Иначе

Зорькина хотелось казнить. Задушить подушкой, когда он мирно посапывал на полу в ее квартире, или отравить, когда он с аппетитом поглощал завтрак утром за ее кухонным столом. У него было отвратительно хорошее настроение, заставляя Катерину хмуриться еще сильнее. Видимо, злость расходилась от нее буквально концентрическими кругами, потому что к концу завтрака благостно расположенный Зорькин все-таки решил поинтересоваться: - Ну и что ты на меня зыркаешь, словно я виновен в конце света, не иначе? - он забрал из коробки последний эклер, и откусил от него сразу половину, удовлетворенно простонав, - нет, все-таки у этого Воропаева со вкусом в еде все более чем в полном порядке. Одобряю. - Александру Юрьевичу твое одобрение без надобности, - Катя шумно убрала посуду в мойку, принимаясь отдраивать тарелки от яичного желтка, - ты вот чего вчера приперся, а? - вода, выплеснулась на рабочую поверхность, когда Катерина слишком резко махнула рукой с пенной губкой. - Катя, у тебя, по-моему, очень большие проблемы с памятью, - горестно заметил Николай, - я же тебе говорил вчера, я с мамой поругался. Она мне, после того, как ты съехала жить отдельно, уже весь мозг исклевала, что и мне пора…в свободное плаванье. Вот я и решил немного… показать характер, наверное. - Почему характер нужно показывать именно у меня? - вопрос на самом деле был риторический, и Катерина понимала, что ни к кому другому Николай просто пойти не мог. Нет, у него были помимо нее другие знакомые, но в том-то все и дело, что они были просто… знакомые. Она была единственной верной подругой, у которой теперь была… относительно своя квартира. - Ты издеваешься? - видимо Николай тоже считал вопрос крайне глупым, - если уж на то пошло, - он громко отпил горячий чай из необъятной кружки, - это ты виновата в том, что моя мать сошла с ума, и теперь требует меня освободить жилплощадь. - Чего? - Катя резко обернулась, чуть не вырвав полотенцем крючок, на котором оно висело, - я виновата? Твоей маме я в голову не влезала. - Нет, - пожал плечами Коля, - но ты устроила бунт в муравейнике. Вот нужна была тебе эта хата? Свободы захотелось? - Вот ты скажи, тебе ее не хочется? - Катя покачала головой, - бунт в муравейнике, надо же, - она повесила полотенце назад, и принялась высушивать тарелки оторванными из рулона бумажными салфетками. - Хочется, но денег на это у меня нет, - честно ответил Николай, - но есть ты, у которой эта свобода есть, вот, - он довольно оскалился, - я и делю эту свободу с тобой. - Зорькин, у тебя с логикой всегда было все хорошо, а тут прям все очень печально, - покачала головой Катерина, тоже делая несколько глотков чая, - ты понимаешь, что если ты с кем-то делишь его свободу, то считай, что никакой свободы и нет. - Пушкарева, ты мне сейчас просто нотации читаешь, потому, что у тебя настроение такое дурное, или потому, что ты дуешься на меня, что я тебе сбил рандеву с этим Воропаевым? - Николай снял очки и принялся протирать их небольшим платком, - Катя, он не слишком хорошая для тебя компания. Он даже видом своим одним на людей давит. Что он от тебя хочет? - Если судить по тому, что он говорит и делает, - Катя замялась, но потом все-таки выдала, - меня, - она собиралась поделиться историей с конюшней и прогулкой, рассказать про такси, которое ей не пришлось оплачивать, но Зорькин немного подправил ее планы. Он сперва уставился на нее удивленно, словно перед ним на месте Кати оказалось какое-то невиданное создание. Николай скользнул по ней взглядом вверх-вниз, словно изучая. - Он хочет тебя в качестве кого? - на всякий случай уточнил он, в голосе было легкое подозрение. И Катерине показалось это очень плохой идеей…то, что она начала говорить, и то, что сейчас должна была сказать. Но переводить тему смысла не было. - В качестве… девушки, - она была максимально осторожна. Александр сам говорил именно это слово, намекал ей не единожды, что она ему нравится, и… Николай помолчал пару секунд, уставившись на Катю, словно ожидая, что сейчас посыплется конфетти, и она, под звук фанфар, заявит, что это