Mint peach cake with cinnamon

Хан не видит снов. Голова гудит от приторного запаха роз в деревянном саду, всё кажется слишком растянутым для сознания. Кожаные сандали притягивают пыль, и с этим прилипают к смуглой коже, что парень вынужден всё время дергать ногами. Небрежный почерк красуется на желтоватых страницах день и ночь, что только не записывал Джисон в старый переплёт своего блокнота. Описание цветов успокаивало с возможностью побыть одному, в сад никто не ходил из-за ветхости и обилия растительности, что не могла не радовать. Здание не внушало никакого доверия, а тем более смысла: крыша давно могла показать чистое небо — этим летом облака поистине редкость-деревянные полы местами похожи на кучку муки, а цветы до того были приторны, что Хан возвращался домой бледным с чувством тошноты. Чего не понимал Минхо. Мальчик с любопытными глазами следил за сборами своего друга в сад, покушаясь на очередной черничный лёд. — Я недолго, погода сегодня не очень, возможно, через час приду уже, — зелёный чай от жары уже готов и Джисон уже обувает сандали. — Опять идёшь на монстра своего смотреть, да? — язвительность, к которой привыкли, наверное, все, была обыденностью. Он с тем же видом продолжает есть лёд. Хан ни разу не удивлён. — Монстера, Минхо, не старайся пасть в моих глазах. Не хочешь пойти со мной? -Нет, спасибо. Мне твоих рассказов на ночь достаточно, — Палочка от мороженного пуста, а это значит, что пора идти за ещё одной порцией. " А между прочим зря. Она не приспособлена к таким условиям, но растет так, что листья с каждым днём всё сильнее бьют по лицу. " Выйдя на улицу, Джисона накатила волна с запахом подстриженного газона и ощущением душного, с палящим солнцем, дня. Сандали немного тëрли, но друг дружелюбно одолжил пару пластинок пластыря на случай того, если станет невыносимо, очень заботливо (на самом деле, Хо просто надоело слушать нытьё Хана по этому поводу, но ничего не говорите ему). Дорога идёт на восток, но можно пройти через небольшую тропинку, тем самым сделать срез и дойти раньше. Что тот и сделал. Минхо знал про этот сад. Его приводили туда много раз, но каждый раз раздражённо говорил, что он туда не вступит больше никогда в жизни. Ему не нравилось обилия цветов с чудными названиями, который он честно пытался запомнить, но из попыток получался только задорный смех Хана. Не обидно, конечно, хотелось слышать его чаще. Джисон был добрым человеком с милыми чертами лица без выраженных скул, любящий ботанику и фруктовый лёд. Минхо искренне верил, что тот сияет ярче звезды, но никто этого не видит. Он часами болтал про то, как эвкалипт и диффенбахия сплелись и делят клочок земли. Ночами читал другу книги, какие находил в библиотеке и позволял лежать у себя на коленях, от чего билось сердце и приходилось врать, что тут просто душно. При виде этого человека, начинало теплеть в душе, любознательность Хани мечтала исследовать мир в поисках нового, но ограничивалось странным садом с множеством растений, которые даже не было в этих краях. Странно, но он притягивал парня, тот тоже притягивал, но не знал кого. Идти недолго, стоит ещё свернуть и он будет у цели. Минхо не устал, но икры болели от слишком быстрой ходьбы. Он спустился по земельным ступенькам и увидел его. В какой-то степени, дом для его друга, но по факту старый деревянный сад, даже на улице корешки от цветов. Хан любил его за полное отсутствие логики, ведь не может одна старая постройка держать в себе природные чудеса в виде несовместимых побегов! Немного потупившись, он заходит внутрь. Запах, исходящий от роз, что расположились над проходом, ударил в голову вперемешку со зноем, что царил тут. Хотелось убежать и вдохнуть чистого воздуха, забыть про то, что лианы душат, но переступив себя, Хо зашёл. — Неужели? Минхо, черничный лёд закончился? — пухлые губы изогнулись в улыбке, он был рад видеть его. — Да нет, просто скучно стало. Можно составить вам компанию? — подозрительный взгляд на старую бочку, где плавают каллы. Откуда они здесь? — Конечно! Тогда поможешь выбрать, что отнести в домик? Ты выбирай, а я посмотрю, подойдёт ли он туда. Это было сложно. Уже в четвертый раз крах терпит не только Минхо. — Чем это не подходит? — Аглонема в руках парня, казалось, тоже расстроена. — У нас нет нужных минеральных удобрений. Поищи что-нибудь ещё. Старший проходит дальше, стараясь как можно меньше контактировать с пыльцой, что есть почти везде. Глаза стараются зацепиться за что-нибудь интересное, но попытки выбрать тщетны, почти всё перепробовали, но так ничего не нашли — заветная книжечка гласит, что для кого-то не хватит света, а для кого-то нормального полива. Он обязательно спросит, когда тот успел её завести и заполнить наполовину. — Хо, посмотри что-то в западном крыле, там явно должно будет подходящее, — шелест страниц и новый вид лилий обрёл жизнь чернилами. — Старайся не смотреть… Мокрые руки держали небольшой букет. Белые каллы нежно смотрелись с красными розами на фоне рыжего парня, что нервничал, как в последний раз. Неожиданный жест, но приятный. Но что всё это значит? Для Минхо это было ответственное дело, он не мог больше ждать. Джисон, его душа и всё, что связано с ним, заставлял всё чаще копаться в себе, дабы понять, что может быть между ними. Это заставляло не спать ночами, отвлекаться от прослушивания чтения, лежа на его коленях. Он любил его за простоту, когда появляются ямочки при улыбке и за мечты, который так желал осуществить Хан. Поэтому опускает ладонь в помутневшую от времени воду, ловя белый цветок. Розы он сорвал по дороге обратно, жутко надеясь, что тот знает, что это означает. «Белый-чистота и искренние намерения, красный же — любовь и страсть. Общее количество в букете — 7 штук.» Конечно, Хан знает, что значит эта цифра. Любовь. — Мне хотелось это сказать на том языке, что тебе знаком, и в каком-то даже смысле дорог. — Минхо нервно кусает губу, ожидая реакции. — Не смог сказать словами, решил попробовать флорой? — ни капли веселья на лице, лишь мягкость линий и добрая улыбка.- Я озадачен, но тоже люблю тебя. Старший улыбается, он сейчас счастлив. Брюнет подходит ближе, беря букет себе, Хо смотрит на губы. Хан был прав, растения — это очень любопытно.