Я в по...

Нил не мог вдохнуть. Воздух просто-напросто не заполнял его лёгкие. Казалось, будто его режут ножами изнутри, а он ничего не может поделать. Нил пытался сделать вдох, правда пытался, но у него не получалось. Кожа ощущалась липкой массой, что хотелось её сорвать. Было жарко и холодно одновременно. Вдруг кто-то аккуратно его поднял, и Нил закашлялся. — Дыши, чёрт подери, — раздался будто издалека голос, но он не мог понять, кто говорит. — Давай, вместе со мной. Вдох... Грудь содрагалась от резкого кашля, но Нил все-таки смог последовать инструкции. Долгожданный кислород проник внутрь, но в глазах потемнело, и, если бы кто-то не поддерживал его, то он откинулся бы назад. — Джостен, ты тут, как я понимаю, жить не намерен, — послышалось, будто из-под воды. Вместо слов изо рта доносились только хрипы, больно саднящие горло. Нила аккуратно положили обратно. На лоб опустилось что-то прохладное, облегчающее тошнотворное чувство. —... л, ты меня слышишь? — П-плохо, — просипел он в ответ. — Плохо слышишь или плохо себя чувствуешь? — наконец Нил распознал тихий голос Эндрю. — И то и то. Через несколько минут Эндрю предложил: — Я могу принести мокрое полотенце и протереть тебя. Да или нет? — Да, — с учётом ощущения противной липкости это было бы неплохо. Миньярд встал и вскоре вернулся с полотенцем и с миской воды. — Я сниму с тебя футболку. Да или нет? — Да. Можешь делать всё, что надо. Это "да" на всё. Эндрю хмуро посмотрел на него, но продолжил. Он соорудил подставку из подушек, чтобы Нил мог опереться, и избавил его от майки. Дальше, начиная с рук, Эндрю стал вытирать Нила, стараясь свести прикосновения к минимуму. Джостен громко вздохнул, сжимая кулаки, когда мокрая ткань дотронулась до кожи. — Что такое? — тут же спросил Эндрю. — Холодно. — Мне остановиться? — Нет, продолжай. Эндрю нахмурился, действуя бережнее. Через десять минут сиплых стонов тот наконец закончил, вытирая Нила насухо другим полотенцем. Он принёс чистую сменную одежду и помог Джостену переодеться. — Я принесу тёплый бульон, да или нет? — предложил Эндрю. — Да, только немного. Эндрю кивнул и скрылся за дверью, вернулся он уже с дымящейся кружкой. — Спасибо, — болезненно улыбнулся Нил. — Идиот, — пробурчал Эндрю и начал кормить некоторого болеющего наркомана с ложки, так как сомневался, что тот сам в состоянии поесть. — Что-то мне подсказывает, что температура у тебя поднялась. Ты чуть не задохнулся в кровати. — Я в поряд... — Нил не успел закончить, как его перебили. — Если ещё раз я от тебя услышу хоть что-то про твой "порядок", то задушу сразу же после выздоровления. Понял меня? — кажется, теперь кто-то был не в настроении. И этот кто-то всё ещё держал в руках кружку с тёплым бульоном. И он мог плеснуть некоторому беспросветному идиоту этот бульон в лицо, если тот не образумится. Нил кивнул и продолжил без пререканий есть. Как только он закончил, Эндрю подхватил со стола градусник и всунул его Джостену. Когда тот сидел с термометром в руке несколько минут, то Миньярд нетерпеливо поторопил идиота: — Чего ты ждёшь? — Не хочу, — заупрямился Нил. Эндрю смерил его тяжёлым взглядом и спросил: — В чём дело? — Если температура окажется высокой, то ты снова позовешь Эбби. — И? — не понял Эндрю. — Ей не тяжело приехать, это её обязанность как медика. — Я понимаю, но... — и Нил замолчал, будто пытался собраться с силами, прежде чем что-то сказать. — У тебя есть какая-то проблема? — спросил