MG_GM 25-33: Игра

В большом окне за спиной было темно. Сергей, пока ждал, в сотый раз разглядывал комнату: тут все было серым и безликим – стены, стол, стулья, даже часы. Рубашка и штаны на нем были черными да и то бледновато – не то выгорели, не то выцвели от стирок. Ни одной кляксы цвета вокруг. Сергей потянул себя за собранные в хвост волосы, пытаясь хотя бы на них отдохнуть взглядом, но казалось, будто серость поглощает даже яркую рыжину. [Может, проблемы с видеокартой?] Охранник впустил в комнату очкастого мужика средних лет с жиденькими усишками и высокими залысинами. Вениамин Рубинштейн собственной персоной. – А я вас уже заждался, – весело сказал Сергей. – Приступим? – Секундочку, только включу диктофон, – Рубинштейн полез за пазуху и вынул смартфон. Не тот, что был в прошлый раз. – У вас другой телефон? – злорадно спросил Сергей, нацепив маску равнодушного любопытства. – Да, пришлось купить новый: старый я потерял на прошлой неделе. [А фиг тебе, док, думаешь, зря я дядь Славу из пятой квартиры водкой поил и техники щипачей выпытывал?] Рубинштейн долго и нудно распрягал про методики, тесты и сложные диагнозы. Сергей смиренно полюбовался на россыпь фото рейтинга 21+ (увы, вовсе не за секс) и едва богу душу не отдал, заметив на краешке поля зрения силуэт в черных перьях с горящими желтыми глазами. [нет, с графикой определенно все в порядке, м-мать ее за ногу] – Очевидно, вы страдаете раздвоением личности… – повторил Рубинштейн. – А кто вам сказал, что я страдаю? – нагло перебил Сергей. – Я, может, им наслаждаюсь! – Правда? – с наигранным участием, от которого свело скулы, переспросил Рубинштейн. – Расскажете? – Ах, доктор, я бы с радостью, но, боюсь, уже не успею… – и Сергей с непередаваемым наслаждением вывалил на доктора Рубинштейна свои злодейские планы. О том, как три дня назад выкрал его телефон, как нашел на просторах всемирной паутины наемников и они будут здесь с минуты на минуту… Рубинштейн, воспользовавшись любезным предложением, быстренько вымелся за дверь, а Сергей спрятал лицо в ладонях. «Господи, что я делаю?» [А вдруг я в пролете? Вдруг он в самый неподходящий момент, ну, не знаю… с женой в театр ушел. Или его мамка выгнала уроки делать. Ведь за личиной командира наемников по кличке Волк может скрываться кто угодно… Блин, не знаю про Волка, а Рубинштейн – сто процентов моя бывшая преподша по древнерусскому искусству, другой такой зануды не сыскать] Но за пределами комнаты явно происходила какая-то движуха: топот, крики, выстрелы. Сергей выдохнул – гора с плеч – и, когда в дверь вломился красивый мужик в форме охранника, с легким сердцем возмутился: – Наконец-то! Почему так долго? – Быстро только кошки родятся, – огрызнулся Волк и глянул из-под форменной кепки офигительными карими глазами. – Раздевайся! Сергей опешил, но не успел уточнить, а когда это РПГ-экшн-квест превратился в симулятор свиданий, как по ушам ударил пронзительный писк. – Черт, у меня мало времени, – сквозь зубы процедил он. Волк моргнул, матюгнулся и за руку выдернул его из-за стола. – Лады, и эти шмотки сойдут. Они промчались по коридорам. Волк и его ребята то и дело отмахивались ножами и отстреливались, но Сергей просто автоматически перебирал ногами, чувствуя, как мир вокруг плывет и идет помехами. – А где машина? – крикнул он, оказавшись на залитом дождем тюремном дворе. – У вас что, нет транспорта? – Есть, – широко ухмыльнулся Волк. – Взгляни наверх. Сергей задрал голову к темному небу, с которого летели, дробясь на пиксели, крупные капли. В глаза ударил яркий свет, в ушах снова пронзительно запищало, Сергей ослеп и оглох, мир вокруг