Столкновение не избежно

— я никогда и никому не позволю тебя целовать, ты только моя.

— но я ведь не вещь, Лаура.

— нет, Маша, ты моя. Только моя! Только я могу к тебе прикасаться! Только я могу трогать твои волосы! Только я могу вдыхать твой аромат! Только я могу тебя обнимать! Только я могу тебя целовать! Только я!

— но так нельзя, я не хочу так, я не хочу быть чей-то собственностью.

— тогда не стоило начинать!

Блондинка проснулась от звона в ушах. Юное тело встаёт с кровати и бредёт к окну. Убрав плотную ткань, которая скрывала вид на окружающую среду, Маша поняла, что только рассвет, а значит сейчас около пяти утра. Людей совсем не было. Сейчас же, проспект, который через час или два был бы забит, абсолютно пуст, казалось, что все вымерли. Но нет. Проезжает машина, а значит, все живы. В руках электронка. Пар из раза в раз выпускается в окно. По телу проходят муражки, но скорее от холода. На экране телефона показывало 5:09 — круто, до будильника ещё час. Бубнила Маша. Придя на кухню, желание утолить голод не появилось. Кипяток наливается в кружку и мешается с растворимым кофе. Горячая жидкость приятно обволакивала полость рта. Затем в ванную. Девочка долго стояла перед зеркалом, разглядывая себя. На лице ноль эмоций, в глазах пустота. Она мертва? Нет, точно нет, ведь бывало и хуже. Стоило только вспомнить прошлый день, в сердце что-то кольнуло. — она так отреагировала на поцелуй…она поставила мне тройку и двойку, да плевать на оценки, в конце концов, она накричала на меня Размышляла кареглазая. Время только без пятнадцати шесть. Блондинка сидела за столом. В руках черная ручка. Снова линии, то одна толще, то другая тоньше. Через минут десять появился образ Лукиной, но было что-то другое, не как в первый раз. Сон не давал покоя. — а если это так? Если она собственница? Я люблю свободу. Думала кареглазая. Начинается создание ещё одного рисунка. Тут уже потратилось больше времени. Снова портрет Лукиной, вокруг разноцветные цифры. Глаза тоже были в цвете. Два голубых, глубоких, бушующих океана, которые прям манили, но при этом обжигали. Звонок на телефон. Маша смотрит на дисплей. — Лучик. Блондинка не отвечает, ведь это была Лукина. Разговаривать сейчас совсем не хотелось, не только с ней, а вообще с людьми не хотелось разговаривать. Было дикое желание прогулять сегодня школу, под предлогом того, что плохо себя чувствует, но нельзя, надо исправлять оценки. Кстати о них. Ноутбук включается. Сетевой город во всю уже загружал отметки. 10Б, алгебра. Преподаватель — Лаура Альбертовна Лукина. Маша ведёт пальцем по фамилиям, находит свою, проводит до среднего балла и удивляется. Если раньше была чисто пятерка, то сейчас уже 4.1, это плохо. Да, в этом году оценивается по полугодиям, но всё равно, не хотелось бы расстраивать родителей и объясняться им. Учебники, тетрадки и пенал быстро летят в рюкзак, вслед за физкультурной формой, которая сегодня состояла из черных свободных шорт с принтом по колено и такого же цвета широкой футболки. Сама Мария была одета в черные брюки, белоснежная шелковая рубашка, из украшений одно чёрное кольцо на безымянный левый палец и готово. Макияж состоял из тонких, средней длины, ровных стрелок, подкрашенные ресницы и готово. По ней было видно, что она устала, что что-то произошло, потому что в глазах чистая пустота, которая, наверное, могла напугать кого- угодно. Вызовы так и шли и все от Лауры. И вот только один от Поляковой. — Алё — Маха, живая! — ну да — я думала, что ты там того — ты чего звонила? — как обычно? — да — а ты Лаурке отвечала? — Тань… — понятно…много она звонила? — с шести утра и до сих пор. — кошмар …ну тебе стоит ждать в школе… — я понимаю, но не хочу! — не хочешь мириться? — не хочу разговаривать, я вообще ни с кем не хочу. — да… Машка, вот везёт же тебе на людей — мг… очень. — ну ты давай, не расстраивайся, может ко мне после школы? — так тебя же наказали — ну тебе то можно, мама уже скучает по тебе. — ладно…посмотрим — давай, Маха, не кисни. Посидев немного в телефоне, стрелки перевалили за 7:40. Блондинка уже вышла