была шутка. - Пушкарева, у тебя жар? - он покачал головой, - ты, конечно, прости, но такие, как этот Воропаев, такими как ты не интересуются. Ты у меня, безусловно, невероятна и прекрасна, - он поднял руки вверх, словно желая защититься от выпада, который мог последовать, - но это вижу я, потому, что я тебя знаю. А такому как Воропаев подавай, - он провел перед своим лицом несколько раз, - внешнее проявление. Так что, боюсь, что его интерес к тебе… более практичен. Прости. - Прощаю, - хмыкнула Катерина, - но все равно вынуждена прогнать тебя прочь, - она поставила чашку с чаем в раковину, - мне нужно на работу, и, - Катя заметила, что Николай собирался что-то сказать, - предвосхищая твой вопрос, я не знаю, когда я вернусь. Поэтому, я могу позвонить тебе, когда буду дома. Если у тебя с мамой все еще будет скандал. - Ладно, - Зорькин вздохнул, стряхивая с колен хлебные крошки, - так и быть, поеду пока домой, - он потянулся, хрустнув позвоночником, - тебе нужно купить нормальный матрас, а то я всю спину себе намял. - Нужен матрас - купи, - Катя в этом была непреклонна. Нет, она была не против привечать Николая в своем доме, любила и ценила Зорькина как брата, но приучать его к тому, что она будет обеспечивать его потребности, она не собиралась. Накормить его ужином - не вопрос, оставить у себя в сложной ситуации - без проблем, но если она начнет “вить ему гнездышко” на своей территории, есть слишком большой шанс, что Зорькин выдвинет предложение переехать к ней, пока он будет искать работу. А в его устах это значит - навсегда. - Вот ты злыдня, - буркнул Николай, но совершенно беззлобно, - ладно, иди, переодевайся, а я пока чашки помою, а то они у тебя так до вечера и будут стоять. - Ну хоть чем-то расплатишься за постой, - вместо спасибо ответила ему Катерина, и под возмущения Зорькина направилась в комнату. Она заперлась изнутри, хотя знала, что Николай не вломится к ней в такой интимный момент и принялась разглядывать содержимое шкафа. Вся ее одежда, ну кроме нового платья и спортивного костюма была до ужаса однотипной. И хотя слова Зорькина, как ни странно, не смогли задеть ее до глубины души, поселив сомнения в слова Александра, но… В одном она считала друга правым - вокруг Воропаева было предостаточно красивых и интересных барышень, ярких и не менее умных, чем сама Катерина. То, что он сейчас находил ее… особенной, могло с легкостью развеяться, разве нет? Возможно, и ей стоило немного постараться, чтобы выглядеть для Александра… лучше? Уроки стиля было решено взять у Уютовой, которая, будучи частью модной индустрии, могла прекрасно помочь собрать для Катерины образы, которые соответствовали бы ее внутреннему состоянию и требованиям… общества? Моделью ей, конечно, не стать, но она знала точно, что может выглядеть… привлекательно. Первым ее желанием было выбрать свое новое зеленое платье, но это идею она тут же отмела прочь. Ведь Зорькин обязательно принялся бы задавать тысячу и один вопрос, а то и убеждать, что эти ее попытки все-таки “украсить” себя для Воропаева будут совершенно пусты. Катя знала причину такой категоричности друга: помимо объективной реальности, в которой она была довольно посредственной и серой личностью, еще было Катино прошлое, где она тоже по глупости своей повелась на красоту и ухаживания. Но почему, почему она думала, что сейчас все было иначе? По-че-му? Невольно вспомнились глаза Александра, то, как он на нее смотрел, то, как касался ее, заставляя каждую клеточку тела желать большего. Она практически ненавидела Воропаева за то, что он ее так и не поцеловал! Вдох-выдох. Еще не хватало выйти сейчас к Зорькину бордового цвета, тогда он точно достанет ее всевозможными расспросами. Катя выхватила из шкафа синее платье до середины лодыжки и темно-серый кардиган - сойдет, уже одно решение быть красивой позволяло ощутить эмоциональный подъем. Она уставилась на себя в зеркало, вмонтированное во внешнюю сторону двери шкафа - что там Александр говорил о волосах? Ему жаль, что она носит их в узле?.. Зорькин уставился на нее удивленно, но Катерина