Ты меня любишь?

Лиору казалось, что он беспомощная рыба, выброшенная на песчаный берег мощной волной. Ему катастрофически не хватало воздуха, удушливая волна топила, лёгкие жгло и саднило, в горле першило, точно он наглотался песка. Сделав над собой усилия, Лиор наконец-то распахнул глаза и сделал глубокий спасительный вдох. Воздух ворвался в лëгкие и Лиор ощутил колоссальное облегчение. По его лицу текли горячие струйки пота, рубашка, прилипшая к телу, доставляла дискомфорт, холодный фиолетовый свет ударил в глаза, заставляя болезненно поморщиться. Сознание Лиора медленно пробуждалось и он наконец-то смог разглядеть место, в котором он находился. С трудом сфокусировав взгляд, он обнаружил, что лежит на больничной кровати. Больница! Воспоминания разом замельтешили перед глазами — ночь, крики, взрыв, запах копоти и крови. Его крови. Где-то вдали раздавался звук приближающейся помощи. Кто-то отчаянно звал его по имени, не давая проваливаться туда, откуда выход находит далеко не каждый, но Лиор не мог сопротивляться неизбежности. Он помнил, как мрак, подступая со всех сторон, успокаивал, убаюкивал, обещая покой и конец мучениям. Болезненный стон сорвался с пересохших губ — вместе с воспоминаниями вернулась боль, которую он не ощутил сразу после пробуждения. — М-м-м, — простонал он, морщась. Сейчас ему казалось, будто все его тело истыкали сотнями кинжалов. Он не мог понять, где конкретно болит, но это была чертовски сильная, немыслимая боль. — Лиор! — знакомый взволнованный голос ворвался в изможденное сознание благословением. — Йосси, — с трудом прошептал раненный, пытаясь взглядом отыскать любимое лицо. Наконец он его увидел. Бледный, с фиолетово-черными мешками под глазами, изможденный Йосси навис над Лиором и вперил озабоченный взгляд в его лицо. — Лиор, ты как? Что болит? Сейчас придёт врач, — зачастил Йосси, почти невесомо погладив Лиора по холодному плечу. От этого прикосновения парень вздрогнул — пальцы Йосси оказались ледяными. — Йосси, ты правда меня любишь? — спросил Лиор, вспомнив внезапно то, что было в самом конце. Или в самом начале. Если оно вообще было. — Что? — удивление в глазах Йосси сменилось облегчением. На пепельно-сером лице мелькнула улыбка. Морщинки, что тонкими паутинками бежали по изможденному лицу, разгладились. — Ты сказал что любишь меня? — Лиор не был уверен, что признание Йосси не привиделось ему, поэтому он решил уточнить. — Или… Или все это была игра разума, оказавшегося на пороге двери, что вела в забвение? — Господи, Лиор… Ты только что очнулся, а тебя волнует только это? — как-то нервно-истерично хохотнул Йосси. — Ты едва не отдал Богу душу, мог бы спросить, например, будешь ли ты ходить или хотя бы самостоятельно есть. — Ты сказал… — реакция Йосси убедила Лиора в том, что то признание ему не привидилось. — Ты правда любишь меня? — Господи, ты не исправим. — Закатил глаза Йосси. — Всё такой же идиот, как и был. — Йосси… — Ну, конечно я тебя люблю, — Йосси нежно улыбнулся Лиору. — Я тебя очень люблю. Неужели ты думаешь, я бы стал сидеть тут столько времени, если бы ты был мне безразличен? Я чуть с ума не сошел дожидаясь, пока ты придешь в себе. Я тут… Чёрт. Я сам чуть не сдох от страха за тебя. — Кто из нас ещё идиот это большой вопрос. Почему надо было дожидаться, пока я окажусь одной ногой в могиле, чтобы наконец-то сказать это? — Потому что я и сам до конца не понимал, как сильно ты мне нужен, — честно признался Йосси. — Я думал, что мне достаточно того, что у нас было, не хотел все усложнять. Вообще я конечно перегибал палку. Вроде как — ну, а чего еще надо? Мне казалось, что и так все отлично. Да, ты прав, — тяжелый вздох был доказательством глубоких душевных терзаний Йосси. — Получается, что идиот тут только я. — Скажи еще раз, — попросил Лиор. — Ты невыносим, — цыкнул языком Йосси и покачал головой. А затем нежно взял руку Лиора в свою, несильно сжал. Взглянул на их переплетенные пальцы и в душе колыхнулось что-то такое теплое, огромное, светлое, от чего Йосси стало хорошо-хорошо. Вот так и должно быть, решил он, рука об руку. — Я люблю тебя, Лиор, — тихо произнес он, прижимая худую, бледную ладонь к своим губам. Лиор должен был чувствовать счастье, но истерзанное тело, едва вернувшиеся в мир живых, ощущало лишь облегчение. Порадуется он немного позже. Потом, когда выйдя из больницы, окажется в крепких объятиях. И будет чувствовать это безграничное счастье всю жизнь. Рядом с ним. С Йосси.