начал рассыпаться по-настоящему, но он все-таки успел услышать гул лопастей вертолета и совершенно неподходящий к сеттингу мелодичный женский голос: – Модуль MG_GM25/1 успешно завершен. * Сережа выпал из кресла, полежал немножко, потом выполз из игрового костюма, аки змей (ахаха, Змей Сергей, блин) из кожи, и с удовольствием потянулся. После твердых полов, коек и стульев валяться в одних трусах на пушистом ковре было приятно. Пусть в реальности прошла пара-тройка часов, впечатление было – будто в самом деле в тюряге месяц прокуковал. Живот голодно взвыл. Ах да, и питался там исключительно пустым капустным супом и перловкой с рыбьими головами. Фу, гадость. Одевшись, Сережа вышел на улицу. Здесь было серенько и неинтересно: панельные многоэтажки, разбитый асфальт, торговые киоски… Да, городские окраины – это тебе не живописные виды Санкт-Готэмсбурга, но что делать, приходилось раз за разом возвращаться в реальный мир. В «Майора Грома» Сережа играл четвертый год. Культовое детище компании «Бубблы» затянуло накрепко, и только встроенные протоколы безопасности, не позволявшие проводить в игровом кресле больше трех часов в сутки, удерживали его от того, чтобы переселиться в виртуальность на веки вечные. Ну, и помереть от голода и жажды в процессе. Время в игре летело, ясное дело, быстрее: Сережа успел пройти путь от мелкого детдомовца до миллиардера Сергея Разумовского (имя оставил свое, чтобы не путаться), гениального программиста и по совместительству психованного маньяка. Сам-то он отучился в академии художеств и с компьютерами был хоть и на ты, но без фанатизма, однако по игре мог взломать систему безопасности ФСБ за час и основал суперкрутую социальную сеть. А еще баловался массовыми убийствами бомжей в саду собственной усадьбы, оборудованном ловушками в лучших традициях фильмов про Лару Крофт и Индиану Джонса. Глупо? Может быть, но самое то, чтобы отдохнуть душой после заказчика, требующего сделать ему черный сайт с красными буковками и летающей голубой коровой, из которой сыплются фиолетовые тыковки, но только так, чтобы все это выглядело построже и посолиднее. Сережа, чтоб вы понимали, рисовал цифровые иллюстрации и к веб-дизайну отношения не имел примерно никакого. Короче, Сад Грешников был замечательной отдушиной. Жаль только, что настырный майор Гром в конце концов арестовал Разумовского и упек в СИЗО. Выбраться удалось – слава богу, успел! – только сегодня. Да еще новый персонаж появился… Сережа с удовольствием вспомнил крупную, но стройную фигуру, брутальный подбородок, каштановые волосы и карие глаза с черными, будто подведенными ресницами. Чувак знает толк в мужской красоте… Хотя Сережа бы совершенно не удивился, узнав, что за Волка играет какая-нибудь девятиклассница, пускающая слюни по Дереку из «Волчонка». Он хмыкнул. А сам-то? Внешность Сергея Разумовского он сделал приближенной к своей – миллиардер-убийца тоже был рыжим и синеглазым. Только куда изящнее и утонченнее, с волосами до лопаток, черными бровями уникальной формы и другими бонусами по мелочи. Они с Сережей были похожи не больше, чем фотка и анимешная картинка из аватар-мейкера. – В своем глазу бревна не разглядим, – назидательно пробормотал Сережа и юркнул в ресторанчик «У Олега», втиснувшийся между цветочным магазином «Гладиолус» и спортивным клубом «Бустер». Владельца ресторанчика звали – вот так сюрприз! – Олегом. Поджарый бородатый мужик с явной примесью тюркских кровей частенько готовил сам, а потому пропадал на кухне, но иногда выбирался в зал, поводил длинным носом и по-волчьи угрюмо пырился на клиентов, словно высматривал подходящего кандидата на