Спрингтрап: ночь ебли

      Новая охранница аттракциона «Fazbear's Fright» прибыла на место в свой четвертый рабочий день, в этот раз почти не опоздав. Усевшись за рабочее кресло, она лениво наблюдала за камерами. Хоть это было новое место работы, сидеть в комнате охраны и наблюдать за изображениями с мониторов уже успело осточертеть. По привычке охранница развеивала скуку как могла, за продолжительными сеансами размеренной мастурбации. И в этот раз ничего другого, кроме как смотреть боковым зрением на изображения с камер и ублажать себя, не оставалось. Охранница раскинула ноги и, устроившись на своем кресле, водила кончиками пальцем вокруг своей промежности сквозь нижнее белье, засунув руку в штаны. Другой рукой она игралась со своей грудью, то грубо сжимая себя, то ласково поигрывая пальцами с набухшими, торчащими сквозь тонкий лифчик и серовато-белую рубашку, сосками. Её исподнее каждый раз изрядно намокало, оставляя влажный след на пальце, который охранница не брезговала в процессе попробовать на вкус, смакуя словно экзотичное блюдо, какое ей никогда в своей жизни, будучи обычной охранницей, не попробовать.       Завершив процесс и вдоволь насладившись доступными удовольствиями, открытыми любой достаточно раскрепощенной девушке, она решила посмотреть наконец на эти злосчастные мониторы хоть сколько-то внимательно, где в полумраке показывались, сменяя друг друга, изображения многочисленных комнат и коридоров вверенного ей в охрану аттракциона. Вдруг она заметила что-то, чего прежде ей не доводилось видеть. Монитор одного из помещений заполонил собой огромный, изуродованный и полусгнивший, аниматроник-заяц. Из огромных впадин, на месте которых, по логике вещей, у робота должны быть глаза, едва светились тусклые серые точки, словно глаза мертвеца, едва уловимые сквозь шум изображения, но в то же время словно смотрящие прямо тебе в душу, огибая твое телесное представление проникающие прямо в глубины подсознания, раскрывающие истинное. Заяц стоял неподвижно и можно было бы подумать, словно кто-то просто поставил неживого робота в центр помещения в качестве какой-то шутки. Но дурное предчувствие и подозрительность с каждой долей секунды наполняли голову охранницы. Никогда раньше она не видела этого уродливого аниматриника в аттракционе. Или видела, но не обращала внимания? Охранница задумалась, видит ли они это страшилище впервые, или всё-таки оно было тут всегда, с первого дня как она устроилась на работу. Задумавшись, она отвела от экрана взгляд, а моргнув и вернувшись на экран обнаружила, что зайца больше нет. И это не была стандартная смена источника, как бывает на камерах в кабинете охраны. Перед ней была все та же бездушная пыльная комната, с крашенными в цвет измельченной в миксере рвоты стенами и праздничными длинными столами, за которые словно уже столетие не садилась ни одна живая душа.       Странное происшествие с появившимся из ниоткуда и исчезнувшим, стоило отвести от него взгляд, аниматроником резко напугало охранницу. Это не поддавалось какому-либо логичному объяснению. Кто-то залез внутрь костюма аниматроника и пытается таким образом устроить пугающий розыгрыш? В таком бы случае, среди множества камер шутник не мог бы остаться незамеченным. Паззл никак не складывался, а проигнорировать увиденное охранница уже не могла. В конце концов, если кто-то проник в её смену, это могло стать поводом для разбирательства или даже увольнения, чего явно не входило в планы сводящей концы с концами ночной охранницы. Следовало выловить этого шутника, или кто бы это ни был, если не переодевшийся в аниматроника человек. Охранница перелистнула на своем планшете, и нашла план здания, чтобы понять, как далеко от комнаты охраны находилось то помещение, в котором стояла камера.       Стоило только ей найти соответствующее обозначение на рисунке и прикинуть, что за пару минут, пока она размышляла, было вполне реально без какой-либо спешки добраться до помещения охраны, как в металлическую дверь, отделяющую безопасное пространство охранницы от холодного, темного переплетения коридоров и комнат, вдруг постучали.       