Портрет на два дома

      Финеас сидел в кабинете директора и читал книги, взятые из библиотеки. Профессор Дамблдор что-то писал на листе пергамента, а его феникс Фоукс мирно дремал на спинке директорского кресла. Вдруг раздался громкий треск, посыпалось стекло окна и посреди кабинета оказался огромный бладжер. Полежав несколько секунд на ковре, мяч дёрнулся и снова начал носиться по всему кабинету под возмущённые вопли портретов. Громче всех кричал, конечно же, Финеас:       — Посреди дня покоя не дают! Какой гений посмел запустить в окно директора бладжер? Какой неотёсанный дурак осмелился это сделать?       — Успокойтесь, Финеас, — спокойным голосом произнес Альбус Дамблдор, взмахнув палочкой. Бешеный мяч замер в воздухе и упал на ковер. Старенькая женщина с заячьей губой тихо что-то запричитала себе под нос, схватившись за сердце. Директор выглянул в окно и спросил у кого-то внизу:       — Молодые люди, это не вы упустили один весьма буйный мяч?       Внизу кто-то истошно заорал:       — Простите, профессор Дамблдор! Мы не хотели! Он словно сошёл с ума и улетел с поля!       Дамблдор взмахнул палочкой и мяч вылетел обратно в окно.       — Теперь советую проверять мячи на буйство.       — Хорошо, профессор. Извините еще раз!       Директор взмахнул третий раз палочкой и от дырки в окне не осталось и следа.       — Позвольте узнать, что за невообразимый идиот умудрился упустить бладжер? — возмущённо спросил Финеас, усаживаясь обратно в свое кресло.       — Дорогой Финеас, если вы продолжите называть каждого ученика, кто совершил ошибку, идиотом, то мне придется наложить на вас «Силенцио», — предупредил Дамблдор, направляясь к своему столу. Тут он обнаружил, что Фоукс от страха поджег пергамент и теперь директору придётся заново переписывать письмо.       — Позвольте вас спросить, кому вы сейчас пишете? — поинтересовался Финеас, пытаясь выглядеть безразличнее обычного.       — Моему хорошему другу, — тут же ответил директор, не отвлекаясь на портрет.       — Какому?       — Финеас, у вас плохо получается скрывать своё любопытство.       — Профессор, — позвал старик с густой чёрной бородой. — Что вы думаете насчёт недавних событий?       — Вы о новой группировке? — переспросила волшебница с седыми волосами. — Как они себя величают? Пожиратели Смерти?       — Я думаю, что нас ждут сложные времена, — задумчиво произнёс Дамблдор. — Могу ли я рассчитывать на вашу помощь? За детьми сейчас нужен особый присмотр.       — Многие портреты вслушиваются в разговоры детей, если они касаются недавних новостей, — осведомил мужчина с черной бородой.       Дамблдор молча кивнул и посмотрел на портрет Финеаса. Тот задумчиво слушал своих коллег. Он думал о Регулусе, который старательно выискивал в газетах новости об этой группировке. Возможно, Вальбурга перестаралась, воспитывая в нём идеи чистоты крови. Мальчик часто рассказывал портрету о своих взглядах на действия Пожирателей Смерти. Он считал, что Тёмный Лорд совершено прав…       Но всё же это всё лучше, чем быть как Сириус!       Garçon stupide завёл дружбу с каким-то странным полукровкой. Этот полукровка выглядел болезненно, всегда с лицом в шрамах. Хорошо ещё хоть его друг — Поттер — чистокровный, хоть и предатель крови…       Если бы братья снова начали общаться и Регулус попытался повлиять на Сириуса! Глупые мальчишки снова разругались прямо перед Большим залом. Финеас в этот момент был в гостях у одного приятного человека и смог услышать всё, что братья думали друг о друге. Таких выражений от младшего Блэка Финеас ещё не слышал. Уже через несколько минут бывший директор Хогвартса был на своём посту в доме Блэков.       — Я уверена, он узнал такие выражения от Сириуса! — сварливо высказала своё предположение Вальбурга.       — Я вас уверяю, что не видел нашего Регулуса таким злым с шести лет, — произнёс Финеас.       — Но что послужило предлогом ссоры? — поинтересовался Орион Блэк, скрестив руки на груди.       — Как я понял, им не понравились компании друг друга.       — А что мальчишке не нравилось в компании Регулуса? — удивилась Вальбурга. — По-моему, весьма приятные люди. Коул Нотт, Мальсибер. А вот у Сириуса…       — Согласен, — тут же поддакнул Финеас. — Полукровка болезненного вида, предатель крови Поттер и… как его зовут… Пэттигрин… Петтигрю…       — Вы до сих пор удивляетесь тому, что Сириус недоволен окружением Регулуса? — вставил свое слово Орион. — Он всегда идёт против того, что мы в нём пытались воспитать! Странно, что вы до сих пор этого не поняли.       — Зато теперь Сириус не будет оказывать разлагающее влияние на Регулуса! — уверено проговорила мадам Блэк.       — Но и Регулус не сможет оказать благотворное влияние на Сириуса, — ответил Финеас.       — Аbsurdité! Сколько раз они ругались и через некоторое время мирились. И этот раз не станет исключением!       Эта размолвка длилась около трёх недель. Но когда братья приехали на каникулы, им удалось заключить подобие мира. Они больше не пытались друг друга задеть, увидев случайно в коридоре, не вызывали друг друга на дуэли. Теперь они силились не замечать друг друга. Они сидели в своих комнатах и не разговаривали.       И этот мир сохранялся с подачи бывшего директора Хогвартса. Ему начали действовать на нервы постоянные драки, оскорбления, которые он слышал почти каждый день и в школе, и дома.