Дорога в ад

Паника продолжала бурлить в жилах Азуми, когда она возвращалась в свою квартиру, в ужасе от того, что Мун Джо мог уже причинить вред Чжон Хва. Волна вины захлестнула ее, когда она поняла, как близка была к чертовому Мун Джо, что с ней было не так? Покачав головой, она бросилась вверх по лестнице в свою квартиру, распахнула дверь и обнаружила, что Чжон Хва наливает себе чашку кофе. Девушка, о которой шла речь, казалась смущенной, когда Азуми внезапно заключила ее в крепкие объятия, схватив за плечи и испустив вздох облегчения. "— Плохой день на работе?" Чжон Хва нахмурилась, обнимая тебя за талию. На мгновение она задумалась, стоит ли ей солгать. Азуми не хотела причинять боль Чжон Хва, но если она не знала о приближающейся опасности, как она могла защитить себя? Прижав ее немного ближе, Азуми обнаружила, что выпаливает правду. "— ...Он вернулся", - призналась она, чувствуя, как Чжон Хва полностью замирает. "— Мун Джо?" Спросила она, получив резкий кивок, когда Азуми медленно отстранилась. "— Он причинил тебе боль?" - в панике спросила Чжон Хва. Она мгновенно обхватила ладонями лицо Азуми, окидывая ее взглядом, чтобы проверить, нет ли травм. Азуми не могла сдержать румянец, который разлился по ее щекам, когда она подумала о том, что она на самом деле делала. Почему-то она не думала, что Чжон Хва оценит то, что она всухую трахалась с серийным убийцей. "— Нет. Я в порядке, я просто...Я подумала, что он мог бы... - Азуми замолчала, не желая заканчивать предложение. "— Это хорошо", - объявила Чжон Хва, заставив Азуми наморщить лоб. "— Я думаю, у нас с тобой есть несколько серьезно отличающихся определений того, что значит хорошо..." - начала Азуми, но Чжон Хва прервала ее, присев на корточки, чтобы открыть один из кухонных шкафов. Глаза Азуми расширились, когда Чжон Хва вытащила пистолет из того места, где он был прикреплен скотчем к боковой стенке шкафа, наблюдая, как она заряжает оружие. Она приподняла бровь, глядя на свою девушку, ожидая объяснений. "— На этот раз я собираюсь быть готовой к Со Мун Джо", - пробормотала Чжон Хва, ее глаза потемнели. "— Значит, ты этого ожидала?" Азуми нахмурилась, когда Чжон Хва бросила на нее виноватый взгляд, прежде чем снова полезть в шкаф и вытащить запертую коробку. Азуми с интересом наблюдала, как девушка открыла объект, вытащив пачку денег, их паспорта и несколько коричневых папок. Из одной из папок выпала фотография, привлекшая внимание Азуми, когда она сразу заметила человека на фотографии. Это была Мун Джо. Немного моложе, может быть, лет на десять или около того, но его глаза выглядели точно так же. Такие темные, что в них можно утонуть. Она проклинала то, как на долю секунды подпрыгнуло ее сердце. "— Ты расследовала его прошлое?" - предположила Азуми. "— И его подарок. Он снова убивает", - объяснила Чжон Хва, когда Азуми прикусила губу. "— А деньги и паспорта?" Спросила Азуми. "— Мы покидаем страну. Сейчас", - почти приказала Чжон Хва, когда Азуми покачала головой. "— Нет! Мы не можем просто сбежать. А как насчет твоего отца? В любом случае, это не принесет никакой пользы...Мун Джо последовал бы за мной на край света", - продолжила Азуми, когда Чжон Хва бросила на нее взгляд. "— Что именно произошло с Мун Джо?" - спросил Чжон Хва. "— Он появился в больнице, одетый как врач. Он... я не знаю, о чем я думал, я просто...Я облажалась..." - заикнулась Азуми, когда глаза Чжон Хва расширились. "— Ты трахалась с ним?" Предложила Чжон Хва, когда Азуми провела рукой по ее волосам. "— Нет, но...Я почти сделала это. Мне жаль, Чжон Хва. Я буду...Я пойду. Мне не следовало возвращаться", - вздохнула Азуми виноватым тоном, когда Чжон Хва схватила ее за руку. "— Эй, я видела манипуляции Мун Джо вблизи и лично. Черт, раньше у меня было к нему что-то такое. Но, возможно, мы сможем использовать это в своих интересах. Наконец-то мы можем его усыпить", - воскликнула Чжон Хва. "— Как?" Азуми нахмурилась. "— ...