Песня дня и ночи

      Вся магия столкнулась с другой мощной силой и по инерции рикошетом отлетела в стороны. Поднялся сильный ветер с языками пламени.       — Почему, когда я называю кого-то безродным и ничтожным это нормально, но когда такими словами бросаются такие ублюдки, мне хочется вырвать им языке и схоронить заживо?       От силы два мага и два зверочеловека испытали сильнейшую боль и потеряли сознание, опадая безвольными игрушками. Остались стоять на месте лишь Ровина, воздвигший вовремя барьер и Гоен с его крепким телом.       Лицо и одежда Адина были в равной степени пострадавшими: грязные и в крови. Только со стороны не очень понятно в чьей крови его собственной или его врагов.       — Я все думал почему на нас так часто нападают, а это вы все ублюдки подстроили? — чешуйки мигом появились на его коже, а сила и аура исходящая от него могла заставить осесть. Одну руку он держал в кармане походных брюк, а во второй подкидывал три жетона «Ван».       — Ты капец как не вовремя, — хмыкнула Хаен, оседая, чтобы перевести дыхание.       — Ну уж простите леди, я не дал вам закончить вашу триаду о ненависти. К сожалению, те ублюдки которых эти подослали найти меня были не так сильны, и я пришел, как смог. Уж прости, но теперь это мое поле. У меня ест личные счеты с этими двумя.       Даже если раньше Адиан потратил приличное количество энергии, чтобы победить несколько наглецов, в нем было ещё достаточно маны, чтобы повеселиться немного дольше. Хоть он и сам не признавался, но единственный кому он был готов проиграть все же был Чхве Енджуном. Тем самым выскочкой магом которого он так недолюбливал. Остальные? Да они даже не стоили упоминания. Могли ли они его победить? Да он ни за что не сдастся.       Это было очевидно, что как только они разделятся, их основной враг покажет свои когти. Кто бы знал, что соперник окажется хитрой изворотливой рыбой. Ему пришлось силой выбивать из других признания. Получив кусочки и объединив в один Адиан понял, что у некоторых просто имелись свои цели на это состязании. Их не интересовала учеба. Не интересовала победа. Только достижение личностных мотивов и целей. Эгоистично. Адиан понимал. Но его бесило, что он все это время был не целью, а лишь препятствием. Разве он не достоин быть чьим-то соперником? Чьим-то заклятым врагом? Почему никто не собирался признавать его силу. Он дракон или кто?       Даже если у него нет хвоста. Даже если его крылья не такие крепкие. Даже если он дракон лишь на словах и крови, почему в этом мире существуют те, кто недооценивают драконов?       Что же как бы то грустно не было, но позволить так пренебрежительно к себе относится он может только низкородному ублюдку Чхве. Остальные пусть вообще не показываются ему на глаза.       Адиан не обращал внимания на чужие речи, он просто атаковал непрерывно всем что знал. Сражаться против зверочеловека и мага одновременно конечно новый интересный опыт. От одного нужно соблюдать расстояние, а с другим лучше сражаться поближе, так как дальние атаки у этого мага немного даже болезненные и хорошо бьют в цель, словно он всю жизнь поставил на сражение на расстоянии. Держать дистанцию с один было не сложно, уворачивайся и только. Магия полезна в плане дальних атак и сохранения расстояния между противниками, а также более масштабных поражений. Но не стоит забывать о том, что один твой противник тоже маг.       Голова болела от того, что приходилось все же обдумывать свой следующий шаг.       Все же он не мог идеально соблюдать баланс атаки и защиты.       Пробивая пламя дракона, лев продвинулся вперед, сокращая дистанцию, но его кулак столкнулся со скрещенными руками, покрытыми чешуйками.       — Заблокировал? — недовольно хмыкнул Лев.       — Думаешь, что-то такое может навредить? — поиграл с интонацией Адиан, надменно и явно бросая вызов. Даже если кости рук треснули от такой силы удара он не сдвинется и продолжит. Пока он способен стоять на ногах он будет продолжать. Все же в его жизни есть и может быть лишь один непреодолимый соперник и это никак не эта пара ублюдков.       — Какое самодовольство.       Ровина направил магию, волна которой обходила потомка драконом и целилась в людей за его спиной.       Хаен была слаба, и она помогла перетянуть раны и кости Натхи, чтобы облегчить страдания. А сковывание Хаен ещё не прошло. Таким образом они втроем были просто бесполезным балластом и легкой мишенью.       Такая уловка только разозлила Адина. Быстрый блок и мгновенное парирование. Языки пламени прорвались сквозь защиту усиленные и ускоренные они намеревались сжечь кожу, но оставили лишь несколько обоженных полос. Кожа на лице мага покрылась неровными буграми и вот тут он точно вышел из себя.       