Нет, это был не стук. Это был удар. Сильный, словно его нанесло какое-то огромное свирепое чудовище, способное одним махом растерзать бессильную, забитую в угол добычу. Стоило об этом подумать охраннице, как тут же она примерила роль загнанной жертвы на себя. И правда, ей было некуда сбежать. Дверь в комнате была единственная. Где-то в уголке сознания, очень некстати, проявилось легкое чувство самобичевания. Ведь сцена с изнасилованием – одна из её любимых тем в многочисленных прочитанных порно-рассказах и плохо поставленных якобы домашних видеороликах. Она часто мечтала о том, чтобы какой-то незнакомец, обаятельный и брутальный, впервые её увидев, овладел ей в самых изощренных позах, посыпая в процессе колкости и унизительные слова в её адрес. На самом деле охранница никогда не хотела этого всерьёз, это была всего лишь одна из многочисленных эротических фантазий.       На одном из мониторов девушка увидела, как жуткий механический заяц сидит под камерой. Она попыталась представить, как он врывается в её каморку. Что с ней тогда будет? Было очевидно, что если нарушителю, превосходящему во много раз по силе, удастся проникнуть на пост, он будет волен сделать что угодно.       «Такого не может быть». — попыталась она себя успокоить. «Наверное это какой-то сон или просто бред… Время уже час ночи». Охранница потянулась к кнопке перезагрузки, в надежде что выключенные и включенные вновь камеры покажут что-то иное.       Вдруг все системы отказали. Мониторы и светящиеся индикаторы потухли, где-то в шкафу с электроникой раздался щелчок, а гул системы вентиляции прекратился. Через пару секунд все включалось обратно, и когда вернулось освещение, стало видно, что дверь открыта. В дверном проёме стоял жуткий, истерзанный аниматроник, из дыр обшивки которого торчали различные проводки, пружины. И виднелась человеческая плоть. Именно куски плоти, нельзя было сказать, что на них виднеются хотя бы остатки кожи. От аниматроника исходил жуткий запах, какой обычно исходит от испортившегося на солнце мяса. Девушка не верила своим глазам. Костюм, кто-то в него заключенный, стоял перед ней. В его тёмных глазницах едва поблескивали злые огоньки. — У меня появилась новая игрушка… Вкусная и живая! — прорычал Спрингтрап.       Охранница, в состоянии сковывающего ужаса, молча стояла перед огромным монстром. Нащупав рукой пустую кружку от кофе, она попыталась швырнуть ей в чудовище. Кружка прилетела прямо в лицо, но Спрингтрап никак не отреагировал. Даже не пошатнулся. Упав на пол, кружка укатилась куда-то в угол, нарушив на пару секунд могильную ужасающую тишину, заполонившую всё вокруг. Спрингтрап продолжил стоять, рассматривая свою очередную жертву искрящимися глазами. Девушка увидела в них азартный блеск, она начала догадываться, что с ней сейчас сотворят. Тихо смирившись со своей участью, она продолжила стоять. — Как же давно я не пробовал свежей человеческой пиздёнки…— ехидно посмеиваясь, произнес он.       Аниматроник ринулся к ней и, схватив за шею, приподнял её над землёй. Страх и ужас переполнили голову девушки, заставляя нижнее бельё, ещё не высохшее с сеанса самоудовлетворения, намокнуть вновь. Но намокло как-то непривычно. И тепло. Заяц повел носом и заорал: — Мерзкая девка! У страха глаза велики, как я посмотрю, — и отшвырнул девушку к стене.       Охранница сильно ударилась, в её глазах всё помутнело. Заяц, скрипя ржавыми конечностями, подошел к ней и крепко сжал её рубашку рукой, после чего резко дёрнул, разорвав ткань и оголив её грудь. Пуговицы, звеня, покатились по полу. Инстинктивно прикрывая грудь руками, девушка с мольбой посмотрела в его глаза: — Пожалуйста, делай со мной, что хочешь, только не убивай! — вскричала она. Струйка крови медленно стекала с её разбитой головы.       Лицо Спрингтрапа искривилось в жуткой ухмылке. Его зубы оголились, распространяя запах гнили. — Легкая добыча, — ухмыльнулся он и одним взмахом разорвал штаны девушки вместе с трусиками. Места для манёвра не было. Охранница задрожала всем телом, но раздвинула ноги, выставляя напоказ свою промежность. — Ты ещё и похотливая блядь! — выругался Спрингтрап. Огромный заяц, покачиваясь, стоял напротив неё. Сквозь его тусклый мех, местами прорванный, проступал металл и частицы плоти, которая, на удивление, оставалась живой.       