неимоверно огромная черная дыра внутри нас и наши поглощающие негатив души

Сесилия крепко сжала руку сестры. Она прикрыла глаза с ужасом вспоминая все события прошлого месяца. *** Мельпомена трепетно перебирала струны, создавая нежную мелодию в своих руках. Юная демонесса с детства испытывала страсть к арфе. Даже столь божественный инструмент смог пробудить хоть какие-то чувства в ней. Девушка не была уверена в своей любви к этой вселенной, но ее одержимость искусством заставляла видеть ужасно хорошие вещи, даже в расплывчатой непостоянности. - Мель! - резко донеслось с комнаты госпожи Мельпомель аккуратно уложила инструмент и спокойно пошла в сторону криков. - Госпожа, Уртемиэль, доброе утро - все так же умиротворенно произнесла Мель. Мельпомена смутно помнила образ принцессы, но она точно знала, что та разделяла ее чувства об этом мире. У нее были большие глаза, красные, как пламя, а волосы вьющиеся, того же красного оттенка, улыбчивый взгляд, скрывающий натуру. Уртемиэль испытывала отрицательные чувства ко всему живому, ко всему, что ее окружало. Истинная наследница династии Аида. Уртем любила смотреть на то, как мечты других разбиваются о скалы сожалений, как догорает последнее тело в муках ада. Однако, она ценила свою преемницу Мель. Ощущение близости. Они вместе ходили в седьмой круг ада на второй пояс, где самоубийц терзают гарпии. Это было жутко романтично и интимно. И вот сейчас принцесса Уртемиэль затягиевает корсет, а слуги поправляют ее локоны. - Мель, сегодня на вечерний Шабаш прибудут Божественные деятели, сыновья и дочери великих Адских надзирателей, а так же наши особые гости - сестры Летисия и Сесилия - действующие магистры ада. Нам нельзя проебаться. Тебе, как почетному преемнику нашей империи предстоит выступить пред всеми с игрой на арфе. Хоть какая-то польза от этой груды титана. - Госпожа Уртем, я не играю для высокомерных плебеев и их отпрысков. Лишь для себя. - Прошу тебя, Мель. Важной традицией империи Водевим был ужасающий бал. От этого зависят наши... - Будет сделано. Больше всего Уртемиэль ценила преданность Мельпомены. Ее отстраненность от мертвого мира и бесконечную привязанность к делу всей своей жизни. Волосы Мель напоминали цвет ее арфы - золотистые, длинные, но собранные в пышный хвост. Глаза ее были светло-серые, отражающие пустоту. И если Уртемиэль была обжигающим Солнцем, то Мельпомена олицетворяла Луну, величественную и отстраненную. *** Томный взгляд, тяжелые ресницы. Сесилия не помнила, что случилось прошлой ночью. Слуга, лежащий подле нее казался пустым телом. Она была готова вырвать его сердце и вкусить его как сочное яблоко. - И это действующий магистр ада - Ее высочество Сесилия? - усмехнулась Летисия. - Бесконечные половые акты, а после бесславная смерь. Это безумно жестоко, даже для демона. - Тебе уже и до слуг есть дело? Ты действительно из кожи вон лезешь, чтобы нравится всем. Это безумно глупо, даже для тебя. - Это выживание, ничего личного. - отрезала Летисия и вышла из комнаты прочь. "Жизнь так непостоянна, так терниста, но я знаю как ее жить". Летисия была пацифисткой, она намерна созидать. На то намекали мягкие черты ее лица, зеленые глаза и короткие русые волосы. Однако, демонесса не будет являться таковой без густого слоя пожирающей черноты внутри. Фальшивая улыбка, гордость, неумение проигрывать - олицетворение внутреннего мира Летис. И все же из двух сестер ее признали как мудрейшую. Сесиль же витала в вечном поиске новых ощущений. Она была красива. Безумно красива и в красоте ей не было равных. Глубокий взгляд голубых как океан глаз, черные, как сама тьма густые волосы. Доверчивость и наивность Сесилии не делали ей чести, но именно они закалили ее, создали непробиваемый щит, через который не смогла пройти даже родная сестра. Четверо искусительных демонесс на адском балу. Чего же еще можно желать?