Много Уизли из ничего

— Нам нужно срочно поговорить! — передала сообщение выдра и растворилась в воздухе. В тот же миг в камине вспыхнуло пламя, и перед Гарри предстала взволнованная Гермиона. — Что случилось? — с тревогой спросил он. — Я сказала Рону, что выхожу замуж. За Снейпа. — За Снейпа? — Гарри растерянно сглотнул. — А он в курсе? — Не говори глупостей, — Гермиона присела на край дивана, но тут же вскочила и нервно заходила по комнате. — Ты же знаешь, он не желает со мной общаться. Мы и виделись-то с ним в последнее время всего пару раз… случайно… в Министерстве. — Тогда почему Снейп? — не понял Гарри. — Так получилось. Рон внезапно ворвался ко мне в кабинет и стал опять настаивать на возобновлении отношений. Говорил, что было бы здорово пойти в Хогвартс на празднование годовщины победы как пара, а я как раз в это время читала статью Снейпа в «Вестнике зельевара». — И? — Гарри приподнял бровь совсем как только что упомянутый профессор. — Ну я и ляпнула, что мы не можем быть вместе, потому что я выхожу замуж. Рон потребовал сказать, за кого, надо было выкручиваться, а имя Снейпа как раз было перед глазами. — Хорошо, что ты не читала в тот момент сегодняшнюю газету, — усмехнулся Гарри и потряс «Ежедневным пророком», с первой полосы которого улыбался Люциус Малфой. Гермиона вздрогнула от порядком напугавшей ее перспективы и со вздохом продолжила: — Мне нужна твоя помощь. Немедленно. — Это я уже понял, — утешающе приобняв ее за плечи, сказал Гарри. — Чего ты хочешь? — Чтобы ты отправился со мной в Хогвартс. — Делать предложение Снейпу? — усмехнулся он. — Не смешно, — карие глаза возмущенно вспыхнули. — Я боюсь, что сразу после нашего разговора Рон мог аппарировать в Хогвартс — и наверняка натворит там бед. — Он может, — согласился Гарри. — Хорошо, я отправлюсь с тобой в Хогвартс, но прежде мне тоже нужно тебе кое-что рассказать. — Джинни? — сразу поняла Гермиона. — Да, — Гарри помрачнел. — В общем, я сегодня ей отказал. — Она заговорила о свадьбе? Снова? — Да. И… Я сделал то же самое, что и ты, — вздохнул Гарри. — Сказал ей, что станешь супругом Снейпа? — не сумев сдержать улыбки, уточнила Гермиона. — Нет, твоим. — Что моим? — переспросила она. — Я сказал Джинни, что стану твоим мужем, — серьезно ответил Гарри. — Э-э-э… А я в курсе? — Гермиона собиралась было пошутить, но осеклась на полуслове. Гарри смотрел на нее виновато и улыбался. — Теперь, видимо, да, — ответил он, разведя руками. — А меня ты выбрал потому, что Джинни просто застала тебя врасплох, или я тоже была первой, кто пришла тебе в голову? — настороженно спросила Гермиона. — Знаешь, я и сам не знаю, почему я все это сделал, — помрачнев, сказал Гарри, — просто как-то в последнее время все у нас с Джинни разладилось, пошло наперекосяк. И как бы я ни старался все исправить, с каждым днем все становилось только хуже и хуже. Он прошелся по комнате, словно обдумывая и только что сказанные слова, и свой поступок, а затем с внезапно нахлынувшим раздражением заговорил вновь: — А Джинни, словно ничего не замечая, только и делала, что говорила о свадьбе. Вот я и не выдержал, и… — он подошел к Гермионе и взял ее руки в свои. — И сказал ей, что хочу жениться на тебе. И знаешь, мне вдруг стало легче, словно все это время я пытался сделать что-то неправильное, — он озадаченно взлохматил свои непослушные волосы и еще более виновато добавил: — Прости, что я втянул тебя во все это, Гермиона, но я знал, что ты единственная, кто точно сможет меня понять. — Думаю, сейчас нам все же нужно отправиться в Хогвартс, — немного помолчав, сказала Гермиона. — А потом мы все это еще раз обсудим и решим, что нам с этим делать. Гарри кивнул, швырнул в камин горсть дымолетного порошка и, стараясь не встречаться взглядом с Гермионой, сказал: «Кабанья голова!»