из дома и шла по оживленному проспекту. Она явно выделялась из всей толпы. Все люди спешили, шли сгорбившись, а кареглазая никуда не торопилась. Она была как светлый лучик среди всей этой грязи, но и этот лучик, со временем начинает гаснуть. — привет Полякова обняла блондинку. — привет… Тихо сказала Маша. Она вцепилась в подругу. Ей так не хватало простого объятия. Они простояли так около минуты — Мах, надо идти. — мг… Блондинка отстранилась. — хочешь, я с ней поговорю? Предложила Полякова — Тань…я не знаю, мне ещё сон приснился, не очень приятный. Блондинка рассказала — ну если она так отреагировала на поцелуй, значит, что всё так и есть, а насколько сильный она собственник, этого мы узнать ещё не можем. — я ещё нарисовала её два раза… — определённо, ты от неё зависишь эмоционально. — а что мне с этим делать?! — ничего Маш, значит ты и вправду любишь её. — я это итак знаю! — здравствуйте! Девочки поздоровались с охранником. — какой у нас первый урок? — не знаю, в классе узнаем. — здравствуйте, Светлана Владимировна Сказали девочки — здравствуйте, здравствуйте, на доске расписание — ну вот Сказала Таня — физра, геометрия, французский, английский, русский, физика и биология… — да уж…геометрия второй… Фигово, а физра вообще первая. — а мне переодеваться или нет? Спрашивала блондинка — ну этого я точно не знаю, ну переоденемся за пять минут до звонка — ну да — пойдем в раздевалку. Девушки были в раздевалке одни. Лёгкие наполняются ядовитым дымом. Прекрасное ощущение расслабления — боже…как хорошо Сказала Таня — мг… А вот Машу даже электронка не успокаивала. Вдруг зашли девочки по младше — у нас совмещенка что-ли? Спросила Маша — а вы из какого класса? Спросила Полякова — 6 Б — боже… Таня…я вскроюсь… Сказала Маша. Это были дети Елены Александровны. В раздевалку зашла Ольга Викторовна — так, Маша и Таня, сегодня совмещенка — да мы поняли уже. Девочки быстро переоделись. Только они вышли из раздевалки, как карие глаза столкнулись с желто-зелёными — доброе утро, девочки. Сказала Елена Александровна. Она стояла возле учительницы физкультуры — доброе утро. — Маш, подойди пожалуйста. Сказала Ольга Викторовна — да? — скажи пожалуйста, кого нет. Блондинка быстро открыла в телефоне классную беседу. Предупредило только два человека. — Сони и Лёши не будет, остальные должны прийти. Говорила Маша. Елена смотрела на ученицу очень внимательно. Она вглядывалась в её глаза, а там пустота. — Лукина… Подумала учительница. — так, хорошо, спасибо Сказала Ольга — мг… Она села к Поляковой на диванчик. — ещё эта пришла… Бубнила Маша, хотя больше было похоже на сожаление. — опа…и Лукина Сказала Полякова. Маша только услышала, сразу посмотрела в сторону учителей. Лукина стояла возле Ольги Викторовны. Сегодня на ней был костюм розового цвета и черная рубашка. Маша сразу обратила внимание на глаза. Они были уставшими. Оно и понятно, не спать до двух часов ночи. Лукина замечает на себе взгляд. Она смотрит на блондинку. Сейчас от младшей не было искры. Простой взгляд, в котором даже невозможно прочитать эмоции. Блондинка первая прервала зрительный контакт. — привет, Лаура, снова за Машей? — мг…отдашь? — конечно — спасибо. Шатенка подошла к девочкам. — здравствуйте. Сказала Лаура. — здравствуйте Ответили те — Маш, я тебя отпросила с физры, по звонку придёшь ко мне. Младшая не отвечала, а смысл? Возразить не получится, ну то-есть, результата никакого не будет. Маше придется идти. Лукина ушла — она точно со мной поговорит… Сказала Маша. — ну это хорошо, вы поговорите, обговорите всё. Ты ведь не можешь мучаться, да и я не хочу этого. Я не хочу тебя снова бояться, как после той мадам… — Тань! — ну ведь правда! Прости… — ладно…пойдем в туалет, накурюсь и пойду к ней. — не самый оптимистичный настрой…но пойдем. Подметила Полякова. Девочки сидели по разным кабинкам. Маша делала тяжку за тяжкой, пар выпускался через нос. Наконец появилось то самое чувство. Девушки обменялись электронками — хорошая… Сказала блондинка — мг, это вака. От неё жёстко берет — …да…это я поняла. Сказала Маша. Появилась отдышка. Руками