Вера....

Две недели до свадьбы пролетели быстро. Мартынов затеял небольшой ремонт в доме. Он переделывал одну комнату под детскую. Вторую — спальню для них с Верой. Заменил двухспальную кровать на королевский размер. Обновил интерьер с помощью штор, светильников. Туалетный столик с зеркалами приготовил для Веры. Мохнатые пледы. Подушки и одеяла тоже новые. Рядом поставил детскую красивую кроватку белого цвета с каруселью для игрушек. Небольшой шкафчик для детского белья. В детской делал все под мальчика. Огромная машина-постер на стене. Кроватка для ребенка до десяти лет, потом поменяют. И куча развивающих игрушек. Ковры не ворсистые, чтобы ниток не наглотался, когда начнет ползать. Острые углы у мебели были отделаны специальными мягкими насадками. Днем Мартынов был на работе, а вечером несся быстрей к Вере. Подолгу держал Сережу на руках и разговаривал с ним. И теперь сын, заслышав голос отца, начинал улыбаться. — Вера, — сказал Александр. — Тебе есть кого пригласить на свадьбу? Не ограничивай себя. — Есть. Директора и физрука. Это самые близкие люди в школе. И еще двух учеников можно? Они пообещали, что не будут алкоголь. И придут только с согласия их родителей. Это мои ученики — физики по жизни. Реально умные. Надеюсь оба в будущем будут учеными. Брата с женой с Дальнего Востока. — Это детская влюбленность? — вдруг приревновал Мартынов, услышав про школьников. — Не уверена. Не подали ни одного знака. Просто боготворят меня как учителя, — Вера даже смутилась от своих слов. — Вера, приглашай. Если ты будешь рада видеть их на своей свадьбе, то я тоже буду рад. А женщин не будешь приглашать? — Нет. Это они меня приглашали сходить с ними на свидания. Ну в образе страшной подружки. Я думала, что надо помочь от чистого сердца, а потом раскусила их. На моем фоне они выглядели гораздо лучше. Я решила, что больше никому не дам такой возможности. — Вот они дуры, — рассмеялся Мартынов. — Они просто стервы. Как можно про тебя такое подумать? — Нет. Они просто устраивали свое счастье. В общем-то, я не в обиде, — пояснила Вера. Вот и настал день свадьбы. Никакой съемки не было. Вера попросила не делать. Если есть много подруг, то они помогут надеть платье. А тут сама и сама. Утром Вера съездила к известному стилисту на прическу. В общем-то, он немного профилировал, немного подкрасил. Сам щебетал и щебетал. Ничего не советовал. Просто сказал: — Я не хочу Вас менять. Вы и так прекрасны. Я просто подчеркну Вашу природу. И большего не надо. А если не понравится, то успею накрутить вам какие-нибудь колтуны, — рассмеялся он. Вера сидела спиной к зеркалу. И мечтала, чтобы сегодня все прошло хорошо. Ей немного сделали макияжа. Но все было так легко и невесомо, что Вера посчитала — ей ничего не сделали. Когда же ее развернули лицом к зеркалу, то Вера ахнула. На нее смотрела она сама, как видела внутри себя. Нежный цвет бело-розовой кожи. Светлые естественные локоны. Макияж и правда был легчайшим. Но все вместе выглядело как на обложке иностранного журнала. Вера покраснела и легкий румянец еще добавил очарования. — Вы просто нереальная женщина, — сказал стилист. — Буду рад еще поработать с Вами. Но в следующий раз я из вас сделаю жесткую женщину. Вера поблагодарила, пригласила на свадьбу. И стилист к удивлению Веры, вдруг согласился. Она оставила ему координаты ресторана, назвала время. — Пожалуйста, приходите обязательно. Вы сегодня показали мне саму себя. Я видела себя такой в своей душе все двадцать восемь лет. И наверное, еще моя мама. Теперь приехала домой. На одевания и сборы осталось два часа. И как только она вошла в квартиру, сразу из кухни вышел Мартынов. — Вера, ну наконец-то, я весь извелся. Думал, что ты сбежала. О боги...... — Мартынов замолчал. Разглядывал Веру. — Вер, прости. Крутанул Веру к стене, задрал юбку. Жаркие губы впились в шею. Мартынов был уже готов. Толкался вставшим членом через домашние штаны. Рванул трусики. И опять знакомое Чпок. Его рука проникла в промежность. Смазывала, вставляла пальцы. Ласкала клитор, а потом анус. Вера уже стонала. К черту макияж и прическу. Такие моменты нельзя пропускать. Пальцы Мартынова хозяйничали везде. Александр присел и вошел сразу. Вера охнула. Но знакомый холодок успокоил ее. Все будет хорошо. Мартынов подсаживался и входил еще глубже. Потом обнял Веру за талию и поднял на руках, насаживая себя максимально. — Вера, что ж ты со мной делаешь? Он работал бедрами, а сам руками уже забрался под блузку и вытаскивал груди из лифчика. Гладил ладонями, тянул за соски и буквально рычал в шею. Потом схватил за грудь как клещами, соединял их вместе, потом тянул в разные стороны, прижимал лепешками. И Вера сдалась. Кончала с протяжным стоном. — Как же я люблю и