Color of the night

***

Утром Тэхён проснулся один. Он прислушался к себе, раздумывая, рад ли этому факту или разочарован. Пожалуй, что рад. Хороший шанс избежать утренней неловкости. Да и Чонгук, вероятнее всего, не сбежал, а просто ушёл на работу. Бросив взгляд на часы, Тэ понял, что у него есть немного свободного времени, чтобы посвятить себе. Он достал блокнот, ручку и решил записать основные проблемы, которые его волновали больше всего. Ведь чтобы справиться с ними, нужно с чего-то начать. 1. Хван Тэян. Отчим. 2. Лин Минхо. 3. Чон Хосок. На самом деле проблем было не так уж и много, но их масштаб внушал страх. Тэ вздохнул. Если со вторым пунктом должен разобраться Чонгук, то первый и третий – забота самого Тэ. В первом случае было весьма проблематично вести расследование, не вызвав подозрений. Тут оставалось лишь ждать, ведь отец Чонгука уже взялся за дело. Рано или поздно он что-нибудь выяснит. Единственное, Тэхёну бы очень хотелось навестить могилу папы. Но учитывая приставленного к нему телохранителя… Третья проблема вытекала из первой сама собой. Чон Хосок. Кем бы он ни был, если Тэ сунется искать папину могилу, тот сразу всё поймёт. И как бы все вокруг ни твердили, что Хосок – просто чудесный парень, у Тэхёна всё ещё оставались разумные сомнения. В дверь постучали. Сердце мгновенно пропустило пару ударов, Тэ быстро спрятал блокнот под подушку и постарался унять волнение. - Войдите, - откашлявшись, позвал он. - Доброе утро, мистер Ким. Вот же чёрт, стоило только подумать о нём, как телохранитель сам явился в комнату омеги. Руки Тэ слегка подрагивали, поэтому он схватил край покрывала и пытался его разгладить. Стараясь не смотреть гостю в глаза, Тэ поинтересовался: - Что-то случилось, мистер Чон? - Можно просто Хосок, - ответил мужчина и покачал головой. – Нет, зашёл узнать, какие у вас планы сегодня по выезду из поместья. - О, я никуда не собирался, - Тэ покачал головой. – Пока нет необходимости. Так что можете отдыхать. - Хорошо, узнаю у миссис Чон, не нужна ли помощь ей, - он говорил мягко, чуть вкрадчиво, и Тэ постоянно казалось, что Хосок собирается сказать что-то ещё, но отчего-то медлит. Впрочем, телохранитель лишь откланялся и ушёл, а омега наконец смог выдохнуть. И лишь тогда понял, что с утра не выпил подавители запаха. Холодный пот сразу прошиб Тэхёна. Как он мог быть таким невнимательным? Оставалось лишь надеяться, что Хосок не был так плотно знаком с Ким Тэхёном, чтобы знать его природный аромат.