сделала вид, что не замечает, просто принимаясь обуваться. - А с каких это пор ты на работу с косой ходишь? Да еще и так небрежно заплетенной? - он протянул руку, чтобы коснуться выбившейся пряди у виска, но Катя шлепнула его по руке. Нечего! - У нас в ЗимаЛетто никакого дресс-кода нет, и никто не заставляет волосы носить только в определенной манере, - заверила она друга, надевая ботинки, - а от постоянной гульки и тугих косичек у меня уже голова болит, а так, я позволяю крови нормально циркулировать. Еще вопросы? - Да, - кивнул Николай, - почему ты с утра встала не с той ноги? Ты ведь спала на удобном диване, а не на ужасном матрасе? - Ты сейчас доиграешься, что я свое приглашение у тебя заберу, - Пушкарева улыбнулась, подхватывая сумку, - пошли. Во дворе дома Катя сразу же заметила водителя, который вечером доставил ее домой. Она замерла на миг, чем удивила Николая, который чуть не врезался в нее, выходя из подъезда. Он коснулся ее плеча. - Катя, ты чего застыла? Пошли, на автобус опоздаешь. - Да, конечно, - она кивнула, - просто задумалась. Они как раз продолжили движение, когда водитель, что до этого разглядывал цветущее дерево, перевел взгляд на Катерину, заставляя замереть ее вторично. - Катерина Валерьевна, - обратился он, широко улыбаясь, - мне сказали, что вы не опаздываете никогда, но, - он демонстративно взглянул на часы на руке, - сегодня, видимо, не мой день? - Катя, это кто? - выдохнул ей в ухо Николай, - что он от тебя хочет? - Я… - Катя не знала, кому отвечать первому, - я не знала, что вы меня ждете, - она сглотнула, а потом покосилась на Зорькина, - это… он… - Я, молодой человек, Руслан, - оскалился мужчина, - водитель этой юной леди, - он кивнул в сторону Катерины, - и она, судя по времени, опаздывает на работу, - он повернулся к автомобилю и открыл дверь, сделав приглашающий жест рукой, - мы будем ехать быстро, но осторожно, Катерина Валерьевна, у меня на этот счет очень четкий приказ. - Обалдеть, - выдохнул Зорькин, теперь внимательнее приглядываясь к машине, - это что, ЗимаЛетто для тебя так расстаралась? - Нет, - Катя качнула головой, - не ЗимаЛетто, - она вышла из ступора и повернулась к другу, - Коля, прости, но мне нужно ехать, - она погладила лацкан его ветровки, - вечером, как и обещала, я тебе позвоню, если что, можешь приходить. - Хорошо устроилась, - с ревностью в голосе заметил Николай, - ты на шикарной машине, а я на автобусе, - но потом он склонился и быстро поцеловал ее в щеку, - езжай, и это, не беспокойся относительно вечера. Я сегодня буду налаживать мосты с маман, в конце концов, не могу же я у тебя жить. Было видно, что он был совсем не прочь, чтобы такое предложение поступило от Катерины. Но Пушкарева стоически промолчала, добавив только: - В случае чего, звони ты мне, но, - она покосилась на Руслана, - только после девяти, думаю, раньше я все равно домой не попаду. - Договорились, - кивнул Зорькин, - передам твоим родителям привет. Точнее, Елене Александровне, - он немного грустно улыбнулся, Валерий Сергеевич еще бесится. - Я займусь этим, - пообещала Катерина, - как только безумие на работе прекратится, я сразу же займусь. - Займись, - Николай быстро коснулся ее щеки коротким поцелуем еще раз, - все, я побежал, а тебе удачного дня. Зорькин, и правда, умчался в сторону автобусной остановки. Катя проводила его взглядом, и вздрогнула, когда Руслан привлек ее внимание покашливанием. - Катерина Валерьевна, поехали, а то я не смогу доставить вас осторожно, и мой работодатель меня заругает, - он похлопал по крыше машины, и Пушкарева поторопилась забраться внутрь. Руслан тут же сел на водительское сидение, и довольно резво сорвался с места. У Кати только чудом получилось не вскрикнуть. Она попыталась снова сесть удобнее, и обратилась к водителю. - Простите, пожалуйста, вы сказали, что вас зовут Руслан, - Катя заправила прядь за ухо нервным жестом, и чуть не уронила очки на пол машины, - а отчество ваше как? - Просто Руслан, - заверил ее Ребров, - не заморачивайтесь, - он держал руль с такой легкостью, что казалось, машину