Случайности

      Элейн вздрогнула, почувствовав, как что-то упёрлось ей в затылок. В вязкой тишине звук курка показался особенно громким. Девушка закрыла глаза и медленно вздохнула, горько усмехаясь про себя. Дождь за окном усилился, окутывая захламлённую пыльную комнату почти интимным шёпотом. Где-то вдалеке послышался гром, молния озарила небо и на мгновение выхватила из темноты две фигуры — женскую, напряжнёно замершую, и мужскую, расслабленную напоказ.       — Почему, Дерек? — негромко, чтобы голос не выдал ненужным хрипом волнение, поинтересовалась Элейн, не особо надеясь на ответ.       — Да брось, детка, — мужчина усмехнулся, подошёл к девушке и зарылся носом в её волосы, рядом с дулом пистолета, вдыхая аромат любимых духов и выдохнул ей на ухо, — Ты уже всё знаешь.       От его голоса — вкрадчивого, с лёгкой хрипотцой, у Элейн, как всегда, побежали мурашки. Её окутал его запах качественного табака и мятных леденцов, путая мысли, и Элейн, не осознавая этого, глубоко вдохнула, впуская аромат в лёгкие, забивая им нос. Ей казалось, что сейчас он скажет, что это шутка, рассмеётся, обнимет её. Но прошла секунда, другая, а Дерек продолжал держать взведённый пистолет у головы Элейн и по-хозяйски положил руку на неё, туда, где плечо переходит в шею, и сильно сжал.       Элейн мысленно обозвала себя дурой. Ведь были звоночки, зацепки, несостыковки. Но она упорно не замечала их, убеждая себя, что это всё дурацкие совпадения. И вот, к чему это привело.       — Ты специально взял это дело, — Элейн сглотнула, почувствовав, как он носом поддевает её ухо и позволяет ей выговориться, — чтобы завалить. Вот почему ты всегда приезжал раньше меня — чтобы везде уже был твой запах и его нельзя было опознать!       — У тебя всегда был хороший нюх, — Дерек улыбнулся, чувствуя дрожь девушки. Ему стало интересно — это страх или возбуждение? — И ты слишком умна. Странно, что ты ещё не детектив, а всего лишь помощник.       Снаружи снова мелькнула молния, выхватывая из темноты потёртый ковёр на полу и замершую в объятиях пару. Он что-то шепчет ей на ухо, массируя плечо, с силой вжимается носом в волосы, вдыхая её аромат. Она же дрожит в его руках, закрыв глаза и полностью отдаваясь ему.       На самом же деле Дерек до синяков сжимает плечо Элейн, по-прежнему упирая пистолет в затылок, а Элейн пытается успокоить бешено бьющееся сердце и найти выход из ситуации.       — Мне почти жаль, крошка. Я успел привязаться к тебе, — ухмыльнулся Дерек, — Ты чертовски хороша в постели!       Элейн ещё вчера расплавилась бы от подобного признания и была бы счастлива. Но сейчас ей стало противно. Его руки больше не казались тёплыми, они были жёсткими и колючими, прикосновения неприятными, а запах табака и мяты вызывал рвотные позывы. Девушке захотелось вымыться от всей этой грязи, которая, словно слизь, текла по телу волнами дрожи — той неприятной дрожи, когда наступаешь босой ногой в трясину.       — Мне тоже жаль, — прошептала Элейн и резко дёрнула головой, впечатываясь затылком в нос Дерека.       От неожиданности мужчина выронил пистолет, отшатнулся, схватившись за нос, и выругался. Из-под пальцев начала сочиться кровь, которую Дерек просто размазал по лицу, быстро приходя в себя. Элейн пнула ногой пистолет, отшвыривая его подальше от мужчины, и замахнулась. Дерек перехватил её руку и, развернув девушку, толкнул к стене. Впечатавшись спиной, Элейн поморщилась и резко выдохнула — удар буквально выбил из неё воздух. Дерек же не стал тратить время и подошёл к девушке вплотную, хватая её за горло и сжимая.       Элейн вцепилась двумя руками в руку мужчины, пытаясь отцепить её и вдохнуть хоть немного воздуха. Дерек с маньячным блеском в глазах следил за ней, прижимаясь всем телом, вдавливая девушку в стену, не позволяя ей вдохнуть и наблюдал, как она борется за свою жизнь. Как в карих глазах распускается отчаянье, страх сжигает волю, а жизнь утекает, как песчинки в песочных часах.       — Ты же помнишь, детка: в паре всегда остаётся один, а второй — предатель, — издевательски напомнил свою любимую присказку Дерек, пока Элейн, оставив попытки отцепить его руки, пыталась дотянуться до бра. Но светильник был далеко, и Дерек даже не стал обращать на это внимание.       Элейн услышала его голос словно через вату — сознание медленно покидает её, нехватка воздуха кружит голову, в ушах шумит кровь. И так же через вату она услышала странный хлопок, от которого Дерег вздрогнул всем телом. В его глазах читается изумление — Элейн видит его так ясно, так близко. Хватка на горле ослабевает, девушка с шумом вдыхает и закашливается, сгибаясь пополам и почти падая на Дерека, почему-то лежавшего на полу. Ей на плечо легла чья-то рука и Элейн не сразу поняла, кто это. Только смахнув выступившие на глаза слёзы, она увидела мужчину в полицейской форме, который что-то у неё спрашивал, но она ещё не могла понять, что.       — …дке, мэм? Мэм, вы в порядке? Вам нужна скорая? — через вату в ушах постепенно пробился звук, и Элейн помотала головой. Полицейскиё кивнул и заговорил в рацию, вызывая детективов и парамедиков.       Элейн отрешённо посмотрела на Дерека. Детектив Дерек Глинт, её наставник, друг, любовник, человек, на которого она всегда могла положиться, оказался совсем не таким. Он заманил и убил пять девушек, задушил, как пытался задушить Элейн. Ни одного отпечатка пальца, ни одной улики. Единственное, что могло на него натолкнуть — запах, который оставался на девушках после его объятий. Но и тут он обвёл всех вокруг пальца, приезжая на место преступления раньше других.       Единственное, чего не понимала Элейн — почему она? Ответ на этот вопрос она узнает не скоро. Но обязательно узнает, когда дело будет раскрыто.