Развей мое одиночество

- Благодарю за то, что пришла, Шень Хэ. Мне действительно нужно с тобой поговорить. Девушка присела рядом с адептом на траву и глубоко вдохнула, закрыв глаза. - О чем поговорить? - наконец произнесла она на выдохе. Гань Юй мягко и в то же время внимательно посмотрела в серые, почти прозрачные глаза. - Я долго думала и долго отрицала то, что чувствую. Мне действительно казалось, что уйти навсегда в горы – это верное решение, я действительно думала, что жить среди людей было ошибкой. Но сейчас… сейчас я понимаю… ты не подумай, я и раньше это осознавала, просто пыталась отрицать проблему. Чем больше я работаю без отдыха и отвлечения, тем больше вероятность очередного подобного моего поступка. Мне придется принять то, что все были правы и я должна брать выходные. Но жить здесь, вдали ото всех… это не для меня. - То есть ты хочешь уйти, - задумчиво ответила Шень Хэ. Подобное заявление вызвало одновременно радость, огорчение и страх перед будущим. - Да, хотя все же немного сомнений у меня осталось. Но от твердого решения отделяет только один шаг, поэтому я решила с тобой поговорить. Я надеюсь, что ты будешь со мной откровенна. Скажи, я не ошибусь если подумаю, что… общество людей тебе небезынтересно? Это всего лишь мои наблюдения. Можешь не торопиться в ответе. Это очень серьезное решение. Шень Хэ спокойно восприняла это предложение. Проницательность адептов была ей ведома, да и она особо не скрывала это. Что ж, решение на самом деле, было принято давно, правда? Не хватало только сопровождающего, но и тот нашелся. Оставался только страх перед неведомым, но страх девушка была обучена игнорировать. И поэтому почти незамедлительно она ответила: - Если ты решишься вернуться в Ли Юэ, то я пойду с тобой. Я не знаю, как отблагодарить тебе за твою доброту. Наверняка, ты представляешь какую опасность ты соглашаешься привести в Ли Юэ. Гань Юй покачала головой, ласково улыбаясь: - Ты не опасность, Шень Хэ. Решение тебе помочь вернуться в мир смертных не было спонтанным, все время я смотрела, наблюдала и замечала. В тебе больше от той девушки, о которой поет Юнь Цзинь, больше от девушки, что пошла сражаться с Бешт. Что касается твоей судьбы… Созвездие, конечно, очень много значит, но больше значат твои старания. И я обязательно буду за тобой присматривать, и, если ты захочешь, я найду тебе работу, на которой твои будущие знакомые тоже будут следить. Так что тебе не стоит волноваться. Важнее только твое желание. - Ты так добра, Гань Юй. Мне хочется быть полезной, мне кажется, это очень важно в мире людей, а если конкретно я то поняла на твоем примере. Если важно только мое желание, то я хотела бы. - Вот и хорошо. В таком случае я тебе скажу, когда окончательно решусь. Но думаю в ближайшие пару дней это произойдет. Извини, за то что заставляю ждать. – немного виновато сказала Гань Юй. - Тебе не в чем извиняться, - с каплей тепла в голосе ответила Шень Хэ. – Я буду ждать столько, сколько необходимо. Гань Юй улыбнулась еще раз, попрощалась, встала и ушла. Шень Хэ же осталась в задумчивости. Не приняла ли она поспешное решение? Возможно стоило подумать дольше? Нет. У нее для размышлений были долгие годы. Хватит думать и сомневаться – пора действовать. * * * Гань Юй медленно спустилась в долину. Целый месяц она тут не бывала, проводя целые дни на вершинах. Пейзаж совершенно не изменился, казалось, что он не менялся всю ее жизнь. А может он меняется, но все перемены для нее стали привычны? Как бы то ни было, уже ничего сделать нельзя. Да и неизменность – это тоже неплохо. Невольно вспомнилось сожаление Властелина Камня о невозможности вечности. Мысль сразу же усилила смятение ее души. Невольно закралась глупая, недостойная ни ее, ни того о ком она думала мысль – вспоминает ли Моракс их разговоры так, как она это делает? «Будто ты ради его общества возвращаешься, - злясь на себя, строго сказала себе Гань Юй, - ты возвращаешься, чтобы продолжать выполнять контракт, возвращаешься ко всем, кого тебе не хватает». И последняя фраза чуть не разрушила самообман. Но для его целостности главное не вспоминать о том, кого конкретно не хватает, не перечислять их имена. Девушка зашла в высокую траву и опустилась на землю. Что ж, если это один из последних ее дней здесь, то можно поспать где ей захочется, так как потом такая возможность не выпадет еще долго. Стараясь выгнать глупые мысли, она легла на траву и быстро заснула. Прошло несколько часов, и солнце, совершая свой путь на запад, коснулось лица цилиня и разбудило ее. Однако еще до того как она открыла глаза, нос защекотал горький, свежий запах. Запах цветов цинсинь. Откуда здесь, в долине, взяться цветам цинсинь? Гань Юй открыла глаза и тихо вскрикнула. Недалеко от ее лица лежали цветы цинсинь. Возможно, эта ситуация бы так не шокировала, если бы не была похожей на подобную, которая изгнала ее из мира смертных. Она нерешительно протянула руку и пальцами коснулась лепестков. Ее охватило неодолимое желание взять их в руки, почувствовать еще ярче запах, ощутить нежность листьев и лепестков, и она поддалась ему. Раздался тихий стук и через секунду шелест падающей бумаги. Она перевела взгляд и увидела камень янтарного цвета. В эту секунду на него упал луч, и он поразительно напомнил… Нет. Нельзя думать об этом. Девушка скользнула пальцами по земле, подбирая камень и записку. Тот же почерк, заставивший сердце замереть от страха или же от… Ожидания? Предвкушения? Радости? Трудно понять. Но и не стоит, а то она рискует сгореть от стыда. Записка состояла только из одной фразы. «Госпожа Гань Юй, вы знаете второе название этого камня?» Записка выпала из пальцев пораженной девушки. Если знак скрытый за первым подарком был очевиден, то тут… Нельзя было его найти не оскорбив мыслями ни себя, ни Архонта. Потому что она знала оба названия янтарного камня, пропускающего солнечный свет сейчас в ее ладони. Кор ляпис. Каменное сердце.