Семья и всё,что с нею связано

      Одинокий шум телевизора и больше ничего. Протекающие трубы, шумящие водостоки, пищащие крысы и прочие мелочи житья в канализации будто бы решили снизить свою громкость до нуля, оставляя только фоновый и белый шум от телевизора. Мягкие стены додзё пропускали эти звуки, приглушая их ровно в половину, но не достаточно, что бы забыть про их наличие.       Крысиное ухо дернулось сначала раз, когда кажется девушка кричала из железной коробки, потом два из-за неестественного хруста будто бы костей и три, когда на экране вероятно оказалось оружие, а за ним последовали выстрелы. Распахнув медленно свои глаза, сенсей тяжело вздохнул. Его мозг продолжал предупреждать его о всякого рода опасности, не давал уйти глубоко себя пока не было твердого чувства безопасности. Годы жизни как ниндзя давали о себе знать, так же как и годы крысы, которая вынуждена скрываться и не одна.       Мысленно сосчитав до пяти, мужчина поднялся с колен, отряхивая собственное кимоно, хвостом случайно задевая ствол широкого дерева по средине комнаты. Медленным шагом подойдя к благоговениям, он дунул на них, затухая маленькие огоньки, которые давали начало чудному и успокаивающему запаху. Взгляд скользнул от палочек в сторону, цепляясь за семейные фотографии новой семьи, а потом и старой. Аккуратно он провел когтем собственной лапы по стеклу второй рамки, ощущая шероховатость после собственных коготков, которые делали одну и ту же линию каждый раз, когда замечали родную уже чужую фотографию.       Ох, его Тянь Шень. Её чудесные сапфировые глаза. Глаза в которых он тонул не только в любви, но и в бесконечной мудрости, несмотря на на то, что ей и близко не было ещё и тридцати.       Эти глаза преследовали его по началу на фотографиях, а потом и наяву. Будто бы вселенная решила дать ему знак или повод ненавидеть себя больше чем есть, а возможно и начать гордиться собственным детищем.       Его старший сын. Леонардо… И его чудесные сапфировые глаза, которые блестят так же как и его погибшей супруги и тускнеют так же как у его любви. Они были похожи настолько, что по началу ему было больно, но сейчас-…       Ругань из металлического ящика резко ударила по ушам, будто бы кто-то прибавил громкость. Прежний шум быстро затих, оставляя после себя лишь оглущающую тишину на секунду, а потом на её место вновь вернулись тихие колебания и вибрации.

Это вернуло его в реальность.

      Коснувшись когтистой рукой собственной груди, крыса сделала глубокий вдох, отворачиваясь от рамок, направляясь на выход из додзё. Створку сдвинули вправо, въезжая внутрь, после чего медленно по ступенькам спускаясь в основную комнату, встречая перед собой лишь… Тьму. Везде был погашен свет и только маленькие светодиоды которые установил его гениальный сын помогали разглядеть хоть что-то в кромешной тьме. Помимо этой тьмы на диване перед телевизором очевидно кто-то лежил, а сам телевизор ели освещал маленький диапазон самого лежащего. Черепаха на диване подняла голову, после чего резко села, скидывая ноги на пол, разглядывая Сплинтера.       -Добрый вечер, сенсей — Леонардо мягко поприветствовал своего отца, начиная более активно двигаться, да бы встать и предпринять что-то, но на плечо легла чужая ладонь, усмиряя прежний пыл и энергию. -Добрый, сын мой, что ты смотришь? — мастер обошёл осторожно диван, присаживаясь в ноги собственносу ученику, устремляя свой взгляд на экран, пытаясь осознать смысл этого телешоу. Черепаха неловко попыталась ещё поджать ноги ближе, пока чужая ладонь снова не оказалась на нем, мягко сжимая его колено под тонким одеялом. Этот маленький жест абсолютно всегда успокаивал черепах. Когтистая лапа возвращала будто бы всегда в реальность, ничего не требуя взамен.       -Какой-то странный, кажется турецкий фильм… Там у девушки горе случилось… Вроде бы… — Лидер начал как-то неуверенно, будто бы он и вовсе почти не смотрел фильм, который и включил же. Его разум будто бы был всё это время не здесь, пока он не услышал шум. -Она пытайся вернуть себе семью… Точнее, найти её, если быть кратким… — поправив маску на собственной шее, черепаха неловко сглотнул, не отводя собственный взгляд от крысиной морды, что отвернулась от экрана и своими ярко-огнеными глазами смотрела будто бы в душу. Мастер коснулся собственной бороды другой рукой, проводя медленно по ней лапой вниз, прежней же рукой сжимая чуть колено сына, наблюдая за действиями ребёнка, что в корень отличался поведением от себя обычного.       На его лице всё ещё красовались прекрасные красные отметины у глаз, мелкие шрамы у висков, что скрывались в повседневной жизни за маской, были сейчас открыты и он знал, что на затылке его сына тоже были шрамы, как и на других частях его тела, но помимо этих вещей, которые не вызывали у него почти никаких чувств, он видел туманный и стеклянный взгляд, тёмные мешки под глазами, которые явно говорили о длительном недосыпе и лёгкая бледность его и так достаточно светло-зеленоватой кожи. И его очень смущал факт отсутствия других его сыновей. -Леонардо, а где твои братья? — медленно проговорил мужчина, будто бы специально, да бы дать чужому мозгу переварить каждое слово. Промедлив секунду, смотря в чужую морду, черепаха резко заморгала, кажется вспоминая кто и куда делся. -Донни пошёл с Майки на свалку, ему кажется нужны были какие-то детали для нового проекта, а Раф пошел вместе с Кэйси на крыши, этим двоим не особо сидится спокойно на месте, но Кейси обещал позвонить мне, если что-то пойдет не так — парень быстро начал объяснять отцу примерное нахождение каждого из черепах, прикидывая в собственной голове по времени где бы они могли быть, немного задумываясь, от чего переместил свою руку из хватки за собственное бедро ближе к колену, сжав ткань одеяла.       Чужая перемена настроения, разница в складности речи и действия трудно не заметить.

