому идёт к нему. подходит тихо, аккуратно укладывая руки на чужой талии, зная, что тигнари, даже будучи сильно обиженным, не оттолкнёт его. тигнари вздрагивает, когда чужие руки ощущаются на талии. он спускает одной рукой вниз, хватает за тёплые пальцы как маленький ребёнок за мамины руки. он прижимается в ответ, по-прежнему не поворачиваясь. – я узнал эту мелодию, – шепчёт сайно на ушко тигнари, укладывая подбородок на чужое плечо. – никакой шопен не сравниться с твоей собственной мелодией, – проговаривакт блондин, сплетая пальцы рук обоих. – хоть за это спасибо, – шепчет тигнари в ответ, но всё также обиженно. шопен и новая мелодия не причина для обид. – но не это стало причиной моих обид. – я знаю, – сразу же отвечает сайно, потираясь носиком в чужую щеку. – у нас ничего не было, поверь мне, прошу, – просит сайно, а в глазах мелькают изображения той, из-за кого они и поссорились. – я люблю только тебя, ты прекрасно это знаешь. никакая из девушек не сравниться с тобой и твоей музыкой. веришь мне? – заканчивает вопросом сайно, сильнее обнимая. тигнари молчит, просто плавится в чужих объятиях. он знает, что слова сайно – правда и, что тот искренен. – верю, – наконец произносит ушастый, а на лице наконец появляется улыбка. – конечно верю, – ещё шире улыбается тигнари, наконец оборачиваясь. подходит к возлюбленному вплотную, касаясь кончиком указательного пальца носика блондина. тихо смеётся. – верю. только тебе и всегда. прости меня, – пианист сам обнимает возлюбленного, утыкаясь носиком в чужую грудь. волосы щекочят чужой подбородок, а ушки подрагивают. рука второго юноши касается чёрных волос, поглаживая. – и ты меня прости, – шепчет в ответ сайно, оттягивая от себя тигнари. тот наклоняет головку набок, не понимая почему его отстранили от тёплого тела. сайно лишь улыбается, медленно приближаясь к чужому лицу и касаясь чужих губ, которые уже обветрились за столь короткий срок. тигнари охотно отвечает, виляя радостно хвостиком. сайно приоткрывает глаза во время поцелуя, замечая его. рука тянется к нему, аккуратно дотрагиваясь, а после чуть сжимая. брюнет на это реагирует очень ярко, тихо постанывая в поцелуй. сайно же улыбается. у тигнари всегда была такая реакция на подобные махинации с его хвостиком. он отстраняется первый, так как не хватает воздуха, чуть краснея. – извини, давно этого не делал, – извиняясь, усмехается сайно, смотря на реакцию юноши. он заботливо поднимает чужой подбородок, быстренько целуя того в носик. – помадой пользоваться нужно, нари, – говорит сайно, поглаживая шершавую нижную губу большим пальцем. – хотя мне и так нравится. тигнари лишь шире улыбается. – теперь домой? – интересуется брюнет, а в глазах мелькает огонёк нетерпения прибытия. – нетерпится? – просто хочу наконец прижаться к тебе и почувствовать твоё тепло, – говорит тигнари, хватая возлюбленного за руку и сплетая пальцы. – ты же будешь опять спать со мной на одной кровати, ведь так? – тигнари немного запинается на этих словах. – без тебя некомфортно. – конечно, – улыбается сайно, целуя костяшки чужой руки. уводит из кабинета, направляясь в общую квартиру.