candy

      — Хани.       Джисон поднимает взгляд на Минхо. Краска покрывает лицо младшего, когда его ловят на том, что он пялится. Не то чтобы это было чем-то новым. Как и то, что Минхо постоянно это замечает.       Минхо вытаскивает леденец изо рта. Светло-розовый, покрытый слюной.       Почему он продолжает облизывать его? Леденец должен был быть всего лишь реквизитом для съёмок, а не инструментом пыток.       Понимающая ухмылка Минхо заставляет Джисона покраснеть только сильнее.       Они одни в гримёрной, по крайней мере, пока. И, видимо, Минхо об этом знает, потому что уже в следующую секунду он придвигается ближе и седлает бёдра Джисона, пригвоздив этим его к месту. Минхо нависает над ним, а глаза подозрительно сияют. Леденец всё ещё находится в его руке, влажный и липкий, и Джисон практически неосознанно тянется за ним.       Минхо отдаёт его и послушно открывает рот, когда Джисон давит леденцом на его губы и двигает сладостью туда-сюда по языку старшего, покрывая его сахаром. Ресницы Минхо трепещут.       Удовлетворённый на данный момент, Джисон убирает леденец. Минхо открывает потемневшие глаза. Тепло распространяется по всему телу, когда этот тяжёлый взгляд скользит по лицу Джисона.       — Чего ты хочешь, малыш?       Джисон отвечает на вопрос Минхо, широко открывая свой рот и запрокидывая голову.       Минхо так хорошо его знает. Слишком хорошо.       Маленькие ручки обхватывают его лицо. Большой палец поглаживает уголок губ Джисона. Затем Минхо приближается и плюёт прямо в его рот. Сахар стекает с его языка, и они одновременно стонут.       Их губы встречаются, когда Минхо сокращает дистанцию между ними и целует его.