начинку для эчпочмаков. Клиенты, впрочем, разбегаться с воплями ужаса не спешили: кормили тут недорого и вкусно. – Олег здесь? – на всякий случай уточнил Сережа у официанта Шурика. Точнее, это Сережа знал, что его зовут Шурик, а на бейдже красовалось: «Мальвина». Тут все работники зачем-то носили псевдонимы, как в стрип-клубе: Мальвина, Джесс, Дракон... Да и выглядели экзотично: Шурик-Мальвина успел сменить цвет волос с ядовито-розового на неоново-синий, Джесс словно прибыла прямиком из Латинской Америки, а Дракон мог бы, наверное, утащить штук тридцать кружек пива за один раз. – Выходной, – лаконично отозвался Шура, не спрашивая о причинах такого интереса. Ну и отлично. Сережа занял столик с изрядной долей облегчения. Олег его маленько нервировал: смотрел так, словно сожрать собирался. Едва дождавшись заказа – куриный суп, плов и чай с пахлавой – он жадно набросился на еду. Сегодня ночью и завтра в первой половине дня следовало ударно поработать, чтобы освободить вечер для игры. В этой арке Сережу ждали великие дела. * Частный авиалайнер уносил их в Италию. Кабина радовала роскошью и отделкой в светлых теплых тонах, особенно приятных после опостылевшей серости тюремных помещений. Сергей сидел в мягком кресле и, потягивая клубничный дайкири, поглядывал то в иллюминатор, за которым пылал удивительно красивый закат, то в экран новехонького ноутбука. Волк развалился напротив и прихлебывал виски со льдом. [Ну кто бы сомневался. Мужыыыыг!] – Куда мы летим? – спросил Волк, перехватив взгляд. – В Европу. Был там когда-нибудь? – Только в рамках задания. – Ты и сейчас на задании, – напомнил Сергей. Волк оказался по-песьи послушен. Получив деньги, он перешел в полное распоряжение Сергея вместе со своими людьми, изъявив желание ехать куда угодно и делать что угодно, мол, любой каприз за ваши деньги. – А где мы остановимся? – продолжал Волк. – Я знаю пару неплохих мест… Сергей повернул к нему ноутбук и торжествующе объявил: – Во дворце. Мы будем жить во дворце! Волк подавился виски, и светлый костюм Сергея не пострадал только чудом. [Надо бы поосторожнее, а то я прием Геймлиха делать не умею. Слава богу, что, умирая здесь, не умираешь по-настоящему. Хотя, когда Гром мне грудак раскроил, щипало чувствительно…] – Что? – откашлявшись, переспросил Волк. – У тебя есть дворец? Сергей оскалился. – Ага. Я его купил минуту назад. До места они добрались уже ночью. Впрочем, благодаря городским огням и полной луне, щедро бросающей блики на воду, было почти светло. Катер подвез их с Волком к самому входу во дворец. [Лепота какая… А вот была б это настоящая Венеция, воняло бы от каналов будь здоров] Оставив Волка восхищаться интерьерами и высоченными потолками, Сергей принес гору вкусностей из столовой, развалился на гигантской кровати с балдахином, разукрашенной бархатом и позолотой, и погрузился в разработку плана мести майору Грому. …справа раздался шорох. Сергей спихнул с живота ноут, схватил с подставки декоративный кинжал и замахнулся. Крепкие пальцы сжали его запястье. Сергей мгновение пялился на вздувшийся бицепс, потом поднял глаза. Волк переоделся и теперь в черной борцовке выглядел еще круче, чем в униформе или кожанке. На широкой груди лежал кулон в виде волчьих клыка и головы. [Втюрился в игрового персонажа? Втюююююрился!] – Воу, полегче, это я. Сергей откинулся на подушки, скрестил на груди руки и неприветливо поинтересовался: – Чего хотел? – Я пришел сказать, что все идет четко по плану. Вот только… Пока он мычал и не телился, Сергей схватил с блюда круассан и целиком пихнул в рот. – Скажи, ты действительно этого хочешь? – наконец родил Волк, а