Верное решение

Одолеть женскую особь лучшему воину человечества ничего не стоило, на то он и лучший воин, а злость за то, что она сотворила с его отрядом, подогревала его кровь, придавая сил. Пара десятков точных ударов заставили титаншу упасть, а ещё несколько лишили её возможности прикрывать руками слабое место. Микаса, что находилась неподалёку и заметила это и решила действовать, намереваясь уничтожить угрозу. В этот момент она совершенно не думала об опасности, что всё ещё могла исходить от женской особи, но об этом думал Леви, что подлетел к ней и успел спасти от руки титанши, при этом сильно подвернув ногу. Острая боль, что тут же охватила лодыжку дала понять, что вылазки в ближайшее время капралу явно не светят. Но сломанная нога не помешала ему вновь подлететь к женской особи и обрезать мышцы на её лице, тем самым заставляя её челюсть разомкнуться. Забрав вывалившегося Эрена и удостоверившись, что всё с ним в порядке, Ривай и Микаса отправились в обратный путь к остаткам разведотряда. ******** К тому времени, как капрал вместе с Эреном и Микасой воссоединились с отрядом, всех раненных успели перевязать, а погибших, надёжно скрытых под тканью мешков, только начали складывать на повозку. Горечь поражения чувствовали все, прекрасно понимая, что их ждёт, когда они вернутся. Бывшие кадеты сто четвёртого чувствовали себя выжатыми. Им уже доводилось видеть гибель товарищей при втором появлении колоссального, но ещё никогда не доводилось так жёстко проигрывать. Жану вновь вспомнился Марко, когда он грузил очередное тело на повозку и на душе стало совсем паршиво. Он прекрасно понимал, что ещё увидит немало смертей, но всё же отчаянно надеялся на то, что их будет куда меньше чем сейчас. Сдав Эрена на руки медикам и Микасе, Ривай отправился на поиски своей команды. Долго искать не пришлось. Разгорячённый голос Петры, которая в очередной раз за что-то отчитывала Ауруо и его ответы были слышны издалека. Улыбнувшись про себя, он направился в их сторону. Когда он увидел всех четверых, пусть и помятых, но живых, он ощутил как с сердца упал валун размером с Эрена. Все они – Эрд, Гюнтер, Ауруо и Петра были для него близкими людьми, и он не хотел бы увидеть их среди тех, кого сейчас грузили на телеги. Пусть это сейчас было недопустимо, особенно после такого провала, но он ощущал себя счастливым. - Да ладно тебе, Петра! В твоём положении вредно так напрягаться! – шутливо потрепал надувшуюся подругу по волосам Боссард. – Закружится голова, ты упадёшь и сломаешь себе что-нибудь ещё. - Смотрю, у вас ещё хватает сил на перепалки, - заметил капрал, приближаясь к товарищам. Гюнтер и остальные тут же поспешили отдать честь, однако у Петры, рука которой была перевязана, это получилось с трудом, а остальных лишние движения заставили слегка поморщиться. - Лучше поберегите их. Как вы? - Ну, всё могло быть гораздо хуже, - улыбнулся Гин, что сидел, прислонившись к бортику повозки. – Жизненно важные органы не задеты, да и позвоночник цел, за что можно сказать спасибо Эрену, вовремя отвлёк её. Ауруо отделался сломанными ногами, Петра разбитой головой, сломанной рукой и кучей синяков… - Кстати, как всё прошло? – поинтересовался Гюнтер. - Эрен в порядке, только в отключке. Сейчас на осмотре у медиков, - неопределённо махнул в сторону Ривай. – Эта образина осталась где-то в лесу. - То есть всё было напрасно… – разочарованно протянула Петра и поморщилась от головной боли. Глядя на побледневшее лицо девушки, Ривай вновь ощутил как сердце сжалось от боли. Он вновь отчётливо представил, что мог появиться на поляне и увидеть совершенно другую картину: мёртвые, искалеченные и раздавленные тела товарищей… такие же, как и те, что скрыты тканями. Особенно было бы болезненно увидеть труп Петры, этой солнечной девушки, что озаряла светом не только весь отряд, но и его самого. Без неё жизнь казалась бы какой-то неполной и чужой. Её улыбка всегда придавала сил, а жизнерадостность, что она сохранила после стольких лет подобной жизни, удивляла и восхищала. Он прекрасно знал о тех чувствах, что она питала к нему. Только слепой мог их не заметить. Однако как-то отвечать на них или отвергать Леви не спешил, прекрасно понимая, что сейчас совершенно не время для подобных вещей. Быть может когда-нибудь, но сейчас. Ещё будет время, много времени… Но сейчас он отчётливо осознал, что это "когда-нибудь" чуть не превратилось в "никогда". - У нас тут ещё есть место, может его к нам положить? – задумчиво произнесла Петра, и Ривай понял, что явно пропустил часть беседы. – А вы как думаете, капрал? - Что? - Ну, я просто предположила, что раз у нас ещё есть место, то Эрена можно размесить тут. Он же всё же теперь один из нас, - улыбнулась девушка. Ауруо собрался было что-то возразить, но быстро передумал, поймав взгляд Рал. - Да, наверное, - пожал плечами Ривай, всё ещё находясь в задумчивости. – Гюнтер… - Есть, - кивнул Шульц и скрылся среди обозов. Ривай вновь кинул взгляд на Петру, что расслабилась и начала что-то обсуждать с Эрдом. На лице сильнейшего воина человечества появилась еле заметная улыбка. - Ривай, нам нужно переговорить, - раздался голос Ирвина, что вернул капрала с небес на землю. Всё же они сейчас находились на