ведет не живой человек, а робот. - Тогда… тогда и вы можете называть меня Катей, ну… чтобы не заморачиваться, - но Руслан на это только рассмеялся. Он взглянул на нее через зеркало заднего вида. - Нет, я не могу, мне за такое Воропаев голову оторвет, так что лучше вы для меня и дальше будете Катериной Валерьевной, мне так спокойнее. - Я не думаю, что Александр Юрьевич сделал бы что-то такое, если бы вы назвали меня по имени, - Пушкарева нахмурилась. Она явственно ощущала, что этот Руслан не шутил, а если и шутил, то самую малость. Ребров покачал головой. - Это вы плохо знаете Александра… Юрьевича, - он снова взглянул на нее через зеркало, - выдыхайте, Катерина Валерьевна, не такой уж Воропаев и кровожадный, но он терпеть не может, когда кто-то трогает то, что ему принадлежит. - Я сама себе принадлежу, - буркнула Катя, ощущая странную незащищенность. Но и это утверждение Руслана повеселило. Раньше Катерина думала, что смешливость это хорошая черта, но как-то… не в этом случае? - Это вы так думаете, - Ребров резко повернул автомобиль, и Пушкарева решила, что лучшим выходом будет пристегнуться. Поздно, конечно, но все же… - Воропаев себе уже все решил, так что вам осталось только смириться. - С чего вы делаете такие выводы? - умом Катерина понимала, что, скорее всего, этот Руслан очень хорошо знал Александра. Но его заявления походили скорее на то, что Воропаев самолично с ним об этом секретничал - Скажем так, я не водитель, - Руслан больше не смотрел на нее, явно наслаждаясь вождением даже по переполненной дороге, - у меня немного другой профиль, но Воропаев оплатил мне тройной тариф, чтобы я стал вашим личным водителем. Поверьте, такое расточительство у него на пустом месте не бывает. Ответить Кате на это было нечего. Она огляделась, словно оценивая машину - она в этом совершенно не разбиралась, но и на вид, и на ощупь она была дорогая. А профессиональный водитель? И сколько же стоит проехаться с этим Русланом из точки А в точку Б? Даже подумать страшно! А спрашивать - стыдно, ей меньше всего хотелось, чтобы он посчитал ее меркантильной. Она прижала к себе сумку ближе, стараясь ни о чем не думать, и очень обрадовалась, когда увидела в окне здания ЗимаЛетто. Но выпускать ее из машины Руслан не спешил. - Во сколько я должен вас забрать? - осведомился он, разворачиваясь к Катерине со своего места, - мне можно не точное время, но лучше, если я буду знать заранее. Меня по звонку не всегда достать можно. - Руслан… - отчества очень не хватало, но его видимо веселило, как Катя спотыкалась об обращение, - Руслан, я не думаю, что мне нужно, чтобы вы тратили на меня свое время. Я скажу Александру Юрьевичу… - Поздно, - жизнерадостно оскалился мужчина, - мне уже Воропаев за месяц вперед заплатил. Вы не отказывайтесь, Катерина Валерьевна, я очень хорошо вожу машину, вы со мной в безопасности. - Да я и раньше в опасности не была, - пожала плечами Катя, но потом вздохнула, - если вам будет удобно, то к восьми… вечера, пожалуйста. - Если будет удобно, - протянул Ребров, - пожалуйста…Катерина Валерьевна, скажите мне, а где такие живут, я себе тоже такую хочу, а вас уже нельзя. Катерина покраснела. Она буквально ощутила, как щеки ее опалила волна жара. Она сглотнула и немного нервно уставилась на Руслана. - Я… половина города таких, - выпалила она, - не знаю, как раньше не видели. Может, не там искали? - Пушкарева была готова к очередному выпаду водителя, но тот только рассмеялся, а потом добавил: - В восемь я буду ожидать вас тут, - он посмотрел на наручные часы, - опаздывайте сколько угодно, я с этого момента буду весь ваш. Но если у вас будут меняться планы, известите меня заранее, хорошо? - Обязательно, - заверила Катерина, хватаясь за спасительную ручку двери, - до вечера, - она стартовала вон из машины еще до того, как Руслан пожелал ей хорошего дня. Боже, какой ужас, ей срочно нужно было поговорить с Воропаевым! Настолько срочно, что она по пути к зданию компании принялась рыться в сумке, и чуть было не сбила с ног Викторию, что в компании Киры двигалась в том же