Brighter than the sun

Новый день не заставил себя ждать. Утро выдалось ярким, тёплым и до восхищения хорошим. Будучи ещё вчера вечером усталым, Хван успел восстановить свою энергию за недолго время сна. Его график и так был сбит, но бывали моменты, когда этот самый график помогал ему хорошенько отоспаться. Единственное но, это громко звенящий и быстро надоедавший будильник. Часы показывали уже двенадцать часов, остался час до встречи! Заставив себя неохотно слезть с тёплой и мягкой кровати, Хенджин сладко зевнул и потянулся, от чего резко закружилась голова. Ничего, нормальная реакция организма, он привык. И теперь уже в попыхах мужчина бегал по комнатам: то в ванну, то к шкафу, то к зеркалу и наконец кухне. В холодильник он заглянул уже собранным и опрятным, будто двадцать с лишним минут назад он не спал, а гулял на улице с самого восхода как ни в чем не бывало. Но, к своему великому «удивлению», в морозильнике было целое ничего. За эти дни он ни разу не закупил продуктов, а питался в основном местной кухней в кафешках и кофейнях. Что-ж, сейчас не исключение. Хван со слегка расстроенным видом забрал вчерашнюю уже собранную сумку и бегом направился к назначенному месту предварительно закрыв дверь за собой. — Ох, доброе утро… Хочешь воды? Как всегда солнечный Феликс уже поджидал у столба задержавшегося художника. Тот в свою очередь в попыхах бежал через весь район в такую жару, да ещё и не успев позавтракать. — Если ты не против, — Джин кивает в ответ громко отдыхиваясь. Ли протягивает полную воды бутылку прямо перед лицом опоздавшего, а он жадно начинает делать пару глотков и возвращает презент обратно. — Извини пожалуйста, хороший сон приснился. — Ничего, хороший сон лучше всего. Теперь ты командуй, что будем и где делать? — Я не ожидал такой тёплой погоды, так что можем пойти ко мне. А ближе к вечеру найти место на улице, — с задумчивым видом отвечал Хван понимая, что дома немного не убрано, и вообще, он собирался рисовать на улице… Но не важно, там тоде красиво, если навести порядок. — — Хорошо, — Ли говорил это немного смутившись, его не каждый день зовут рисоваться, да ещё и у кого-то дома в чужой стране с человеком, с которым знаком день. Но Хенджин перед ним не казался ему плохим, а тем более обманчивым, только искренним и добрым, ему можно довериться. — Ва-ау, какая длинная лестница! — воскликнул в подъезде Хвана Ли. Железка показалась ему очень интересной и, видимо, он понимал, что подниматься по ней та ещё работа, от чего сразу же притих. — К сожалению нам на самый верх… Как смешно это не выглядело, но оба кряхтя еле поднимались цепляясь руками о перила. Всего пять этажей, а по ощущениям целая вышка. Но и не прошло для них вечности, как Хен останавливается у белой двери и начинает крутить замок. — — Присядь пока тут, я быстро уберу вещи, — Хван моментально перегородил собой кругозор Ликса и схватил его за плечи, чтобы направить на нужный стул за барной стойкой. Гость спокойно поддавался и округлял глаза. Наверное, это действие рядом с Хенджином для него привычнее всего, собственно это забавляло самого Хена. Дверь захлопнулась моментально, а Хван от неё начал быстро ходить в разные стороны. Один угол, другой, шкаф, открытое окно… Феликс наблюдал за всем этим и ему становилось веселее, что человек может спокойно притащить к себе незнакомца и начать перед ним убираться! Больше двух минут не прошло, как Хенджин остановился с улыбкой перед гостем. — Вставай и иди к окну, — он указал пальцем на подготовленное место под работу. Раскладной мольберт, на нем краски и карандаши, кисти и палитра. Все как на картинках. Ли маленькими шажочками проскользил к месту, куда ярко светило солнце, которое попадало в глаза Ликса, и стоял небольшой стул с мягким покрытием бежевого цвета. Гость мило жмурился и прикрывал рукой свою левую часть головы. — Садись на стул как тебе удобно и желательно замри, старайся не двигаться. Я пока прикрою окна. Как и обещал Хван, он закрыл половину окна темной шторой, а другую оставил для себя. Хоть солнце ему не слепило глаза, все-таки тепло для нижней части тела оно создавало. — Так, Феликс, расскажи мне что нибудь интересное о себе, своей жизни, что мне поможет понять тебя лучше, — спокойным тоном спросил Хенджин из-за мольберта. Он уже начинал что-то чертить и смешно выглядывает, осматривая лицо сидящего перед ним Феликса. — Чтобы понять меня лучше…- задумчиво тянул Ли — не знаю даже. — Ну, к примеру, какие цветы ты предпочитаешь, что тебе приносит радость, какое твоё любимое время года и почему. В общем, все, что связано с твоим внутренним миром. — А-а-а, вроде понял. В своём стиле я использую светлые и пастельные оттенки. Они мне нравятся тем, что обычно ассоциируется с чем то тёплым, весенним, уютным. Так что в такой одежде мне комфортнее, сразу хорошо становится. Сегодня как раз подтверждение. Белые шорты и оверсайз футболка бледно-розового цвета. На ногах высокие светлые носки и шлепки. Да уж, последнее точно было создано для комфорта. — Самое то, Феликс, отлично справляешься. А что на счёт мыслей о, скажем… взаимоотношения людей? — Я часто думал об этом в какое-то время. Меня иногда интересовало, как близкие и давно знакомые друзья ссорятся и больше не общаются. Или, как мне рассказывали одногруппники, их пара могла серьёзно повздорить из-за мелочи, а потом успокоится и сделает вид, что все хорошо. — Да… ты прав, — Хенджин уже умолкал в разговоре. Процесс пошёл. Хван редко мог что сказать, а Ли тихо сидел и иногда поворачивал голову в разные стороны. Ему было интересно рассмотреть всю комнату. Один большой живой цветок и множество искусственных. Все светлое и приятное, иногда видны яркие цвета в декоре. И приоткрытый шкафчик, оттуда выпирала какая о кофта серого цвета. — Хенджин, — перебил тишину Феликс, — сколько мне ещё сидеть? Он успел устать ничего не делая, да и все как-то затекло… Пора бы размяться, но разрешения никто не давал. — Что? А, ты устал? Давай я тебя сфотографирую, чтобы потом не мучиться с твоей позой, и мы сделаем перерыв. Художник спустя сорок минут своей работы дотянуться до висящего на ручке шкафа фотоаппарата. — Не двигайся, -слова и тихий шёлк из камеры, — все, можешь вставать. Оба облегчённо выдохнули. Пока Хван тянул руки и кряхтел от этого, Феликс прошмыгнул к мольберту посмотреть, что вообще получается. И застыл. Он смотрел на красивого парня с алой милой улыбкой, с пушистыми волосами и любезными глазами смотрящими куда-то в даль, с счастливым и солнечным лицом, хоть и цвет его был бледным и лёгким румянцем. То есть на самого себя. Пока что задний фон был почти закончен, а сам Феликс только начинал принимать цвета. Не важно, это все равно красиво. — Как красиво… Ты такой молодец! — воскликнул приятно шокированный Ли все ещё смотря на холст. — Спасибо, я стараюсь, но по большей части твоя заслуга. Ты красивый, моя задача передать это как можно лучше, — Хенджин обернулся в сторону мольберта и смотрел со стороны на светлый затылок Феликса. — Мне приятно, правда… Когда ты закончишь картину, то куда отдашь? — Я ещё не решил. Последние слова Хвана были враньем. Он знал, что этот портрет точно оставит себе.