Гоен осмотрел свои покраснения и кровоточащие раны. Этот парень перед ним не так уж и силен, но явно опасен. Он сражается так же дико и на пределе себя. Как и та мелкая сучка. Ужасно проигрывать тому, кого считаешь слабее себя.       — Самодовольство? Да что вы. Вы меня хоть раз по нормальному задели?       И все же большую часть своих травм Адиан получил просто потому что у него так и не было выработано никакой техники. Он ранился сам пока пытался увернуться. Самая большая его травма как выяснилось зияла на лбу потому что он в какой-то момент оступился и пробил головой камен на земле. Хаен даже успела пошутить что тот совсем без мозгов останется.       — Ублюдок. Не вини нас, если сегодня ты умрешь.       — Слабаки должны сгнить в земле.       — Это вы о себе? Черт. Я так знаю эти взгляды. Жалкие. Завистливые. Черт. Почему же вы меня так бесите?       Адиан улыбнулся безумно и криво. Сердце билось чаще. Кровь горела. После своего позорного поражения он тренировался так много раз, улучшая свое тело. Но он четко и ясно видел этот разрыв. Что толку от такого запаса маны. Что толкну от всех тренировок? Какой черт от его гордости и родословной, если его может уделать один синевласка?       Адиан ни за что не хотел признаваться себе в том, что в этих парнях он увидел будто бы самого себя. Потому что это жалко.       Потому что он не хотел больше ощущать поражения и быть жалким. Потому что он не такой как они. По крайней мере даже его злой язык не дает и права вести себя как мусор.       Признаться, эта пара заставляет потеть и ощущать, как все тело сгорает. Энергия по венам хлещет так сильно, иссушая меридианы. Но это чувство совсем не сравнимо с тем, что он мог испытать, сражаясь с Чхве.       — Недостаточно… — фыркнул он, используя большую концентрацию маны, чтобы повернуть две атаки, направленные на него одновременно в сторону и направить на оппонентов, будто отражая урон и возвращая его с новой силой.       — Эта девчонка была бы сильнее вас ублюдков, дерись вы честно.       После того как поднявшийся столб белого тумана рассеялся можно было заметить, что лев и маг оба рухнули, борясь с дрожью. Тело льва скорее всего лишилось своего сознания. И все же они втроем использовали максимум своих сил и способностей.       Одежда полностью превратилась в клочья, но по сравнению с землей она казалась менее пострадавшей.       Адиан шумно дышал. Его левая рука была словно пропущена через мясорубку. Все же сталкиваясь с силой зверочеловека прежде чем отразить, он впитал немного в себя, поэтому кожа на руке можно сказать буквально испытала взрыв. Она лопнула, обнажая кровавое мясо и кое где даже были кости. Удивительно, что, получив свою же силу Лев снаружи особо не пострадал. Его тело словно из титана, не иначе.       Другая сторона Адина была повреждена не слабее. Замедлись он хоть на чуть-чуть и ему даже оторвало бы руку. Использовать оружие вообще законно? Он не сразу заметил, что странная палка в руках мага была оружием. Артефакт. Это напоминало нечто вроде посоха. Возможно, было бы хорошо и ему обзавестись оружием. Правда. Например, что-то что могло бы держать врага на дистанции, но в тоже время и при близком сражении давала весомый бонус. В голове вспылила мысль о копье.       Неожиданно толстые ветви осторожно обвили его тело, будто поддерживая.       — Хей, ну и нахера это?       — Заткнись. Считай это мое спасибо.       — Надеюсь, тут нет плюща.       — Могу добавить.       — Малолетняя садистка. — поморщился Адиан, но все равно немного расслабился. Ладно, на самом деле неплохо, когда есть кто-то кто может поддержать.       Уходя он слышал эти слова от маленькой тигрицы. «Нельзя быть одному, да?». Он мог только усмехнуться. Но почему-то все же не мог так просто от этого отвернуться.       Заклинание связывание через время само спадет. Потом им нужно будет найти спокойное место и залечить свои раны и встретиться с другими. Ещё троих не хватало. Тот Гиан, Сирена и чёртов Чхве. Ах. Он потом покрасуется что самостоятельно добыл целых 5 жетонов. Да нужно было забрать 2 жетона у этих ребят. Как ни как он все же победил да…       — вы… вы… почему всегда… всегда кто-то вмешивается? Что хорошего в том, кто слаб и недостоин?       Ровин был похож на зомби. Он словно мертвец, восставший из ада, повторял что-то неясное. Винил во всех несчастьях всех, кого мог.       — Не угомонишься?       Все насторожились. Атмосфера как-то отличалась. И внешний вид Ровина тоже. Это было не из-за множества ранений и перекошенного в гримасе лица. Было что-то другое. Его глаза и мимика. Его движения и речь. Он выглядел словно безумец решивший забрать всех на тот свет. То в общем-то так и было.       