потом без перехода добавил: – Ты так жадно ешь. Это тюремная привычка? [Процентов на десять тюремная. Процентов на тридцать студенческая. А на оставшиеся шестьдесят – желание занять рот, чтобы не ляпнуть глупость перед своим свеженьким, как говорит молодежь, крашем] – Знаешь, что делали со мной в тюрьме? – спросил Сергей. – Били! Кололи лекарствами! Запирали в карцере! Он почти кричал Волку в лицо, придвигался все ближе, и в итоге они едва не столкнулись носами. – Так что да, – неловко закруглился Сергей. – Я хочу этого. Чертовски сильно хочу! Боковым зрением он снова заметил черные перья и горящие глаза. [Ну и образина, прям Рюк какой-то местного разлива] Волк развернулся, чтобы уйти, но Сергей заметил у него под майкой кое-что интересное. – Стой! Это что, татушка? Риторический вопрос. Майка открывала большую часть мускулистой спины и, соответственно, здоровенной татуировки, в которой угадывалась – неудивительно – стилизованная волчья голова. – Дай посмотреть, – выпалил Сергей. – Деточка, – снисходительно бросил Волк, на мгновение выйдя из образа, – если хочешь меня раздеть, так и скажи. [Хммм… По манере речи на девятиклассницу вроде не тянет…] – Вали, – сделав вид, что ничего не произошло, Сергей царственно и манерно махнул рукой. – Мне работать надо. Волк ухмыльнулся, но промолчал и был таков. Сергей же связался с Громом через подкинутый на вечеринке телефон и несколько часов бодро гонял его по городу в подобии литературно-исторического квеста. [Хорошо, блин, что для поступления надо было литру сдавать, а то я б и сам нифига не вспомнил] – Умница! Ты прошел тест на знание школьного курса литературы и истории. В награду я бы хотел показать тебе небольшой фокус… Смотри! На одной из центральных площадей Санкт-Готэмсбурга грянул мощнейший взрыв, и женский голос прожурчал: – Модуль MG_GM26/3 успешно завершен. * Сережа уплетал пельмени в бульоне, прикидывая, какую бы еще подлянку вселенского масштаба подкинуть майору Грому. Под чутким руководством своего демонического пернатого альтер-эго Сергей Разумовский слетал с катушек все больше, но Сережа только радовался возможности отвести душу: на улице было блекло и тоскливо, а у заказчиков началось коллективное осеннее обострение. Откровенно говоря, длилось это обострение круглый год, но весной и осенью по заветам психиатров становилось особенно заметным. Олег сегодня работал. Он явился народу и, стоя у двери, привычно обводил посетителей наметанным взглядом кухарки, выбирающей на птичьем дворе гуся пожирнее. Хм, заложить бомбы по станциям метро и спихнуть на Грома задачу по их обезвреживанию посредством выполнения всяких идиотских заданий? Ну там, набрать триста кило на весах или выхлестать пару бутылок водки? Судя по Саду Грешников квесты ему удаются бодренько, с огоньком. Сережа не сдержал мстительной улыбки и кровожадно распотрошил последний пельмень. – Ты! – прогремело сверху. Сережа задрал голову и обмер. Над ним возвышался Олег и пронизывающим взглядом светло-голубых глаз смотрел в самую душу. Или скорее в самый желудок, учитывая, как неуютно сделалось в животе. «О нет, он все это время реально выбирал и теперь пустит меня на фарш? Ждал, пока я нафаршируюсь пельменями поплотнее?» Пельмени, кажется, тоже начали что-то подозревать и продумывать планы эвакуации. Сережа тяжело сглотнул. – Ты, – повторил Олег. – Я? – слабо переспросил Сережа. Какое-то мгновение он был уверен, что Олег скажет: «На котлеты», как в анекдоте, однако Олег сел напротив и куда более мирным тоном поинтересовался: – Ты ведь художник? Сережа кивнул, все еще внутренне (буквально) сражаясь с пельменями, активно