***

— Редукто, — прошипела Молли Уизли, со злостью ткнув палочкой в центр волшебных часов. — И трех недель не прошло, а ты опять лезешь, зараза! Привычными движениями она уничтожила отросток проклюнувшейся стрелки, с трудом сдерживая переполнявшее ее раздражение. Эти часы знали слишком много. Слишком! — Ма-а-ам! Крик дочери заставил Молли вздрогнуть и поспешно повесить часы на место. — Я здесь, дорогая, — пропела она как ни в чем ни бывало. — Что… Что случилось? На тебе же лица нет. — Все кончено, мама. Все кончено! — на глазах Джинни выступили слезы. — Ну-ну, — Молли обняла дочь, пытаясь ее утешить, — все еще образуется. Что он опять натворил? — Гарри окончательно дал мне понять, что свадьбы не будет, — Джинни вырвалась из ее объятий и решительно направилась на кухню. — Милые бранятся… — привычно затянула Молли. — Мам, не начинай. Гарри меня больше не любит и никогда на мне не женится. Он сказал, что его женой станет Гермиона. Представляешь? Гермиона! — А как же Рон? — ужаснулась Молли. — Он же. — Отличный вопрос. Мой братец не смог убедить Грейнджер наконец стать его женой, и та, видимо, переключилась на Гарри! Молли вздохнула. — Джинни, дорогая, мне надо кое-что тебе сказать. — Не надо, мам. Я сильная, я смогу принять это. — Конечно, ты у меня сильная. И самая красивая. И… — Молли уже суетилась, заваривая чай с травами и доставая любимое печенье Джинни. — Я не об этом. — Но ладно бы он просто сказал, что не любит. Что не готов. Что… — Он не виноват, Джинни. — Ты думаешь, дело во мне? — Джинни резко развернулась к матери, и та от неожиданности чуть не расплескала чай. — Ты считаешь, что это я виновата в том, что не смогла его удержать? — Это моя вина, — тихо прервала ее Молли. — Только моя. — В смысле, твоя? — не поняла Джинни. — Боюсь, мне придется тебе кое-что объяснить. Давай присядем, — Молли выставила на стол сладости и тяжело опустилась на стул. — Что происходит, мама? — нахмурившись спросила Джинни, садясь рядом. — Понимаешь… — Молли замолчала, стараясь подобрать слова. — Я совершила ужасную ошибку… и теперь магия нашей семьи считает Гарри Поттера одним из Уизли. — Я не понимаю, о чем ты, мама, — Джинни тревожно смотрела на мать. — Это ведь я должна была стать Поттер, а не он — Уизли. — Как я уже сказала, милая, я совершила ужасную ошибку, я хотела как лучше, но… — Молли замялась, потерянно рассматривая собственные руки, но спустя пару секунд заговорила вновь: — Как ты помнишь, когда Гарри исполнилось семнадцать, я подарила ему часы твоего дяди Фабиана. Это старая волшебная традиция — дарить членам семьи в день их совершеннолетия наручные часы… Вот я и подарила…. Я же всегда относилась к Гарри как к родному сыну… ты же знаешь… Молли расстроенно покачала головой, видя, что Джинни, затаив дыхание, ловила каждое ее слово. — У него ведь никого кроме нас не было, никого, кто мог бы для него это сделать… — на глазах Молли на мгновение навернулись слезы. — Но я и помыслить не могла, что магия семьи воспримет это так буквально, и с той минуты, как я подарю ему часы, будет считать Гарри одним из Уизли. — Я все равно ничего не понимаю, — пробормотала Джинни. — С чего ты взяла, что наша магия считает Гарри одним из нас? — Ты же знаешь, как устроены наши фамильные часы? — Молли виновато погладила Джинни по руке. — Знаю. Но при чем здесь они? — Когда в нашей семье появляется новый член семьи, на часах начинает прорастать новая стрелка. Именно по этой причине я всегда сразу узнавала о своей беременности. — Ты хочешь сказать?.. — Джинни растерянно замолчала, будучи не в силах озвучить свою догадку. — Да, ты все верно поняла, дорогая. На наших часах вот уже несколько лет пытается вырасти стрелка Гарри Поттера. Магия нашей семьи считает, что он твой брат. — Брат?! Еще один брат? Мне не нужен брат Гарри! — Джинни, все