было крайне сложно шевелить. В глазах все поехало. Ещё одна тяжка и этот эффект продливается. Звонок. — надо купить себе такую же. Сказала блондинка, когда они вышли из кабинок. — да, Исмаил сказал, что они самые сильные. Стоят 850 — о, вообще супер. После школы надо будет купить. — ну твоей же неделя только — да пофиг, закину в кровать, на черный день. — ахаха, поняла…так, тебе надо идти к Лауре — я не хочу… — надо, давай. Всё будет хорошо! Таня стояла и обнимала подругу прям под дверью в кабинет математических пыток. — ну всё, давай. Маша постучала в дверь — входи. Блондинка вошла в кабинет — здравствуйте. — здравствуй… Девочка села за парту. — давай задания. Блондинка протянула приличную стопку бумаг. — всё решила? Лукина взглянула на ангела, который разучился летать, но на долго ли? — да. Отрезала младшая. — тогда вот, иди к доске. Лукина протянула лист. Маша стоит возле доски. Было написано только одно действие. В голове был ступор, пустота или обезьянка, которая била в тарелки. Она простояла так около трёх минут. Шатенка посмотрела на ученицу, когда перестала слышать звук мела — так… Лукина быстро просмотрела первое действие — это всё? Она вообще ничего не понимала. Если неделю назад Маша спокойно решала задания одиннадцатого класса, то сейчас на доске был написан какой-то бред. — я не знаю, как это решать. Сказала блондинка, положив мел на место. Шатенка тяжело выдохнула, сняв очки и отложив их на край стола. Руки сразу поднеслись к вискам и начали их массировать. — садись… Блондинка послушно всё выполняла. — Маш, что такое? Что случилось с тобой? Ты мне на прошлой неделе решала ужасно сложные задания, а сейчас что? Начала Лукина — я не знаю… Тихо ответила блондинка. Карие глаза были устремлены в парту. — а кто знает? Грубо спросила учительница Вдруг в сердце снова что-то кольнуло. Появилась та самая неприязнь? — Лаура Альбертовна, я вам в самом начале сказала, что я не тот ребенок, который понимает математику и может решать всякие олимпиады! Блондинка закипела. — к тому же, с недавних пор, видимо и школьную программу я тоже не в состоянии решать, раз у меня балл резко упал с пятерки до четвёрки! — ну не я ведь прогуляла самостоятельную работу! Отвечала шатенка — а тройку я тоже заслуженно получила?! Карие глаза, которые раньше были похожи на карамель, стали другими. Сейчас пылал огонь и не страсти, а агрессии. — да! Лукина сжала кулак. — а Андрей?! — а меньше целоваться надо было! — а кто вы такая, Лаура Альбертовна, чтобы запрещать мне с ним целоваться, а может я с ним встречаюсь? К тому же, как моя связь с этим человеком имеет право влиять на мои оценки?! — кто я такая? Переспросила Лукина — да! Маша прекрасно понимала, что делает шатенке очень больно, но ведь она тоже не сильно отличилась. — ты сейчас серьезно? А вот голубоглазая никак не могла поверить услышанному — да! Я ведь просто так его целовала… Мне просто так захотелось, и я его поцеловала, а вы ведете себя, как маленький ребенок, Лаура Альбертовна, потому что мы с вами обо всем поговорили в воскресенье, а сейчас решили свой характер показать! Глупо! Смешно! — убирайся отсюда… Я не хочу тебя видеть… Тихо говорила Лаура. — ну да, конечно, я ещё и виновата в том, что вы собственница! Видать и вправду, вещий сон. — уходи… Лукина до последнего себя сдерживала, чтобы не накричать на младшую — я уйду, только не звоните мне пожалуйста, как вчера и сегодня утром, раз вы забываете для чего всё это! Блондинка быстро покинула класс математики и направилась к Светлане Владимировне. У неё шел урок в 6Б — какая прелесть! Злилась Маша. Три стука — входите. Сказала учительница — Светлана Владимировна, можно поговорить с вами? Светлая макушка стояла в дверном проёме. — а ты чего не на уроке? Да, сейчас. Учительница дала детям задание и вышла из класса. — что случилось? — Светалана Владимировна, а можно отказаться от участия в олимпиаде? — во всех?! — нет, только по математике. — а что произошло? — а вы в журнал электронный зайдите, на алгебру и посмотрите мой балл. — мне поговорить с Лаурой Альбертовной? — нет, я