направлении. - Прости, - Кате было неловко за то, что она зацепила Клочкову сумкой. Хорошо хоть ничего не порвала и не испортила. А то визгу было бы! - я не специально. - Еще бы ты специально! - Виктория ощупывала себя так, словно Катя была не живым человеком, а КАМАЗом не иначе, - у тебя целых четыре глаза, а ты все еще не видишь? Катя решила, что ничего ей отвечать не будет. В конце концов, она что, первый раз что-то такое в свой адрес слышит? Но Воропаева, повернувшись к подруге ее одернула, довольно резко заявив: - Вика, хватит, - от такого тона даже Пушкарева напряглась. Ну так, на всякий случай, - Катя же сказала, что она не специально. Ты думаешь, что ей есть резон тебя с ног сбивать специально? - Кира… - растерянно произнесла Клочкова, - я же ничего такого… Катерине даже стало немного жаль Викторию. В конце концов, раньше и сама Кира не гнушалась ее задеть. Может, не так… низменно, но все же… - Еще раз простите, - Катя решила, что не хочет дальше присутствовать при этом разговоре, но у Воропаевой были другие планы. - Катя, подождите, - обратилась она к Пушкаревой, подходя ближе, - мне нужно с вами поговорить, - она выглядела спокойной, расслабленной, даже больше, Катя могла сказать, что Кира была в хорошем настроении. - Сейчас? - Катерина покосилась на здание компании, ей совершенно точно не хотелось опаздывать сегодня. Буквально в преддверии Совета Жданов становился особенно нервным, и ему было куда спокойнее, когда он мог снова и снова проходится с ней по подготовленным отчетам. А в свете последних событий… - Нет, - Кира тоже задумчиво взглянула на здание ЗимаЛетто, - хотите, мы можем вместе пообедать, - она снова перевела взгляд на Катерину, и закатила глаза, когда Клочкова дернула ее за рукав. - Кира, а как же я? Я что, не пойду с тобой обедать? - Виктория выглядела совершенно несчастной. Словно маленькая девочка, у которой отобрали любимую игрушку. - Вика, - терпения Воропаевой было не занимать, - тебе я закажу обед в офис, голодной я тебя точно не оставлю. - А нам обязательно встречаться вне ЗимаЛетто? - поинтересовалась Катя, до того, как Виктория решила возмутиться такому предложению подруги. - Нет, - Кира улыбнулась слишком понимающе, - можем встретиться у меня в кабинете, все обсудить. И даже не в обеденное время, но… - видимо при Клочковой она не хотела слишком распространяться о своем с Катей сотрудничестве. - У нас на носу Совет, - Катя пожевала нижнюю губу, - думаю, что через час, может немногим больше, я могла подойти к вам и пройтись по отчету о международном сотрудничестве. Так, на всякий случай. - Прекрасно, - Кира одобрила идею, а потом повернулась к Клочковой, - можешь не переживать, наш поход в Рицо не отменяется, - судя по выражению лица Виктория пребывала на седьмом небе от счастья. Она что-то принялась ворковать Кире о том, что на ней сегодня ее лучшая блуза. Счастливая и… Но Кира ее не слушала совершенно, она снова перевела взгляд на Катерину, чуть улыбнувшись, - еще одно, Катя, - сейчас она напоминала Пушкаревой лису, которая забралась в курятник, - смею передать вам привет, - она вздохнула, стесненная наличием Клочковой, - от общего знакомого, и отдельная благодарность. - Я рада, - Катя старалась дышать как можно глубже, чтобы не радовать Киру покрасневшими щеками. Она ведь явно добивалась какой-то реакции, иначе могла подождать до их общения тет-а-тет в кабинете, - а сейчас извините, мне нужно бежать. Кира только кивнула, снова принимаясь слушать Клочкову, а Пушкарева, перепрыгивая ступеньки, торопилась к себе. Сегодня, слава Богу, работы особенно не намечалось, все, что они собирались делать - это сводить отчеты воедино. Еще раз. В последний. Чтобы на совете Андрей Павлович мог ощущать себя максимально комфортно и расслабленно. Катя покачала головой, ради пару часового Совета была проделана просто колоссальная работа. Жаль только, что поддельная. На выходе из лифта Катерина встретила Малиновского, что вовсю ворковал с Тропинкиной, явно не ожидая, что ему с тыла сейчас должна была зайти Клочкова. - Машенька, вы сегодня просто