Серьёзно о несерьёзном

Разнообразные виды досуга, появляющиеся на протяжении человеческой истории, были призваны не только для того, чтобы занять свободное от продуктивного труда время, но и ради эмоциональной встряски. В наше время, когда ручной труд минимизирован, а уровень культурного и интеллектуального развития выше, чем у наших умирающих от усталости в меже предков, досуг окончательно принял развлекательную форму. Сложно представить молодую девушку, что занимает своё свободное время прядением или вышивкой, как и юношу, что вырезает ложки. Душа требует иных эмоциональных состояний кроме «скучно, но надо» и «очень скучно, но надо». К счастью, в нашу эпоху доступного интернета мы имеем удовольствие черпать эмоциональные ресурсы, не прилагая никаких усилий. Сиди и наблюдай за происходящем на экране. Но, так как мы обитаем на фикбуке, стоит особо побеседовать о литературной составляющей. Будь вы множества раз любителями стеклишка, даже у вас есть интеллектуальная особенность к восприятию юмора. Эта позитивная эмоция, обладающая способностью энергетической подпитки. Смех бодрит и повышает тонус. И больше тяготеет к добру, создавая ощущения доброжелательности. Даже высмеивая недостатки, истинный юмор оставляет приятное послевкусие. Юмор всегда связан со сферой интеллекта. И вот тут появляются первые проблемы этого жанра. Есть чрезмерно серьёзные люди, не понимающие юмор в принципе. Так же шутки, касающиеся определённых сфер интересов, могут быть абсолютно непонятными людям, которые про эту самую сферу знают целое ничего. И, так уж устроена человеческая психика, что попытки объяснить шутку её обесценивают. И тут уж ничего не поделаешь, либо вы на одной волне шутите про «не слишком ли ты низковата для гвардейца», отсылая мысленно к Звёздным войнам, или про «кфас», подразумевая дивную транскрипцию Rammstein, либо обнаруживаете, что это действительно не смешно. Многими любимый чёрный юмор другой группой уже будет восприниматься как кощунство. Равно как и, казалось бы, универсальный национальный юмор. У каждой нации свои особенности мышления, восприятия мира и оценки событий. Любимый многими Михаил Задорнов будет банально не понят его любимыми американцами. В интернете полно роликов с оценкой его выступлений иностранными гражданами. Мало кто обижается, но недоумевают почти все. То, что смешно нам, для них является нормой жизни. И всё же, несмотря на сложности, нет-нет, но так и тянет вставить что-то, вызывающее улыбку, в текст. Стоит подытожить, что, несмотря на нашу интеллектуальность, в конечном счёте смешным оказывается глупость и абсурдность, противоречие с реальностью и здравым смыслом. Наши великие предшественники разделили эти противоречия на виды, чем мы с вами и воспользуемся. Ирония. Это мягкая, но более заметная, чем в юморе, насмешка. В иронии ещё нет зла, но уже есть определённая доля осуждения. В иронии объект как бы переворачивается, и его отрицательные стороны выдаются за положительные. Сатира. Это высмеивание и разоблачение недостатков, отрицательных сторон, которые в сатирическом виде становятся особенно заметны и смешны. В отличие от юмора и иронии, сатира может быть злая и даже ядовитая. От неё нередко остаётся неприятный осадок и обида, если читатель узнает в объекте насмешки себя или то, что ему важно и дорого.Одна из особенностей сатиры – утрирование, сознательное преувеличение недостатков, выпячивание отрицательных сторон так, что объекты, ими наделённые, становятся смешными. Гротеск. Это тоже сатира, но доведённая до абсурда, вплоть до уничтожения грани между реальностью и фантазией. Как элемент в тексте вполне подойдёт, на мой взгляд, для высмеивания особо нелюбимого, но фонового персонажа, который вполне может быть создан как раз для комического эффекта. Не главный злодей, а, к примеру, потуга на него, но против главного героя. Фарс. Заимствованное слово из французского средневекового театра - комическая сценка, в которой высмеивается какой-то эпизод или явление обыденной, повседневной жизни. Фарс строится на преувеличении, подчёркивании каких-то нелепостей, несуразностей. Герои фарса постоянно попадают в неловкие ситуации, которые теоретически могут случиться в реальности, но на самом деле – продукт фантазии автора. Ситком. Не заимствованное слово, а сокращение от фразы«ситуационная комедия». Тот редкий случай, когда «сначала был экран, потом литература».