уже поговорила с ней, несколько минут назад — а за что тройка и двойка? У тебя всегда пятерки?! — а вот Лауре Альбертовне не понравилось, что я целовалась с Андреем и вот. На уроке я вышла к доске, всё идеально рассказала, правильно решила, на меня накричали и поставили три, а двойка за то, что меня не устроила справедливость на этом уроке, и я просто ушла с него — Маша! Кошмар! Я сейчас поговорю с Лаурой Альбертовной — а смысл? Если у меня не получилось, у племянницы, то у вас точно…так что насчёт Олимпиады? — нет Маш, уже нельзя. Согласие у Наталии Николаевны, она уже списки подала и можно будет только добавлять — плохо…ладно, извините, что во время урока вас…отвлекаю. — да ничего страшного, а у тебя какой урок? — ну была подготовка к Олимпиаде, а так физра — ну иди тогда в раздевалку, там сиди, только тихо — мг…я вас поняла. Блондинка лежала на лавочке в четырех стенах. В раздевалке было хорошо. Тихо, темно и тепло. Пар выпускался из носа и всё было прекрасным, только вот мысли о шатенке полностью не позволяли насладиться. — мы расстались? Или что? Что дальше? Очень много вопросов. Вдруг дверь открывается. В проходе стоит шатенка. — Мария, надо поговорить. Учительница прошла в раздевалку. — я думала, что мы с вами уже обо всем поговорили… ой! Забыла, я же не умею думать…точно. — Маш, мы много наговорили лишнего друг другу. Я была не права, и ты тоже была не права, так что всё, давай, конец ссоре — интересно…а в чем я виновата? В том, что я специально поцеловала Андрея, потому что увидела Елену? В том, что вы меня несправедливо оценили? В том, что вы накричали на меня вчера? В чём? — хорошо, виновата только я — нет, Лаура Альбертовна, вы это делаете просто так. Просто пришли типо извиниться! Но это ведь не искренне — Маша, я вчера не находила себе места, после того, как ты не пришла на урок, я начала себя накручивать, я очень сильно переживала, я звонила и писала тебе до трёх часов ночи и снова начала в пять утра. Я спала только два часа, потому что от тебя не было никакой информации. С кем ты, где ты, как ты. — но на уроке вас это не волновало. Фыркнула Маша. — да пойми же ты… Лукину перебили — я итак прекрасно понимаю, что вы дикая собственница! Разговор окончен! — ты меня даже не выслушала… — Лаура Альбертовна, ещё раз повторюсь, что мы с вами всё обсудили ещё в воскресенье, то что вы забыли или вам это не нравится, это не моя проблема. Маша легла обратно. Лукина ушла. У обеих было странное чувство. Будто всё это было построено специально, чтобы все вот так получилось, но в итоге обе подумали, что это просто бред. Дальше уроки шли нормально, но настала геометрия Все зашли в класс по звонку, вот только учителя не было. — опа, а где лучок? Спрашивал Серёжа В классе поднялся шум Учителя не было пять минут, десять, пятнадцать — а у нас сейчас точно геометрия? А может другой урок? Может переставили снова? Посыпалось из класса. До звонка остаётся около трёх минут. В класс заходит Лаура. Все сразу затихли. В её руках был какой-то листочек А4. — извините, что так получилось, вы можете быть свободными, до свидания. Сказала шатенка. По ней было видно, что она вот вот заплачет. — слышь, Маш, а чё это с ней? Спрашивала Полякова, когда они вышли из кабинета — не знаю, тебе ли не похуй? — вы поговорили? — мг, конечно, снова посрались. Нахуй мне это надо. Она реально собственница Урок за уроком. Последний ребята отсидели еле-еле. — ну чё, погнали? Спрашивала Полякова — девчуль, подождите. А вы в курсе, что Лукина увольняется? Начал Сережа. Блондинка естественно не поверила. — откуда такая информация? — Матвей. — чёрт! Маша побежала в кабинет математики с вещами Она врывается в него, чуть ли выламывая дверь. Лукина сидит за первой партой, а рядом с ней учительница биологии, приобнимая за плечи шатенку. Конечно обе сразу повернулись на звуки. — Елена Александровна, можете пожалуйста выйти! Протороторила блондинка Та сразу поняла. Дверь закрылась на защелку. Они остались одни. Маша подходит к Лукиной, по которой было видно, что она недавно плакала. — почему ты увольняешься?! Голубые