Ран Хайтани. Несовершенная любовь.

Находясь у Рана в квартире, Т/и чувствовала себя довольно таки странно. Последний такой её приход закончился странно, что аж от воспоминаний щеки краснеют то ли от стыда, то ли от смущения. Однако всё равно рада, что смогла отпроситься у мамы на ночь к «подруге» и, теперь, стоит уже переодетая возле парня, который все пытается сам себе переделать косу. Он говорил, что Риндо спешил и поэтому не смог ему, как обычно, заплести две тугие косы, которые можно не переплетать около четырёх дней. – Давай я? – неуверенно спрашивает девушка, ведь когда-то Ран говорил, что никому не позволит касаться своих волос, кроме брата. – Блять, давай, я уже заебался, – давая расчёску и резинку в руки ей, присел на край дивана, дабы Т/и было удобнее плести. Помощь то предложила, но вот руки явно не из нужного места росли для таких дел. Ещё и то, что Хайтани-старший позволил заплести косу ему, слегка заставило сердце девушки забиться чаще и на лице появиться лёгкой улыбке. Такой некий жест от него показал полностью, что он ей доверяет. Ведь не просто так позволил такое. «Это малой всё, я ему только доверяю свои волосы, больше никому и никогда.» – чётким эхом по стенкам разума бились слова, что бывало прокручивались, когда смотрела на аккуратную причёску. С чуть дрожащими руками провела расчёской по всей длине волос, дабы было удобно разделить на пряди. – А чего Риндо по вечерам сбегает-то? – дабы хоть чуть убрать свое переживание, Т/и решается задать вопрос. – Изана-то запретил ему видеться с его пассией, а она хороша... – выдержал паузу, выжидая реакцию девушки. Потянув одну прядь, когда уже разделила часть волос на три части, посмотрела из-под лоба, но продолжила слушать рассказ. Честно говоря, она удивилась тому, что у младшего брата парня появился кто-то. Даже на секунду стало жаль его избранницу, ведь с таким характером, как у него, мало кто долго продержится. Хотя, возможно, Рин только с ней такой колючий, как ёж,, а с другими представительницами женского пола более лоялен. Только было интересно почему их глава банды запретил видеться с девушкой ему, а Рану нет? Ответ, как оказался, довольно таки прост и Ран с удовольствием прям рассказывал о нем. С такими эмоциями молвил о том, кто младший с дуру сбежал с собрания, дабы встретить ту девицу после её работы. Даже одно пропустил. Братец старший прикрывал, но долго такое не скроешь. Да и проблемы могут быть. В их мире не должно быть любви по мнению Изаны, но оба брата клали большой болт на это. Если Ран все ещё скрывает от всей банды о своих отношениях с Т/и, то Риндо не умел этого делать. Уже из-за его халатных выходок пострадало пару человек и, как кажется, пострадает ещё немало. Даже сегодня Ран прикрывает задницу младшего, когда тот вновь захотел увидеться со своей. Понимал, что нет смысла останавливать, ведь этот баран на минималках всё равно сделает так, как ему надо, не слушая предупреждения других, даже предупредительные кулаки ему нипочём. Слушая весь этот душераздирающий рассказ, Т/и с горем пополам заканчивала плести косу. Не такая идеальная, как обычно бывает у парня, но и так сойдёт. Для первого раза плетения на ком-то так вообще песня. Только вот руки по-прежнему почему-то тряслись, будто бы должно что-то случиться ещё. Резко выдохнула: – Готово, плохо вышло, конечно, но тебе и так сойдёт, – отложив расчёску куда-то на стол, села на противоположный край дивана, смотря на включенный телевизор, по которому шла какая-то незамысловатая передача. – Ой, который час? Точно, время твоей дорамы, так ведь это называется? – провёл рукой по сделанной косе и улыбнулся, подвигаясь всё ближе к девушке. День странный. Явно ретроградный Меркурий, иначе как объяснить то, что Ран позволил по началу прикоснуться к волосам, а теперь вспомнил о её любимом корейском сериале. С опаской посмотрела даже на Рана, ведь всё равно в голове не укладывалось всё. Чувствуя также его всё ближе возле себя, напряглась. Дабы неловкость не проникла окончательно внутрь, медленно сжимала кулак. Всё молила, дабы Ран побыстрее включил нужный канал и она забыла обо