***

Слава всем богам, Хосока Тэ больше не видел. Он привёл себя в порядок, принял подавители, спрятал получше блокнот и ушёл в комнату к Сони. Мона проводила с ним занятие, но Тэ было всё равно, он присел в кресле в углу, позавтракал круассаном с кофе, а затем просто наблюдал, как они занимались. Мона не приставала с расспросами, святая женщина, и Тэ мог сосредоточиться на своих мыслях. Он так устал тревожиться. Внутри постоянно находилась пружина, так туго натянутая, что, казалось, только дыхни на неё – мгновенно рванёт, как от детонатора. Даже теперь, когда Чонгук узнал большую часть правды, оставались детали, весьма существенные, которые могли повлиять на его отношение к Тэхёну. Отчим. Самое первое и главное. Если вдруг Тэ действительно виновен, он сам себя не простит и не приблизится к Сони. Что уж говорить о Чонгуке. А если он виноват, но это самозащита? Это ведь смягчающее обстоятельство? Сколько раз ему ещё переживать это? Оказываться на скамье подсудимых перед любимым человеком и его семьёй? Иной раз казалось, проще всё бросить, уехать и забыть. Но Тэ настолько стал частью всего этого, что выпутаться просто так уже не представлялось возможным. Как минимум, он обещал помочь Чонгуку с предвыборной кампанией. Как максимум, оставался Сони, видевший в Тэ родного отца. Вздохнув, Тэхён поднял глаза на дверь и замер. На пороге стояла Соль, судя по всему, уже какое-то время. Она взглянула на внука, увлечённого уроком, потом на Тэ и показала ему знак молчать. Женщина бесшумно вошла и заняла второе кресло по другую сторону столика, предварительно убрав оттуда пару игрушек. Какое-то время она наблюдала за Сони, а потом вдруг заговорила: - Когда Чонгуку было около двух лет он сильно заболел. Тэ напрягся. Он не ожидал от свекрови, тем более ненастоящей, каких-либо откровений. - Сожалею, - только и нашёлся он, что ответить. Соль кивнул и продолжила: - Он слабел с каждым днём, а врачи не могли поставить точного диагноза. Дошло до того, что я обратилась к гадалке, хотя всегда относилась к этому скептически. Она замолчала, видимо, подбирая слова, и Тэ не стал её перебивать. - Эта гадалка сказала, что вылечит моего сына. Она отказалась от денег, но сказала, что расплатиться по счетам придётся через много лет. Тэхёна обдало волной жара. - Вы полагаете, речь о Сони? - Сначала я тоже так подумала, - Соль горько вздохнула. – Но потом поняла, что расплатой стал брак с Ким Тэхёном. Если он погиб в той страшной аварии, то их брак продлился ровно столько, сколько болел Чонгук. Тэ не верил в мистику, хотя его папа часто обращался к гадалкам. Но тут уж больно складно всё выходило. - Чонгук знает об этом? – сглотнув набежавшую слюну, уточнил Тэ. Краем глаза он наблюдал за Инсоном, который читал по слогам вместе с Моной. - Как ни странно, ты первый, кто услышал эту историю, - Соль усмехнулась. - Знаю, вы не любили зятя, - тихо ответил Тэ. – И во многом я понимаю, за что. Но недавно у меня была короткая вспышка памяти об аварии, это всегда происходит внезапно и хаотично. И я вспомнил, как всё это произошло. Почему мы случайно поменялись. Я пытался спасти его из горящей машины, а его последними словами были слова о Сони. Он звал сына. Он любил его. Тэ почувствовал, как к глазам подступили предательские слёзы. Несмотря ни на что, ему было безумно жаль того Ким Тэхёна, который прожил короткую, яркую и не самую правильную жизнь. Соль молчала, похоже, ей тоже было нужно о многом подумать. - Спасибо, что поделились. Я сохраню это в секрете. Тэ всё ещё не понимал, за что ему оказали такую честь. Возможно, женщину это действительно волновало, а он, по сути, был единственным, с кем она могла поделиться, не причинив близким ещё больше боли. Изящная рука, украшенная драгоценными кольцами, легла поверх руки Тэ. Соль посмотрела ему в глаза. - Спасибо и тебе за твоё откровение. Пожалуй, мне было нужно это услышать. Она так же тихо поднялась и вышла, будто приходила вовсе не к внуку, а к Тэхёну.