Ситком, как и фарс, тоже обыгрывает обыденные ситуации. Но в нём нет такой нарочитой комедийности, выпячивания очевидной глупости или высмеивания неуклюжести.Главное – найти ситуацию, которая ляжет в основу сцены. Пафос. Это особый стиль речи или письма, в котором преобладают возвышенные эмоции: восторг и трагизм, воодушевление и драматизация, эпичность и показательный героизм. И этот стиль успешно можно использовать для создания юмористической сцены. Довольно чуточку переборщить. К слову, задуматься о проявлении юмора в произведениях меня заставил, рискну так сказать, ситком. А именно, история Клуба романтики "Десять желаний Софи". История имеет типичную ситкомовскую завязку - училка-ботаничка под давлением друзей отправляется в Вегас, чтобы отдохнуть. И наутро просыпается в одной постели с дочкой начальницы. Лично меня, хотя история не значится в разделе юмор, построение завязки и написание диалогов с реакциями заставили несколько раз улыбнуться. И противоположная ситуация сложилась с историей, имеющей в жанрах юмор - "Моя голливудская история". Откровенно тупой, не блаженный, не неудачливый персонаж, вроде Се Ляня из "Благословения небожителей", лично у меня, смеха не вызывает. А ситуация со случайным употреблением веселящих веществ на вечеринке и вовсе вызывает отвращение. Под препаратами главная героиня рисковала серьёзно пострадать. Благо, приходит в себя она перед тем, как прыгнуть в бассейн. Остаться в уязвимом положении среди незнакомых людей, так же находящихся не в самом трезвом состоянии - больше похоже на завязку трагедии. Потому приёмы юмористического жанра – лишь часть дела любого комедианта. Несмотря на широкий спектр приёмов, рассмешить человека куда как сложнее, чем, скажем, напугать. Страхи и фобии, даже если мы их не разделяем, нам понятны. Страх – защитная реакция на внешний раздражитель. А шутки? Даже самые, казалось бы, невинные? Даже вызывающие понимающую улыбку подростковые шутки из нового «Оно» из категории «за триста»? Юмор - это действительно проблемный жанр. Потому что, помимо поджанровых приёмов, есть категория того, над чем смеяться нежелательно. Нежелательно смеяться над героем, особенно над главным. Подсознательно читатель ассоциирует себя с главным героем. Осмеянный, выставленный на посмешище герой не вызывают ни уважения, ни симпатии, ни сочувствия. Уж точно читателю не захочется себя с ним ассоциировать. Можно смеяться над ситуацией, в которую попадает герой и из которой с честью выходит, можно смеяться над результатом неосторожных или неумелых действий героя. Смеяться можно над второстепенными героями, особенно если они не слишком положительные — их не жалко. Даже излюбленные Мэри/Марти Сью будут восприниматься иначе и выстрелят в юмористическом ключе, если сместить их на второй план. Не стоит смеяться над чувствами. Эмоциональная составляющая в романе очень важна. Стоит понимать, что переживают не только герои, но и читатели: волнуются, горюют, надеются, радуются, восхищаются. Не стоит юморить над горем, душевными страданиями, переживаниями за близких людей и, несомненно, над любовью. Над этими сильными чувствами не стоит смеяться, даже если их испытывает злодей-антагонист. Осмеянные, они утрачивают свою ценность, становятся мелкими и жалкими. Тогда и герои, испытывающие эти чувства, кажутся смешными, а их переживания недостойными сочувствия. Но вполне можно посмеяться над завистью, жадностью, гордыней, манией величия, трусостью и над прочими низкими чувствами. Опираясь на абзац выше, стоит уточнить момент смеха над главным злодеем. Казалось бы, уж злодей-то достоин осмеяния. Казалось бы. Трусливый, подленький, завистливый антагонист вполне подходящий объект для шуток. Но и победа над таким высмеянным злодеем не слишком геройская. Образ сильного антагониста, злодея, достойного мужественного героя мало располагает к юмору. Ещё меньше - насмешки над поверженным врагом. Низковато как-то. И всё же, несмотря на подборку приёмов столь сложного жанра и на разбор личных запретных тем, всё равно не могу сказать ничего иного, кроме как «юмор – сложнейший жанр». Проще простого не угадать в направлении и прогадать с запретной темой. И мало того, что работа не понравилась читателю, так ещё и кто-то оскорблённым остался. Наверное, даже совет, который я считала универсальным в жанре юмора, так же не может быть универсальным. И всё же я его дам: смеяться надо не над кем-то, а вместе.