обворожительны, - едва не мурлыкал Роман, - ваше платье… - он недвусмысленно заглянул к Тропинкиной в декольте, которое Мария тут же поправила, чтобы оно стало еще глубже, - так подчеркивает цвет ваших глаз. Катерина невольно подумала, что если у Романа сейчас спросить, а какого же они у нее цвета, то Малиновский никогда не угадает. Печально. Пушкарева хотела проскользнуть мимо, но Тропинкина заметила ее, несмотря на то, что выглядела совершенно поглощенной Романом. - Катя! Привет! - она соскочила со своего насеста, тряхнув при этом бюстом так, что тот чуть не выскочил из декольте, - у меня тут для Андрея Павловича несколько конвертов, заберешь? - Конечно, - по большому счету за ней шла “основная” секретарша Жданова, но Виктория точно не озаботилась бы такой мелочью. Да и далеко не каждый конверт должен был попадать Клочковой в руки, - давай, я все передам, - она покосилась на Малиновского, с которым поравнялась, - доброе утро, Роман Дмитриевич. - А оно доброе, Катенька? - мужчина улыбнулся, но выглядел он странно уставшим. И это были явно не следы кутежа, после которого Малиновский выглядел сонным и сытым, нет, сейчас он выглядел так, словно полночи теорему Ферма доказывал. Проблемы компании, а Катя была уверена, что причиной были именно они, снедали всех. Она опустила глаза на конверты. Из пяти пухлых коричневых прямоугольников три были из банков. - Судя по всему, - заключила она, - не слишком доброе, но его в любом случае нужно пережить, - Катя взглянула на Марию, - спасибо большое, там для Андрея Палыча больше ничего нет? - она даже на носочки приподнимается, чтобы заглянуть за стойку. - Нет, - покачала головой Тропинкина, и забеспокоилась, - а должно? - Нет-нет, - Катерина успокаивающе улыбнулась, - я так, на всякий случай. - Фух, - Маша приложила руку к груди, вполне буквально, - ты меня так не пугай! А то я думала, что уже за чем-то не усмотрела. - Что вы, Машенька, - Малиновский снова сконцентрировал все свое внимание на Тропинкиной, - вы наше чудо и счастье. И Катерина решила побыстрее убраться из холла, пока лифт не привез сюда третий угол небезызвестного треугольника. Она не была готова к сценам от слова совсем. А в кабинете ее уже ждал не менее уставший и измотанный Жданов. Он взглянул поверх очков на вошедшую Пушкареву, и, завидев у нее в руках конверты, поджал губы. Катя вздохнула и направилась к столу. - А вы знаете Катя, что гонцу, который приносил плохие вести, отрубали голову? - он принял из ее рук конверты и поморщился. Катерина пожала плечами. - Вы можете попробовать, но тогда с кем в итоге вы останетесь? - Хотите сказать, что вы незаменимы? - о, Пушкарева четко слышала в его голосе, что он буквально жаждет поскандалить. Она присела напротив, не дожидаясь приглашения Андрея, поставив сумку себе на колени. - Андрей Палыч, вы, правда, хотите поругаться прямо перед Советом? - она склонила голову к правому плечу, - потому, что от меня не убудет выслушать ваши обвинения, но мы бесцельно потратим такое важное время впустую. Вы не находите? Жданов шумно сопел - видимо он находил ее слова логичными и правильными, но… он принялся распаковывать первый конверт из банка. Катя вздохнула и подготовилась ругаться. Правда, по делу. Когда в кабинет к Андрею все-таки решил заглянуть Малиновский, и Жданов, и Пушкарева буквально охрипли, доказывая друг другу, что каждый из них не верблюд. А все из-за платежа процентов по кредитам, на которые и намекали банки. Отставлять эти платежи в сторону было нельзя, а брать деньги на данном этапе было неоткуда. Катерина считала, что нужно все-таки еще раз пересматривать возможность экономии. Ведь купить новые ткани, и заплатить хоть часть кредитов, было практически невозможно. Пушкарева налила себе стакан воды, и принялась пить жадными глотками, стуча зубами о край стакана. Дрожь от нервов во всем теле буквально сводила мышцы болезненной судорогой. - Вы тут что, дрались? - настроение у Романа явно улучшилось, видимо, с Клочковой он так и не встретился, по крайней мере, не у стойки Тропинкиной, которую он так отчаянно