всем, смотря на героев. Он же, как специально, долго нажимал на пульте ненужные цифры. Любитель подразнить – вот кто он, а не Ран Хайтани. Прекрасно замечает, что Т/и до жути сейчас неловко находиться с ним в одной комнате, да ещё так чертовски близко. Казалось, почему? Когда не встречались тоже такое было, тогда было далеко по барабану, но не сейчас. Сейчас это чувствуется по-особенному, когда свет выключен. Спустя всего лишь минуту, которая будто бы длилась вечность, наконец-то находит нужный канал и как раз в момент заставки. Еле заметно девушка выдохнула, расслабила плечи, что были напряжены. Знакомая песня вводила в транс, заставляя предвкушать то чувство переживания за главных героев, что так отчаянно пытаются выиграть игру под названием «любовь». Типичный сюжет для таких сериалов, но, даже пересмотрев десятки таких, они никогда не надоедят. Пока девушка завараженно смотрит заставку и тот отрывок, который рассказывает, что было в предыдущей части, Ран аккуратно положил ей руку на плече, слегка прижимая к себе. Глаза той сразу же округлились, но в темноте это сложно заметить. От такого касания аж ноги свело, ещё бы чуть и даже можно было бы услышать как коленки соприконулись. Вот начался основной сюжет, смотри и радуйся, но девушка не может на нем сосредоточиться. Ран и сам смотрит дораму, не понимая от слова совсем, что там происходит и лишь делает это потому, что это нравится ей, однако ощущение того, что он старается час от часу поглазеть на неё, не покидало. Сказать, что мурашки целой ордой прошлись по телу – ничего не сказать. Через десять минут просмотра Хайтани-старший демонстративно зевнул. Всё-таки не для него это занятие, больно скучное. Сидишь на одном месте, смотришь лишь как одна картинка сменивается на другую. Ни экшена, ничего такого, лишь смазливые парни и девушки, что вопят при их виде. Даже на секунду появилось желание вновь пойти на встречу с другой бандой и, как недавно, вмазать парочке ребят. – Может займёмся чём-то другим? Уже скучно, – шёпот вырывает Т/и из мира сериала. Если бы можно было увидеть его глаза, то точно они бы отражалось желание о чём-то диком. Повернув голову к нему, заморгала, дабы привыкнуть к темноте, да и до этого смотрела на телевизор не моргая. Перед глазами по-прежнему красавчик-герой, реплики из сериала проносятся в голове. Ран, тихо хихикнув, нежно схватил девушку за подбородок и наблюдал за тем, что будет делать дальше. Как и она наблюдала за тем, какое же продолжение он покажет ей. Всё то время, что находилась в квартире парня, то и дело, что ловила на себе два его фиолетовых огонька. Они не сходили с неё. То и дело он ими будто бы изучал каждый её открытый участок тела. Чтобы она не делала, Ран наблюдал за движениями. Его взгляд... Он был непростым. Таким, что слов нельзя подобрать точных, дабы описать какие были чувства у Т/и, когда она всё же замечала его глаза направленные на неё. Именно сейчас такой же взгляд, даже почти не видя его, чувствует на себе. Его большой палец медленно поглаживает щеку, но, будто бы ненароком, задевает сухие губы. Почему-то от его действий внутри начинает гореть пожар. Девушка просто обожала, когда он трогал её лицо, вот такой вот своеобразный фетиш. Уже понемногу чувствуя горячее дыхание парня на губах, думала, что же ответить. Понимание того, что всё может закончиться либо хорошо, либо, кратко говоря, хуёво, никак не давало ей помощь с ответом. Лишь только хуже делало. Одна часть души девушки, как чёртик на левом плече, шептала тихо на ушко, что, мол, надо согласиться, а другая, как ангел на правом, категорически была против. Бой ММА был внутри, да ещё и в придачу из-за переживания в лёгкие переставал нормально поступать воздух. Всегда в такие моменты девушка задерживала дыхание или очень плохо дышала. Не зная каков ответ нужно дать, осознавала, что пора бы отвечать, ведь минута для размышления не может длиться вечно. Азарт, который начал брать верх, быстро подавлялся чувством неуверенности в своих действиях. Вроде бы эта девушка всегда уверена в себе, в своих действиях, но рядом с Раном превращается в клубок ниток, которым он играется, как кот.