Детерминизм

POV Автор       Арья сидела у Рюсуя. Он гладил пантеру, что последний месяц не отходила от хозяйки ни на шаг. Нанами скосил взгляд на бывшую Стоун, что красила свои ногти в чёрный цвет, и призадумался над тем, что ей бы приобрести ещё пару цветов.       — Кстати, Рюсуй. — вдруг начинает Шнайдер, взглянув на мизинец. — Я уже как месяц хочу тебе это рассказать, но что-то момента не подворачивалось. — высунув язык, она сосредоточено нанесла первый мазок. — Я беременна.       — А, поздравляю. — кивает Нанами, и провернув в голове фразу ещё раз, тут же подскакивает к девушке, обнимая. — Подожди, беременна? Точно точно? Я буду дядей?! — почти восторженно выкрикнул он.       — Рюсуй, ты мне смазал лак. — недовольно произносит Арья. — Но да, точно. Несколько раз проверяли. Через месяц узнаем пол ребёнка.       — Ты валерьянки навернула, или что? — прищурился парень. — Чё такая спокойная?       — А какой мне быть? Я уже давно это знаю, в отличие от тебя. — Шнайдер с хитрой улыбочкой указала на Рюсуя наманикюреным пальчиком.       — Надо же это отпраздновать! — вдруг спохватился Рюсуй. — Купить игрушек, кроватку, всяких нужных вещей… Франсуа! — в комнату тут же заходит дворецкий, поклонившись. — Арья беременна!       — Господин Рюсуй, не кричите так, не от вас же. — с лёгким смешком замечает Франсуа, и пока Рюсуй выпал из реальности она повернулась к Шнайдер. — Госпожа Арья, поздравляю вас. Принести вам тарелку с фруктами? Витамины полезны для беременных.       — О, спасибо. — кивнула Арья. — И можно ещё чай с чабрецом?       — А мне, пожалуй, бренди. — хмуро заметил Рюсуй, о чём-то крепко задумавшись.       — Извините господин Рюсуй, но я бы также порекомендовала вам чай. — она еле заметно указала на Арью. — Давайте не будем искушать.       Нанами согласно махнул рукой и Франсуа удалилась. В голове тут же пронеслись планы на покупки, гендер-пати, и на сюсюканье с малышкой. Почему то в голове у Рюсуя была именно картина девочки с чёрными волосами, что грызла ухо у пантеры.       — В этот раз я не дам тебе решить всё самой. — тут же вслух произносит Рюсуй. — Я хочу праздника, и гендер пати, и совместных походов по магазинам! О, и я хочу детскую площадку! — он щёлкнул пальцами. — Решено, сегодня же будет готов чертёж по строительству, а завтра я отдам его бригаде.       — Рюсуй, малыш ещё даже не родился, а ты с ним носишься больше чем мы со Стенли. — мягко улыбается она.       Да уж, у ребёнка будет большая семья. Они со Стенли, Ксено, Рюсуй, Укё, Сай, Эмма Стоун…       — Знаешь Рюсуй, последнее время у меня появилась одна навязчивая мысль. — она раздражённо выдохнула. — Я хочу увидеть маму. Она никогда не была примером для подражания, но как будто бы… Всё таки заслужила стать бабушкой. Увидеть своего внука или внучку. — девушка запустила ладонь в волосы, ероша их. — Блять, не знаю… Да и найти её будет той ещё проблемой.       — Хочешь мы поищем? — аккуратно интересуется Нанами.       — А знаешь, забей.