глаза вдруг поднялись на младшую. В ответ тишина — почему ты увольняешься? Переспросила Маша — а смысл мне здесь оставаться? — его разве нет? — сейчас уже нет… — то-есть ты хочешь уйти после первой недели, оставив учеников, оставив меня?! Сейчас блондинка очень сильно боялась услышать хоть что-то от учительницы — я вынуждена так поступить. — почему?! — так надо, Маш… Шатенка встала, она забрала сумку, но блондинка перегородила путь. — Маш, пропусти… — нет, я этого не сделаю, пока ты всё не объяснишь, почему ты увольняешься? — я не собираюсь тебе отчитываться! Крикнула шатенка. — Ты должна мне рассказать! — Третьякова, ты хоть видишь, что перед тобой стоит учитель, ты как со мной разговариваешь? Пропусти меня! — нет! — ну хорошо. Лаура пошла на пролом. Блондинка пыталась остановить, но получалось плохо. Учительница бежала к выходу из школы. Маша за ней. Автомобиль снимается с блокировки Водитель занимает свое место, кнопка старт, движение. Как вдруг, открывается дверь и в салон запрыгивает младшая. Лукина была в шоке — Третьякова! Ты сумасшедшая! Кричала Лукина Маша тут же прикоснулась к губам, по которым она скучала. Она была уверенна, что Лукина не устоит, они помирятся, но нет. Старшая оттолкнула блондинку — что ты творишь?! Выйди из машины! — я не сделаю этого — сделаешь! Сейчас же выйди! Я твоим родителям позвоню! — ну хорошо. Я не думала, что знакомство будет именно таким. — ты просто… — что я просто? Спрашивала блондинка — да ты хоть думаешь головой?! Запрыгивать в машину, когда она движется! — ну да…если бы не рассчитала, то было бы больно — Маша, выйди из машины! Пожалуйста… — нет, Лаур. Я этого не сделаю. — боже..... Лукина поняла, что это бессмысленно. Снова движение. Шатенка ехала домой к себе. Она не знала, что сейчас делать с Машей. — так почему ты увольняешься? Тишина — ну ладно. Двадцать минут поездки в полной тишине — страшно! Автомобиль паркуется возле двадцати этажного дома. Водитель выходит из машины, а Маша за ним. Они вместе зашли в подъезд и в лифт Шатенка жалобно взглянула на ученицу и всё же нажала кнопку семнадцатого этажа. Ключ прокручивается два раза и дом, милый дом. Маша закрывает за собой дверь. Раздевается и начинает оглядываться. С самого входа можно было понять, что квартирка то, большая. Всё в темных тонах. Черный и бордовый были основными. Лукина тоже скидывает с себя верхнюю одежду и проходит вперёд. Маша оказывается на кухне. — Лаур, может ты всё же объяснишь? Снова попробовала Маша — садись… Старшая сдалась. — Маш…я люблю тебя, но понимаю, что мы не можем быть вместе. Это никак не зависит от нашего возраста, от пола, это зависит от характера. Я ревнивый человек, я собственница, а ты молодая и красивая девушка, по тебе все парни сохнут, и я это замечаю. Я не могу это терпеть… Тебе нужна свобода. Ты ещё маленькая для серьезных отношений. Тебе надо нагуляться, находиться по клубам и только потом уже строить семью, понимаешь? Лукина пыталась сдерживать слезы — не понимаю. Ответила Маша, на что получила вопросительный взгляд от старшей. — помнишь, когда я шла с Поляковой по лестнице к ней домой, ты ведь следила за нами. И Таня ляпнула про прошлую девушку, после которой я очень сильно изменилась, точнее после наших с ней отношений. Она была моей учительницей. Это был девятой класс. Ближе к январю мы с ней сошлись, правда зря, потому что она меня во всем ограничивала, в плане общения. Всегда проверяла меня, мой телефон, не дай бог я там с каким-нибудь мальчиком или девочкой общалась. Она была ужасной собственницей. Каждый день она ставила мне пометку на груди. Вот тут. Маша растегнула рубашку и указала пальцем на ложбинку. — так вот…я перестала со всеми общаться, и я думала, что это нормально, а потом, перед самым экзаменом по математике я увидела, как она целовалась с каким-то мужчиной. Было больно, но я простила ее, потому что любила. Она была мне, как вторая мама. В середине июля мы с ней очень сильно поссорились… Да и родители узнали о наших отношениях, меня посадили на домашний арест и как раз, она в тот день уезжала из