Паинька и Тигр

В голове все пульсировало от количества выпитого алкоголя и перегара, доносившегося от окружающих девушку подростков. — Аргх, как же тошнит... — чуть не выблевав всю наружность своего организма, она встает, пошатываясь и бредет на второй этаж, где есть комнаты, чтобы передохнуть в одной из них. Мысли путались все в одну... «Как же этот ублюдок мог меня предать? Да он кланяться мне в ноги должен, а не вот это вот все дерьмо.» Поднимаясь по лестнице, Акира замечает парня, который пытается открыть дверь комнаты, не справляясь с слишком мудренной ручкой на ней. Ханемия. Казутора Ханемия. Не хватало еще и этого идиота в этот паршивый день. «Что еще должно случиться? Звезда на меня упадет что ли?» И она, а точнее он, упал... Навернулся так смачно, что они чуть не упали с лестницы, но благо брюнетка была хоть немного трезва, чтобы спасти их обоих от неминуемой гибели. Когда-нибудь, но точно не сейчас, это слишком глупая и позорная смерть. Немного поцыкав, парень поднимает свой затуманеный взгляд на спасительницу, готовый почти дать поцелуй ей, но как только видит лицо Накамуры, то сразу же отскакивает от нее с таким выражением лица, будто он увидел бомжа, а не довольно красивую, как считала сама Акира, девушку. — А-а, а я уж хотел отблагодарить моего ангела-хранителя, а это ты. Фу-фу, что такая прилежная пай-девочка, как ты, тут забыла? — усмехаясь, говорит Ханемия, не скрывая вражду по отношению к однокласснице. — Заткнись, Ханемия, не до тебя мне — цедит девушка, почти просверливая в нем дыру злым взглядом, от чего парень, с ухмылкой на губах, подходит ближе. Интересно. Почему Накамура Акира, последняя, на кого бы он подумал, что та пойдет и набухается на какой-то сомнительной вечеринке друзей ее парня, сейчас стоит перед ним в таком уязвивом виде? Ему хочется узнать. И он узнает. Обязательно. — Эй, Накамура-сан, пить в одиночку ведь скучно... Где твой парень? — с наигранной улыбкой спрашивает Казутора и видит, как она поджимает губы, при упоминании ее кавалера. — Помолчи. Просто помолчи, Ханемия. Не играй на нервах. Хотя бы не сегодня — сжимая свои кулачки, говорит брюнетка и уходит в направлении двери, чтобы закрыться там. Казутора же смотрит ей в след, решая для себя, что этой ночью ему хочется узнать ее ближе. Прокрадывается к ней в комнату, пока она не видит, точнее сказать, пока ей все равно и усаживается на край постели, где расположилась сама девушка. — Ну, и чего ты пришел? Я же попросила отстать от меня хоть на это время... — обиженно бубнит Акира и пытается ногой пихнуть Ханемию в бок. — Я вообще-то за тебя волнуюсь, Накамура-сан. Ах, не ценишь ты моей заботы. Так где Мияно-семпай? — ловко защищается от удара и пытается втереться в доверие, хотя знает, что сейчас он последний человек, которого хочет видеть староста группы, разве что, кроме виновника ее нынешнего состояния. Студентка протяжно и устало стонет, показывая всем видом, как же Казутора заебал ее. — Шел бы к черту этот Мияно-семпай! — прикрикивает Акира, как бы показывая всем видом, что ее бывший парень уже не волнует. — Хаха, а что так? Вы поругались? — интересуется Казутора и пристально глядит на девушку в надежде уловить причину ее нахождения на этой вечеринке. — Да, мы поругались. Точнее, он изменил мне, еще вопросы есть, Ханемия? — он опешивает от такой искренности со стороны Накамуры, ведь с ним она даже здоровалась-то не часто в силу того, что они собачились постоянно, так с чего бы ей говорить такие вещи чужому для нее человеку? — Да нет, просто хотел узнать чего ты одна... Тогда может я составлю тебе компанию? — с какой-то слишком большой надеждой в глазах смотрит на одногруппницу. — Валяй — Акира отмечает для себя его непривычное спокойствие и покладистость у себя в мыслях. Ханемия берет со стола приготовленные заранее бутылки с разным алкоголем и открывает одну из них, устраиваясь там же, где и сидел. — Знаешь, нам с тобой не обязательно всегда собачиться и спорить. Можем же общаться без этого, да? Ты обычно такой злой и враждебный по отношению ко мне, но сейчас ты совсем другой... Мне нравится эта твоя сторона, Ханемия — говорит Акира и устраивается в сидячее положение, чтобы чувствовать себя наравне с собеседником. — На самом деле, хотел сказать то же