***

      Девять месяцев у семьи Шнайдер прошли на удивление быстро и без сильных капризов. Да, иногда Арья истерила из-за недостатка внимания, но особо соскучиться ей не давали. Переезд в новый дом, в котором гостевая вдруг стала детской, потом обустройство дома, и гендер пати. Да-да, Рюсуй таки уговорил их на эту авантюру. Когда все присутствующие поняли что у Арьи и Стенли будут двойняшки улица наполнилась криками поздравления и сожаления.       — Зато всё-таки используем два имени. — тут же нашла плюс бывшая Стоун.       — Тогда Деймон и Ренейт? — тут же спрашивает Стен.       — Да, я бы хотела назвать девочку в честь неё.       После того как они узнали что будет и девочка и мальчик Шнайдер на пару с Арьей пошёл в магазин, выбирать игрушки и заказывать одежду. Да, магазин с игрушками появился. А соски, памперсы и прочее прочее Сенку пообещал сделать в ближайшее будущее. Стоун его не торопила, всё-таки ещё четыре месяца у них было.       Арья помнит как на шестом месяце её беременности они со Стенли решили покрасить детскую, и она надышалась краской, но зато оказалась весьма довольна результатом. А, ну и измазанный Шнайдер тоже выглядел мило.       Рюсуй, Ксено, Сай и Стенли стали основной её поддержкой. Загвоздка была лишь в том, что если остальные начали поддерживать с самого начала, то Уингфилд почему-то отдалился от неё, и только потом пришёл с извинениями. Он приходил каждое утро к ним в гости и пил кофе а девушка крепкий чай. За этот час они болтал о чём-то, могли даже успеть поссориться и примириться, а также бывало что Арья что-то просила у него. С тяжёлыми вздохами Ксено соглашался, и с такими же приносил ей это. Арья каждый раз хитро поглядывала на него и смеялась. Напускность явно была не в стиле друга.       Под конец беременности девушки Арье на порог притащили троих котят. Шнайдер аж упала на задницу, увидев чёрных малышей, пищащих в зубах пантеры. Она тут же осторожно погладила свою кошку и, указав на котят, поинтересовалась можно ли ей коснуться их. Пантера сама подтолкнула её к ним и лизнула ухо одного из мальчиков. А когда Шнайдер напоследок лизнула свою хозяйку в живот Стоун откровенно разревелась, понимая что хочет сделать большая кошка. Она схватила её и притянула к себе, умоляя остаться. Пантера терпеливо ждала когда её отпустят, и грустным, будто бы понимающим взглядом осмотрела девушку.       — Ты же даже не увидела моих малышей, Шнайдер… — слёзы скатились на чёрных малышей, что лежали у её ног. — Останься. Я знаю что кошки часто уходят когда готовы умереть, но ты… Ты же можешь остаться. Я не хочу тебя сейчас терять. Побудь со мной ещё немного.       Пантера лизнула Арью в лицо и отпрыгнув умчалась в сторону леса. Брюнетка уставилась ей вслед и разрыдалась ещё сильнее, понимая что больше никогда не увидит свою давнюю подругу. Больше не сможет зарыться в её теплую шерсть и рассказывать события после тяжёлого дня. Больше не увидит её крепкой спины перед собой, когда та яростно защищает её от кого-то или чего-то.       Очнулась Стоун только тогда, когда котята начали прижиматься к ней, чуть покусывая. Арья поднялась, подхватив их на руки, и медленно прошла внутрь, положив их на лежанку Шнайдер. Руки тряслись когда она укрывала их.       Шнайдер доверила ей своё потомство. Оставила их на неё, а сама убежала. Неужели большая кошка ещё не поняла что может доверится хозяйке и умереть тут, в её доме? Или может это было из заботы? Чтобы Арья не видела её смерти…       Когда Стенли пришёл домой с пакетом продуктов он тут же выронил его у входа, быстро оказываясь около Стоун, что лежала около чёрных котят. Он подхватил её на руки и положил на диван, проверяя температуру и дыхание.       — Арья, вставай. — он тряхнул её, и девушка тут же открыла глаза, рассматривая встревоженное лицо Шнайдера.       — Шнайдер ушла… — прошептала она ему. — И оставила нам своих котят… Стен, она не вернётся. — Арья резко вскрикнула, хватаясь за живот. — Да сука! — брюнетка треснула кулаком по подушке.       — Схватки? — тут же спрашивает он, подхватывая Арью.       — Я откуда знаю?! — рявкнула ему девушка. — Я раньше беременной не ходила, так что даже не знаю как они должны ощущаться! — сжала плечо мужчины, прижимаясь. — Но болит сильно, так что скорее всего.       Мужчина быстро оказался на улице и побежал в сторону больницы. Машину заводить и то дольше бы было, так как они жили совсем недалеко.       Из-за того что всё началось на неделю с лишним раньше Стенли изрядно изволновался, ходя по коридору туда обратно, но, как оказалось, ничего критичного. Два малыша родились здоровыми и уже с чёрным пушком на голове. Единственное что смутило Шнайдера так это то, что пришлось прибегнуть к кесарево, но он тут же отмёл эту мысль, понимая что так его соулмейт хотя бы не испытала боли. И он заодно. Да, он бы почувствовал далеко не всё, но что-то бы точно.       Когда бывшая Стоун буквально вылезала из больницы под радостное улюлюканье Рюсуя она произнесла:       — Я больше никогда не буду рожать.       Стенли чмокнул её в лоб, подхватывая одного малыша на руки, и глаза его тут же потеплели. Маленькая Ренейт… Её голубые глазки так сладко слипались, что Шнайдера самого повело в сон.       — Дочь? — неуверенно произносит женщина, выходя из-за спины Рюсуя. — Я… Я не думала что ещё когда-то встречу тебя.       — Стен, сейчас же забери у меня из рук Деймона, иначе я за себя не ручаюсь. — произносит она скороговоркой, и буквально подлетает к матери, как только ребёнок исчезает из рук.       Все те годы что они не виделись сказались на поведение родственников. Эмма прижала к себе дочь, крепко обнимая, а Арья беззвучно заплакала. Она прижималась к матери так, как никогда ранее. Эмма поджала губы, взглянув за спину девушки.       — Мама… Извини за всё. Я тебя люблю… — шепчет она. — И тебя я за всё прощаю, только пожалуйста, давай станем нормальной семьей.       — Я тебя тоже люблю. — уверенно произносит Эмма. — Всегда любила, просто… По своему. — она отпрянула от дочери, осматривая. — Ты выросла такой красивой, моя малышка… Как себя чувствуешь?