разыскивающими аварийный выход. – Мальвина сказал, что ты рисуешь на заказ, – уточнил Олег. Сережа снова кивнул. Пельмени вроде отставили панику, но открывать рот он все еще опасался. – Мне нужно приукрасить сайт ресторана. – Простите, я не занимаюсь веб-дизайном, – сказал Сережа вежливо и кротко, потому что жестокие убийства совершал исключительно в виртуальной реальности. – Там не нужно никакого веб-дизайна, просто нарисовать красивую картинку на заставку. Сможешь? – Думаю, да, но сперва хотелось бы взглянуть на техзадание. На заросшей носатой физиономии поселилось задумчивое выражение, и Сережа окончательно успокоился, нырнув в знакомую до боли атмосферу: клиенты частенько не знали, что это за техзадание такое и с чем его едят. – Мне надо, чтобы вы подробнее объяснили, что хотите увидеть, – растолковал он тоном воспитательницы в старшей ясельной группе. – Лады, – проворчал Олег. – Только не сейчас, мне работать надо. Дай телефон, я вечером позвоню. – Может, лучше по электронке? – предложил Сережа. Вечером он был занят – на вечер у него были грандиозные планы кошмарить Грома. – Ближе к полуночи? – продолжал Олег, будто не услышав. – Мне удобнее лично общаться, фейс-ту-фейс, так сказать, – он сделал характерное движение двумя пальцами, – да занят допоздна. Черт. Все нормальные люди уже не звонят, а пишут. Олег ведь старше лет на пять максимум, если бороду сбрить, откуда это нездоровое пристрастие к телефонным звонкам и личным встречам? – Окей, – обреченно сказал Сережа и дал свою визитку. До двенадцати игра его точно выкинет. * Олега, оказывается, звали Олег Волков. Сережа хмыкнул: везло ему в последнее время на знакомства с «волками». * Сергей кошмарил Грома, а Сергея тем временем кошмарил Птица. Пока Волк торчал в России, с помощью отряда методично похищая друзей и знакомых бедового майора для финальной схватки, Сергей глотал таблетки горстями и сражался с глюками. Птица больше не был черной тенью с горящими глазами на периферии зрения – он вальяжно разгуливал в зеркалах и наседал на Разумовского в обличье мерзкого монстра с костяным клювом и плывущими, пузырящимися лицами Сергея по всему телу. [Шиза какая, прости господи… Так и до психушки недалеко. Мне] * – Какой-то ты зелененький, – задумчиво проговорил Олег. – Поужинал у конкурентов и отравился? – Не, – отмахнулся Сережа. – Плохо спал. – Бессонница? Кошмары спать не дают? Сережа неопределенно мыкнул. Ему в самом деле всю ночь снился Птица. Сережа мчался по широким темным коридорам, увешанным зеркалами, а Птица возникал рядом с его отражением и тянул через хлипкую переливчатую преграду длинные черные руки. Уфф, надо, наверное, добить арку и сделать перерыв. Так и самому с кукушечкой распрощаться можно. Они встретились у ресторана и побрели куда глаза глядят – миновали промзону и пруд, потом вышли на проспект и зашагали между бесконечных рядов тусклых четырех- и пятиэтажных домов. Здесь было откровенно уныло, хотелось в центр. Или хотя бы в Санкт-Готэмсбург. Олег оказался неплохим спутником – никто не назвал бы его особенно разговорчивым, зато он внимательно и без дурацких вопросов выслушал, чем отличается растровая графика от векторной и на что влияют разрешение изображения и разрядность цвета. А когда около автобусного парка подкатил подозрительный тип с просьбой дать закурить, Олег просто взглянул на него и курить типу резко расхотелось. Олег объяснил задумку для сайта, а потом даже схематично нарисовал. Сережа вручил ему свой скетчбук и отошел якобы к автомату за водой, чтоб не смущать. В итоге они сделали крюк по району и вроде бы обо всем договорились. – Но мне