Тишина полутемного коридора

      Она не знала кем они друг другу являлись. Друзьями или любовниками? Незнакомцами или возлюбленными? Не было ярлыков, обещаний и обязательств. Была страсть, секс, разделённая на двоих бутылка красного вина и крышесносные поцелуи. Были незаметные прикосновения лишь кончиками пальцев и отчаянные объятья под покровом ночи. Было все и ничего одновременно. Неизвестность, давящая ей на грудь тяжёлым грузом каждый раз, стоило ей просунутся в одиночестве, бездумно смотря на остывшую половину кровати со смятыми простынями. Не было стабильности, уверенности, а порой и доверия.       Пэнси отвела взгляд от макушки растрёпанных чёрных волос и опрокинула остатки огневиски, чувствуя как жидкость огнём опаляет все внутри. Блейз, сидящий рядом с ней на диване, удивлённо присвистнул, окидывая подругу изучающим взглядом: — Неудачный день? — Скорее год. – отчеканила Паркинсон и взмахнула палочкой, вновь наполняя бокал. Забыться сейчас – выход. Особенно, когда Поттер в данную секунду обжимается с чертовой Уизли, ведя руками по ее бёдрам в такт музыки, даже не смотря в сторону слизеринки.       Забини усмехнулся и сделал глоток своей порции огневиски, все ещё смотря в сторону девушки с некой подозрительностью и настороженностью во взгляде. — Если хочется поплакать мне в жилетку, то для тебя она всегда свободна. – его губы изогнулись в тёплой улыбке и Пэнси позволила себе улыбнуться ему в ответ. — Я знаю, спасибо. Это правда ценно для меня. – Забини лишь отмахивается, но она знает, насколько ему тепло от ее слов. Это видно по искренности в уголках его губ, все ещё улыбающихся ей.       Но вдруг взгляд Забини падает на белокурую девушку у импровизированного бара и в его глазах загорается огонёк. Он разгорается все больше, стоит Дафне улыбнуться ему через всю Выручай-Комнату. — Мне пора, Пэнс. По близости был Тео, если что… – Забини поспешно встаёт со своего места, допивая остатки алкоголя. Ухмылка становится скорее влюблённой и Пэнси где-то в глубине себя чувствует небольшой укол зависти, который быстро подавляет и старается сдержать себя от падения в бездну под названием «если бы…» — Беги ты уже к ней! Я не маленькая девочка и не собираюсь напиваться и искать себе приключения на ночь. – она махает рукой, мол, ее совсем не посещает такая мысль с каждой минутой все чаще. Блейз напоследок одаривает его улыбкой и теряется в толпе старшекурсников, танцующих под новую песню восходящей звезды магического шоу-бизнеса.       Как только Блейз перестаёт быть в приделах ее видимости, Пэнси достаёт портсигар Драко и закуривает одну из сигарет, вдыхая в легкие терпкий дым. Мысль чуть притупляются и она наконец-то выдыхает полной грудью, чувствуя, как напряжение немного спадает. Делать на этой вечеринки по случаю победы Когтеврана над Пуффендуем нечего. Ее парень любовник сейчас танцует с рыжей, а лучшая подруга и друг уединяются в ее комнате, пока Тео и Драко пытаются перепить друг друга. Замечательно. Одним словом, тут разве что можно заработать плюс одну головную боль. Поэтому недолго думая, Пэнси встаёт с диванчика и тушит сигарету в пепельнице. Не обращая внимание на группу когтевранцев, предлагающих ей сыграть с ними в алко-игру, она уверенным шагом, будто в ней нет трёх бокалов огневиски и скуренная только что сигарета, направляется в сторону выхода. Словно из неоткуда перед ней возникает семикурсник с мерзкой улыбочкой, не затрагивающей глаза. — Уже уходишь? А как же десерт? – спрашивает Вильям Нарв из Когтеврана, позволяя своей руке обнять Пэнси за талию. Тошнота буквально подкатывает к ее горлу, но она заставляет себя улыбнуться и смахнуть с себя его клешни. — Не люблю сладкое, прости. А теперь мне пора. Вновь предпринимая попытку уйти, Пэнси лбом врезается в грудь Вильяма, не дающего ей пройти. Какого черта он к