Аниматроник зарычал и начал доставать что-то у себя между ног. Это был его член. Заяц обхватил руками, ставший большим и твёрдым, красный пульсирующий кусок мяса. Едва успев опомниться, девушка приподнялась и с любопытством рассматривала сие нечто. Спрингтрапа это не смутило. — Мне нужно удалить свой особый голод! — сказал он и набросился на неё, схватив за бёдра, заяц поднял и притянул к себе охранницу, при этом прижав к стене спиной.       «Только не это! Его член слишком большой...» — подумала девушка, но уже ничего не могла сделать. Двумя руками она обняла Спрингтрапа за шею. От неожиданного знака нежности он зарычал и принялся водить членом вдоль её киски, растирая и собирая остатки смазки, после чего резко вошёл, заставив девушку громко закричать от внезапной боли. Его член действительно оказался слишком большим, и, хотя это был далеко не первый её раз, девушка скорчилась от пронзительного, как огонь жгучего, чувства.       Аниматроник ускорился, давая понять, что так просто он не отстанет, да так, что у охранницы выступили слёзы. Спрингтрап не любил воду, а слёзы тем более, отчего ускорился ещё сильнее. — Не вздумай плакать, сука! — хрипло простонал он, трахая бедную девушку что есть мочи. Спрингтрап схватил её за ягодицы, насаживая глубже.       Податливое тело охранницы обмякло, перестав сопротивляться. Она чувствовала, как его хуй входит во всю длину. Предчувствуя разрядку, аниматроник вынул член и кончил ей на грудь. Раскалённая сперма Спрингтрапа обжигала кожу, словно оставляя химические ожоги. Девушка устало закрыла глаза. Но, явно не намереваясь заканчивать, Спрингтрап повалил охранницу на стол, лицом вниз. Голая грудь терлась об переключатели и кнопки, жгучее тепло спермы сменилось резким холодом железа. — Кролики – это не только ценный мех, но и жёсткая ебля во все щели! — усмехнулся Спрингтрап. — О нет, только не туда! — простонала девушка, но её никто не спросил.       Аниматроник резко ввёл член в её задний проход. Имевшая недостаточно опыта жопа охранницы была не готова к такого рода приключениям. Подступившая жгучая боль давала знать, что где-то там уже образовались травмы и микротрещины. Член начал методично поступательно двигаться, разбавляя боль короткими приливами наслаждения. Травматичность и общая ужасность происходящего немного опьяняла охранницу, ведь, в конечном счёте, она испытывала какое-то извращенное чувство, отдаленно напоминавшее удовольствие. Заяц продолжал водить членом в её попке, сохраняя один и тот же темп, словно первоклассная секс-машина. Когда боль отступила, девушка почувствовала зуд в своей промежности. Её киске стимуляция явно требовалась сильнее. Просунув руку под себя, она принялась ублажать свою фасолинку, пока Спрингтрап продолжал терроризировать своей набухшей мясистой елдой её бедную жопу. Ему было всё равно на мельтешение девушки где-то внизу, словно он трахал не живую девушку, а мешок теплого мяса, обернутого в кожу.       Неожиданно, Спрингтрап прекратил движения. Он начал кончать. Девушка начала явно чувствовать, как внутрь её живота полилась жгучая жидкость. Казалось, её так много, что она вот-вот пройдёт весь её организм и польётся изо рта. Вдоволь накончавшись, аниматроник вынул свой член и решил напоследок ещё поиздеваться над девушкой. Он взял её за волосы, и приподняв голову резко ударил по столу. Девушка потеряла сознание.       Очнувшись, девушка увидела перед собой электронные настольные часы. Они показывали шесть утра. Жуткого зайца уже не было нигде, ни на камерах, ни в комнате девушки. Можно было бы списать всё это на причудливый сон, если бы не резкая боль ниже спины, порванная одежда, зуд в области груди именно там, куда попали капли спермы этого неутомимого монстра. И бардак на полу и рабочем столе. Прибравшись перед уходом, охранница окинула взглядом свою комнату. В воздухе продолжал витать запах ебли. Дикого, бескомпромиссного, бесчеловечного, унизительного секса. С примесью вони разложения и других проявлений человеческой жизнедеятельности. Накинув на себя уличную куртку, она закрыла дверь и ушла домой, выкуривая по дороге сигареты одну за одной.       Завтра ей предстояло вернуться на ещё одну ночь.