Ну не здесь же, Слав!

      Мирон, падая, попытался удержать равновесие и ухватился за Славин рукав, Слава, видя, что Мирон вот-вот упадёт, для надёжности придержал его ещё и второй рукой. В итоге… А в итоге, они оба лежат на льду, можно сказать, в обнимку. Люди объезжают их, улыбаясь, смеясь, и совсем никто не злится: настроение, естественно, у всех отличное, Новый год же скоро!       У Славы приступ нежности, так что он, как ласковый кот, ластится к Мирону, по неловкости утянувшему его с собой на лёд, и как сумасшедший целует того в обе щеки, между бровей и — напоследок — конечно, в губы. Сладко, долго. Вернее, хочет долго. Но ему мешает кое-кто, блюститель порядка один мешает.       — Ну, Слав, ну не здесь же!..       Слава улыбается с хитрым прищуром, сквозь который сочится любовь, нагло и с вызовом целует ещё раз, но всё же встаёт на коньки, цепляясь за ограду. Кривляясь, Слава по-джентельменски подаёт Мирону руку, и тот, одаривая его шутливо осуждающим взглядом из серии «господи, ну что за милое, конечно, но всё-таки чучело мне досталось, а?», с его помощью тоже поднимается на ноги.       Они успевают сделать ещё несколько кругов по огромному катку, прежде чем Слава, улыбаясь, выдаст:       — А не хочешь снова упасть?       — Слав, ну ты чё? — Мирон по взгляду видит: какая-то нездоровая идея таится в башке у Славы. Поэтому он отцепляется от его руки и угоняет вперёд на несколько метров.       Слава догоняет Мирона в два счёта, у него хорошее настроение, как и у всех вокруг. Он захватывает Мирона в плен, обвивая руками, будто клешнями, его талию, и они вдвоём не удерживают равновесие и падают практически в том же месте, где в первый раз. Слава хохочет — он не планировал, что они действительно упадут, и так смешно это, так смешно! Он притягивает Мирона поближе к себе и крепко, по-победному, жадно впивается ему в губы. Мирон поначалу хмурится, но быстро сдаётся: ему тоже хочется побыть беззаботным хотя бы сейчас, среди этих радостных людей на катке.       — А мне всё-таки кажется, здесь в самый раз.