понадобится время, – предупредил Сережа. – За один вечер не нарисую. – Разумеется, – пожал плечами Олег. – Я не тороплю. Быстро только кошки родятся. Сережа споткнулся на совершенно ровном месте. * Интернет подсказал, что фраза далеко не оригинальна – цитата из романа «Двенадцать стульев». Сережа просто легендарный опус Ильфа и Петрова не читал, а пословицу эту знал в ином виде: там речь шла о кроликах, а слово «родятся» заменялось другим, повыразительнее. Всего лишь совпадение. * Сергей с воплем сел на своей роскошной кровати. А потом, продрав глаза, взвизгнул еще раз: в кресле у изножья сидел Волк. Сергей натянул на себя одеяло, чувствуя, как вспыхнули щеки. Он не спал раздетым, но сверкать перед Волком голыми ногами и фиолетовыми трусами почему-то не хотелось. – Кошмары спать не дают? [Где-то я это уже слышал. С другой стороны, этот вопрос затаскан, как старые джинсы] – Что ты тут делаешь? – сердито воскликнул Сергей. – Охраняю тебя, – бесстрастно отозвался Волк. – Это же моя работа, забыл? Не найдясь с ответом, Сергей выполз из постели – и черт с ними, с фиолетовыми трусами. Он добрался до столика с россыпью блистеров и бросил в рот несколько таблеток. Волк тоже поднялся. – Что с тобой происходит? Ты сам не свой. [Ой, а то ты знаешь, какой Разумовский, когда «сам свой». Можно подумать, не наемный телохранитель, а друг детства] – Откуда ты знаешь, если не в курсе, какой я обычно? – парировал Сергей. – Может, и не в курсе, но когда человек ходит с окровавленными бинтами на руках и глотает таблетки пачками, только идиот не догадается, что не все в порядке. Еще бы. Накануне Сергей снова воевал с Птицей. В итоге расколотил зеркало голыми руками, и, пока пытался вынуть осколки и самостоятельно перебинтоваться, крови натекло, как из поросенка. – У меня все в порядке, так что ты идиот, – неприветливо буркнул Сергей, развернулся – и его запястья оказались в хватке стальных пальцев. [Кхем, по-моему, сюжет опять идет куда-то не туда] – Ты что творишь? – завопил Сергей. – Дай я тебе хотя бы руки нормально перевяжу, – Волк был невозмутим как слон. – Сам мне приказал дам не пугать, а они потом на эти окровавленные обмотки глянут и их кондрашка хватит раньше времени. Бинты в самом деле намокли, отяжелели и норовили сползти. Сергей согласился, и Волк, покопавшись в аптечке, сменил повязки с аккуратностью и сноровкой медбрата. [Черт, ну роскошный же мужик… Может, все-таки… Никогда не пробовал делать это в вирте] – Окей, твоя правда, – проговорил Сергей, теребя краешек бинта на запястье. – Я не в порядке. Скоро предстоит важное мероприятие, и я ужасно волнуюсь. – Таблетки не помогают? – уточнил Волк. – Не помогают, – вздохнул Сергей. – Но я подумал, может быть, стоит попробовать расслабиться старым добрым способом? Он быстро протянул руку и положил ладонь на ширинку абсолютно порнографических кожаных штанов, в которых щеголял Волк. Пару мгновений тот смотрел нечитаемым взглядом, а потом сгреб Сергея за грудки, и Сергей решил, что его сейчас швырнут в панорамное окно. И его действительно швырнули – только не в окно, а на кровать. Приземление, пусть мягкое, вышибло из легких воздух. Волк полез следом, на ходу стаскивая с бедер штаны, под которыми предсказуемо (там бы разве что стринги вместились) не оказалось белья. – Руки береги, – отрывисто велел Волк и удивительно осторожно по контрасту с недавним броском отвел его ладони. – Я сам все сделаю. И он сделал. Да так, что стоны Сергея слышали если не все жители Венеции, то все обитатели дворца так точно. Не страшно. Очень скоро никто из присутствующих в этом здании уже никогда никому ничего не