***

      Арья сидела на ковре в гостиной, внимательной наблюдая за тем, как энергичный Деймон пытается ухватить маленькую пантерку за хвост. Малышам, причём и пантеркиным и её, уже два месяца.       За это время в её жизни всё кардинально изменилось. Начиная с того, что Шнайдер она больше не видела, и заканчивая тем, что её жизнь стала сложнее. После неожиданных схваток всё полетело в тартарары. Мама, которая впервые на её памяти была хоть немного похожа на мать; младенцы, которые были слишком непохожие друг на друга; пантерки, которых тоже первое время приходилось кормить из бутылочки. Хорошо хоть Сенку сделал их с запасом.       Деймон был слишком энергичным и крикливым ребёнком. Он постоянно пытался всё ухватить, а если у него это не получалось начинал кричать, из-за чего Стенли часто носил его на руках. Ренейт же напротив была спокойной и тихой. Малышка почти всё время спала, кричала редко, и лишь смешно корчилась.       Пантеры так же были сложным бременем для пары. Двое, мальчик и девочка, постоянно лезли к детям, видимо, желая поиграть, а третий хвостиком ходил за Арьей. Имена придумывались долго, но в итоге остановились на: Елена, Декстер (по памяти Арьи это имя означало что-то там про ловкость, а потому самого активного она так и назвала), и Эмпирей. Последнее имя у неё возникло в голове когда она с удивлением отметила что малыш всё познавал через свои ощущения и был весьма любознательным. Называть его Эмпиризм она конечно не стала, но вот ласковое «Эмпирей» из этого вышло. Он то как раз и ходил за ней попятам, с любопытством пробуя всё вокруг. Буквально всё.       — Так, вам бы спать лечь. — встаёт Арья, подхватывая детей.

***

      — Сай, ты остался в дураках. — торжествующе произносит Арья, кидая ему козырного короля, а после скидывая вольта.       — Я же говорил тебе не играть с ней в карты. — практически промурлыкал Рюсуй, сюсюкаясь с Ренейт. — Она шуллерит. — он подхватил малышку и подкинул почти под потолок.       — Так и понял. — хмурится он. — Только я не понимаю как.       — Ну, не пойман — не вор. — улыбается Шнайдер, передавая ему колоду, дабы он перемешал.       Они сыграли ещё пару партий к моменту как Деймон от нетерпения начал ползать по всей комнате, бегая за Еленой, что лишь недовольно шевелила усами, но ничего большего не предпринимала. Арья прыснула, понимая что имя пантере выбрала такое совершенно не зря. В своё время Шнайдер смотрела дневники вампиров, и кошечку она так назвала именно в честь главной героини, когда заметила что её паренёк больше всего ухлёстывает именно за ней. Отсылки и ещё раз отсылки! Жаль ещё раз пересмотреть сериал у неё никогда не получится…       — Хотя с актёром встретиться можно… — задумчиво произносит Арья.       — Кого ты там уже хочешь встретить? — спрашивает Рюсуй, выдёргивая из ручек Ренейт свои волосы.       — Да неважно.

