Путь к сердцу Зоны

Да-да, вас не подводят ваши глаза, в Зоне действительно канун Нового года, но из-за отсутствия снега и других символов надвигающегося праздника, настроение у обитателей Зоны на нуле, если не ниже конечно. Если на Кордоне и можно увидеть пару сантиметров сухого снега, то, чем дальше на север, тем количество зимних осадков сводится к нулю, уже в Баре лишь дожди и слякоть, ни о каком снеге речи и быть не может. Все противостояния прекратились, из-за отсутствия энтузиазма у сторон. И ведь такие «Happy New Year» здесь обычное дело, но зоновские обыватели всё никак не могут привыкнуть к таким погодным условиям. Зона входит в спячку, все живые организмы прячутся от холода поглубже под землю или в дома; поток артефактов упал на минимум; да что там говорить, даже монолитовцы сидят в убежищах и не хотят вылазить. Естественно, такой расклад только в умеренном поясе Зоны — на Затоне, Юпитере и прилежащих территориях осень никогда не прекращается — вцепилась мёртвой хваткой. Этот Новый год Долг, как и все жители Бара, решили сделать незабываемым: принялись закупать через Бармена гирлянды и прочие мелочи, а за ёлкой отправили отряд на Свалку. Свобода тоже не стала отставать, всё абсолютно идентично плану Долга, за исключением дерева: у них как раз стояла высокая ель на территории базы. 1 день, Долг Генерал приказал элите Долга отправиться с простыми сталкерами на Свалку, и добыть новогоднюю ёлку и притащить на своих плечах. Шухер и Ворон не остались без дела, они должны были достать мяса для шашлыка, но вот было одно «но»: зима началась, а значит, все животные начали мигрировать на север, где тепло и нет снега, так что найти заплутавшую плоть было наивысшей степенью удачливости, не говоря уже о стаде. — Как думаешь, где Илья, и жив ли он вообще? — Шухер шагал впереди Антона. Они направлялись в лес севернее «Ростока», где наверняка должны были быть мутанты, а точнее — по предположениям и надеждам. — Илья… не знаю, помер наверное, с его-то беспечностью. — Ворон безразлично отозвался о друге. — Что ж ты так о друге своём говоришь? — Он ушёл от нас, буквально предал, какой он после этого друг? — Тихо, слышал? — Шухер пригнулся, он услышал визг плотей. — Нам, кажется, крупно повезло, давай за мной. Охотники тихо пробирались, меж веток многочисленных деревьев и обходили самые маленькие лужицы, чтобы не издавать лишнего шума и, не дай Бог, спугнуть дичь. Среди зарослей Ворон заметил силуэт одной «свиньи» и остановил Шухера, положив руку на плечо. — Выйди из леса, я погоню их к тебе, в зарослях сложно стрелять. — Шёпотом сказал на ухо Шухеру Антон. Старший по званию медленно стал уползать, а Ворон на кортах принялся обходить плотей так, чтобы, если он откроет огонь, «свиньи» побежали прямо от него в руки Шухера. Прождав 10 минут на одной точке, Ворон решил уже пострелять по «свинкам». Два выстрела. Одно попадание в ногу пороси. Визг мутантов, начало побега от охотника. Ворон ринулся за добычей по кустам, огибая толстые ветви и мчась на пролом через тонкие и сухие. Одна из свиней под влиянием страха врезалась в дерево и перевернулась на спину, стала неуклюже болтать ногами. Антон не стал церемониться, на бегу выпустил с десяток пуль в животное и продолжил погоню. Шухер стоял на полянке у леса и слушал звуки профессиональной работы своего ученика и, заметив первых особей, выбегающих из леса, присел. Антон, увидев, как первые «свиньи» покинули лес, резко остановился, развернулся и побежал обратно, за убитой тушей. Шухер принялся расстреливать «свиней». Быстро «выкосив» всех уродцев, он встал, закинул «Грозу» на плечо и прогулочным шагом направился к поражённым мутантам. Всего он насчитал четверых плотей, одна из которых была ещё жива, лежала на боку и тихо повизгивала. Было видно, что силы быстро покидают её тело. Охотник не стал впустую тратить патроны, прошёл мимо, погибающая свинья проводила его взглядом угасающей жизни. Шухер закончил срезание всего пригодного для употребления в пищу с туш плотей. Сложил всё добытое мясо в мешки, вышло два штуки, по 20-30 кило в каждом. Из леса вернулся Ворон, с мешком за спиной, его руки были так же, как у Шухера, измазаны кровью. — Ну, думаю, этого вполне хватит. — Шухер оценивающе поглядел на мешки, составленные в кучу. — Потащили. — Он взял сразу два, благо, экзоскелет позволял таскать тяжести и по круче. Антон подхватил оставшийся, и они пошли по склону холма и обратно на территорию Бара. Встретили добытчиков с радостными возгласами: все были рады тому, что новогодний шашлык удастся. Спустя пару часов прибыл и отряд с заветным новогодним деревом, которое несли на своих плечах два долговца в экзачах, что лишний раз рекламировало мощь данного вида снаряжения. Первые приготовления были завершены, осталось только дождаться доставки гирлянд и ёлочных украшений. 1 день, Свобода С добычей украшений у Свободы всё было посложнее, однако Мародёр лично заказал у Бармена всё необходимое, и, в добавок, нанял группу сталкеров для доставки. Простым бойцам оставалось радоваться жизни и ждать прихода заказа. Вано и Илья решили как-нибудь разнообразить свою жизнь и заодно приукрасить надвигающийся праздник: было решено устроить гигантский костёр, а точнее — при помощи говна и палок соорудить статую долговца и сжечь, как бы провожая вражескую группировку в небытие. Их ждала долгая и упорная работа. В первый же день свободовцы отправились за деревом, из которого будут сделаны ноги статуи. Взгляд привлекла невысокая сосна, высотой, может, метра 3. Бензопил в Зоне видать не видали поэтому пришлось орудовать топорами. Спустя 4 минуты рубки, сосна наконец накренилась и с треском повалилась на землю. Вано встал над стволом и стал прикидывать, как разрубить ствол, сколько и на что надо древесины. Бойцам пришлось ещё и мучиться с разделением ствола на 3 части, по метру каждая, и доставкой на базу. Тащили они вдвоём по одному бревну, так как древесина сырая и тяжёлая, а сами свободовцы не качки. На вопросы «Зачем вам брёвна?», Вано и Илья отзывались: «На дрова». За день им удалось притаранить 5 брёвен, они срубили ещё одно дерево пониже.