Его сын будто бы… Переключился…

Это пугало.

И он не мог не схватится за мысль, что возможно в этом есть и его вина.

      Убрав свою когтистую лапу с чужого колена, сенсей намного поменял свою позу, складывая руки на коленях, подтягиваясь к спине дивана и тулясь всем телом к мягкой обивке, прикрывая глаза, медленно махая своим хвостом, подёргивая ушами и усами. Леонардо несколько раз моргнул, смотря на отца, после чего взял пульт, убавляя немного звук, прикрывая буквально на секунду тоже глаза, делая глубокий вдох, а потом морщась будто бы от резкой боли. Ладонь сама потянулась к колену, сжимая его сильнее чем стоило бы, взгляд притупился, а атмосфера стала немного неприятной.       Черепаха сжала в кулак другую ладонь, впиваясь короткими ноготками в собственную кожу, оставляя небольшие следы и покраснения, медленно открывая глаза, но опуская голову, а взглядом цепляясь за свое колено. Прикусив не сильно собственную губу, парень разжал ладонь, когда почувствовал как резкая боль отошла на второй план, после чего взял сзади себя небольшую подушку, поднимая её выше и откидываясь на неё спиной, находясь в полусидячем положении, одну ногу в согнутом виде держа возле себя, немного дёргая ей время от времени, а второй касаясь кончиками пальцев прохладного пола.

Появилась вновь оглущающая тишина.

Некомфортно.

Разум вновь накрывает туман, а на глазах вновь появляется мутная пелена.

      -Леонардо, сын мой, что тебя тревожит? — глубокий голос отца заставил его дёрнуться. Подняв сапфировые глаза на крысу, что всё ещё сидела с закрытыми глазами в крайне расслабленной позе, его резкая вспышка испуга не могла не испарится так же быстро, как и появилась. Прочистив собственное горло, он стал постукивать по собственной коленной чашечке, собираясь кажется с мыслями, которые будто уплывали прямо из-под пальцев. Было трудно ухватиться за что-то. Он чувствовал себя уставшим. -Я в порядке, сенсей, правда… Я немного рассеян сейчас, но вскоре это пройдет. — мутант в синей повязке провел языком по пересохшим резко губам, поджимая немного нижнюю губу, ерзая на себе. Было неловко. Более неловко чем обычно.

Говорить правду о себе всегда было трудно.

      -Хм, а мне кажется что что-то всё же есть… Что насчёт твоей ноги? Ты удерживаешь много внимания на ней — Сплинтер наконец открыл глаза, медленно поворачивая голову, взглянув на свое чадо, которого он застал в расплох. Старший забегал глазами по комнате, открывая и закрывая рот как немая рыба, пытаясь выдумать отговорку, но не найдя даже малой зацепки просто сдался, скрипнув зубами, спускаясь немного вниз с подушки, но всё ещё оставляя достаточно свободного места для отца. -В последняя время на поверхности черт знает какая погода и… У меня немного ноют кости в колене… Донни сказал, что всё в порядке, но вероятно я не смогу от этого избавиться и с годами ноющая боль может ощущаться сильнее… Я стараюсь просто не думать об этом… — Черепашка неловко чирпнула, будто бы стыдясь собственного маленького недуга после сильного перелома, его щеки немного порозовеле, а сам он принял больше защитную позу, скрещивая руки на собственной нагруднике.

Даже не заметил как начал издавать иные звуки.