***

На Сони, казалось, покушение никак не отразилось. Тэ переживал, не потребуется ли малышу психолог. Но тот воспринял случившееся, как небольшое приключение. К счастью для его детской психики, он толком ничего не увидел и не запомнил. Скорее просто испугался и вспоминал, но не чувствуя угрозы. Тэхён провёл с ним весь день, наблюдая и выискивая малейшие знаки нервозности или страха. К счастью, ничего такого он не нашёл. - Смотрю, миссис Чон сменила гнев на милость, - Мона не была сплетницей, но сложно было игнорировать поведение Соль. - Думаю, она благодарна за спасение внука, - с мягкой улыбкой ответил Тэ. Он всё ещё неоднозначно относился к этой женщине, слишком уж много боли она доставила ему своими словами, пусть и адресованными другому человеку по сути. Но он во многом её теперь понимал. - Все мы благодарны, - Мона по-матерински провела рукой по волосам Тэ. – Ох, простите, мистер Ким. Я забылась. - Всё хорошо, - тот покачал головой. – Вы едва ли не единственный мой друг в этом доме. Я давно считаю вас членом семьи. - Вы напоминаете мне сына, мистер Ким. Ничего не могу с этим поделать, - женщина смущённо отвела взгляд. – Хотя раньше такого не замечала. Тэ очень хотелось признаться ей. Ведь он не солгал, сказав, что она, по сути, его единственный друг. Не считая, разве что, Чимина. Но тот жил в другом городе, а Мона всегда оставалась рядом незримой поддержкой. - Мона, я… - Папочка, папочка! – закричал вдруг Сони, заставив вздрогнуть и Тэ, и Мону. Они оба повернули головы и улыбнулись, конечно, по-разному. В детскую вошёл Чонгук и сразу же подхватил сына на руки. Он был уже без пиджака, просто в брюках и обычной чёрной рубашке, с закатанными рукавами. И всё бы ничего, но они открывали вид на увитое татуировками предплечье. Тэхёну пришлось сглотнуть набежавшую слюну. Дожился, пускал слюни на альфу. Но он ничего не мог с собой поделать. Если весь день удавалось отвлечься на обычные дела и не думать об альфе постоянно, то теперь, когда тот оказался буквально перед глазами, это стало практически невозможно. Разговор с Моной пришлось отложить, потому что Чонгук велел Сони одеваться и идти гулять в сад. Тэ хотел пойти к себе, но Чонгук его остановил. - Не хочешь пройтись с нами? Хосок сказал, что ты не выходил на улицу. - Я… Да, - Тэ смутился. Чёртов Хосок, всё-то он замечал. – Просто переживал за Сони и наблюдал за ним. - И как? – с ноткой волнения в голосе уточнил Чонгук. - Я не заметил никаких изменений, - ответил Тэ с мягкой улыбкой. – Думаю, всё обошлось. - Спасибо, что заботишься о нём, - Чонгук сжал плечо Тэхёна в знак благодарности. – Накинь что-нибудь и спускайся. Подышишь свежим воздухом.

***

Оказаться на улице было, пожалуй, лучшим решением. Инсон бегал по парку, заливисто смеясь. А Тэхён и Чонгук прогуливались, оставляя сына в пределах видимости. Где-то неподалёку за ними следовала и Мона в компании Хосока. - Есть какие-нибудь новости по Лину? – спросил Тэ, не зная, о чём завести беседу. Он всё ещё стеснялся Чонгука, особенно после вчерашнего. Да и их проблемы никуда не делись. - Этим занимаются Намджун и Юнги, - ответил Чонгук. – Доверяю им полностью. Какое-то время придётся соблюдать меры безопасности, но уверен, совсем скоро вопрос решится. - Отлично, - Тэ и правда был рад это услышать. Помимо прочего, угроза жизни, висевшая над ним незримой тенью, сильно напрягала. Особенно, учитывая, что пострадать могли и другие люди. - Есть ещё кое-какие новости, - Чонгук остановился. Он поправил на Тэ кардиган и посмотрел куда-то в сторону. – Нам удалось выяснить, что твоё настоящее имя – Хван Тэян. У Тэ едва не подогнулись ноги. Собственно, он знал, что это никак не скроешь. Но всё же… - И «ты» скончался в той злополучной аварии. А это значит, что мой бывший муж мёртв. Тэ молчал, у него буквально перехватило горло. Да и что тут было сказать. - Мне жаль, - смог он выдавить наконец. Лицо Чонгука было нечитаемым. Тосковал ли он по бывшему мужу? Смирился ли уже, еще с поездки в Пусан? Вопросы были слишком личными, чтобы лезть с такими расспросами. - Это не всё, - наконец ответил Чонгук и вздохнул. – Мне всё же придётся тебе сообщить. Ты вспоминал своего отчима, помнишь? Тэ похолодел. Дьявол, неужели, всё так быстро вскрылось? Но Чонгук слишком спокоен. Омега кивнул, ожидая дальнейших слов Чона. - Боюсь, у меня плохие новости. Он погиб незадолго до аварии. Сейчас сложно восстановить хронологию событий, но, возможно, тебе сообщили эту новость, пока ты был за рулём. И ты не справился с управлением. По крайней мере, это звучит логично. Тэ не верил своим ушам. Ох, Чонгук, похоже, думал, что Тэян души не чаял в своём втором отце. Стоило ли его разубеждать? Конечно, рано или поздно правда, скорее всего, вскроется. Но пока у Тэ был мизерный шанс оставаться рядом с альфой хоть чуточку дольше, он не собирался так просто от него отказываться. Почувствовав на спине пронзительный взгляд, Тэ сразу понял, кому он принадлежит. Оставалась третья проблема, с которой нужно было разобраться как можно скорее – Чон Хосок.