этого города. Я пыталась сбежать, чтобы успеть в последний раз ее увидеть, но не успела. Я писала ей очень много, на что получила кучу оскорблений, она меня везде заблокировала, везде удалила и всё. Вот так. Поэтому я и люблю свободу, потому что раньше меня держали в клетке. Я и запрыгнула к тебе в машину, потому что боялась, что снова не успею… По бледному лицу скатились две слезы. — я стала такой. Понимаешь? Я два месяца вообще никуда не выходила. Только благодаря Поляковой и родителям, я смогла отпустить чувства к ней. Я не хочу снова переживать расставание. Это очень больно… Блондинка полностью расклеилась. — Маш…прости меня… Сказала шатенка и обняла младшую. — я не знала ведь…я хотела спросить, но не успела… Мы с тобой поторопились, мы не знаем друг о друге ничего… — но ведь это нормально? — я не знаю… Отвечала Лукина, продолжая прижимать к себе девочку. — я тебя очень сильно люблю и прошу прощения за всё, только не уходи, не бросай меня…я не буду встречаться с Андреем, пускай Елена Александровна думает, что хочет, мне плевать! — Маш…ты тоже прости меня. За всё… Я только сейчас поняла, насколько сильно люблю тебя и никому не хочу отдавать… — я тоже не хочу тебя терять… Плакала блондинка — ну всё, котенок, прекращай. — я не могу… Я так устала ужасно…от всего… хочется взять и просто опустить руки… — не надо, Маш…ты главное только не молчи, говори мне обо всём, я буду помогать тебе, поддерживать, хорошо? — мг… — ну всё, давай, успокаивайся. Лукина уже хотела отстраниться, но не получилось. — нет, пожалуйста…не уходи! Не оставляй меня! Умоляла Маша — я не буду никуда уходить и никогда тебя не оставлю, обещаю… Сказала Лукина Маша ещё сильнее вжалась в старшую. Лукина поняла, что блондинке надо отдохнуть. Она взяла её на руки, а точнее посадила ее на себя и понесла в спальню. Аккуратно положила юное тело на кровать, легла рядом, укрыла их одеялом и снова прижала к себе её девочку — Лаур…это значит, что ты у нас больше не будешь вести? Спросила блондинка — нет… — вернись пожалуйста, я не смогу без тебя… — хорошо, Машунь… — а что теперь между нами? Тихо спрашивала блондинка — я думаю, что нам надо остаться просто подругами, узнать друг друга получше, а там…как получится… — но я люблю тебя. — и я тебя — разве подруги могут любить друг друга? — я не знаю, Маш…не знаю… Они ещё долго пролежали в обнимку. Лукина дождалась пока Маша уснет и встала с кровати. Она ещё раз взглянула на спящую девочку. — мой ангел… Сказала шатенка и вышла из комнаты. Автомобиль быстро заводится. Голубоглазая аккуратно вела машину. Сейчас мысли о Маше были на первом месте. Она понимала, что не хотела делать больно девочке, но ведь она вынуждена. — Добрый вечер, Лаура Альбертовна! Поздоровалась Светалана — помощница Лауры — привет, нашли девочку? — несколько, они в примерочной — сколько их? — семь. — хорошо, пойдем смотреть… Девушки шли по светлому широкому коридору. По обе стороны были стекла, где можно было наблюдать процесс работы. В одном кабинете проходили съемки, в другом отрабатывали походку. Лукина заходит в одно из таких помещений — всем здравствуйте Сказала шатенка — здравствуйте, Лаура Альбертовна. — так, ну вот, семь девушек. Показала Светлана. Рабочий процесс шел во всю. Лукина знатно упохалась. — я в кабинет, не тревожить, решаешь всё сама. Сказала шатенка секретарю — хорошо, Лаура Альбертовна. Лаура стояла возле окна и смотрела на прохожих внизу. Она часто так любила делать. Она рассматривала людей, отмечала красивые черты лица, тела. Телефон зазвонил. Лукина посмотрела на дисплей. — Ангел. — Алё, Машунь. — Лаур, а ты где? — я в модельном, сейчас приеду домой — хорошо… Шатенка быстро села в автомобиль. По пути домой, она заехала в цветочный магазин — здравствуйте — Добрый вечер, вам что-то подсказать? — да, мне нужен красивый букет. — для кого и по какому поводу? — для очень близкой мне девушке и без повода — какие цветы вы бы хотели? — ну она у меня, как ангел, как лучик солнца. Наверное что-то светлое? — как насчёт букета из пионов, антуриума розы, эустомы, астильбы, хамелациума