Тебе нужно было бы стать приманкой", - заявила Чжон Хва, наблюдая, как Азуми глотает. "— Это звучит как отличный способ закончить жизнь смертью", - отметила Азуми, когда Чжон Хва покачала головой, взяв ее руки в свои. "— Я бы никогда не позволила ему снова причинить тебе боль, помнишь? Пожалуйста, Азуми, возможно, это единственный способ остановить его", - настаивала Чжон Хва. "— Мы уже пробовали это раньше, Чжон Хва. Это плохо закончилось", - усмехнулась Азуми. "— Но на этот раз мы будем готовы. Тебе просто нужно заставить его доверять тебе, привести его куда-нибудь и заманить в ловушку. Делай все, что тебе нужно, даже если это означает..." Чжон Хва замолчала, когда Азуми прикусила губу. "— ...Он говорит, что хочет, чтобы я вернулась. Что я снова буду его через месяц", - призналась Азуми, когда челюсть Чжон Хва сжалась. "— Нет. Он будет нашим", - пробормотала Чжон Хва, что было так не похоже на нее. Чжон Хва, Чон У, даже она сама...они все так сильно изменились. Мун Джо превратил их в то, что он хотел. Может быть, они были лучшими версиями самих себя. Что-то странное произошло после неожиданного визита Мун Джо... Ничего. Почти две недели. Она не видела его, не слышала от него абсолютно ничего. Ей было неприятно признавать это, но она была разочарована. Он сказал ей, что хочет ее вернуть, так где же он был? Вскоре наступил ее день рождения, и, вопреки себе, она надеялась на какой-нибудь подарок. Ее спина болела после долгой смены на работе, разочарование было видно на ее лице, когда она, спотыкаясь, поднималась к своей квартире. Чжон Хва работала в ночную смену на станции, но пообещала, что пригласит ее завтра вечером на запоздалый ужин в честь ее дня рождения. Это было действительно единственное, чего Азуми должна была с нетерпением ждать. Вот почему она была так удивлена, когда обнаружила сексуальное красное платье, разложенное на диване, более откровенное, чем большая часть одежды в ее гардеробе. Она вздрогнула, когда почувствовала, как чья-то рука провела по ее волосам, и от неожиданности отпрыгнула назад, столкнувшись лицом к лицу с веселящемуся Мун Джо. Он был одет в темный костюм, его волосы были взъерошены больше, чем обычно, что заставило Азуми подавить желание провести руками по его темным кудрям. "— Что ты здесь делаешь?" - спросила Азуми, сердце быстро билось в ее груди. "— Ты действительно думала, что я забуду о твоем дне рождения, детка?" Мун Джо ухмыльнулся, а Азуми поджала губы. "— Я надеялась, что да", - солгала она. "— Ты много думала обо мне, Азуми?" Мун Джо ухмыльнулся, заставив ее закатить глаза. "— Чего ты хочешь, Мун Джо?" - возразила она, скрестив руки в защитном жесте. "— Свидание", - ответил Мун Джо. "— Что за свидание?" Азуми нахмурилась, желая знать, на что она соглашается. "— Мы можем поесть вне дома...Я помню, как сильно тебе это нравится", - заявил Мун Джо с самодовольным выражением лица, наслаждаясь тем, как покраснели твои щеки. "— И почему, черт возьми, я должна соглашаться на это?" - настаивала Азуми, когда Мун Джо сделал шаг вперед, нависая над ней, их взгляды встретились. "— Потому что ты скучала по мне", - сказал ей Мун Джо. "— Нет. Я не..." Азуми замолчала, когда Мун Джо внезапно протянул руку, чтобы коснуться ее груди, пальцы коснулись ее кожи, прямо над сердцем. "— Твое сердце учащается, когда ты лжешь. И по другим причинам, - ухмыльнулась Мун Джо, чувствуя, как учащается стук в груди. У Азуми пересохло во рту, когда он начал водить пальцами вниз по ее груди, нажимая на первую пуговицу блузки, его намерения были ясны. Она отступила на шаг, задев ногами диван, нуждаясь в Мун Джо, чтобы он перестал прикасаться к ней. Все еще самодовольно улыбаясь, он