      Что-то в этом было настольгическое, что вызывало у крысы улыбку, которую он сдерживал всеми силами. Когда-то его сын точно так же пытался его уверить, что он не порезался, когда учился владеть катанами, или когда что-то произошло в логове в его отсутствие, но он не мог понять что, ведь Леонардо всегда следил, что бы все было в порядке. Это так в духе его сына, отмалчиваться, лишь бы никто не волновался.       Йоши протянул лапу к ноге лидера, касаясь его колена и мягко нажимая, что вызвало у черепахи снова удивление. Он аккуратно переместил его больную ногу на свои колени, похлопав мягко по ноге, выводя собственным ногтем метафорические круги на зелёной коже, слабо улыбнувшись. Он ясно слышал как Леонардо снова издал чиркающий звук от смущения, но не стал сопротивляться. Тянущаяся боль будто бы стала слабее под мягкими движениями и теплой рукой отца. Хотелось закрыть глаза и просто наслаждаться, не смотря на то, что его щеки были готовы вот-вот запылать от стыда, а он сам бы был не против сгореть заживо.       -Если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь мне сказать — Намёк. Маленький, совсем не ясный намек, который черепаха с лёгкостью могла понять, понять что его отец видит, что нога не единственная его проблема, но парень в синей повязке не собирался рассказывать, что ещё его гложет. По крайней мере не сейчас. -Я знаю, сенсей.Я знаю. — сиплый голос отозвался так же спокойно на прошлый мягкий тон крыси. Он специально повторился, давая понять, что он ничего не скажет. Йоши просто кивнул, осозновая, что дальше разговор их никуда не уйдет и больше он не узнает, но он может помочь с тем что имеет сейчас. Прикрыв свои глаза, он продолжил аккуратными движениями массировать чужое колено, надавливая на некоторые точки, от чего синий вздрагивал, приоткрывая каждый раз глаза, которые у него закрывали от усталости.       Тепло, тихий шум, что не оглушал его как резкие вспышки или же тишина и простая забота успокоили его комок из страхов, выдернув парочку ниток, облегчая ситуацию.       Они оба молчали, просто наслаждаясь данной ситуацией, каждый в своих мыслях, где-то далеко от сюда. Слов больше не нужно было, каких-либо лишних действий тоже. И в какой-то момент послышалось тихое сопение с изредким чирканьем. Поправив на сыне одеяло, крыса осталась сидеть на своем месте, аккуратно поглаживая дальше колено, медленно моргая и дёргая собственным хвостом.       Казалось бы, маленький разговор, но с Леонардо всегда можно было поговорить даже пару секунд и задуматься о чем-то действительно важном. Мудр и отважен не по годам, порой он мог превзойти и его в самой мудрости, но он был всё ещё юн для подобного и не готов.

Возможно он слишком рано заставил собственного ребенка повзрослеть…

***

      -В общей сложности, этого должно хватить, но вариант конечно, что этого не хватит лучше не откидывать. Возможно на следующей недели мы ещё зайдём на свалку — Гений протараторил свой небольшой план действий на будущую неделю, поправляя на плече сумку одной рукой и другой поудобнее перехватывая некоторые обычные детали, а некоторые и кренговские детали, которые люди по ошибки выбросили вместе с остальным хламом.

Хах, глупцы, но им же напользу.

      -Звучит не очень весело… Я планировал на следующей неделе сходить с Рафом на матч по боксу. Я думаю он расстроиться — Весельчак состорил грустное лицо, тряхнув металлом в своих руках, шаркая ногами по тоннелям канализации, изредко зевая, ведь было достаточно поздно, а свой запас энергии он истратил ещё в середине дня, когда убегал по этим же тоннелям от Рафа. У него будут шышки на затылке, определенно. -Не ерничай, грустно будет только тебе, он же от счастья возможно даже прыгать начнет. Хах, я бы посмотрел на это на самом деле — Черепаха в фиолетовой повязке довольно ухмыльнулась, подходя к турниками и осторожно проходя через них, слыша стандартный, мягкий щелчок, после чего прямо за ним зашёл и Майкл.       В логове было достаточно темно, но спасибо его юному гению, светодиоды делают свое дело. И телевизор.       Его взгляд пал на синие ленты, которые свисали с подушки, а на диване также сидел отец. Осторожно оставив металлом на полу, он тихо подошёл к мягкой мебели, ухо отца даже не дернулось, что значит он в курсе о их приходе даже до того, как они дошли до турников. Прямо за ним плелся Майк, который последовал чужому примеру. Похлопав глазами, они немного недоуменно смотрели на старшего, вспоминая что до их ухода, тот собирался на небольшую пробежку, но уж точно не лежать. Точнее это знал Донни.       -Что… — Черепахе не дали договорить. Крыса приложила ко рту палец, издав тихий и шипаший звук. Лидер немного заюлозил и нахмурился, после чего вновь расслабился, как почувствовал магкие прикосновения на собственной ноге.       Весельчак похлопал глазками и лучезарно улыбнулся, беря край одеяла и подтягивая его к шее Лео.

-Спи спокойно, большой брат)