Безопасность

***

— Сынмин, это серьёзно! Я понимаю, что ты не хочешь, чтобы за тобой следили, но сейчас очень остро стоит вопрос твоей безопасности, понимаешь? Если мы сейчас это проигнорируем, в следующий раз ты можешь не отделаться лёгким испугом. Ты можешь хоть раз выключить своё эго?! Я боюсь за тебя, не как твой менеджер, а как твой друг!! Сынмин лишь вздохнул. Он был музыкантом, и музыкантом достаточно известным, чтобы у него появились сасэны. Неделю назад он вернулся из небольшого тура по Южной Корее и в аэропорту на него было совершено нападение с целью похищения, если верить отчётам полицейских. Всё происходило так сумбурно, что он даже сначала и не понял, что происходит, пока его не стали тащить в другую сторону от центрального выхода. Пришлось поднимать шум, чтобы охрана аэропорта помогла, так как он не мог сам вырваться из рук мужчины, которому на вид было лет 50 и по размерам он больше похож на медведя, а не на человека. Сынмин не знает, что стало с этим мужчиной, куда он делся и дали ли ему какое-то наказание. Да и не хотел знать. Он мечтает забыть об этом случае, как о страшном сне. Но, его менеджер, и лучший друг, Чонин явно не хотел оставлять всё так. — Короче, мне не важно, что ты думаешь об этом! Завтра будем выбирать тебе телохранителя. И если ты, по каким-то причинам, решишь мне не помогать, то я выберу сам. А ты меня знаешь. Теперь езжай домой, завтра всё обсудим. Сынмин раздражённо закатил глаза и встал с кресла. — Хорошо, если тебе так будет спокойнее. Но я всё ещё считаю, что ты перебарщиваешь. До завтра. – и вышел из кабинета, аккуратно закрыв дверь, давая понять своему другу, что он не злится и понимает его.