внешних землях и опасность никто не отменял. ********* - О, смотрите-ка, надежда человечества, наконец, открыла свои глаза, - прокомментировал Ауруо пробуждение Эрена. Мальчишке потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что происходит. - Ребята? А где женская особь? – попытался вскочить Йегер, но тут же был уложен обратно. - Где-где, в лесу, где ей ещё быть, - буркнул Боссард, отвернувшись. Ноги неприятно дали о себе знать, заставив мужчину поморщиться. Петра сочувственно поглядела на друга, понимая, что подоспей она вовремя, всё было бы иначе. - Мы почти у стен, - пояснил Эрд, стараясь не думать о том, какой приём их ожидает в городе. Перед глазами всплыл образ любимой жены, и мужчина тяжело вздохнул, понимая, какова будет её реакция на его ранение. Она и так всегда переживала из-за его вылазок. Впрочем, лучше уж раненный, чем мёртвый. - То есть, всё зря… - сжал зубы Йегер. – Снова Микаса спасла меня… - Микаса… Капрал тебя спас, щенок, капрал! – Негодующе заявил Боссард, которому хотелось хоть на кого-то спустить пар. – Спорю на свои ноги, твоя девка только под ногами мешалась! - Не смейте так про неё говорить! – закипел Йегер, хмуро глядя в глаза товарищу. – Микаса лучшая из всего выпуска! И… - Тише вы, - к повозке подъехал Гюнтер – нашли время спорить! Сейчас уже въезжаем в город, а там есть кому давить на нервы… Эрен хотел было уточнить что именно, но тут ответ предстал перед ним во всей своей масштабности. Со всех сторон начали раздаваться недовольные голоса жителей города. - Опять ничего не добились? Только зря деньги разбазаривают! Никто из членов разведотряда старался не смотреть по сторонам. Для ветеранов и тех, для кого эта вылазка не была первой, это было не в новинку, однако на душе всё равно было тяжко. Бывшие кадеты сто четвёртого отводили глаза, кто-то прятал лицо, не желая, чтобы на него смотрели, и только Ривай и Ирвин шли, не опуская головы и не пряча лица. Члены отряда Ривая старались не поднимать глаз, чувствуя в этом провале и свою вину. Петра с трудом сдерживала слёзы, прижавшись к Ауруо, который приобнял её, желая поддержать. В душе Йегера сама собой поднялась злоба на всех этих людей, что совершенно не понимали того, что на самом деле происходит. Он даже попытался подняться и высказать всё, что думает, несмотря на предостережения Микасы, но увидев детей, брата и сестру, что с восхищением смотрели на отряд, остановился. В памяти всплыли картины прошлого, которое сейчас казалось таким далёким, хоть и прошло только пять лет, где он и Микаса, так же смотрели на разбитый отряд разведчиков и мальчишка восхищался их духом. Мальчишка горько усмехнулся. - Пять лет назад, я, как и эти дети, тоже боготворил разведотряд… - вновь лёг юный солдат. - А теперь? – посмотрел на него Эрд. - Тогда я совершенно не понимал… как это всё... изнутри… – больше мальчишка не мог говорить, давая волю слезам. Рал заботливо стала гладить его по волосам, желая немного успокоить. - Нашёл время мокроту разводить, - проворчал Боссард, отвернувшись. - Капрал Ривай, спасибо, что присматриваете за моей дочуркой! – раздалось неподалёку. Петра резко застыла и вжала голову в плечи. Она совершенно не ожидала, что отец приедет её навестить. Не обращая внимания на боль, она встала на колени и, попросив Йегера подвинуться, выглянула из-за бортика повозки. Сомнений не оставалось, это действительно был её отец. Мало того, он ещё размахивал перед капралом её письмом, что девушка послала перед самой вылазкой. Ей лишь оставалось надеяться, что родитель не додумается придать всё содержимое письма огласке. - Конечно, родителям иногда случается преувеличивать, однако… Я считаю, что моему ясносолнышку, ещё рано замуж выходить. «Всё, мне конец…» - подумало ясносолнышко, скрываясь от посторонних глаз и удивлённого взгляда капрала в повозке, сливаясь лицом с цветом своих волос. Однако удивлённые взгляды присутствовали и тут. - Эм, мисс Петра, вы и капрал…? – начал было Эрен, но тут же получил подзатыльник. - Н-ничего подобного, отец п-просто не так понял! – шикнула на него Рал, желая сейчас провалиться сквозь землю или на крайний случай отправиться вновь за стену и сразиться хоть с дюжиной титанов. - Ну, значит, ты просто выдала желаемое за действительное так, что перепугала своего папаню, - усмехнулся Ауруо, который просто не мог упустить возможности поиздеваться над подругой. Петра одарила его гневным взглядом и хотела что-то сказать, но тут около повозки появился её отец, вновь вгоняя её в краску. Наблюдая за кипятящейся Петрой и её посмеивающимся отцом, Ривай невольно поймал себя на мысли, что слова этого человека не были лишены смысла. Такая жена как Петра была бы просто находкой: заботливая, добрая, и светлая. На губах мужчины вновь промелькнула улыбка. «Глупые мечты, ведь и так понятно, что сейчас не до этого. Рано ещё. Впрочем, "рано" легко может превратиться в "поздно"… могло превратиться ещё в том лесу...» Смущённая донельзя Рал виновато посмотрела на капрала и с удивлением заметила, что он вовсе не злится на неё из-за этого конфуза, даже, наоборот, на его губах играет еле заметная улыбка. В душе девушки тут же зародилась робкая надежда на то, что её чувство может оказаться взаимным.