это время пытавшаяся сдерживаться, наконец вскочила со стула, едва не опрокинув его на пол. — Я люблю его как мужчину и хочу быть его женой, а не сестрой! — Я знаю, дорогая, я знаю, — Молли старалась успокоить дочь. — Но на часах нет его стрелки! — Джинни бросилась в гостиную, словно хватаясь за последнюю соломинку. Она торопливо сорвала часы со стены и внимательно осмотрела их. Стрелки Гарри не было. — Я регулярно удаляю ее. Стрелка впервые появилась спустя пару недель после свадьбы Билла и Флер и с тех пор, несмотря на все мои старания, постоянно прорастает. Молли осторожно забрала из рук дочери часы и бережно вернула их на стену. — Но почему? — потерянно глядя на мать спросила Джинни. — Почему что? Почему удаляю? Еще тогда, когда это случилось впервые, я видела, какими глазами ты смотрела на Гарри. И вы были вместе, пусть и недолго, но были… Я так надеялась, что все само утрясется. — Почему ты не сказала мне раньше? — в голосе Джинни проступила невольная горечь. — Не хотела тебя расстраивать. — Тогда почему говоришь об этом сейчас? — Потому, что я нашла способ все исправить. — И что это даст? Даже если Гарри перестанет быть частью нашей семьи, желание стать моим мужем у него от этого не появится. Молли покачала головой и вновь взяла дочь за руку. — А вот здесь ты ошибаешься, моя дорогая. Магия препятствует вашим отношениям, она намеренно разрушает их, ссоря вас и отдаляя друг от друга. Но если разорвать связь Гарри с нашим родом, у вас все снова наладится. Я просто в этом уверена. — И что для этого нужно сделать? — Подожди минутку, и я все тебе объясню, — Молли подошла к старенькому комоду и со скрипом открыла облупившуюся дверцу. Джинни смотрела на усталую, ссутулившуюся от груза вины спину матери и ждала ее слова как приговора. — Все написано здесь, — Молли достала из комода немного помятый пергамент и протянула дочери. — Но тебе понадобится помощь. — Чья? — спросила Джинни, нетерпеливо разворачивая свиток. — Профессора Снейпа. Я больше не знаю ни одного человека, сведущего в подобных вопросах.

***

Северус Снейп был в ярости. Тихой, клокочущей где-то внутри, незаметной для окружающих, но от того не менее липкой и жгучей. Он не смог бы и сам ответить, что именно довело его до столь высокой точки кипения, все было как обычно: его окружали ленивые и глупые ученики, раздражали назойливые и некомпетентные коллеги, злили не пунктуальные поставщики ингредиентов… Он давно привык не обращать на все это внимание, но сегодня с самого утра его грызло очень плохое предчувствие. Что-то должно было случиться! Он уже и не мог вспомнить, когда у него в последний раз появлялось такое же гнетущее ощущение надвигающейся беды. После гибели Волдеморта — пожалуй, ни разу. Дверь лаборатории скрипнула, и в проеме появилась рыжеволосая голова. «Уизли», — мгновенно догадался Снейп. За те доли секунды, что потребовались ему, чтобы понять, какой именно Уизли посмел нарушить его покой, он неожиданно осознал, что это и есть те самые неприятности, что предрекало ему его чутье. Или как минимум их начало… — Что вы здесь делаете? — холодно спросил он. — Пришел сказать вам в лицо все, что я о вас думаю, — прямо с порога зло произнес Рон, — мне, в отличие от вас, хватает на это смелости. Как и порядочности, чтобы не уводить чужих невест! Это ведь так по-слизерински — тайком красть то, что принадлежит кому-то другому, вместо того, чтобы разобраться по-мужски. — Вы забываетесь, мистер Уизли! — с привычным презрением кривя губы, произнес Снейп. Впрочем, несмотря на презрительную интонацию, наполнившую его речь, в первое мгновение он почувствовал куда больше удивления, чем злости. «Что здесь вообще происходит?» — промелькнуло у него в голове. На бледном лице Уизли играли желваки, кулаки яростно сжимались и разжимались, и на секунду Снейпу