кивнул ей, прежде чем исчезнуть в одной из других комнат, явно желая, чтобы она примерила платье. Вздохнув, она повернулась к дивану, проводя рукой по красной ткани, чувствуя, как волнение клокочет в ее груди. Это было красивое платье... Ее взгляд скользнул вниз, к сумке, лежащей рядом с платьем, она потянулась, чтобы вытащить пару кружевного нижнего белья, точно такого же цвета, как и платье. Она прикусила губу, раздумывая, не следует ли ей просто выбросить нижнее белье в окно. Это было бы пустой тратой времени, подумала она про себя. Не похоже, что Мун Джо когда-нибудь это увидит. Выскользнув из своей одежды, она быстро переоделась в бюстгальтер без бретелек и трусики. Платье сидело как раз впору, стягиваясь на талии и подчеркивая округлость ее бедер. Она покраснела, когда посмотрела в зеркало, обнаружив, что платье едва прикрывает ее декольте, оставляя мало места для воображения. Она ожидала, что это было именно так, как хотел Мун Джо. Сделав глубокий вдох, она пошла в том направлении, в котором он ушел, обнаружив его прислонившимся к кухонной стойке, его глаза потемнели, когда он увидел ее. Его глаза медленно скользили по ее телу, полуприкрытые веками, похоть ясно читалась на его чертах. "— Ты так хорошо выглядишь, нарядившись для меня, детка", - воскликнул Мун Джо, когда Азуми поджала губы. "— Давай просто покончим с этим", - пробормотала Азуми, кивнув. "— Не волнуйся, Азуми. Я позабочусь о том, чтобы у тебя был день рождения, который ты никогда не забудешь", - широко улыбнулся Мун Джо, протягивая руку, чтобы положить ее на поясницу, подталкивая ее вперед. Мун Джо повел ее в дорогой ресторан на окраине города, в который иначе она никогда бы не смогла пойти. В любом случае, где он теперь брал свои деньги? Конечно, быть серийным убийцей не очень хорошо оплачивается. Взгляды были устремлены на них, как только они вошли в здание, в основном на Мун Джо, но некоторые все еще задерживались на ней. Она покраснела, когда заметила, что пара пялилась на нее в течение последних нескольких минут, скользнув взглядом по ее декольте, прежде чем перешептаться друг с другом. "— Зачем ты заставил меня надеть это?" - пожаловалась Азуми, пока они ждали свою еду. "— Так я могу представить, как снимаю его", - просто ответил Мун Джо. "— Эти кокетливые комплименты тебя ни к чему не приведут", - сказала ему Азуми, протягивая руку, чтобы сделать глоток своего напитка. "— Посмотрим", - пробормотал Мун Джо. "— Знаешь, может быть, я должна поблагодарить тебя. Я уверена, что Чжон Хва получит удовольствие, раздевая меня позже. Нижнее белье будет приятным сюрпризом", - подзадоривала Азуми, наслаждаясь тем, как Мун Джо стискивает зубы. "— Тебе следовало бы знать лучше, что испытывать меня — плохая идея, Азуми ", - предупредил Мун Джо, его глаза потемнели. "— Что ты собираешься делать? Похитить меня? Снова?" - подзадорила Азуми, когда Мун Джо наклонил голову, волосы упали ему на глаза. "— Ты так отчаянно хочешь, чтобы тебя наказали, детка?" Предложил Мун Джо, наклоняясь над столом. "— Сегодня мой день рождения. Разве я не должна вместо этого получить угощение?" - парировала Азуми, наблюдая, как на губах Мун Джо появилась лукавая улыбка. "— Это навевает воспоминания о том, когда мы в последний раз были в ресторане?" Спросил Мун Джо, отчего ее глаза немного расширились. Она не собиралась забывать, что Мун Джон съедал ее в ванной в ближайшее время, это было точно. Она подпрыгнула, когда секунду спустя почувствовала его руку на своем колене, напряжение скрутилось внутри нее, когда его пальцы скользнули по ее коже. "— Это то, чего ты хочешь, детка? Ты хочешь, чтобы я снова встал на колени и целовал каждый квадратный дюйм твоего тела?" Мун Джо продолжал, его пальцы дотянулись до подола ее юбки. "— Не надо..." Азуми замолчала, когда его другая рука