ней прицепился? — Да ладно, пойдём. Тебе точно понравится, красотка. – пьяно шепчет ей в ухо Нарв, не обращая внимания на попытки девушки оттолкнуть его и просьбы отвалить. Глазами она ищет кого-то из друзей, но как назло вокруг лишь незнакомые лица, которым явно все равно на происходящее с ней. Внезапно чья-то сильная рука отталкивает Вильма от неё и одним движением прячет Пэнси за своей спиной. Очень хорошо ей знакомой. От Поттера пахнет такой родной и привычной перечной мятой и шлейфом алкоголя, но не таким ярым, как от Нарва, что Паркинсон мгновенно чувствует спокойствие от одного его присутствия рядом. — Вроде тебе сказали отвалить или ты не понял? – жестко отчеканивает Поттер. Вильям теряет всю спесь и что-то бубнит себе под нос, как только видит его перед собой. – Громче. — Какое тебе до Мопсика дело, Поттер? – не поднимая взгляда со своих ботинок, вышедших из моды столетие назад, мямлит Нарв. — Какое мне дело до своей девушки? Смешной вопрос. – но Гарри далеко не смешно. Его зелёные глаза горят жгучей яростью, способной убивать. Паркинсон пошутила бы про молнии, но сейчас явно неподходящий момент. Нарв смелеет от слов Поттера и его губы расплываются в тошнотворной ухмылке: — Так значит нашёл себе подстилку? Хорошо сосет? Поттер дёргается вперёд, явно намереваясь дать этому ублюдку по лицу, но Пэнси хватает его за край белой футболки и тянет на себя. Их взгляды встречаются впервые за вечер, и она чувствует такой прилив нежности, что хочется убиться об стенку. Салазар, почему он сделал ее такой ванильной? Где ее холод и высокомерие? Где? — Не надо, просто уведи меня отсюда. – негромко говорит Пэнси, и его рука в миг хватает ее, сплетая пальцы и пуская мурашки вверх по рукам. Святой Мерлин... — С тобой мы ещё не закончили. – чуть ли не рычит Поттер, обходя Нарва. Через мгновение оказавшись в прохладном коридоре, освещённый лишь синеватым светом луны, Пэнси расслабляется. Усталость ложится на плечи и хочется просто лечь в постель, завернувшись в одеяло, словно в кокон. Но у Поттера явно другие планы и в следующую секунду он прижимает ее к каменной стене, впиваясь поцелуем в губы девушки. Поцелуй выходит жадным и грубоватым, но таким нужным им сейчас. Его зубы оттягивают ее нижнюю губу, пока она ведёт ногтями по шее вниз, оставляя бледно-розовые полосы. Они, наверное, так бы и стали в тишине полутемного коридора, целуясь и обнимая друг друга, если бы воздуха не перестало хватать. Гарри прижался лбом к ее лбу, очки съехали по переносице на кончик носа. С растрёпанными волосами и припухшими губами он был таким… красивым. — Зачем? – тихо, шепотом спрашивает Паркинсон, прикрывая глаза. — Что? – непонимающе шепчет он в ответ, чуть хмурясь. Его пальцы рисуют бессмысленные узоры на ее пояснице, опаляя кожу своим теплом даже через ткань платья и прижимая к своей груди. — Зачем ты назвал меня своей девушкой? — Наверное, потому что, блять, так и есть. – ее глаза распахиваются и она в безмолвном шоке смотрит на Гарри. Сердце пропускает удар от слов парня. Он говорит о том, о чем она сама боялась мечтать в самых смелых грезах, так, будто это что-то очевидное. Как бы ни так! — Но ты… и я… мы ведь… ты же… – ее несвязанный лепет, полный всего, что она сейчас чувствует, прерывает новый поцелуй, более нежный предыдущего, но все такой же желанный. Он отправляет ее в другую бездну с названием «Поттер». Ту, в которую Пэнси больше не боится упасть. В этот раз она, наоборот, ныряет в нее с головою.

***

Пэнси лениво разматывает масло по тосту, когда рядом падает сумка Дафны, а потом и сама девушка. Ее локоны растрепалась, а сама она выглядит так, будто пришла убивать. Голубые глаза смотрят в упор, чуть щурясь, а руки скрещены на груди. Она явна зла, отмечает Пэнс и оглядывается по сторонам, но ведь по близости нет Забини… — Значит, Поттер?