pocket

Джейкоб приходит с подносом в руках к их обеденному столу с яркой и бесхитростной улыбкой, украшающей его лицо. — Итак, — начинает он слишком сладким тоном для полуденного обеда Сону. — Недавно я услышал кое-что интересное от Хёнджэ. — Всё, что говорит Хёнджэ-хён, ложь, — Сону поднимает голову и замечает, что Джейкоб всё ещё улыбается. — Ничего не говори мне. — Возможно, это всего лишь слухи, — продолжает Джейкоб, разворачивая бутерброд и откусывая кусочек. — Но это довольно интересный слух. Очень интересный. Невероятно интересный! — он подталкивает Сону. — Если я тебе не расскажу, то ты обязательно услышишь это от кого-то другого и будешь в гневе. Сону хмурится: — Зачем мне злиться? Джейкоб — его старший, капитан баскетбольной команды и, в подарок, ещё и хороший парень. Он также составляет Сону компанию летом во время тренировок. У них обоих довольно спокойный характер, из-за чего они так хорошо сдружились, несмотря на разницу в классах, поэтому предположение, что Сону должен разозлиться от слуха, почти заставило его тревожиться. Почти, потому что, на самом деле, ему всё равно. — Это о тебе, — отвечает Джейкоб, и кажется слишком воодушевленным по этому поводу. — И всё? — Сону кладет виноградину в рот. — Я много чего слышу о себе. Некоторые ненавидят меня, некоторые любят. Ким пожимает плечами. Улыбка Джейкоба расползается еще шире. — Похоже, ты еще не слышал эту новость, — начинает он, словно пытаясь заинтересовать Сону. Довольно грубый приём, но Сону позволяет ему рассказывать дальше. — Я не знаю, откуда Хёнджэ это услышал и насколько это правда, — продолжает Джейкоб. — Но это действительно может выбесить некоторых. Или привлечь чьё-то внимание. Даже изменить всю жизнь. Можно я расскажу? Сону вздыхает. — Хорошо. Действуй. Мне нечего терять, кроме нескольких клеток мозга. Он открывает пакет с молоком и жестом приглашает Джейкоба подвинуться ближе. Джейкоб не спеша наклоняется к Сону, пряча рот от посторонних взглядов, и шепчет: — Хёнджэ слышал, что капитан футбольной команды влюблен в чирлидершу. Поперхнуться молоком — не та смерть, которую хотел бы Сону. Это не круто и очень больно. Он даже немного благодарен, что оно не начало вытекать из носа, однако его горло теперь сильно саднит, и он кашляет, чтобы унять зуд. Джейкоб выглядит настолько счастливым, насколько это возможно, и протягивает стопку салфеток в сторону Сону. — Интересно, не так ли? Сону вытирает рот салфеткой, ворча. — Да, конечно. Ты был прав, — он откашливается. — Такого я еще раньше не слышал. Хёнджэ рассказал только тебе одному? Он кладет несколько салфеток на небольшую лужицу от молока на столе. Джейкоб еще раз откусывает свой сэндвич. — Хм? Он рассказал журналистскому клубу и тем, кто сидел рядом в автобусе, — на это Сону морщится. — Ну, это не так много. — Отлично, — стонет он раздраженно, ведь такие слухи заставляют людей расспрашивать его, узнавать правду, копаться в делах Сону, как в собственных. — Теперь все будут надоедать мне. Чёрт, не хочу иметь дело с этим беспорядком. — Эй, это всего лишь слухи! Они улягутся через неделю, максимум, — Джейкоб похлопывает Сону по спине. — А теперь не относящийся к делу вопрос, но есть кто-нибудь симпатичный для тебя среди чирлидерш? — Шутишь, что-ли? Джейкоб смеётся. — Слишком рано? — спрашивает Джейкоб, на что Сону прищуривается, глядя прямо на него. — Извините-извините. Больше такого не повторится, ну, по крайней мере, пока это не станет социально приемлемым. Все твои друзья в курсе, как сильно ты их ненавидишь. Чирлидерш. Джейкоб доедает свой бутерброд. — Просто класс, — бормочет Сону. Джейкоб продолжает: — Что очень странно, если подумать, потому что в этой команде твой лучший друг. Если только… — он мигом светлеет, хлопая в ладоши. — Так это идеальное прикрытие! Ты постоянно их презираешь, но втайне влюблен в главную чирлидершу! О, как там её зовут… Совершенно спокойно Сону говорит: — Давай продолжай думать об этом, и скоро баскетбольной команде понадобится новый капитан. — Эй, я шучу! — уверяет Джейкоб, продолжая улыбаться, на что Сону хмурится. — О, видишь, там Джуён идет. Джуён, мы здесь! Здесь! Баскетболист подходит к ним, держа в руках свой поднос, и садится рядом с Сону, выглядя явно обеспокоенным. — Сону, всё в порядке? — осторожно спрашивает он. Сону продолжает хмуриться сильнее. — Что слышал ты? Джуён берет картошку фри. — У тебя роман с тремя чирлидершами. С одной по любви, а другие две соблазнили тебя и еще одного футболиста. Супер напряженно и странно, но я стараюсь не осуждать. — Вай, а это уже новый поворот событий! — Джейкоб выглядит еще более восторженным. Сдерживая вздох, Сону хлопает Джуёна по плечу: — Я знаю, что ты доверчив так же, как пятилетний ребенок, который все еще думает, что Санта настоящий, но скажи мне, пожалуйста, что на самом деле ты не веришь в эти сплетни. Пауза. — Санта… не настоящий? Дерьмо. Сону только что убил Рождество.