даже показалось, что еще немного, и мальчишка затеет драку. Повинуясь давно выработавшейся привычке, Снейп нащупал в кармане волшебную палочку, но вынимать ее не стал. Если потребуется, он и так прекрасно справится с наглецом. — Вы пьяны? — спросил он на всякий случай, вкладывая в голос весь доступный ему яд. — И это все, что вы можете сказать? — казалось, Рон побледнел еще сильнее. — Что ж, вы всегда отлично умели оскорблять и унижать других людей! Вот только больше я не боюсь ни снятых с меня баллов, ни вас, профессор! — Правда, мистер Уизли? Снейп стремительным движением набросил на котел заклинание, чтобы черпак продолжил мешать зелье без его участия, а в следующую секунду уже оказался прямо перед Уизли. И хотя Рон давно не уступал профессору в росте, исходящая от Снейпа угроза заставила его невольно отступить. Впрочем, он почти мгновенно пожалел об этом, и, выхватив из кармана палочку, нацелил ее Снейпу в грудь. — Я хочу, чтобы вы знали, я никогда, слышите, ни-ког-да не отдам вам Гермиону! — голос Рона задрожал от напряжения и с трудом сдерживаемой ярости. Блестящее умение не выдавать своих эмоций помогло профессору не рассмеяться Уизли прямо в лицо. «Грейнджер? Рон не отдаст мне Грейнджер? А за каким хромоногим фестралом она мне вообще могла понадобиться?» — Вы действительно думаете, что я буду спрашивать у вас на что-то разрешение? — Снейп скрестил руки на груди и с полнейшим пренебрежением посмотрел на направленную на него волшебную палочку. — А я не буду ждать, пока вы его попросите, понятно? — Уизли сделал шаг вперед. — Думаю, если дело касается меня и мисс Грейнджер, то ваше мнение мне абсолютно безразлично. Снейп насмешливо наблюдал, как цвет лица Уизли меняется от бледного до пунцово-красного. — Чем вы вообще могли ее привлечь? — процедил Рон, с презрением оглядывая Снейпа с ног до головы. — Вы же ей в отцы годитесь! Привлечь? Разговор становился все более и более интересным и странным. — Видимо, мисс Грейнджер так не считает, — сухо усмехнулся Снейп. — Подсовывали ей свои статейки, книгу даже издали. А она все восхищалась, какой профессор Снейп умный, как гениальна его новая теория, бу-бу-бу… Уизли кривлялся, видимо, передразнивая свою… А кем ему приходилась Гермиона Грейнджер? Северус не следил за личной жизнью бывших учениц, но если бы Уизли и Грейнджер поженились, он бы об этом знал. Не в вакууме же жил, а полностью игнорировать разговоры коллег он не мог. Значит, они не были женаты. — Если мисс Грейнджер считает мои работы интересными, то значит, она по-прежнему умна. А вот вас, мистер Уизли, подобная черта, пожалуй, никогда не отличала. — Вот так вы ей мозги и запудрили, да? Напевали, какая она вся из себя умница, какая она особенная… — Я все еще не понимаю, зачем вы тратите мое драгоценное время! — прерывая Уизли, холодно произнес Снейп. — Я хотел, чтобы вы знали: вашей свадьбе с Гермионой не бывать, я все сделаю, чтобы вам помешать, — не убирая наставленной на Снейпа палочки, решительно произнес Рон. — Чего бы мне это ни стоило! «Свадьбы? Моя свадьба с Грейнджер? Я, Северус Снейп, и Гермиона Грейнджер — будущие муж и жена?» Да ничего нелепее он в жизни не слышал. — Убирайтесь отсюда, Уизли, — произнес Снейп, стараясь не выдать своего изумления. — Вы последний человек в этом мире, у кого я буду просить разрешения, чтобы жениться. Очевидно, что и мисс Грейнджер не желает иметь больше с вами ничего общего, так что просто выметайтесь отсюда! — Я этого так не оставлю! Слышите? Не оставлю! Я не знаю, что я с вами сделаю, но я… — В следующий раз придумайте угрозы заранее, чтобы не лепетать, как на моем уроке. Но я очень надеюс-с-сь, — перешел на шипение Снейп, — что мы больш-ш-ше никогда с вами не увидимс-с-ся… — Это мы еще посмотрим, — прошипел в ответ Уизли и, вылетев из кабинета, хлопнул дверью.