расскажет. * – Как тебя зовут? – спросил Сергей, когда они с Волком отдышались и на двоих выхлебали графин воды. Волк варварски сел в давешнее кресло голым задом и прикурил. – А меня не зовут, – ответил он. – Я прилетаю в голубом вертолете, как волшебник, ты только заплати. Сергею захотелось не то расхохотаться, не то расплакаться. * Лежание на ковре в трусах – перепачканных трусах, липнущих к нежным частям тела, – нынче затянулось. Сережа, пожалуй, сам бы от сигаретки не отказался, хотя не дымил и даже не пробовал ни разу. С Волком было офигенно. И даже мысли о том, кем Волк мог оказаться в реальности (весьма крамольные мысли в том числе, потому что игра «Майор Гром» выходила под ограничением «18+», ясен пень, но кого и когда это волновало), так вот, даже эти мысли не могли испортить удовольствие. В конце концов, что было в «Майоре Громе» остается в «Майоре Громе». Сережа фыркнул, мысленно убрав кавычки. Сергей Разумовский хотел, чтобы в майоре Громе была пуля. Или кинжал на худой конец. Но сперва Разумовский хотел с ним поиграть. * – Я не заказывал, – запротестовал Сережа, не поднимая головы от скетчбука, когда перед ним поставили блюдо с маленькими румяными пончиками, политыми сахарной глазурью. – Десерт за счет заведения, – сказал очень знакомый голос. – Добрый день, Сереж. – О, привет, – обрадовался Сережа. Олег сел напротив. Сережа стянул с блюда пончик и сунул его в рот. – Фкушно, – похвалил он и, прожевав, добавил: – Как оно правильно называется? Подозреваю, что не пончик, да? – Баурсак, – кивнул Олег. – Принес что-нибудь интересное? Сережа успешно справился с заставкой для сайта, и Олег заказал еще несколько иллюстраций. Они, можно сказать, подружились. Во всяком случае Сережа больше не съеживался, когда Олег обводил посетителей фирменным взглядом, и обнаружил, что тот даже умеет улыбаться. У него была очень приятная улыбка, мгновенно преображающая хмурое лицо: из-под усов сверкали белые зубы, в уголках потеплевших голубых глаз появлялись морщинки. Сережа показал ему эскизы и под обсуждение дизайна веселых перемячей на ножках незаметно расправился с пончиками. – Может, – предложил Олег, когда они прощались, – сходим как-нибудь вечером выпьем кофе? – Да… – Сережа немного растерялся. – Да… конечно… Только не сегодня. Сегодня вечером я занят. – Какое совпадение, – сказал Олег. – Я тоже. * Майор Гром, сидящий по другую сторону интерактивной шахматной доски, выглядел шикарно в белом костюме. Шикарности его облику добавляли прочные путы на ногах, не позволяющие двинуться с места. За решетками в обоих концах зала топтались люди – кто-то шептал, кто-то громко дышал, кто-то всхлипывал. Символы на ошейниках горели ровным голубым светом. – Правила игры просты до неприличия, – сказал Сергей. – Съеденная фигура означает смерть человека, закрепленного за ней. Причем каждый из нас играет своими друзьями. За спиной Грома были заперты его друзья и знакомые. Сергей боялся, что у нелюдимого на вид и вечно занятого майора таковых не найдется, но умница Волк добрался и до друзей детства, и до однокурсников, и до двух девушек – бывшей и нынешней. А вот у Сергея друзей не было в самом деле. Потому эта почетная роль была им возложена на Волка и его шайку. Волка единственного было, пожалуй, чуточку жаль: он показал себя аккуратным исполнителем и чутким умелым любовником. Но и только. – Поставишь мне шах и мат, освободишь всех друзей, которые останутся к тому времени в живых. Проиграешь – и они умрут. – Сергей на мгновение опустил взгляд на пол, где его тень расправляла крылья, потирая когтистые руки. – Ну что, начнем игру? * Сергей наслаждался всем