***

На следующий день Ким опять приехал в агенство. Он решил не задерживаться тут надолго и сразу начать с главного: выбора телохранителя. Поэтому он прямым маршрутом направился в кабинет Чонина. Дойдя, он решил постучать: — Чонин, ты тут? — Да-да, входи! Стоило ему открыть дверь, как на него сразу же налетел мужчина невысокого роста с очень яркой улыбкой. Чан. Бан Чан. Его брат, который сейчас должен быть в Австралии, помогать мачехе с младшим братом, Джисоном. Чан был не родным братом Сынмина, а сводным, но это не мешало быть им очень близкими. — Чани-хен, ты что тут делаешь? Ты же должен быть в Сиднее! Там же мама не справится с этим турбовеником! – Сынмин был очень счастлив видеть мужчину, но их мама – очень хрупкая женщина и справится с таким энергичным ребёнком, как Джисон, она не могла, а папа сейчас работал в Германии, из-за чего мама и попросила Чана приехать. — Справится. А вот ты, кажется, не справляешься. – мужчина отошёл на пару шагов назад, чтобы осмотреть парня перед собой с ног до головы. – Сынмин-а, ты действительно думал, что мы не узнаем об этом случае, если ты не скажешь? – Тут Сынмин понял, почему его брат приехал, никого не предупредив, и поморщился. — Хён, да всё хорошо. Я не пострадал, а значит ничего страшного не случилось. Я не хотел вас пугать, понимаешь? Да и вообще, я сейчас буду выбирать себе телохранителя, видишь? Всё хорошо! — А так ты нас, конечно, не напугал. Мы с тобой это, лучше, дома обсудим. А насчёт телохранителя: не надо тебе никого искать. Я знаю, кто справится с этой ролью лучше кого-либо. Ты помнишь Чанбина? Моего лучшего друга ещё со школы. На этих словах сердце Сынмина пропустило удар. Конечно, он помнил. Кажется, что никогда забыть и не сможет. Чанбин был лучшим другом Чана, они почти всегда были вместе. Очень часто даже праздники Чанбин отмечал с их семьёй, так как у него дома были какие-то проблемы. Но дело не только в этом. То, каким был Чанбин и какие чувства он вызывал у Сынмина. Чанбин был очень смешным и добрым, заботливым и умным, всегда знал, как поддержать и развесилить, всегда был рядом и защищал, если это требовалось. Неудивительно, что Сынмин влюбился. Но он знал, что эти чувства никуда не приведут и ничего не получится. Поэтому он стал отдаляться, а как только закончил школу, так и вовсе пропал из поля зрения как старшего брата, так и Чанбина. — Хён, но разве он не занимается музыкой? Он же, как и ты, хотел быть продюсером, разве нет? — Нет, я не стал продюсером, пока только учусь. – раздалось из-за спины Чана. Сынмин вздрогнул и, наконец, обратил внимание не только на брата. В комнате было ещё три человека, помимо их: Чонин, Феликс.. Кажется?, и Чанбин. Феликс, который сидел на диванчике, рядом с Чанбином, положив голову ему на плечо. — Оу, привет Хён... И Феликс, если я не ошибаюсь? – с сомнением спросил парень. Тут Чанбин резко встал и очень быстро подошёл, чтобы обнять его. Их объятия продлились явно дольше положенного, но Сынмин не возражал. Он лишь положил голову на крепкое плечо и обнял в ответ. Всё же, прошло уже четыре года с их последней встречи. Целых четыре года, а чувства Сынмина остались столь же крепкими и сильными. Тут Чонин прокашлялся, явно пытаясь привлечь их внимание и Сынмин резко отстранился, будто только сейчас понял, где находится и с кем. Но Чанбин не отпустил его талию, всё так же стоя рядом, но уже не прижимаясь. Нет, Сынмин не покраснел, вам показалось. — Хён, не ожидал тебя увидеть, да ещё и при таких обстоятельствах. Но чем связан ты и мой телохранитель? Чанбин улыбнулся и сжал его талию чуть сильнее: — А тем, что именно я им и буду. Нам кажется, тебе будет проще, если телохранителем будет кто-то знакомый для тебя. Плюсом, я сейчас коплю, чтобы открыть свою музыкальную студию и поэтому хватаюсь за разную работу, а твоё агентство платит очень неплохо. — Это всё, конечно, хорошо, но для того, чтобы ты мог стать мои телохранителем, тебе нужно пройти специальную подготовку, разве нет? — Так я её прошёл ещё год назад. Я не первый раз этим занимаюсь, не волнуйся, Минни – произнёс Чанбин, не отрываясь глядя ему в глаза. Ладно, возможно, всё-таки, Сынмин покраснел. Тут Чонин вновь прокашлялся, пытаясь привлечь внимание этих двоих. — Сынмин, не волнуйся, мы проверили все нужные документы и разрешения, чтобы нянять его. Он действительно хороший вариант, да ещё и твой друг. – парень улыбнулся, а у Сынмина чуть земля из-под ног не ушла. То есть, они будут проводить опять очень много времени вместе, общаться и... Боже, кажется Сынмин влип и очень серьёзно. — А у меня есть возможность отказаться? – с улыбкой проговорил Ким, как бы шутя. — Нет. – так же ответили ему три голоса. — Ну что ж, надеюсь, что наше сотрудничество будет продуктивным. Чанбин улыбнулся и снова его обнял: — Да, я тоже.