и эвкалипта? Все цветы белые. — из всего перечисленного я знаю только пионы, розы и эвкалипт, так что давайте, а какого размера он получится? Улыбалась Лаура. Голубые глаза светились от желания сделать её ангелу приятно — он довольно большой. — отлично, сколько с меня? — 9900 Прозвучал писк — успешно Сказала девушка и отдала букет. От него прям веяло свежестью и нежностью — какая красота… спасибо огромное! Сказала Лукина — не за что! Девушка улыбнулась — до свидания! — всего вам хорошего! Ключик поворачивается несколько раз. Дверь открывается. Шатенка снимает обувь Букет был за спиной. — Машуня? Ты где? Из спальни появилась светлая макушка. — иди ко мне. Говорила шатенка с улыбкой на лице. — я испугалась, когда проснулась и не увидела тебя. — прости, я не хотела тебя просто будить. — что у тебя за спиной и почему ты так светишься? Блондинка вообще ничего не понимала. — это тебе. Лукина протянула пышный, белоснежный букет — боже… Лаура… Девочка прикрыла глаза — тебе не понравилось? Лукина не поняла реакции — наоборот, просто мне никогда такую красоту не дарили, спасибо тебе огромное. Младшая набросилась на голубоглазую с объятиями. — спасибо тебе огромное… — пожалуйста, ангел… Лукина приподняла Машу за подбородок. Глаза в глаза. Карие тонули в голубых или наоборот? Это было не важно, потому что в данный момент, обе были счастливы. Во время переглядки, Маша быстро сняла колечко с пальца. — Лаура Альбертовна… Младшая аккуратно спускалась на колени — вы будете моей девушкой? Сказала блондинка. Лукина явно была в шоке. Минута тишины. Ответа не было, а Маша лишь ждала. — да, ангел мой, буду! Лукина взяла кольцо в руки — я не знаю, подойдёт оно тебе или нет… Сказала Маша — Третьякова, да мне плевать, главное, что ты со мной! Лукина начала расцеловывать ее девочку. — щекотно… Поцелуи сыпались на всё лицо. На лоб, на носик, на прикрытые глаза, на брови, на скулы и на губы. Лукина вела Машу в сторону спальни, не прекращая поцелуя. Младшая полетела на кровать, а Лукина сверху. Она действовала аккуратно и не спеша, давая возможность кареглазой передумать. Блондинка сама растегнула две верхние пуговицы своей рубашки. Поцелуи спустились ниже. На шею, где осталось несколько пометок, на ключицы, на плечи, на ложбинку. Маша обвила ногами талию Лукиной, притягивая к себе ещё сильнее. Несколько секунд и они меняются местами. Теперь Маша сверху — хулиганка моя! Улыбнувшись, сказала шатенка. — сколько время? — пол десятого. — блин… — я могу тебя отвезти домой. Шатенка немного расстроилась — да не в этом дело… — а в чём? Спросила Лукина, заправив светлую прядку за ушко. Маша молчала — только не тишина — я…уроки не сделала Маша не выдержала и рассмеялась — боже…я думала, что что-то серьезное, а ты у меня шутница! Лукина начала щекотать младшую. Та упала рядом с шатенкой и смеялась на всю комнату. — ахахаха, Лаура, прекрати, ахаха. Маша крутилась по всей кровати. — не-а — Лаура! Ахахахаха — ладно, всё всё. — отвезёшь меня домой? Сразу спросила Маша. А вот сейчас, Лукина и вправду расстроилась — ахахахаха, снова шутка — Маша..... Старшая закатила глаза. — ой ой…как же это сексуально… — что? — то, как ты закатываешь глаза. — ах вот как… Лаура ухмыльнулась и поцеловала блондинку — мм… Стон от младшей — будем спать или ты уже выспалась? — будем, только надо и вправду уроки сделать, сходить в ванную, и только потом можно. — много уроков? — ну…геометрия…русский, физика и английский… Лаур, а ты будешь у нас завтра вести? — я думаю, что нет, хотя…может замену ещё не нашли. — а ты точно сможешь вернуться? — надеюсь — а если нет? — то по твоему желанию, я заберу твои документы и мы вместе перейдем в другую школу…но я уверена, что я вернусь. — хорошо. Маша чмокнула старшую в губы. — пойдем в кабинет, там будет удобнее делать уроки. Сказала Лаура — мг… Маша хотела уже повесить на плечо тяжёлый рюкзак, но Лукина её опередила. — спасибо… Девочка сидела в огромном чёрном кожаном кресле, а Лукина стояла у окна. — нужна помощь? — не-а — ну ладно…кушать не хочешь? — не — чай, кофе, сок? — Лаур, ничего не