самое. На учебе ты всегда такая не из мира сего. Правильная, пунктуальная, добрая, справедливая, что аж тошнит иногда... Хотя я не против справедливости, но... будь попроще, ладно? Тогда такие ублюдки, как Мияно-семпай, будут реже тебе докучать. — Тогда мир? — с улыбкой смотрит на Казутору брюнетка и протягивает руку в знак примирения. — Мир, Накамура-сан — улыбается, кажется, впервые искренне за все то время, пока они знакомы, и пожимает руку Акиры. — Вау, вот уж не думала, что мне советы будет сам Ханемия раздавать. — Ой, помолчи, Накамура. Я, хотя бы, не фальшивый, в отличии от Мияно-семпая. — Ох, да? Тогда, ты, может, в отличии от Мияно-семпая, потрахаешься со мной? — незадумываясь выплевывает студентка, после чего краснеет и смотрит на парня, что сейчас, мягко говоря, охуевает от этой фразочки. Казуторе кажется, что он сошел с ума, иначе как по-другому объяснить, что трахнуть старосту класса, у которой до поры до времени был парень, очень заманчивое предложение для него. — А что, хочешь меня? — с ухмылкой дразнит ее Ханемия, сверкая опасным огоньком в глазах, который пугает и возбуждает девчонку одновременно. Она бы соврала, если бы сказала, что не хочет, чтобы Ханемия трахнул ее во всех позах, которые она только знает. Он ведь такой... притягательный и очаровательный? Признаться честно, ей было наплевать на Мияно и его измену, ведь она его не любила. Было просто обидно, что теперь весь кампус будет называть ее «бывшей Мияно». Тот, по кому она вздыхала бессонным ночами, хоть ее это и бесило, прямо сейчас был перед ней. — А что, если и да? — придвинулась к нему девчонка и заглянула прямо в глаза. — Что ты тогда сделаешь, а, Ханемия? Парень смотрит на нее с нескрываемым желанием и облизывает свои губы. Может, они и пожалеют об этом на утро, но сейчас это единственное, чего они хотят. Просто слиться в одно целое и чувствовать друг друга на таком уровне, на котором раньше они бы и не подумали, что будут. Казутора берет ее лицо в свои руки и смотрит в глаза, как бы спрашивая, на что она почти незаметно кивает, но ему этого достаточно. Целует ее губы, смакуя каждую секунду и прижимает ее тело к себе, не желая отпускать. Забирается руками под одежду, аккуратно поглаживая и почти невесомо проводя узоры. Отрывается нехотя и, с тяжелым дыханием, укладывает ее на кровать, нависая над Акирой. — Ну, так что хочет пай-девочка, чтобы я сделал? — поддразнивая вопрашает он. — Просто трахни меня уже, Казутора... — скулит девушка и тянется к нему за новым поцелуем, на что он отвечает. Все еще лаская брюнетку под одеждой, он берет и в одно мгновение расстегивает ее лифчик, снимая с нее ее вещи. То же самое проделывает и с собой, спешно заглядывая в прикроватную тумбочку, ища там презервативы и находит. Открывает одну и натягивает на свой член, устраиваясь поудобнее между ножками Накамуры. Аккуратно и нежно, на удивление Акиры, входит в нее и дает привыкнуть к ощущениям, немного постанывая и рыча от ощущений. Девушка же стонет громко и не скрывая своего удовольствия. Акира смотрит на него и кивает, давая зеленый свет для его действий. Казутора начинает двигаться в ней с медленным, но напористым тоном, с каждым разом ускоряясь. Припадает к ее шее, оставляя там засосы, потому что ему кажется прикольной возможность такой сцены, как недоумение Мияно-семпая и всего кампуса. Нежно целует шею, ключицы и грудь, все еще двигаясь в ней. Когда же он чувствует приближение конца, впивается в ее губы и обнимает так крепко, что Акира готова поклясться, что слышит хруст своих костей. Интересный, конечно, опыт. Уже выходя из девушки, Казутора плюхается рядом с ней и вдыхает ее запах, накрывая себя и ее одеялом. — Да уж, скажи мне кто день назад, что ты бы попросила меня трахнуть себя, после разговора по душам, я бы не поверил... — усмехается Ханемия и притягивает к себе брюнетку. — Ты сам виноват. Ходишь весь тут такой из себя, сексуальный и красивый — с надутыми губками говорит девушка, но потом смеется и сама пристраивается в объятиях одноклассника. — Воу-воу, так это признание, а, Накамура-сан? — дразнит ее и наблюдает за ее реакцией. — Да, Ханемия, ты мне нравишься — серьезно смотрит ему в глаза и получает такой же серьезный ответ. — Ты мне тоже очень нравишься, Накамура-сан.