внезапно раздвинула ее ноги, не встретив никакого сопротивления с ее стороны. "— Не останавливаться?" Мун Джо ухмыльнулся Дыхание Азуми сбилось, когда секунду спустя она почувствовала, как его пальцы снова прижимают ее трусики, зная, что он чувствует, как она становится влажной. Он приподнял бровь, на его лице появилась широкая улыбка, когда он раздвинул ткань, пальцем дразня ее вход. "— Черт, только не здесь", - пробормотала Азуми, зажмурив глаза. "— Посмотри на меня, детка", - воскликнул Мун Джо, проводя пальцем вверх по клитору. "— Посмотри на меня, или я остановлюсь", - сказал ей Мун Джо, когда Азуми неохотно встретилась с ним взглядом. "— Я думала, ты сказал, что не собираешься наказывать меня, ах..." Азуми не смогла сдержать резкий стон, сорвавшийся с ее губ, когда он внезапно ввел в нее палец. "— Тебе не нужно притворяться со мной, Азуми. Ты можешь рассказать мне обо всех своих желаниях, ты знаешь, что я дам тебе все, что ты захочешь", - воскликнул Мун Джо, вводя в нее еще один палец. "— Что, если... если я захочу никогда больше тебя не видеть?" - заявила Азуми, прикусив губу, когда он сжал пальцы, заставляя удовольствие пронзить ее тело. "— Что угодно, только не это. Ты моя, детка. Вся ты, - настаивал Мун Джо, когда его большой палец коснулся ее клитора. Тихий вздох сорвался с ее губ при этом действии, заставив ее вцепиться в стол, зная, что ее лицо раскраснелось от удовольствия. Она не могла поверить, что позволила Мун Джо трахнуть ее под столом, но это было так чертовски приятно. "— Вот и все, я хочу услышать, как хорошо я заставляю тебя чувствовать", - сказал Мун Джо, когда Азуми не могла остановить то, как ее бедра начали раскачиваться в ритме, который он создавал своей рукой. "— Мун Джо, я не могу... не здесь..." Азуми заикалась над ее словами. В ответ он внезапно использовал свою правую руку, чтобы схватить ее за задницу, притягивая ее еще больше к своим пальцам, так как ей пришлось прикусить губу, чтобы не застонать вслух. Удовольствие, скручивающееся в ее животе, становилось все труднее и труднее игнорировать, когда Мун Джо вставил еще один палец, одновременно щелкая большим пальцем по ее клитору. "— Должен ли я сейчас встать на колени, детка? Выбросить стол, оставить тебя голой перед всеми этими людьми, трахать тебя своим языком, пока ты даже не сможешь вспомнить свое собственное имя?" - поддразнил Мун Джо, сжимая бедра вместе при виде этого изображения. "— Должен ли я заставить тебя кричать?" Мун Джо пошел дальше, ускорив шаг. Азуми кивнула прежде, чем поняла, что делает, прижимаясь бедрами к его руке, в то время как он уделял больше внимания ее клитору, потирая жесткие круги вокруг пучка нервов. Теперь она была так близка к краю, во рту у нее пересохло, с каждым толчком его пальцев с ее губ срывались тихие вздохи. Желание росло с каждой секундой, она даже не заботилась, когда ее бедра коснулись стола, приподнимаясь со стула, чтобы соответствовать его ритму. Она собиралась кончить, так близко— Вспышка камеры заставила ее глаза распахнуться, и она увидела Мун Джо, держащего свой телефон в одной руке. Затем он убрал пальцы, оставив ее с приоткрытым ртом, раздвинутыми ногами и влагой, просачивающейся на сиденье внизу. Ее лоб наморщился, когда губы Мун Джо изогнулись в ухмылке, почти умоляющий звук сорвался с ее собственного рта. "— Я же говорила тебе не испытывать меня, детка", - ухмыльнулся Мун Джо, и у нее отвисла челюсть. "— Ты... ты чертовски невероятен", - пробормотала она, задыхаясь. С самодовольным выражением на лице он поднес пальцы к губам, посасывая ее сперму со своих пальцев, закрыв глаза от удовольствия, когда он попробовал ее на свой язык. Она с недоверием наблюдала, как он высосал из пальцев все до последней капли ее спермы, прежде чем одарить ее широкой улыбкой. "— И на вкус ты так