Возвышение и падение.

И ты воспрял к небесам. Голубым Небесам, Их Боги целовали, Ангелы крыльями покрывали. Ты озираешься по сторонам, не веря своим глазам. Здесь всё иначе. Абсолютно не так, как ты представлял. Кто-то тебя окликает, а когда ты оборачиваешься, встречает прекрасной улыбкой. И ты с придыханием чествуешь, забываешь обо всех правилах приличия. Тебя нежно останавливают и ведут за собой. Сегодня Твой день. Встреть его достойно. Мечтая об этом всю свою жизнь, Ты наконец-то на Небе. Ты ярок и горд, Ты силён, и порок Тебя ни за что не скинет. Ты был наделён силой. Силой решать проблемы смертных. Силой вершить их судьбы. Силой помогать им. Той, что ты хотел. Жизнь была к тебе несправедлива, и ты хотел избавить других от этого. И ты работал на их благо. Алое солнце, кровавое небо. Они молят тебя о пощаде. Но лишь тишина до ушей Доходит в крике исчадий. Трупы и кровь. Вонь и гниль. Они преследовали людей, преследовали животных. Одних рвало, другие сходили с ума. Ты хотел попытаться исправить. Ты хотел помочь. Хотел отозваться на молитвы, но... Так интересно наблюдать за ними, изучать их поведение. Теперь ты вечен. Теперь у тебя слишком много времени, чтобы трудиться всегда. Боль и страдания. Голод и скорбь. Они пожирают державы. Люди в агонии, звери мертвы, а Боги играют. Власть, данная тебе, развратила тебя. Ты упивался земной жизнью. Радовался, забавляясь с их судьбами. И развращал их сам. И безумная война, что бушевала там, не думала подходить к концу. Благодаря твоей лёгкой руке. Пики за́мков Возвышаются в небе. Как колья, Что воткнуты в шеи. И кровь, что стекает по ним, Пахнет железом и смертью. И ты знал, что средь вас есть тот, кто следит за всем. Он Воин, он Великий. Повелитель Сущего, не властен лишь над умершими. Над Адом, над его порядком. Ты знал... хотя это всё были лишь рассказы, высеченные на стенах. Лишь молва, что ходила средь вас. Лишь слухи, доносимые до ушей ветром. А потому ты не верил. Смеялся каждый день, оставаясь наедине с собой. Измывался над глупцами, что думают о правде. И ты позволил самим людям вершить свой суд, разгуляться их падшим душам. Но Смерть не спешит приходить Дабы отчистить их души. И ты, что в Небе сидит, Взирая на весь этот ужас, Даже рукой не повёл, Но в место своё Свято верил. Ты верил и в силу свою, И в бога. Иль делал ты вид, Что веришь в Него? И хотя Ангелы или Боги, кто они там такие?, сами делали подобное, ты видел своими глазами, ты был не прощён. На тебя указывали пальцами и осуждали. Они кудахтали как куры, а их крылья хлопали громко и возмущённо. Ты, что сидел за решёткой и наблюдал за своим судом, смеялся над громкими спорами о своём наказании. Всё равно они лишь понизят тебя в ранге и заберут столь большое могущество. Тебе не о чем переживать. "Ах, нет, не бывать тебе там. Не бывать тебе в Небе!" Был слышен Ангелов крик. "Ах, нет, он должен упасть И предаться Земле бренной!" Приговор, вынесенный ими, был для тебя громом. Бурей. Ураганом. Голову сдавило тисками, на грудь упала тонна осознания. Ты стал молиться. Ты поверил. Ты хотел всё вернуть. Ты обещал, и слова были чистой Правдой. Никакой лжи. Никакой обиды. Лишь мольбы. И ты, стоящий на коленях, Упал в ноги их И взмолил, взывая К душам их. Но глупцов не любят Наверху. Глупцы нужны лишь рабами в Аду. Тебя забрали, куда-то привели. Спиной ты чувствовал холодный ветер. Тебя трясло. От страха ли иль от ненависти? Ты не знал. Но крылья опустились, вся сила пропала. Спиной ты чувствовал... Смерть. И ты был скинут с Неба Вниз В ад Земной, в боль и страдания. В крики и забвение.  Они смотрели вниз. И ты смотрел на них. Звуки земных пробирали до дрожи, а небо было поразительно ярким. Оно было окрашено в красный, как будто в крови. Облака струились вниз, как будто слёзы. Ты повернул голову, желая увидеть солнце. И замер: твой взгляд не мог сдвинуться, веки не могли сомкнуться, грудь не могла сделать вдох. И луна, алее крови, Больше боли, Горела сзади, Обрамляя твоё тело Светлыми лучами Предсмертной красоты. Затмевая солнце, Она дарила свет в тени Созданною ей же. Крылья, что были так красивы, когда ты их расправлял. Крылья, что были так милы, когда ты их складывал за спиной. Крылья, что ветер когда-то ласкал, кричали теперь от огненных порывов. Они тянулись обратно, вверх, но не могли взлететь. И тело, бремя несущее, Летело вниз. Невзирая на слёзы и мольбы, Они смотрели на тебя И ждали кары твоей. И тело, вниз летящее, Было пронзено Пиками острейшими Зданий чёрных В свете Луны кровавой. Шпиль самого высокого здания вонзился в твою спину. Кожу разорвало так быстро, что ты не почувствовал боли. Он прошёл сквозь мясо, мышцы так, как ты проходил по страждущим. И тёплая кровь полилась по вершине здания. Она стекала по когда-то белоснежным крыльям, что золотом сияли. Она согревала твою грудь, твой живот. Бурлила в горле, не позволяя дышать. Окрасила твои губы, щекотала твои щёки. И крик, что был услышан даже там, Истошный и больной Не тронул сердцие ничьё. И мёртвые смогли улыбнуться. Их глаза блеснули. И на миг город Светом озарился правдивого Суда. Именно так заканчивалась та молитва, которую читают всем, кто входит на Небеса. Ведь именно так заканчивают те, кто посмел туда войти. Ты падаешь с неба, взывая к Богам. Молишь их о пощаде. Но Боги жестоки, им по бокам Бьют крики мёртвых исчадий.