***

      Арья сидела на диване с малышами по бокам и рассказывала им сказку на немецком языке. Так как дома они общались с ними на английском оба годовалых ребёнка слушали мать не из-за того что понимают, а потому что она их мать.       — Они же ни черта не понимают, Арья. — Стенли встаёт позади дивана, слегка шлёпнув возлюбленную тетрадкой по голове, передавая.       — А как иначе они научатся немецкому? — недоумённо спрашивает Стоун, и тут же открывает тетрадь, пальцем указав на корову. — Смотрите, это корова, kuh. — Арья повторяет это ещё пару раз, пока Ренейт не отвернулась к отцу, протянув ручки.       — Ейена! — вскрикнул Деймон, указав на пантеру что вылизывалась в углу комнаты.       Да, первым словом этого мальчишки стало имя пантеры. Шнайдер надеялась что хотя-бы Ренейт скажет заветное «мама», но, что уж поделать, та была папиной дочкой. Хорошо хоть вскоре оба дитятка начали чётко проговаривать «мама».       — Всё, я устала. — откидывается на спину дивана Арья, наблюдая за тем как Ренейт встала у спинки и тянет руки к отцу, а тот лишь качает головой и кладёт ладони на плечи жены, мягко сжимая. — О, массаж было бы неплохо.       — Было бы, — соглашается Стенли. — Но не сегодня. — он наклоняется к ней, чмокает в щёку, и тут же подхватывает дочь, унося ту в комнату.       — Ну что-ж, Деймон, остались только мы вд-…       — Елена! — он попытался спуститься с дивана сам, но Арье пришлось его спустить, и тот пополз за пантеркой.       — Понятно, я одна. — выдыхает Арья, но около неё тут же оказывается Эмпирей, и она ласково чешет его за ушком.       — Ни челта! — вдруг произносит Деймон, гоняясь за Еленой по комнате.       — Стееен! — громко рыкнула Арья, вскакивая с дивана.

***

      — Мама почему небо голубое? — спрашивает Ренейт, пока Рюсуй пытается заплести ей косичку.       — Потому что мы живём в глазу великана, и отсюда видмм какого он цвета. — отвечает ей Арья, перебирая бумаги.       Рюсуй рассмеялся, а Ренейт задала следующий вопрос:       — Но ночью же темно! Глаз не голубой? — растеряно интересуется девочка.       — Он спит, сестла! — отвечает ей Деймон, что уже спрашивал у матери об этом, и ответ «знал».       — Не слушайте свою мать, — произносит Ксено, убирая перебранные документы в сторону. — Небо голубое из-за рэлеевского рассеяния. Когда молекулы газов в атмосфере рассеивают коротковолновый синий и фиолетовый свет от солнца сильнее, чем длинноволновые красные и желтые лучи, заставляя небо казаться голубым, заполненным этим рассеянным светом.       Оба ребёнка зависло, и первым двинулся Деймон, показывая дяде язык.       — Ты влёшь!