***

И началось их сотрудничество. Сынмин всё так же занимался своей карьерой, записывал песни, снимался в шоу и клипах, а Чанбин был рядом. Всегда. Стоял за кулисами на выступлениях, смотрел из-за камеры на шоу, шёл бок о бок в аэропорту. И всё было хорошо три месяца, пока Сынмину сново не нужно было улететь, но уже в Сидней. У него там должен был состояться концерт и ещё он хотел побыть дома с семьёй пару дней. — Хён, – Сынмин решил поднять этот разговор, пока они ужинали у него дома. Как это получилось, парень так и не понял. – когда я поеду домой, в Сидней, ты можешь не ехать со мной. Я справлюсь сам, а ты, наконец-то, проведи время со своим парнем. А то мне уже неловко, что я, со своей работой, не даю вам с Феликсом провести время вместе... Он хотел продолжить, но Чанбин засмеялся, как, кажется, не смеялся никогда. — Минни, мы не встречаемся с Феликсом. С чего ты вообще взял, что это так? – Со смотрел на парня с нежностью во взгляде. Так, как смотрят на кого-то очень ценного. Но Сынмин откинул эти мысли. — Но я же сам видел, что вы постоянно обнимаетесь, держитесь за руки, созваниваетесь... — Это всё, конечно, мило, но Феликс мне как младший брат. А ещё он очень тактильный парень, как и я. И созваниваемся мы часто, потому что именно мне он рассказывает, какой твой брат тупой и не понимает намёков и не видит его чувств, потому что слепой. Сынмин покачал головой, потому что ничего не понимал. — Феликсу нравится... Чан? Мой Чан? Ты уверен? — Да, Феликсу нравится Чан. Бан Чан. Бан Кристофер Чан. Твой старший брат, да. Ещё раз сказать? – улыбка Чанбина становилась шире с каждым словом. И только сейчас Сынмин понял, как глупо он выглядел каждый раз, когда ревновал Чанбина к Феликсу. А ещё он понял, что Чанбин знает о его чувствах. Но он не был готов обсуждать этот вопрос, не сейчас. А желательно никогда. — Ну, это не отменяет того факта, что ты можешь не лететь со мной в Австралию. У тебя же должна быть своя жизнь, правильно? Ничего страшного со мной не случится, понимаешь... Но Чанбин опять его прервал, но уже не смехом, а ударом по столу. — Нет. Нет! И ещё раз нет, слышишь? Ты больше никуда никогда не поедешь один! Тебе мало было одного раза, когда тебя чуть не похитили? Ты не понимаешь, как это опасно? Сасэны и хейтеры неадекватные. Ты представляешь, что могло с тобой случиться? Сасэны считают, что ты принадлежишь им, что они могут делать с тобой что хотят! Тот мужик мог тебя продать, избить, изнасиловать или убить! И он не один такой. Тем более, среди твоих поклонников. Уроды вроде него любят таких светлых, талантливых и красивых людей! Ты мог умереть! Ладно, ты не думаешь о себе, но подумай о своей семье, о друзьях, подумай каково мне!! Господи ну как можно быть таким, а?! Придушил бы тебя собственными руками, если бы не любил так сильно! Сынмин не знал, что сказать. Всё это время он старался гнать от себя мысли о том дне, не думать, что бы было, что могло случиться. На вопросы всегда отшучивался, а на попытки поговорить отмахивался. Он боялся осознать в полной мере, что было бы если ему не помогли, не услышали, не успели.. А сейчас на него всё так вывалили, как будто лопатой по голове ударили. И он даже пропустил мимо ушей признание, о котором мечтал, но на которое не надеялся. Сейчас в его голове крутились события того дня и самые ужасающие картины. Боже, что могло случиться.. И может случиться в любой момент. Какой же он дурак, почему он сразу не отнёсся к этому серьёзно? Чанбин, видимо, заметил состояние парня и пересел к нему, перетянув его на свои колени, и обнял, начав раскачивать из стороны в сторону, поглаживать по спине и целуя в макушку. — Прости, родной, прости. Я не хотел, чтобы так получилось, я хотел, что бы ты понял, что может произойти, если ты будешь так же безалаберно относиться к своей безопасности. Маленький мой, ну не плачь, всё хорошо. Сейчас ты в безопасности, со мной, дома. Тебя никто тут не обидит, кроме меня, идиота. Всё в порядке, я рядом. А Сынмин не мог. Только сейчас он действительно понял, что значит бояться собственных фанатов. Только сейчас он осознал, какой он идиот. Но Чанбин не хотел сдаваться так просто и поэтому начал говорить, а Сынмин затаил дыхание, когда понял, о чем речь: — Сынмин-а, а ты знал, что я влюблён в тебя уже шесть лет? Я, как увидел тебя, офигел. Первый раз видел человека с такой красивой улыбкой и открытым взглядом. Ты такой замечательный. Всю жизнь весь такой активный, любознательный. Даже твоя привычка подкалывать кажется мне очень милой. Ты такой красивый. Помню, как ревновал тебе к той твоей однокласснице.. Лия, кажется так её звали. Замечательная девчонка, но тогда она была врагом номер один. – Со посмеялся и опять поцеловал парня в щеку, – ещё я очень хорошо помню, как первый раз услышал твой голос. Ты тогда готовил по нашей с Чаном просьбе, и пел песню day6, кажется. Я тебе тогда ещё очень напугал, ты подпрыгнул и выгнал меня из кухни, так и не дав выпить воды, а я думал только о том, какой у тебя невероятный голос. О том, какой невероятный ты... Чанбин хотел и дальше рассказывать, но его прервал поцелуй. Ким просто не выдержал. Он считал, что мужчина его идеализирует, и слушать это дальше не хотелось. Иначе, он умрёт от смущения. Их первый поцелуй был со вкусом слез, невысказанных слов и страха. Но даже так он был прекрасным. Спустя почти шесть лет ожидания, сомнений и ревности, они были вместе.

***

Позже в СМИ стали появляться заголовки "Ким Сынмин закрутил роман с охранником?!", "Восходящая звезда к-попа променяет карьеру на мужчину?" и всё в таком роде. Но им было плевать. Они есть друг у друга, а это самое важное.