Потанцуй со мной

      Поначалу все эти дополнительные тренировки Робби ни разу не нравились. Спортакус совсем не стеснялся и, когда считал нужным, поправлял Робби руками: вытягивал ему шею, поворачивал голову, ставил на место руки, помогал вращать бедра, хлопал по коленкам, выпрямлял спину и еще много чего. Робби вечно жаловался, а Спортакус спокойно все эти жалобы терпел. — Давай попробуем в паре. — Предложил Спортакус, когда они разбирали танго, и встал за партнершу. — Ты эту партию не знаешь, как мы станцуем? — Ты же партнёр. Проведи меня. — Спортакус подмигнул.       Робби уже было приготовился встать в пару, но резко передумал. — Нет! Не буду я с тобой танцевать. По одиночке нормально.       Спортакус усмехнулся, но ничего не сказал.       Через месяц таких занятий Робби похвалил тренер, а еще через месяц он получил свою первую медаль за третье место. С того момента занятия со Спортакусом пошли как-то проще. Робби даже начал с ним немного разговаривать, хотя старался выглядеть безучастным. Тогда же они впервые попробовали станцевать венский вальс в паре. Робби за партнера, Спортакус за партнёршу. Но как быстро пара образовалась, так же быстро она и развалилась. — Я же говорил, что не получится. — Сказал Робби после того, как Спортакус о него споткнулся. — Просто ты не ведешь. Я не понимаю, что мне делать. — Ха, не веду. Ты сам себя должен вести. Что я тебе водитель грузовика что ли? — Ну, почти. Давай попробуем наоборот. — Спортакус включил другую мелодию. — Можешь даже глаза закрыть. — Так тем более не получится. — Просто попробуем. С левой.       Спортакус подхватил Робби, и они понеслись по залу. Как ни странно, Робби ни разу не запутался, расслабился и чуть ли не повис на Спортакусе, пока тот его вел. По действиям Спортакуса было сразу ясно, что он собирается делать. Не мудрено, что Стефани с ним нравилось танцевать больше, чем с Робби.       Мелодия кончилась, они остановились, а Робби чуть не упал, только сейчас осознав, как сильно у него закружилась голова от всех этих вращений. — Аккуратно. — Спортакус придержал его и довел до ближайшей стены. — Перекружил немного. — Ненавижу венский вальс. — Сказал Робби и сполз вниз по стенке. Спортакус сел рядом. — Всё это ненавижу. — Он открыл глаза, но комната так и не прекратила вращаться вокруг него, так что он их снова закрыл. — Почему? — Потому. — Робби снова открыл глаза. Комната наконец то успокоилась. — Не люблю танцы. — Но ты ведь так долго занимаешься- — Меня мама заставляет. Сам бы я сюда и ногой не ступил. Сидел бы себе дома, ел конфеты. — Прямо заставляет? — Ага. Жду не дождусь, когда мне будет восемнадцать, и я наконец перестану тут мучиться. Еще целых три месяца терпеть.       Спортакус посмотрел в пол, собрался что-то сказать, но промолчал. Робби начал подниматься. — Так ты любишь сладкое? — Кто не любит? Ну, кроме тебя.       Спортакус улыбнулся и тоже встал. — Всё. — Сказал Робби. — Хватит вальсировать. — Согласись, что мы неплохо станцевали?       Робби ничего не ответил и пошёл умываться. В зеркале над раковиной он заметил на своем лице легкую улыбку и сразу же помрачнел. Тут же до него наконец дошло всё, что только что произошло в зале. Та часть туловища, которая находилась в контакте со Спортакусом во время танца, дала о себе знать, став чуть теплее, чем всё остальное тело. Робби провел по этой области ладонью, словно пытаясь согнать ощущение. Запрокинув голову назад с мученическим выражением лица, он пообещал себе больше вообще не открывать рот при Спортакусе. «Нужно просто его перетанцевать. Всё. — Твердил он себе, пока возвращался в зал. — Никаких пустых болтаний. Только перетанцевать.»       После тренировки Спортакус предложил всем зайти в буфет. — А как же твой любимый здоровый образ жизни? — Поинтересовался Робби. — Иногда можно перекусить и в буфете. К тому же я уверен, что там есть что-нибудь и без сахара. — Сказал Спортакус, подмигнув.       Робби, конечно, подумал, что к нему это не относится, но после персонального предложения сначала от Спортакуса, а потом и от Стефани всё же согласился. — Ты чего так далеко сел? — Спросил Спортакус, подойдя к севшему в одиночестве Робби. — Вот именно, Робби. — Поддержала Стефани. — Пойдём к нам.       К удивлению Робби, никто не был против видеть его за столом.       Ночью Робби не мог уснуть. Он уже был готов биться головой о стену, лишь бы выбить из неё Спортакуса. Только он ложился и успокаивался, сразу вспоминал их венский вальс, как бережно Спортакус его держал и умело вёл. «Специально меня так закружил, чтобы у меня крыша поехала. — Думал он про себя, пока ерзал по подушке. — И еще зачем-то в буфет позвал.»       Еще месяц прошёл в похожем режиме. Робби взял еще одно третье место и кубок, но выше Спортакуса так и прыгнул. Периодически он напоминал себе про свой план перетанцевать негодяя, но было это скорее, как прослушивание ужасно наскучившей песни, которую слушаешь лишь потому, что когда-то она была самой любимой. — Я ненавижу румбу. — Сказал Робби и нахмурился. — И обниматься тоже ненавижу. А обнимать кого-то во время румбы — тем более. — Ну, просто представь, что я Трикси. — Сказал Спортакус. — Её же ты обнимаешь на румбе. — Нет, конечно. Я даже не знаю, кто хуже: ты или она. — Робби сразу раскрепостился и загорелся.       