***

      Арья села на Стенли сверху, наклоняясь за поцелуем. Тот прижал её к себе, и тут же перевернул, оказываясь сверху. Она слабо простонала, откидывая голову, тем самым призывая Шнайдера к поцелуям. Его рука тут же залезла под свободную майку, сминая грудь, а губы накрыли шею, переходя к ключице.       — Мама, его любимая Елена опять кусается! — врывается в комнату дочь, волоча за собой брата.       Картина маслом. В дверях стоит два ребёнка и три уже большие пантерки. Эмпирей держал за загривок Елену, утаскивая её за собой, а после на своих родственничков прыгнул Декстер. Ренейт тут же вскрикнула, отпрыгивая. Деймон заойкал, так как ухо всё ещё было в пальцах у сестры. Стенли упал на Арью, что-то невнятно пробормотав ей в шею. Истеричный смешок вырвался изо рта брюнетки.       — Ой, а что вы делаете? — тут же спрашивает девочка, не отпуская брата.       — Сексом трахаемся. — не задумываясь отвечает Арья, и Шнайдер тут же приподнимается, в шоке уставившись на жену.       — Сексом? — не понимает Ренейт.       — Трахаемся? — продолжает за неё Деймон, и даже выговаривает злополучную «р»       — Арья. — рычит он ей и тут же кусает в шею.       Бывшая Стоун взвизгнула и рассмеялась, пока дети всё ещё наблюдали за ними.       — Ренейт, отпусти брата и выйдите из комнаты. — кинул им Стенли, и дети сразу же послушались. — Ну что, продолжаем сексом трахаться?

***

      — Дядя Рюсуй! — Ренейт прыгает на руки к мужчине, звонко рассмеявшись когда тот чуть пошатывается.       — Да ты быстро растёшь, малышка. — он щёлкнул пальцами и Франсуа протягивает девочке пакет. — Держи подарок от дядьки.       — Рюсуй, ты такими темпами из неё принцессу сделаешь. — говорит ему Арья, отпуская мальчика к блондину.       — А это разве плохо? — спрашивает он, и Ренейт тут же качает головой, мол, не плохо.       — Дядя Рюсуй, а что такое сексом? — спрашивает дочка, припомнив вчерашнее.       — И трахаемся!       Арья со стыдом прикрывает глаза, качнув головой.       — О, он начал выговаривать «р»?! — искренне восхитился Рюсуй.       — И это всё что ты скажешь? — приподнимает бровь Шнайдер.       — А, точно, принцесса же вопрос задала. — он щёлкнул её по носу. — Сексом, это когда мужчина и женщина вме-…       — Вальнись! — прошипела Арья, подскакивая к мужчине и затыкая ему рот.       — Мам, я на площадку!

***

      Арья всегда считала что жизнь это театр, а люди в нём актёры, и всё идёт по одному сценарию. Сначала она всей душой ненавидела этого нерадивого сценариста, который всё подкидывал и подкидывал ей испытания. Хотелось рвать и метать, но потом пришло чёткое понимание что когда-то беды должны закончится.       И они начали заканчиваться.       Арья познакомилась с многими людьми. Она дружила, общалась, ругалась, и расставалась, но всё это был важный опыт в её жизни. Кого-то потеряла (пальцем на Круэллу указывать не будем), кого-то приобрела.       Стоун столько раз разбивала колени, падая на самое дно, и ещё столько же их залечивала, когда взлетала. Все свои жизненные испытания она прошла, и понимание этого пришло к ней когда они со Стенли, Ксено и Рюсуем сидели у них дома накануне Рождества. Тёплая беседа с друзьями и мужем, а также дети рядом… Стоун никогда не думала что её счастье именно в этом, и тем ни менее оказалось что так.       — Арья, ты ужинать с нами не пойдёшь? — спрашивает Стенли, наклоняясь к ней.       Его голова упала к ней на плечо, целуя куда-то в шею. Она повернулась к нему, рассматривая чуть отросшие волосы. Через платину иногда виднелись седые волоски. Арья перевела взгляд за его спину, к выходу из комнаты, и увидела как два пятнадцатилетних подростка о чём-то пререкаются. Пепельные волосы Ренейт (перекрасилась девчушка) забавно лезли ей в лицо, и Деймон, улюлюкая подстёгивал её на тему соулмейта девушки.       Шнайдер выпрямился, и Арья уставилась на его лицо, на котором виднелись лёгкие морщинки. Как же она его любила… Как любила каждую черту характера, любила все эти морщинки, колючую щетину, которая появлялась через две недели после бритья… Любила его хриплый голос, тонкие намёки, и-.       — Дети, я всё слышу. — грубо, практически по командирскому кидает за спину он.       И это она тоже любила.       — Эмпирей, пошли. — Стоун встала из-за стола, подзывая спящее животное.       Арья кидает ручку на стол, и та падает прямо на закрытую книгу под названием «Детерминизм», оставляя в конце кляксу, похожу на жирную точку.