***

Сону даже не успел закончить свою фразу «Ладно, мешки с картошкой, давайте начнем тренировку», как Эрик, маленький дьявол, прокричал: — Каково это — встречаться с чирлидершей? По команде проносится хор смешков, большинство мальчиков прячут лица с улыбками. Стадион — место не только для футбольной команды, но еще и для команды по легкой атлетике, и некоторые ее участники сейчас тоже смеются над Сону. Проклятые бегуны. Сону может подножку им подставить, и они вылетят из сезона. Слабаки. — Сон Эрик, а ты знаешь, что я могу выбросить твой рюкзак со всей твоей чистой одеждой в реку в буквально любой момент? Ты когда-нибудь задумывался над этим? — Ага! Каждый раз, когда ты говоришь мне об этом, — сияет Эрик, и Сону бросает в него футбольный мяч, который Эрик ловит, заставляя Кима разочарованно цокнуть. — Эй, я вообще-то вратарь, хён. Ты в меня не попадешь таким броском. — Когда-нибудь обязательно попаду, — предупреждает Сону и чувствует некоторое удовлетворение, когда Эрик съёживается от его слов. — Кто-нибудь еще хочет обсудить сплетни? Тишина. — Хорошо. Теперь вернемся к делу. Все готовы усердно поработать? Команда хором восклицает: — Да, капитан! — Все готовы к четырем изнурительным часам тренировки? — кричит Сону громче, уперев руки в бока. — Да, капитан! Сону ухмыляется: — Тогда чего ждём? Два круга по стадиону за две минуты! Бегом! В целом, тренировка проходит хорошо. Тренер приходит после разогрева, и они начинают пробовать игру с новым защитным составом. Сону — полузащитник, всегда на поле, готовый играть до последнего. Команда, в основном, самостоятельная: хорошо выполняют указания тренера и признают ошибки, допущенные на поле. Поэтому тренер вскоре уходит, оставляя Сону ответственным за исправление оставшихся недочетов, что они делают до конца тренировки. К концу все игроки уже растянулись на траве и пьют воду, запыхавшись. Сону выглядит точно так же: пот стекает по его шее и пропитывает тренировочную футболку. Он делает большой глоток воды и вскакивает на ноги. — Хороша работа, ребята! Я заметил большой прогресс в нашей игре. Мы отлично подготовимся к следующему матчу, — он усмехается. — Есть вопросы, прежде чем я закончу? Рука Эрика взметнулась в воздух, а глаза засверкали: — Кто твоя подружка из чирлидерш? Я ставлю на Доён. Его вопрос вызывает бурю незрелых возгласов и несколько просьб заткнуть Эрика, но он сам выглядит очень довольным, смотря на раздраженное выражение лица капитана. Сону откашливается: — Все могут пройти в раздевалку, кроме него. Бегай, пока я не скажу «стоп», либо пока ты сам не помрешь. У Сону нет никакого сочувствия к младшему, который со стоном встает, чтобы начать бег, в то время как остальная часть команды идет в раздевалку. Сону сидит на скамейке, листая что-то в телефоне, в то время как Эрик продолжает отрабатывать своё наказание. Время от времени он поднимает глаза, чтобы убедиться, что Эрик всё ещё бежит. Он уже прочитал две страницы о ртути в тунце, когда его внезапно хлопают по плечу. Ханён широко улыбается, одна его рука сжимает ремешок сумки. На нем толстовка с капюшоном, завязки на нем свисают неровно. На его лице блестит пот, но это ничто по сравнению с промокшей рубашкой Сону. Тренировка чирлидеров, видимо, закончилась раньше. — Идешь? — спрашивает Ханён. — Солнце садится. — Да, всего одну секунду, — Сону кладет телефон в карман, берет бутылку с водой и встает, наблюдая как Эрик еле волочит ноги по траве. — Беги быстрее! Не думай, что если я не смотрю, то это значит, что я не обращаю внимания! О, чёрт, он действительно побежал быстрее… — Ты такой придурок, — смеется Ханён. Сону пожимает плечами. — Он по праву заслужил