Портрет на два дома

      Финеас Найджелус Блэк сидел на стуле, облокотившись на раму своей картины, и дремал. У него были чёрные волосы с проседью, лицо изрезано морщинами. Он не надеялся, что один из его потомков, — Сириус Блэк, поступивший в Хогвартс только вчера, — станет примерным учеником.       У портрета сложилось такое мнение в основном из-за того, что дома этот мальчишка постоянно доставлял своим родителям массу неприятностей и действовал на нервы как семейному домовику, Кричеру, так и самому Финеасу. Сириус был слишком громким, назойливым, дерзким, задавал много вопросов — в общем, вёл себя совсем не как наследник рода Блэков. В детстве он часто убегал из дома, чтобы пообщаться с маггловскими детьми и его приходилось искать в двух кварталах от дома. За это несносный мальчишка часто получал от мадам Блэк.       Так же мальчишка мог соорудить барабаны и устроить импровизированный концерт, если ему не нравилось, как мистер Блэк с ним говорит. А после этого голова болела у всех жителей дома. Даже мертвые не могли насладиться тишиной, хотя имели полное право на покой.       В общем, Сириуса Ориона Блэка нельзя было назвать тихим и спокойным ребенком.       Но каково было удивление Финеаса Блэка, когда в первый же день он узнал, что этот мальчишка попал на Гриффиндор. Не на Слизерин, почитаемый в их семье, не на нейтральный Когтевран, а на Гриффиндор! Факультет предателей крови и грязнокровок! Подумать только!       Возмущению бывшего директора не было предела, и он в тот же миг отправился на площадь Гриммо поделиться своим мнением с мадам Блэк.       В гостиной он застал Вальбургу Блэк в прескверном настроении. У неё были идеально уложенные в аккуратную прическу чёрные волосы, аристократические черты лица и маленькие тёмно-карие глаза с пышными ресницами.       Мадам Блэк — обычно спокойная женщина. И сейчас она билась в истерике, кричала, обращаясь к Сириусу, словно тот был рядом. Орион, ее муж, молча сидел со скорбным лицом, глядя в пол. Регулус, десятилетний мальчик, удивительно похожий на Сириуса, стоял, спрятавшись за дверью, и слушал, как родители осуждали такое ужасное событие. Когда мадам Блэк успокоилась, бывший директор позвал ее:       — Мадам Блэк, я полностью разделяю ваше негодование! Хотел лишь выразить свое сожаление по этому поводу. Как этот несносный мальчишка посмел поступить на Гриффиндор?! Он же Блэк!       — Как вы, надеюсь, помните, Сириус всегда отличался своей дерзостью, — сухо проговорил Орион, меряя шагами гостиную. — Не удивлюсь, если он решил поступить на Гиффиндор назло нам. Вы помните, как на вокзале он скинул галстук Слизерина?       — Rébellion adolescente? — проговорила Мадам Блэк, потирая виски. Она потребовала Кикимера принести успокоительного.       — Я не удивлюсь, если этот мальчишка станет главной проблемой всего Хогвартса, — презрительно выплюнул Финеас, скрестив руки на груди и дёрнув головой.       Регулус, боясь, что его заметят и отправят в комнату, спрятался в семейной библиотеке. Пока в гостиной повисла тяжелая пауза, младший Блэк взял с полки книгу и прочитал название: «Природная знать. Родословная волшебников». Открыв последние страницы и пробежав глазами по названиям глав, Регулус наткнулся на свою фамилию.       «Блэки — самый древний род», — гласила она.       — Надеюсь, наш Регулус не пойдет по его стопам, — выразил надежду Финеас Блэк. — На вашем месте я бы послал письмо Сириусу прямо сейчас! Он заслуживает знать, что мы думаем о его проступке.       Регулус, слушая такие слова, думал: «Если родители так реагируют на распределение Сириуса на Гриффиндор, то я должен поступить на Слизерин. Если они считают, что Гриффиндор — неподходящий факультет для Блэка, значит, так оно и есть. А Сириус, скорее всего, снова решил позлить родителей. Я буду лучше него. Я не буду разочарованием семьи. Никогда. Почему Сириус такой упрямый? Неужели он думает, что умнее родителей? Они же старше, значит мудрее. Они видели многое, о чём мы даже не думаем».       Пока младший Блэк тихо сидел в библиотеке, Вальбурга последовала совету своего предка, и в тот день Сириусу Ориону Блэку Ⅲ пришло письмо, полное гневных изречений и выражений на французском.