Он её то разматывал, заставляя раскрепоститься, то заматывал, оставляя в одиночестве. И каждый раз на такие уловки поддавалась, сама того не понимая. От того и противно, и страшно, и от части, на удивление, приятно. «Манипулятор» – обозвала его в мыслях, хотя очень сильно хотелось сказать это ему в лицо, но не такого ответа он явно ожидает. Вот ещё одна из черт характера Рана – уметь манипулировать людьми, заставлять делать их то, что хочет он и никто другой. Скорее всего, именно так прорвался на верхушку «Поднебесья» и держал в страхе Роппонги. Конечно, это не без поддержки брата, ведь сам по себе старший ужасно ленив и все свои амбиции во всей красе не покажет. Этот Король сейчас перед девушкой показывает свои способности, даже ничего толком не сказав. Одного взгляда хватает, дабы заставить сделать всё, что его душа желает. Выровняв дыхание и всё-таки поняв, что парень хочет от неё сейчас, ответила: – Валяй свои предложения, что там в твоей голове, – она уже чувствовала себя полностью под чарами. Его пальцы аккуратно сжимали подбородок, а другая рука трогала бедро, поглаживая. Тело невольно вздрагивало, а грудная клетка то поднималась, то быстро опускалась. Такое ощущение, что в таком напряжение потеряет сознание, ведь Хайтани не собирался отвечать на её вопрос. Уже хотела переспросить, как его губы накрыли девичьи, жадно сминая. В них, казалось, он находил самый сладкий нектар, чистейшую воду, что давалось испить немногим. Мысли расплывались, бились о невидимые скалы и вновь собирались в одно целое. Всё происходило буквально за считанные секунды, но сколько же эмоций за этот период вырывалось из глубин души. Веки уже начали закрываться, а руки сами обвили его шею, притягивая к себе всё ближе. Да так близко, что вот-вот и упадет на подлокотник, но Хайтани той рукой, что ранее гладила и периодически сжимала бедро девушки, хватает за талию и крепко сдерживает. За его напором не всегда успевала и приходилось отворачиваться, дабы отдышаться. Даже в такие моменты он не мог устоять, начиная медленно поцелуями покрывать щеки, а после и приластился к шее. Этот змей искуситель как знал, что лишь одного касания к этой эрогенной зоне хватит, дабы вызвать тихий, только ему слышный, стон. Тело по-прежнему тряслось, совсем не слушаясь. Руки, хоть и находились на шее Рана, но хотелось ими сейчас распустить те косы, зарыться в эти двухцветные волосы и чуть их оттянуть его от себя, дабы не оставалось никаких следов на бледной шее. Хотя напрасно, всё равно парочку он успел оставить, якобы помечая, как зверь, что это лишь его добыча и ничья более. Девушка, не в силах себя сдерживать более, спустила свои прохладные ладони под одежду Хайтани-старшего, прикасаясь к спине, только тот слегка посмеялся и съежился. Всё же резкий перепад температур вызвал у парня такую реакцию, тем самым заставляя Т/и задуматься делает ли она все правильно. Он же воспользовался этим моментом задумчивости пассии и снял с неё домашнюю футболку, которая мешала покрывать влажными поцелуями другие части тела. Что-что, а грудь была одной из любимой части тела. Пока девушка только выбирается из подсознания и пытается сама что-то да сделать, он уже приспустил лямки ненужного бюстгальтера, что мешал. Вид, который завораживал, который до ужаса приятен глазу Рана. Так красиво. От части неприступно, но осознание того, что в любой момент может снять его с девушки и сжать грудь в руках – пленил. Только вот и не сможет снять до конца его, ведь Т/и наконец-то решается хоть сама сделать что-то, забывая о смущении. Оттолкнув его от себя, героиня, вновь вовлекая во влажный поцелуй, садится ему на колени. Щеки предательски горят, ведь лишь в мечтах было быть в таком положении, целовать эти губы, к которым годами не могла прикоснуться, про другое даже слов не нужно. Она опьянена им, а он ею. Что ещё нужно? Теперь черед девушки избавляться от того, что ей не нравится на Ране. Серая футболка летит куда-то в сторону, а её пальцы проводят по грудной клетке парня, оставляя еле заметный след от ногтей. Поцелуй все равно не разрывала, даже если не