это наказание. Клянусь. — Что он сделал? Занял твоё место в очереди за кулером? Украл твой приём в футболе? — Ханён ухмыльнулся. — Увидел, как ты упал на задницу и заплакал? Боюсь себе это представить. Закатив глаза, Сону ворчит: — Ходят такие… слухи. — Ты же не обращаешь внимание на слухи, — с интересом отмечает Ханён. — Настолько всё плохо? Мне стоит кому-то преподать урок? Скажи кому, Сону. Я сделаю это. — Боюсь, мне потом придется тебя спасать, — говорит Сону, посмеиваясь, на что Ханён толкает его локтем. — Хорошо, — Ханён кивает Эрику. — Эй, прежде чем ты уйдешь, ты вообще собираешься сказать Эрику остановиться? Он уже практически такого же цвета, как и его волосы. — О, верно. Почти забыл. Ханён усмехается, когда Сону кричит: — Эрик, ты молодец! Хорошая работа на сегодня! Тут же Эрик падает на землю, сворачиваясь в клубок и кричит: — Боже благослови! Ханён ждет, пока Сону соберет свои вещи из раздевалки. Сону переодевается и пытается вытереть как можно больше пота и грязи. Дезодорант помогает, но не сильно. Он просто забирает у Эрика из шкафчика какое-то дезинфицирующее средство для рук с запахом арбуза, и потом выходит из раздевалки, встречая там Ханёна, чтобы вместе пойти домой. — Итак, насчет слуха… — говорит Ханён вскоре после того, как они переступили порог школы. Он позволяет предложению зависнуть в воздухе, выжидающе глядя на Сону. Ханён знает, что тот ответит не сразу, поэтому просто ждет, засунув руки в карманы. — Похоже, — начинает Сону через несколько минут, остановившись на пешеходном переходе, ожидая зеленый свет, — я влюблен в одну из чирлидерш. Ханён не переходит дорогу, когда свет меняется. Он стоит на месте, не шевелится. Сону поворачивается на пятках, не встречаясь с ним взглядом, а Ханён издает сдавленное: — О… — Ага. — Это… — Ханён берет Сону за запястье и поспешно тащит их через улицу, прежде чем свет снова станет красным, и отпускает его руку, когда они переходят на другую сторону. — Да, это что-то… Ханён не может слов подобрать, не умеет говорить о том, что чувствует, но Сону может понять его, даже когда Ханён не произносит это вслух. Сону практически чувствует, что испытывает Ханён, который задумчиво поджимает губы. Сону осторожно толкает Ханёна в плечо, заставляя его показать слабую улыбку. — Это слух. Я не знаю, кто начал это, но сам услышал только сегодня, — говорит Сону. — Я хотел сказать тебе об этом лично, если ты еще сам не успел его услышать. — Думаю, я не уделял должного внимания, — Ханён закусывает губу. — Ты… Ты собираешься что-нибудь с этим делать? Пожимая плечами, Сону отвечает: — А что тут поделать? Слухи есть слухи. Их нельзя остановить. Остается надеяться, что они выдохнутся сами по себе. — Но ты будешь в порядке? Мы… — Ханён замолкает, утыкаясь взглядом в свои ботинки. — Это пройдет, — уверяет Сону. Ханён поднимает голову с неуверенным выражением лица. Сону хочется смахнуть с лица его хмурый вид, заменить улыбкой, но не может. Вместо этого он быстро сжимает ладонь Ханёна, прежде чем они заворачивают за угол. Когда они доходят до дома Сону, Ханён уныло вздыхает. Он все еще продолжает улыбаться, когда тянется обнять Сону, обхватывая руками бока младшего и гладя подбородок на плечо Сону. — Прости, — шепчет он, и сердце Сону разбивается на куски. — Не извиняйся, — упрекает Сону, и рука Ханёна сжимает его рубашку сзади. — Ты ни в чем не виноват. Сону желает, чтобы он мог быть сильнее, смелее, лучше для Ханёна. Он хочет прокричать с крыши, сказать всё, что таит его сердце, но он не готов. Всё, что он может сделать, так это помахать Ханёну рукой с грустной улыбкой, надеясь, что старший не слишком разочарован его трусостью.