сердцем, глядя, как Гром сперва ругается и угрожает, а потом, полюбовавшись на трупы нескольких друзей, не задействованных непосредственно в игре, умоляет и наконец подчиняется. Они сделали по несколько ходов, с обеих сторон падали все новые тела с разорванными шеями. – Я доберусь до тебя, тварь! – вспылил Гром, когда Сергей дистанционно укокошил его дорогого напарничка. – Да-да, я это уже слышал. – Сергей возвел глаза к высокому потолку. – Делай свой следующий ход, а то опять начну всех подряд без разбору взрывать. – Хочешь следующий ход? Ты его получишь! – прорычал Гром и ткнул пальцем в слона. «Волк…» В ушах зазвенело. Сергей обернулся. Волк за решеткой напрягся, кругляш на его ошейнике вспыхнул красным, тревожно загорелся и… Погас. Облегчение на лице Волка было таким комичным, что Сергей разозлился. – Гребаная китайская техника, – выбранился он. – На нее никогда нельзя положиться! Тень поднялась с вымощенного крупной плиткой пола, обрела объем, распушилась черными перьями, сверкнула желтыми глазами. Птица. Судя по отсутствию реакции, кроме Сергея его никто не видел. Птица вложил ему в руку пистолет и навел ствол на зазор между прутьями. – Что ж, придется все делать самому, – сказали они одним голосом на двоих. – Прости, Волк, но правила есть правила. Волк взялся обеими руками за решетку. – Но Сереж, – растерянно проговорил он. – Сереж, мы ведь собирались выпить вместе кофе. «Что???» [Что???] Осознанием ударило, как тараном. Мир дрогнул и начал осыпаться. Звон в ушах усилился. – Олег? – онемевшими губами выговорил Сергей. – Стреляй! – прошипел Птица. – Выпусти в него всю обойму! Сергей колебался, вглядываясь Волку в лицо. Вместо редкой, почти незаметной щетины он видел темную растрепанную бороду, глаза были не карие, а светлые, почти прозрачные. Потянуло фантомным запахом свежей выпечки. – Стреляй! – каркнул Птица. – Ну же! Сергей, как под гипнозом, медленно согнул палец и… Понял, что мир вокруг рушится в самом что ни на есть буквальном смысле. – Модуль MG_GM33/3 завершен, – сказал безликий женский голос. – Время сеанса вышло. Сергей, вы проиграли. * – Как ты догадался, что это я? – Когда в твоем блокноте набросок рисовал, перелистнул пару страниц машинально. Там была куча рисунков нас с тобой. В смысле, Разумовского и Волка. Сережа заказал горячий шоколад и целую гору сладостей, чтобы успокоить нервы. Олег сидел рядом и сочувственно подвигал к нему поближе то чак-чак, то баурсаки, то крохотные разноцветные капкейки, которые в окружении татарских лакомств выглядели слегка чужеродно. – Ты ж повар, – наконец родил Сережа. – Как ты наемника отыгрывал? – А ты художник, – парировал Олег. – Как ты программиста-миллиардера-маньяка отыгрывал? – Это все заказчики, – отшутился Сережа. – Программистом и миллиардером после общения с ними, конечно, не станешь, а вот маньяком – запросто. Олег расхохотался. – А я в Сирии воевал, – все еще посмеиваясь, сказал он. – Черт, – мгновенно помрачнел Сережа. – Прости. – Профессия такая, – пожал плечами Олег. – Но я уже пять лет в отставке. Повисло неловкое молчание. Сережа вспоминал их постельные упражнения на огромной кровати под балдахином и медленно, неуклонно заливался краской в тон того самого балдахина. – А у тебя… это, – наконец выдавил он, когда понял, что если ничего не скажет, то выскочит из-за стола и убежит, – серьезно татуха волка на полспины есть? – А у тебя серьезно есть ярко-фиолетовые трусы? – не остался в долгу Олег. – Надо поискать… – пробормотал Сережа. – А ты позови меня в гости, тогда разрешу и на мне татуху поискать. – Заметано, – храбро кивнул Сережа. – Заодно попьем-таки кофе.