хватило воздуха. Становилось жарко. Хотелось открыть все окна, все двери, лишь бы появилась толика прохлады. – Мелочь, не разошлась ли ты слишком? Сериал-то не ждёт тебя, может переключишься с меня на него? – в перерыве между очередными жадными поцелуями Т/и, Ран нашел место для шутки. – Подождёт, а ты и твой дружочек не очень, – он не стал возражать девушке и лишь сжал её ягодицы в руках, но словил смешок с данного высказывания. Решил дать волю ей на пару минут, пусть насладится своей напористостью, раскрепоститься, ради всего святого. Однако сейчас о святости даже речи не могло идти. Они будто оба вкусили тот запретный плод и собираются далее им наслаждаться. Его действия для неё как яд, что проникает медленно в кровь, расходится по всему телу и парализует. Чувствуя, что сидеть без таково дела ему уже не терпится, да и такое положение девушки явно играет не в его пользу, решается чуть приподнять её, посадив на другой бок дивана. Теперь у него есть все возможности сделать то, чего хочется. Сглатывая слюну, томно выдыхает, тихо ругается под нос при виде тяжело дышащей девушке, которая жадно хватает воздух ртом. Ран вновь нависает над нею, одной рукой сжимая грудь, а другой держась на диван, дабы от такого наплыва чувств не упасть. Смотря в глаза Т/и, он видит лишь в них желания большего. Она уже и сама не в силах этого сказать, но зачем, если можно показать своим видом, стрельнуть глазками. Приняв её взгляд как знак к действиям, коленом нашел себе опору и, напоследок поцеловав в шею, руками провёл вниз. В животе у Т/и уже бабочки чуть ли не порхали от ощущения его пальцев, что спускались всё ниже. Наконец они дошли до кромки домашних брюк, которые можно было бы и рывком снять или вовсе разорвать, но, даже будучи ужасно возбуждённым, Ран не сделает такое. Тем более с ней. Т/и для него... Это как самый хрупкий хрусталь, который можно разбить лишь подув не так. Да, он хотел её сломить когда-то, но сейчас, будучи полуголыми, слегка пьяными из-за ранее выпитого хмельного напитка, есть только лишь желание быть единственным, кто видит её такую. Такую беззащитную для него малышку. Руки всё ещё на кромке брюк, но так и норовят залезть под них. Вопросительно посмотрев на Т/и, подождал пока та согласительно кивнёт и, когда дождался нужного немого ответа, залез под них. Тем самым он заставил девушку чуть прогнуться в спине от неожиданности. Ещё никто не трогал её так, не считая того раза, когда они были почти в дупель пьяны и не могли нормально соображать. Аккуратно проведя пальцами через ткань нижнего белья, все также смотрел на выражение её лица, дабы заметить сразу же не оплошался ли. Почему-то переживал насчёт девичьих чувств, хоть до этого спокойно развлекался с ночными бабочками. Конечно же, когда ещё они не были с Т/и в отношениях. При лишь одной мысли, что он её трогает, совращает – кровь наливала всё, что можно и не нужно. Она, как тот красный платок перед быком, которым на данный момент является Ран. Лишь сделай резкое движение и он готов бежать, убивать. – Ноги шире, – дабы было удобнее ему, другой рукой чуть расставил её ноги. Смущение с новой волной прильнуло к щекам, что аж руками прикрыла лицо. Не хотела, чтобы Хайтани видел её красной, как помидор, но не могла ничего с этим поделать. Этот парень делает её такой. Проведя ещё раз по уже чуть влажной ткани белья, не смог сдержаться и, как мог, приспустил его. Чуть коснулся места, из-за которого девушка застонала чуть громче обычного. Этот звук был усладой для парня и ещё большим толчком для дальнейшего. Начав круговыми движениями потерать клитор, параллельно вновь поцеловав девушку в губы,когда та закатывала глаза и издавала полустон-полувсхлип. Не зная делала ли такого она сама с собой или кто-то ли когда-то делал с ней такое, не стал спешить. Медленно проводил по складочкам, нарочно задевая самые чувствительные места о которых знал, исходя из опыта. Девушка даже не знала как сейчас себя чувствует.