же хороша, как я помню", - ухмыльнулся Мун Джо, поджав губы. "— Должен ли я отправить это Чжон Хва, детка?" Предложил Мун Джо, кладя свой телефон на стол и показывая ей сделанную им фотографию. О Боже, она думала, что это была фотография... Вместо этого Азуми наблюдала, как он нажал кнопку воспроизведения, и из динамика его телефона мгновенно раздался нуждающийся стон. Щеки Азуми покраснели, наблюдая, как она откинула голову назад, явно ерзая вверх-вниз на своем стуле, поскольку она клялась, что даже слышала звук Мун Джо, засовывающего пальцы в ее влажное тепло. Она оторвала взгляд, когда услышала собственный низкий стон Мун Джо на видео, звук, заставивший ее сжать ноги вместе. "— Или я должен просто отправить это тебе? Чтобы ночью ты могла вспомнить, как хорошо я могу тебя трахнуть?" - поддразнил Мун Джо, ставя видео на паузу. "— ...Или, может быть, ты просто не можешь закончить то, что начал", - лукаво парировала Азуми. Как раз в тот момент, когда Мун Джо собирался ответить, к ним подошел официант с едой, и Азуми бросила на него предупреждающий взгляд. Он откинулся на спинку стула с самоуверенным выражением на лице, выглядя так, словно прекрасно проводил время в своей жизни. По крайней мере, он не лгал. Это определенно был день рождения, который она не забудет. После их "ужина" Мун Джо отвел ее обратно в свой гостиничный номер. Это было гладкое и стильное место, именно такое, какое Азуми могла себе представить, в котором он будет жить. Он настоял, чтобы она приняла ванну и расслабилась, пока он приготовит ей торт и напитки, и когда она увидела, что он устроил в ванной, она не смогла отказаться. Лепестки роз лежали в освещенной свечами ванной комнате, ведущей к ванне, которая была покрыта лепестками красных цветов. После ее встречи в ресторане ей нужно было привести себя в порядок, и у нее было чувство, что Мун Джо не принял бы отказ в качестве ответа. Она быстро сняла с себя платье и нижнее белье, погрузилась в теплую воду и легла на спину. Она твердила себе, что просто делает то, чего хотела Чжон Хва, заставляя Мун Джо доверять ей, но на самом деле...она знала, что это была ложь. Потянувшись, чтобы взять свой телефон из кучи одежды на двери, она вздохнула, обнаружив, что у нее нет сообщений. Она предположила, что Чжон Хва была слишкома занята на работе, чтобы отправить ей сообщение. Она не была уверена, какое оправдание могла бы использовать для остальных членов своей семьи и друзей. Это было больно. Никто, кроме Мун Джо, казалось, по-настоящему не помнил ее день рождения или, по крайней мере, не заботился о ней. Как по команде, мужчина, о котором идет речь, вошел в ванную, заставив ее глубже погрузиться в ванну, надеясь, что лепестки роз покрыли хотя бы часть ее тела. Он подошел, чтобы сесть на стул рядом с ванной, протягивая ей напиток, похожий на красное вино. Он поставил тарелку рядом с собой, сверху положил кусок праздничного торта. Любимый торт Азуми. Откуда Мун Джо, казалось, знал о ней все? "— Все еще ждешь сообщения от Чжон Хва?" - предположил Мун Джо, делая глоток своего вина. "— Она занята. На своей работе. Ее законная, а не убийственная работа, - фыркнула Азуми, бросая телефон обратно в кучу. "— Ты все еще злишься из-за того, что было раньше, детка? Я обещаю, что смогу загладить свою вину перед тобой", - предложил Мун Джо, заставив ее закатить глаза. "— ...