Эндрю. — Если ты не сможешь сказать, то я не смогу помочь тебе. Нил уставился на него, а потом потупил взгляд и начал разглядывать одеяло, которым был накрыт. — Нил, посмотри на меня, — тихо сказал Эндрю. Когда тот поднял голову, то он увидел в бесконечной синеве глаз эмоцию, которую глупый кролик пытался спрятать, — страх. Эндрю не знал, что вызвало это чувство, но в его планы входило выяснить причину. — Да или нет? Я могу взять тебя за руку? — Да, — тихо выдохнул Нил. Эндрю охватил его руку своей. Прикосновение было не навязчивым, комфортным. — Чего ты боишься? — спросил Эндрю. — Уколов, — еле слышно просипел Нил. Такого Миньярд не ожидал услышать. Судя по рассказам кролика, его мать зашивала Нила самостоятельно и без обезболивающего. — Ты боишься самой боли или чего-то ещё? — уточнил Эндрю. — Боли? — хрипло и болезненно рассмеялся Нил. — Я с детства привык к боли. Остался страх того, что меня накачают, вколов что-нибудь вместо лекарства. — Ты же понимаешь, что здесь тебе это не грозит? — спросил Эндрю. — Да, понимаю. Но боязнь врачей и уколов в меня в прямом смысле вдолбили, и вдолбили глубоко. Дыхание Нила снова сбилось, накатывали волны паники. — Ты Нил Джостен, десятый номер, нападающий Лисов, — Миньярд положил руку на шею Нила, заземляя того. — Дыши вместе со мной. Вдох на четыре счета, выдох на пять. Давай. Вскоре Нил пришёл в себя. — Спасибо, — тихо сказал он. Эндрю лишь хмыкнул. Так они сидели, пока голос Миньярда не прорезал тишину, установившуюся между ними. — Нил, тебе всё равно нужно измерить температуру. Мы можем постараться сбить её сами или сказать Эбби, что ты боишься, и она что-нибудь придумает, но забивать на это нельзя. — Ладно, — кивнул ослабевший Нил. У него просто не было сил сопротивляться и дальше. — В конце-концов, Аарон ведь не зря на медика учится, пусть практикуется, приносит пользу обществу. — Единственная от него польза производителям энергетиков, — хмыкнул Нил. Уголки губ Эндрю дрогнули, что смело можно было назвать улыбкой, но он быстро собрался и подтолкнул Джостена. — Давай, не тяни. Нил тяжело вздохнул, но начал мерить температуру. Они прождали достаточно долго, чтобы результат был максимально точный. — Ну, — спросил Эндрю, — что там? Нил был бы и рад сказать, но как бы близко он не подносит термометр, всё равно не мог увидеть цифры. Те будто расплывались. — Я не вижу, — хрипло признался он. Эндрю выхватил градусник, нахмурился и сказал : — Видимо, придётся позвать моего донора органов. — Всё плохо? — 39,9°С. Они замолчали, а потом Эндрю пошёл в комнату Мэтта и Аарона. Он не удосужился постучаться, прежде чем войти, и застал Бойда лежащим на диване. — Какого хрена, чувак? Эндрю его проигнорировал и направился прямо к Аарону, который готовился к парам. — Пошли. — Что? — спросил Аарон, поднимая голову от конспекта и отпивая энергетик. — Тебе пора попрактиковаться. Второй Миньярд непонимающе уставился на брата, который уже шёл на выход. Аарону только и осталось, что следовать за ним. Вместе они пришли в спальню, где сидел, опёршись на подушки, Нил. — Сбей ему температуру. — Для этого есть Эбби! — начал возмущаться Аарон. — Обойдёмся без Эбби, — Эндрю подчеркнул второе слово для наглядности. — Просто дай ему жаропонижающее и всё. В чём проблема? Ты, вообще-то, оторвал меня от подготовки к зачёту. — Это у тебя сейчас будет проблема, — процедил Эндрю. — Трупы зачёты не сдают. Аарон быстро увидел эту угрозу и, закатив глаза, спросил: — Какая у него температура? — 39,9°С. Таблетку давали часа три назад, не помогла, стало хуже. Аарон сначала не понял причину разговорчивости брата, но потом решил, что это для того, чтобы сэкономить время и скорее начать помогать Нилу. — На что-нибудь ещё он жалуется? — спросил «нормальный» близнец. — У него и спроси. Я сейчас отойду, не перегрызите друг другу глотки, — сказал Эндрю. — Это как получится, — в унисон ответили Нил и Аарон, затем обменялись злыми взглядами и отвернулись. Эндрю хмыкнул. В его глазах можно было разглядеть веселье и усмешку. Потом он захватил сигареты и оставил заботу о Джостене на брата. На пару минут в комнате повисла напряжённая тишина, которую первым всё-таки прервал Аарон. — Ну, так ответишь на вопрос? — Я в порядке, — процедил Нил, а потом закашлялся. — Я, конечно, знал, что ты долбоёб, но чтобы настолько... Не строй из себя абсолютно конченного идиота и не усложняй мне работу, — прошипел Аарон. — В конце концов, у тебя температура под сорок. Ну не можешь ты быть в порядке. — Могу, мудак. — Мне из тебя слова выцеживать? — поинтересовался Миньярд. — Не чеши языком просто так, а ответь на вопрос. Нил упорно молчал. Аарон ждал, но безуспешно. Он закатил глаза и спросил: – Почему ты просто не можешь ответить? Это не мне нужно! Что тут сказать? Он был прав, Нил прекрасно всё понимал. Но это вовсе не значило, что он бросит затею строить из себя капризного ребёнка, дабы выбесить этого зануду. Не на того напали! Поэтому, сделав самое хмурое лицо, на которое он только был способен, Джостен громко, на сколько мог в его состоянии, заявил: — Ты не настоящий доктор и даже не похож на него! Я у такого лечиться не буду! — и отвернулся, но не достаточно, чтобы Аарон мог видеть его недовольно надутые губы. Лицо Миньярда явило собой смесь ахуевания и отвращения, но, к удивлению Нила, он просто молча вышел из комнаты. Ну, это не интересно. Джостен надеялся как минимум на истерику, а тут... Парень уже хотел позвать Эндрю, как дверь отворилась и появился Аарон. Тут даже Нил рот раскрыл — Миньярд был в белом халате и докторской шапочке, на шее у него висел стетоскоп, а в руке он держал аптечку. Но самым поразительным было улыбчивое выражение лица. «Неужто у него поехала-таки крыша от моих приколов?» — успел подумать Нил, но мысли оборвал преувеличенно милый голос Аарона: — Привет, мальчик! Я — настоящий доктор! Ну что, давай начнём осмотр! Будешь хорошо себя вести — после него получишь конфетку, а будешь плохо — получишь по морде! Пребывая в состоянии полнейшего афигевания, Нил даже не нашёлся, что ответить. А «настоящий доктор» тем временем уселся на край кровати и принялся шелудить в аптечке. — Сейчас я осмотрю твоё горлышко! — заявил он. — Не лезь ко мне в рот, шизоид! Руку откушу! Аарон на это лишь улыбнулся, таращась на своего пациента. Не ясно, кто научил этого зануду улыбаться, но выглядел он и правда жутко. — Скажи «а-а-а»! — приказал он. — Не лезь ко мне! — запротестовал Нил, но ему тут же всунули какую-то железную хрень в рот. — Молодец! Сейчас посмотрим, что там. Скажи «а-а-а»... ШИРЕ, ПАДЛА! — «милого» Аарона как рукой сняло, когда Нил принялся жевать его инструмент. С боем отобрав железяку назад, он брезгливо кинул её на кровать рядом с собой и снова нацепил маску порядочного гражданина. — Я дам тебе сосульки для горлышка с лимончиком. Головка болит? — спросил Аарон, наклоняясь над кивающим Нилом, видимо, чтобы тому стало не только