надо, правда. Блондинка улыбнулась — ну хорошо… Прошел ровно час. Маша убрала все тетради и учебники в рюкзак. — Лаур, я всё Сказала девочка, а в ответ ничего. Маша посмотрела на диван, на котором лежала голубоглазая. — уснула… Младшая подошла к спящей девушке, присела на коленки и начала аккуратно водить пальчиком по очертанию лица. — такая красивая… Шептала блондинка — Лаура…вставай… Маша начала целовать ее в губы. Поцелуй вдруг углубился. Голубые глаза распахиваются. Маша отстраняется. — пойдем в ванную и спать. — пойдем вместе? Предложила старшая — пойдем Маша ухмыльнулась. — держи. Лукина протянула розовую толстовку черные штаны от пижамы и трусики. — спасибо — пойдем. Лукина разделась первой. Она легла в ванну, и ждала пока наберётся вода, а вот Маша стояла, как загипнотизированная. — чего стоишь? Спросила старшая — … Щёчки покраснели — какая ты стеснительная…никогда не видела голых девушек? — нет…ну точнее, когда у нас с тобой был… — секс Сказала Лаура — мг, я увидела тебя тогда впервые, а сейчас второй раз — Маша… Лукина умилялась реакции девочки. — в этом нет ничего такого…тем более мы с тобой встречаемся, не посторонние люди друг другу. Давай, иди ко мне. Маша начала расстёгивать рубашку. Девочка осталась только в трусиках и то, они тоже вскоре были сняты. — ты прекрасна… Сказала Лукина. По её часто вздымающейся груди, легко можно было понять, что она возбуждена, к тому же сосочки затвердели. — иди ко мне… Шептала голубоглазая. Лукина внимательно следила за движениями младшей. Маша вошла одной ногой в ванну. Теплая вода сразу начала расслаблять тело. Блондинка уже сидела в ногах старшей. Руки Лукиной покоились на груди девочки. Сейчас обеим было хорошо. Маша взяла мочалку, вылила немного жидкости и перевернулась на живот. — можно? — можно. Лукина улыбнулась Маша начала аккуратно водить мочалкой по телу старшей. Начиная со ступней, затем коленки, внутренняя часть бедра, животик и заканчивая грудью. — прикоснись ко мне. Просила Лаура. Маша тут же положила руку на одну из грудей. Касание было осторожным и лёгким. — ты с таким трепетом это всё делаешь… Отметила шатенка — потому что люблю тебя. Младшая медленно прикоснулась к губам голубоглазой. — теперь моя очередь. Сказал Лаура и начала манипуляции мочалкой. У неё был другой маршрут, который начинался с шеи, затем сразу рука опустилась на грудь, застряв на этом месте примерно на минуту, затем живот, и снова остановка между ног. Мочалка давно плавала в воде, а вот рука покоилась на том самом месте. Палец коснулся клитора. Маша слегка дернулась. — не бойся… Шепнула Лукина Начались круговые движения. Девочка слегка приподняла бедра, но рука Лауры её прижала. Темп нарастал. — аххх… Девочка легла на Лауру. — нравится? — да..... Маша уже не могла сдерживать себя. Лауре нравилось слушать стоны её ангела. Она решила немного войти в блондинку и та не дернулась, наоборот. — ещё… — ты не девственница? — нет… Лукина вообще была в шоке. Один палец вошёл по самые костяшки — ещё! Аххх…да!.. Последний стон был самым громким. Девочка ощутила волну оргазма. Началась отдышка — спасибо… Пыталась выговорить Маша — так ты не девственница?! — да…я лишилась её с прошлой девушкой. — ого — ну точнее…она меня ее лишила…не по своей воле… — прости… Лукина начала расцеловывать младшую в шею, пытаясь извиниться за копание в прошлое — ничего страшного, ты ведь не знала, к тому же я уже пережила эту ситуацию — ладно…выходим? — мг… Девушки уже лежали в кровати. Глаза в глаза — во сколько завтра встаём? Спросила Лаура — я обычно в 6:10…у меня даже тут косметики нет… — ну ничего, я поделюсь, к тому же, ты и без неё очень красивая… Шатенка улыбнулась. — спасибо… — ну тогда на 6:10 я завожу… Спокойной ночи, мой ангел — спокойной ночи, мой дьявол? — ахахаха, Маша! — а как? Спокойной ночи, моя снежная королева или лучик? Кстати, лучик. — вот — спокойной ночи, Лучик. Улыбнувшись, сказала Маша. Шатенка поцеловала её в лоб и прижала к себе. Они провалились в сон очень быстро. Ведь правду говорят, что когда ты с любимым человеком, то засыпаешь быстрее…