Почему я Мун Джо? Откуда эта одержимость?" Азуми нахмурилась. "— Ты особенная", - сказал ей Мун Джо, когда она покачала головой. "— Я не такая", - возразила она. "— Ты для меня", - признался Мун Джо, наклоняясь вперед, чтобы нежно поцеловать ее в подбородок. "— Я думаю о тебе все время. Без тебя, Азуми, моя жизнь кажется такой... скучной", - пробормотал Мун Джо с отвращением в голосе. "— Ты позволишь мне вымыть твои волосы?" - спросил Мун Джо, когда Азуми на мгновение задумалась над этим. "— А у меня есть выбор?" - вздохнула Азуми, когда Мун Джо бросила на нее разочарованный взгляд. "— У тебя всегда есть выбор. Я прикоснусь к тебе только тогда, когда буду знать, что ты этого хочешь, - продолжал Мун Джо, присаживаясь на корточки у края ванны. Пока она все еще обдумывала свои противоречивые мысли, Мун Джо начал перебирать пальцами ее волосы, теперь на его руках был сладко пахнущий шампунь. Это было удивительно успокаивающе, так как она обнаружила, что ее глаза закрываются, погружаясь все глубже в воду. Он провел руками по ее голове, проводя пальцами вниз по затылку, отчего по ее телу побежали мурашки. Вскоре после этого он начал смывать шампунь, его пальцы массировали ее волосы, отчего все напряжение, которое она чувствовала, исчезло. Он точно знал, что делает своими руками. "— Ты останешься на ночь?" Спросил Мун Джо, когда ее глаза резко открылись, она посмотрела наверх и увидела, что он нависает над ней. "— Это не было частью нашей сделки", - заявила она, наблюдая, как на его лице появилась лукавая улыбка. "— Ты голодна, детка?" Спросил Мун Джо, медленно кивнув. Затем он потянулся, чтобы взять тарелку с куском торта, отломив кусочек пальцами. Азуми покраснела, когда он поднес торт к ее губам, ожидая, когда она откроет. Он казался довольным, когда она наклонилась вперед, приоткрыв губы, когда он кормил ее тортом. Пальцы Мун Джо задержались на ее губах, его большой палец скользнул вниз по ее нижней губе, на этот раз замолчав. Его пальцы скользнули вниз по ее подбородку, прежде чем грубо откинуть ее голову назад, его собственный рот приоткрылся, когда он наклонился. Он проглотил вздох, сорвавшийся с ее губ, когда прижался губами к ее губам, высунув язык, чтобы попробовать ее на вкус. Низкий стон вырвался у него, когда он углубил поцелуй, поднеся руку к ее затылку, чтобы притянуть ее ближе. Она повернулась в ванне, протянув руку, чтобы схватить его за пиджак, когда одна из его рук обхватила ее. Она нахмурилась, когда почувствовала, как он что-то вкладывает в ее ладонь, и отстранилась. Это было красивое ожерелье с драгоценным камнем в форме сердца, на боку которого была выгравирована дата. Она узнала дату, но не могла вспомнить, откуда... "— В тот день, когда мы встретились, детка...С днем рождения", - улыбнулся Мун Джо, забирая ожерелье у нее из рук и надевая его на шею, наслаждаясь тем, как оно покоится прямо под ключицами. "— Это обещание", - сказал ей Мун Джо, наблюдая, как морщится ее лоб. "— Обещание?" - спросила она. "— Что я никогда не покину тебя", - ответил Мун Джо, одарив ее зубастой улыбкой. "— ...Я должна идти домой", - пробормотала Азуми, протягивая руку, чтобы взять полотенце рядом с ванной, когда глаза Мун Джо сузились. "— Ты дома", - настаивал Мун Джо, выпрыгивая из ванны и обматываясь полотенцем, но не получая ответа. "— Ну, у тебя все еще есть 15 дней, чтобы переубедить меня. Удачи с этим", - пробормотала Азуми, хватая свою сброшенную одежду и направляясь к двери. "— Передай привет Чжон Хва от меня", - самодовольно объявил Мун Джо, когда Азуми покачала головой, быстро выходя из ванной. Несколько минут спустя он услышал, как хлопнула входная дверь, и шаги удалились из его временного гостиничного номера. С холодным выражением на лице Мун Джо направился в свою спальню и открыл шкаф, пробежав пальцами по одежде внутри. Одежда Азуми. Ему нравилось рыться в ее вещах до того, как она вернулась домой, узнавая все, что мог, о ее новой жизни с Чжон Хва. Он заметил что-то, торчащее из одной из ее курток, и вытащил это, чтобы увидеть, что это была фотография Азуми и Чжон Хва. Он сжал челюсти, прежде чем разорвать фотографию пополам, бросив половину с Чжон Хва на пол, позволив своим пальцам пробежаться по изображению лица Азуми. Скоро, подумал он про себя.