физически плохо, но ещё и страшно. — Тяжело дышать? — снова кивок. — Блять, да я экстрасенс! Нил закатил глаза и откинулся на подушках. Стадия афигевания прошла и Джостен понял, что это очень весело, — наблюдать, как Аарон пытается скрыть свою истинную «сучность». — Экстрасенса тут не вижу, зато наблюдаю экстразануду. — Жаль, мальчик, что свою конфету ты уже не получишь! — сообщил Миньярд. — Но у тебя всё ещё есть шанс не получить и леща. Джостен просто рассмеялся, но смех прервался так же неожиданно, как и начался. Казалось, что Нил просто перестал дышать и хватал ртом воздух, словно утопающий. Аарон быстро спохватился и наклонил Нила, поддерживая спереди и сзади, начал хлопать его по спине. Когда дыхание нормализировалось, он положил Джостена обратно. — Порядочник, блять. Что ты на это скажешь? Нил ничего не ответил, приходя в себя. — Так, я попробую тебя чем-нибудь отпоить, но ничего не гарантирую, болезнь слишком сильно распространилась, — сказал Аарон уже серьезным тоном. Расслышав тихое «угу», Миньярд отвернулся к аптечке. И тут у Нила Джостена родилась такая гениальная мысль, что он даже передумал помирать. Стараясь придать голосу максимальную беззаботность, а лицу — выражение «ангелочек», он мило начал: — А-а-а-а-рон! — Что такое, маленький засранец? — тоном «настоящего доктора» ответил ничего не подозревающий Миньярд. — А это правда, что ты в своей аптечке хранишь на удачу фотку Кейтлин? — спросил Нил с улыбкой и, закидывая руки за голову, добавил. — В купальнике. * * * Эндрю как раз подумал, что его подозрительно долго никто не достает, как из соседней комнаты послышались звуки борьбы, а потом и хриплый крик: — Эндрю, спасай! Меня подушкой избивают! Закатывая глаза, Миньярд двинулся в направлении комнаты, где лицезрел брата в докторском костюме, бьющего Нила подушкой по ногам. Судя по выражению лица Аарона, он не хило так сдерживался. — Аарон, его нельзя бить, он болеет, — спокойно заметил Эндрю. — Я лично поставлю на ноги этого придурка, чтобы у меня было полное право задушить его стетоскопом! — пыхтел студент-медик. Когда они успокоились, то в ответ раздалось еле слышное «спасибо», от которого Аарон оторопел, но все-таки буркнул в ответ тихое «не за что, идиот». Потом он покопался в аптечке, что стояла на столе, выудил оттуда сироп от кашля и, на удивление, ингалятор. Миньярд сходил за ложкой, а затем налил туда сироп. Тот пах чем-то приторно сладким. — Держи, — сказал Аарон, протягивая лекарство. Но увидев, как у Нила трясутся руки, сам влил ему сироп. Затем он обратился к близнецу. – Эндрю, серьёзно, я бы позвал Эбби. Нил буквально задыхается. Этот ингалятор погоды ему не сделает. Эндрю вздохнул и посмотрел на Нила, который отвернулся, пытаясь отрицать очевидное. — Сделай, что сможешь. Дальше уже разберёмся. Аарон кивнул. Он делал ещё какие-то махинации с ингалятором, пока Эндрю сидел на подоконнике. Тот впал в раздумия, что делать с его идиотом, как побороть страх? — На этом мои полномочия всё, — сказал Аарон и, собрав вещи, ушёл в свою комнату. После того, как дверь за ним закрылась, а шаги стихли в глубине коридора, Эндрю наконец заговорил. — Ну что? Нил уставился на него, но ничего не отвечал. — Пялишься, — заметил Миньярд. — Да, — вот так просто и доверчиво. — Я всё ещё не хочу звать Эбби. Эндрю долго думал, прежде чем что-либо сказать, но вскоре продолжил: — Как я могу тебе помочь? — Не знаю, — пожал плечами Нил. — Просто будь рядом. Останься.