То ли вновь это гребанное смущение, что пришло, когда его не звали, портит всё, то ли ей уже настолько хорошо, что не нужно даже продолжения. Ясное дело, что оба горели желанием продолжить хоть чуть. Хотя бы попробовать продолжить. Ран, убрав свою руку, смочил два пальца во рту и вновь вернул их к месту,где сейчас они нужны. Аккуратно, медленно он решается войти ими в неё.В ответ получает громкий протяжный стон и вонзающиеся в другую руку ногти, которые позже нужно будет обязательно срезать. Ему хватает ранений на «приятных» встречах, после редких тренировок и по неуклюжести. Проникая внутрь и сам чуть тихо и басисто простонал ей на ухо, когда нагнулся, дабы слышать её. Т/и сжимала его руку, ведь давно не занималась таким,слишком давно. Не было раньше настроения, времени, но на данный момент есть всё, что нужно для этого. Постепенно введя два пальца, начал неспешно двигать ими внутри девушки. Та, будто бы быстро привыкнув к медленному темпу, начала елозить. Спорить даже не нужно. Хочет – значит получит. Легонько кусая на нижнюю её губу, так, дабы не было больно, начал постепенно ускоряться. На глазах девицы начали чуть выступать слёзы, но не от боли, а от наслаждения. Мелкие, но такие значащие. Появилось желание задержать дыхание, дабы прочувствовать во всех аспектах то, что делает сейчас с ней Ран, но голова и так ходила кругом. Шансы отключиться были высоки, поэтому эта идея закинулась на самую дальную полку. – Знаешь, – тяжело дыша Ран решил признаться, – вторая вещь, которую боюсь, – это сказать, что я люблю тебя. Удосужился в такой момент сказать, ведь, как ему казалось, лучшего больше не найдется. Ранее он лишь отдаленно такое говорил, хотя девушке очень часто хотелось услышать эти три слова в сложные моменты. Его пальцы проникали глубже и ускорялись, а стоны Т/и становились громче, что аж рукой хотела закрыть рот, но Ран не позволил этого делать. Каждый раз, как она хотела сделать это, он нарочно целовал её, тем самым не позволяя прерывать любимую усладу. Его смешили попытки Т/и как-то прикрыться, лишь бы он не видел её такую, но уже поздно. Большим пальцем надавил на клитор и заставил вновь хрупкое тело содрогнуться и вновь обмякнуть. Понимая, что ещё не долго сможет так быть, девушка крепко сжала его предплечье, а из уст так и рвалось его имя, но вовремя себя остановила. Сможет продержаться и насладиться этим момент подольше. Ран, как специально, начал сильнее надавливать на клитор, а пальцами доводить до пика. Ему всё-таки именно так хотелось сломать её, а не как-то по-другому. Противоречит сам себе уже в какой раз, что аж в привычку вошло. Чувствуя как ноги девушки начинают дрожать всё сильнее, улыбнулся. Вновь так лукаво и странно, но прекрасно. Притягивая за шею его к себе, Т/и кончает, целуя его. Стонет в поцелуй, хватает за волосы. После желанной разрядки как будто становится ватной, но внизу всё горит, как будто рядом разожгли огонь. Отпуская парня, сама уже улыбается от удовольствия. Отстраняясь от неё и убирая с руку с нижнего белья, приподнялся. Он сам хочет разрядки, но понимает, что на сегодня хватит. Тем более для такого их первого интимного момента. Пусть лежит и отдыхает, всё равно сериал закончился ещё много минут назад, поэтому по телевизору тихо играет какая-то программа про планеты. – Ты куда? – поинтересовалась девушка, когда Ран решает встать и уйти в ванную комнату. – Руку помыть, думала слизывать буду? Не пацанское это дело так-то. Да и самому помощь нужна, – уже в привычной манере ответил он. – Давай хоть помогу-то, чего как не родной, Ран, – кое-как легла на бок и положила руки под голову. – Тебе бы понравилось... – О, я тебе верю, конечно, но сейчас лежи, в следущий раз вернёшься должок, – подмигнув, он вышел из комнаты, оставляя девушку одну со своими мыслями. Хотя сейчас она ни о чем не собирается думать, как обычно. Ей слишком хорошо. Наконец-то получила то, что так давно хотела, хоть и в полной мере, но для первого раза вполне сойдёт. Только вот как вспоминает то, что произошло буквально минуту назад, закрывает глаза и вообще всё лицо руками, тихо воя будто бы на Луну. Алкоголь давно выветрился с организма и на трезвую голову не сразу же поверишь во всё. Но нужно. Сегодняшняя ночь будет одной и самых лучших в её жизни.