Спортакус от чего-то заулыбался сильней. — И чем же она тебе не угодила? — Да всем! — Руки Робби начали рассекать воздух, а сам он принялся ходить взад-вперёд. — Она меня постоянно обзывает. Говорит, что я плохо танцую, хотя сама лыка не вяжет. И танцует постоянно в одном и том же. Вот Стефани, например, к каждому турниру шила два новых платья. А я переделывал свои костюмы под её, чтобы там были похожие элементы. Что ты улыбаешься? Может я хочу что-нибудь поинтересней черной рубашки? Может я тоже хочу блестеть и разноцветной бахромой разбрасываться? А Трикси что? Постоянно танцует латину в этом своем волосатом комбинезоне, а стандарт в каком-то бабушкинском платье. Да на нем даже страз нет! Мне стыдно с ней на паркет выходить. Прекрати смеяться! — Прости. Я просто еще ни разу не видел тебя таким открытым.       Робби тут же остановился, прижал руки к себе и снова нахмурился. — Ну, а я тебе чем не угодил? — Я уже тебе говорил. — Робби как-то переменился, занервничал и дернул носом. — Вообще-то ты обещал мне что-то в румбе показать, а вместо этого стоишь и болтаешь.       После этой тренировки Спортакус пригласил Робби зайти в буфет, на этот раз уже вдвоём. — Я думал, что стоит познакомиться поближе. — Ты меня уже всего облапал. Куда ближе то? — Недовольно сказал Робби, но согласился.       А после этого Спортакус еще и проводил его до дома. Спортакус понял, чтобы Робби разговорить, надо его немного разгорячить. Так он и поступил. Начал говорить про Трикси, а дальше Робби уже сам подхватил и за двадцать минут ходьбы рассказал больше, чем за всё время, что они друг друга знали.       Как когда-то Робби признал, что Стефани — его подруга, так и сейчас с некой обидой он признал, что Спортакус ему нравится. Нужно было-то потерпеть каких-то два месяца и не выдать своих чувств, но получалось плохо.       Во время одной из тренировок тренер попросил Спортакуса продемонстрировать какое-то движение румбы. Робби невольно засмотрелся на его движение бедер и рук, а когда посмотрел на лицо, поймал взгляд Спортакуса, и тот ему подмигнул. Робби тогда свел брови и юркнул за спины других ребят. «А что? А куда мне еще смотреть? — Лихорадочно думал Робби. — Он же показывал что-то, вот я и смотрел. Мало ли что он там себе подумал.»       Через пару недель Спортакус куда-то исчез. И ведь даже не предупредил. На первой тренировке без него Робби всё ещё старался себя убедить, что без него тут даже лучше, но сам периодически оборачивался на входную дверь, когда за ней кто-то проходил, надеясь увидеть там Спортакуса. Через три такие тренировки, Робби решил искать помощи у Стефани. Как раз они были в зале вдвоём. — Он уехал на неделю к бабушке на юбилей. А что? Скучаешь? — Нет конечно! Что он мне парень что ли, скучать по нему? — Робби сразу занервничал и задергался. — Просто он же меня тренирует. Я сюда специально раньше прихожу, жду его, а он даже не предупредил, что уедет. — Ну, теперь ты знаешь.       Робби уже собрался уйти в другую часть зала, но Стефани взяла его за руку. — Он тебе нравится? — Спросила Стефани тихо. Робби сразу вырвался. — Никто мне не нравится! Понятно. Не нравится! — Он перешел к другому окну и надулся там как маленький ребенок. Стефани подошла туда же. — Сильно?       Робби уже хотел опять закричать, но Стефани на него так смотрела, что он не смог. Сдулся, опустил руки и потупил взгляд. — Ну. Немного. — Он выдохнул и посмотрел на неё. — Только не говори ему. И вообще никому. — Скажи ему сам. — Еще чего! — Робби снова загорелся. — Чтобы он надо мной посмеялся? И вообще, я хотел пояс надеть, а ты меня отвлекла! — Он пошел в раздевалку, бурча себе под нос. — Но ты ему тоже нравишься. — Крикнула в след Стефани, но Робби, пропустил это мимо ушей.       Когда до восемнадцатилетия остался месяц, дела совсем пошли из рук вон. Началась плотная подготовка к чемпионату страны, который как назло должен был выпасть на день рождения Робби. Конечно, и он, и Спортакус должны были там выступать. Робби уже совсем оставил надежды перетанцевать Спортакуса и надеялся, что тот свернёт дополнительные тренировки, и займется собой. Но нет. Спортакус предложил заниматься с Робби еще больше. Казалось, что у парня бесконечная энергия. Теперь они виделись как минимум по полтора часа шесть раз в неделю, и Робби начало казаться, что он потихоньку сходит с ума.       К соревнованиям было решено сшить новые костюмы, что означало частые посещения костюмерной. Один раз Робби случайно обнаружил там обнаженного по пояс Спортакуса. Он сразу спрятался за стену, зажмурился, силясь прогнать картинку из головы. А той ночью эта самая картинка породила другие интересные картинки. Чуть меньше года назад Робби так его ненавидел, а теперь ненавидел себя за то, что представляет, как это самый парень обнимает его, целует в шею, гладит по груди, рукам и другим менее приличным местам. Но раз уж никого кроме самого Робби в комнате не было, всю работу пришлось делать самому. Когда воображаемый Спортакус и Робби кульминировали, он плюхнулся на кровать и растекся по ней, понимая, что никогда не испытает этого с настоящим Спортакусом.