Непримиримые обиды детства, его собственное эго, ущемленное достоинство. Он не мог принять свое поражение. Не мог принять что план, который он готовил с таким жаром провалился. Почему по итогу страдает снова он? Он более выдающийся и достойный. Он сильнее этого Натхи. Он единственный кто должен был быть удостоен встречи с великим Ту. Ненависть, ревность, зависть. Все это пылало в его сердце с ранних лет. Каждый раз когда он видел этого слабого мальчика с бледными глазами и пепельными волосами, такого хилого, что невозможно поверить в то что такой ничтожный мог родиться в самой сильной семье их региона. Такой избалованный. Он получал все что хотел сам Ровина. Получал просто потому что он был младшим братом госпожи Нинтулы. А потом ещё и эта девка. Да как она вообще смела ранить его и оставить шрам? Он бы с лёгкостью с ней разобрался, если бы она не оказалась приемных ребенком в семье верховной правительницы. Без рода и племени, какая-то драная кошка, думающая лишь о еде, получила то что самому магу могло лишь сниться. Он должен был преклонять перед ними колени, просто потому что они оказались в немного лучшей семье. Какое тут уважение? Он просто ненавидел их.       Он хотел убить их всех. Существует несколько запретных заклинаний. Те которые запрещены по многим параметрам. Узнать о них не просто. Но не невозможно. Просто нужно знать где искать. Лишить их сердцеу можно и парой слов. Его глаза горели. И он был готов отдать остатки всего себя ради этого заклинания.       Но все залилось белым светом. Не успевшие появиться языки тьмы растворились в белом пространстве. Произошла полная нейтрализация и любые силы, которые были применены только что откатились на нет.       — Студент, уж позволь узнать, кто же в Гоахар-па обучил вас магии увядания?       Захлопывая книжку с новеллой Мяо Сы аккуратно ступил на землю и с видом полной суровости посмотрел на мага, силы которого были израсходованы полностью, но желаемое так и не произошло.       — Наставник? — Хаен ощутила, как её раны моментально излечивались и даже двигаться становилось проще, хотя на энергию он все равно была пуста. Узнать коменданта и наставника было не сложно. Но она не ожидала что он появится вот так вот.       — Кот? — удивление было и со стороны Арин. От этого человека веяло аурой кота. Он был чем-то похож. Но его сила точно не принадлежала зверочеловеку. И это ощущение. Вряд ли она даже принадлежала человеку. Был ли он тем самым с редким типом: святой?       — Ты ещё кто такой? — раны Адиана затянулись. Но кровь и грязь все ещё комкались на теле. Однако вместо заботы о себе он больше беспокоился о личности этого человека. Он был смутно знаком. Но не мог вспомнить откуда и почему. Но те дети сказали наставник-кот? Он никогда не запоминал учителей.       — Учитель ваш, кто ж ещё. — фыркнул Мяо Сы. Ему снова прибавили хлопот. Сначала одно, потом другое. Почему никогда ничего не может идти ну более гладко? Он так расслабился в первый день, что не подозревал, что не подозревал что вскоре получит сигнал тревоги. Ему было бы все равно пока все живы. Но этот ребенок собирался использовать то чему в школах не учат. Даже если он и оказался милостив и излечил раны всех, он не собирался отпускать эту ситуацию.       — Итак… — но ученик не желал отвечать. — Ладно. Ещё будет шанс разобраться.       Он щелкнул пальцами, и тюрьма из света окружила студента. Внутри все было пропитано силой нейтрализации. Поэтому даже если бы ученик сопротивлялся все его попытки были сведены на нет.       Ровина прикусил губу и отвернулся.       Мяо Сы вздохнул и снова посмотрел на других детей, пересчитывая их.       — Зная какие с вами могут быть проблемы, где другие?       — А… мы разделились. Когда была лавина тем днем. Они, наверное, где-то недалеко. — Начала Хаен, помогая Арин, приподнять обессилевшего, но излеченного Натху.       — На самом деле вряд ли. Прежде чем найти вас я много мест обошел. Этот ублюдок Чхве… был бы здесь, я бы обязательно его нашел.       — Нельзя детям так выражаться.       Адиан получил щелбан от наставника. Но мог только дуться и возмущаться, потому что следом его связали светом. Как вообще свет может иметь форму нити? Анти законно.       Мяо Сы прикрыл глаза, применяя магию. С минуту он стоял почти не шевелясь, но потом распахнул глаза и на лице словно отразился испуг.       Он тяжело вздохнул и потер переносицу. Тут же было создано несколько маленьких кубок света, разосланных в разные точки.       — Наставник?       — На этом ваше испытание окончено. Ожидайте результатов.       — Что но…       Мяо Сы щёлкнул пальцами и снова все залило белым. Практически всех студентов мгновенно выкинуло из подземелья, отправляя из к началу, где их уже ждали некоторые наставники.       Ситуация приняла иные обороты.       Мяо вздохнул, оставшись в пустом пространстве.       — Ну почему эти Тэхены вечно вызывают изжогу?