Ревность

      Пьер скалится, сжимает ладонь Мануэля ещё сильнее. Он хочет ударить со всей силы, совсем забыв где они находятся. Ударить аж так чтобы этот самоуверенный засранец улетел с грохотом к другой стене. Берхард уже готовится к драке, и как будет разнимать этих двух от друг друга. Пытается оторвать Пьера, но ничего не выходит.       Мадриду похоже, все нравится.       Улыбка на его лице становится все шире и шире, он похоже сейчас будет смеяться.       — Уильям будет счастлив, когда узнает, что ты побил его лучшего друга.       Ублюдок.       Как он смеет его имя произносить? Но слова действуют на мужчину. Он отпускает его руку выплюнув на последок едкую фразу. Берлин мысленно радуется, берет француза под руку и уводит вперед не обращая внимание на ухмыляющегося Мануэля. Они идут по коридору офиса.       Не разговаривают, лишь изредка перекидываются взглядами. Начинает первый немец.       — Сколько раз я говорил тебе не обращать на него внимание? Он же провоцирует тебя, а ты ведешься на провокации.       Париж молчит смотря себе под ноги. Чертов Мадрид, что он хочет этим добиться? Сердце Уильяма? Оно давно принадлежит французу, у него нет шансов. И не было никогда. Но почему когда, он появляться рядом с ним хочется сразу ему глотку вырвать? Выцарапать ему глаза и...       Торопливые шаги. По коридору идет Уильям.       С огромной папкой в руках. Волосы немного растрепались, а так он одет с иголочки. Сердце начинает быстрее биться, и он не замечает, как Лондон уже оказывается рядом с ними. Коротко кивает Берлину в знак приветствия, а затем тащит Париж в какой-то кабинет.

***

      — Не прикидывайся дураком, Пьер.       Грубым голосом сказал Уильям скрещивая руки на груди. Облокачивается на стену изучая каждую эмоцию на его лице. Ждал ответа на свой вопрос. Ох, как он зол. Очень. Этот взгляд пробирает до мурашек. Француз проверяет закрыт ли кабинет уже в который раз, и подходит ближе пока между ними не остаётся пару сантиметров.       — Не дуйся, mon âme!       Большим пальцем проводит по его скуле, но Уильям перехватывает руку. Отбрасывает, все также ожидая ответа. Сенье недовольно бурчит себе под нос.       — Бесит меня твой Мануэль, доволен?       — Нет, Пьер! Вы похожи на двух детей, которые игрушку не могут поделить! Но я не игрушка. Ни твоя, ни его.       — Ты мой парень. Почему он всегда рядом с тобой? Просто ответь.       — Он мой друг. Ничего нас кроме дружбы не связывает. И не будет.       Уильям тяжело вздыхает. Только ссор ему сейчас не хватало. Сенье целует всë его лицо, так он просит прощения. Уже начинает расстегивать рубашку. Первая, вторая пуговица, и перед ним полностью открытая шея. Лондон никак не реагирует, только закрывает глаза, издает полувздох. Поддаётся навстречу поцелую. Короткий, как будто их самый первый.       — Мой прекрасный, ты же знаешь, что ты прекрасный, да?       Пьер тороторит, а Уильяму нравится. Пальцами перебирает его волосы, слушая, что тот говорит ему на ухо. Он всë ещё зол, и этот разговор ещё не окончен. Но Уильям отдаётся чувствам и мысленно откладывает его на потом.