членом, и пальцами сразу, — еле выговорила Вера. И Мартынова унесло. Он последний раз вошел до упора и его член задергало внутри от выплескивающейся спермы. — Вера, в следующий раз солью тебе в рот. И сперму размажу по всему лицу. Мне нужно полное твое подчинение. — Я готова. Я твоя, — ответила Вера и получила шикарный поцелуй. Такой что чуть не задохнулась. — Ну а теперь переодевать Сережу, кормить, одеваться самим, и машина уже ждет нас. Вера, из гостей будут родственники. Я представлю тебя со временем каждому. Будут коллеги с работы. Представляешь, они идут на свадьбу и даже не знают к кому. Я сказал, что друг женится, и каждому дам по отгулу, кто придет. Гостей будет человек около ста. Так что не пугайся. — О да, мой господин, — ответила Вера и поцеловала в ответ. — А паспорта уже готовы? А то ты отобрал мой паспорт, как у гастарбайтера. Мартынов достал паспорта из кармана подготовленного костюма и протянул Вере. Та сразу заглянула в его паспорт. Все правильно. Есть штамп о браке с Малининой. Проверила свой — там тоже стояла такая отметка. — Йоххууууу, — завопила Вера и разбудила Сережу. — Ну здравствуй, мой законный муж. Теперь будешь терпеть меня до конца жизни, потому что развода я тебе не дам никогда. Мартынов рассмеялся. — Я даже слова такого не знаю, — сказал он. — И ты забудь. Наши дети будут жить в полной семье. Я знаю, как будут звать девочек. Их я назову сам. А ты будешь называть мальчиков. Девочки будут Надя и Люба. Как хотела твоя мама. Пусть на небесах она знает, что мы ее помним и любим. Вера аж задохнулась от таких слов. — Спасибо, любимый. Не будем загадывать, как получится, — сказала Вера сквозь слезы счастья. — Ну ты и не загадывай, а у меня все получится точно, — сказал смеясь Мартынов. — Мы начинаем опаздывать, жена моя. Давай сначала сына собирать. Няня отзвонилась, что она уже внизу у подъезда на лавочке с соседями сидит. В общем, она готова. Пусть Верочка не забудет сумку с вещами для Сережи — питание, памперсы. Александр помогал надевать платье Вере. Белье она уже надела. И теперь влезала в платье. Мартынов застегнул дальше. И в оставшееся открытое место кожи, не удержался и поцеловал. — Саш, я боюсь целоваться при всех, — вдруг сказала Вера. — Ну и не целуйся, — рассмеялся Александр. — Я сам буду тебя целовать. Помог закрепить фату на голове Веры. Кольцо, подаренное Мартыновым, уже надела. Александр тоже оделся. И выглядел как граф. Почему граф, Вера не знала. Но только графы бывают такими. И почему она не стала учительницей литературы? Оглядели еще раз друг друга. Александр проверил карманы, все ли взял. Документы и кольца были на месте. Он не сказал Вере, что будут обручальные кольца. А она, видимо, постеснялась спросить. Еще раз оглядели друг друга. — Слушай, давай еще возьмем тебе разношенные туфли. Вдруг ногу натрешь? — Я с ума с тебя схожу. Обо мне так заботилась только мама. Как же это приятно. Вера бросила приличные поношенные туфли в пакет, а потом в сумку. Они выходили из подъезда, совсем не ожидая, что здесь будет такая толпа. Люди собрались, чтобы поздравить дорогую учительницу. Которая со всеми занималась бесплатно. Их осыпали пшеном и рисом. Совали в руки цветы. Кто какие, и поэтому у Веры собрался довольно приличный букет. Яркий. А вот за заказанным съездить не успели. Но Вера и не жалела. Этот букет был живым и радостным. Вера поклонилась всем. — Спасибо, соседи, за Вашу любовь. Я рада, что в такой день вы пришли поздравить меня. Я буду платить вам любовью по-прежнему. Все захлопали. Мартынов рассматривал жену, как будто никогда не видел. — Горько, — закричали дети и остальные тоже подхватили. Мартынов не стал долго думать. Привлек себе Веру и поцеловал при всех. — Ура-а-а, — закричала толпа. Теперь пора была ехать в ресторан. Няня уже сидела в машине и приняла люльку с Сережей как родную. Вера высунулась в окно и крикнула. — Я вышла замуж. Мой муж — Саша. И у нас есть сын Сережа. Все опять засвистели, заулюлюкали. Хлопали и махали отъезжающей машине. — Я не ожидала, что они так встретят нас, — выдохнув, сказала Вера. — Я ведь просто помогала по физике их детям. Ну может за хлебом когда кому сходила. Полы иногда в подъезде мыла. Так ведь я была одна, а они все с семьями. Им некогда этим заниматься. Я просто поражена, насколько все хорошие люди оказались. Я просто делала то, что должна делать. Чтобы наша совместная жизнь стала лучше. — Вера, когда ты сбежала, я расспрашивал всех во дворе — где ты можешь быть? Никто не знал, но когда я тебя описывал, они говорили — ААА, эта блаженная? Вера, ты не блаженная. Ты правильная и настоящая. Я рад, что ты досталась мне. Люблю тебя. Мартынов опять поцеловал Веру. Няня опустила глаза. Как же это мило. Всем бы так.