клеил. - Нет, мы… вели конструктивный диалог, - Жданов зыркнул на Катерину недовольно, она поставила стакан на стол, и ответила не менее решительным взглядом. Она не собирается пасовать перед Ждановым, в особенности тогда, когда он не прав! - И куда он вас привел? - Малиновский перевел взгляд с одного на другого, явно ощущая в комнате густое напряжение не взорвавшегося скандала. - Он нас привел к тому, что Андрей Палыч собирается еще немного подождать с выплатами, тем самым загоняя ЗимаЛетто в еще более глубокую долговую яму, - выпалила Пушкарева, встретившись со взглядом Романа. Жданов тут же взвился: - Катя, идите вы… - он зашипел, а потом добавил, - к себе. Сделаем перерыв. Поговорим об этом, - он взмахнул рукой над столом, засыпанным бумагами, - немного позже, на свежую голову. - Да? - Катерина прекрасно знала, куда ее собирался послать Жданов, она сузила глаза, - а вам, Андрей Палыч, не пойти ли… на обед? Заодно и голову проветрите, чтобы она была посвежее, когда мы это, - она повторила его жест, - будем обсуждать. А я пока, с вашего позволения, пойду к Кире Юрьевне, еще раз проверю отчет по международному сотрудничеству. - Хорошая идея, - сквозь зубы процедил Андрей, - идите, Катя, с Богом, - он рухнул в свое кресло с обреченным стоном, - и не смей ржать, - это уже было адресовано Малиновскому, которого ситуация явно веселила, - а то в следующий раз руки от этого умою я, а тебя оставлю находить общий язык с нашей Катериной. - Со мной его хоть можно найти, - Пушкарева повернулась к мужчинам спиной и направилась в свою каморку, чтобы собрать нужные документы для встречи с Кирой. Конспирация конспирацией, но лишним все это точно не будет - перепроверить. Когда она решила покинуть свой “кабинет” услышала голос Жданова. - Невозможная просто! Нет, у нее голова просто на вес золота, но характер… ты знаешь, она раньше как-то потише была. А тут… она меня чуть ли не в лоб идиотом назвала! Ладно, - вздох, - что там по твоему… по нашему делу. - Не переживай, я нашел нужных ребят, даже задаток дал, так что Совет пройдет… Катерина прижалась к двери сильнее и она, скрипнув, приоткрылась. Пришлось ее толкнуть решительнее, и выйти в кабинет снова. - Андрей Палыч, - она продемонстрировала ему документы, - я пойду? - Идите, Катя, и… спасибо, - вздохнул Жданов и даже улыбнулся, - я очень ценю вашу помощь, правда. - Спасибо, Андрей Палыч, для меня ситуация в ЗимаЛетто тоже очень важна, - Жданов ей на это только кивнул. Из кабинета она уходила с неясным чувством тревоги. За что уже давал задаток Малиновский? Неужели он нашел новых поставщиков ткани? И что они там готовили к Совету в обход нее? Так размышляя, она дошла до кабинета Воропаевой. Она уже собиралась было постучать, когда ее остановила Буйо. - Катюша, а тебе очень срочно? А то тебе туда лучше сейчас не ходить, - она произнесла это полушепотом, пристально глядя на дверь Кириного кабинета. - Почему это? Кира Юрьевна не принимает? - мало ли что могло испортить настроение Воропаевой за эти пару часов, что она провела в кабинете Жданова. Но Амура покачала головой. - Нет, Катя, там этот… братец ее, - она закатила глаза, - пришел сюда, как хозяин. “Обо мне можно не докладывать”, - передразнила она тон Воропаева, - мерзкий тип. - Мерзкий? - Катя невольно прижала документы к себе чуть ближе. Сердце забилось часто-часто, и она едва сдержалась, чтобы не вцепиться в ручку двери. Вдруг он ненадолго? А так у нее появился шанс его увидеть, - по-моему, в Александре Юрьевиче нет ничего мерзкого. Он просто излишне резкий, это да, но мерзость, это немного о другом, - философски заметила она, под удивленным взглядом Буйо, а потом попросила, - ты обо мне сообщи Кире Юрьевне, пожалуйста, а то у меня и правда срочно, - она не уточнила, что "срочно" касалось именно, Воропаев. Боже, пусть ему нужно побыть подольше, пожалуйста. - Минутку, - Амура быстро соединилась с кабинетом Киры, - Кира Юрьевна, к вам Катерина Пушкарева с… да, вот только подошла, ей подождать…а, да-да, уже приглашаю, - она накрыла динамик рукой, - проходи, - одними губами, - удачи. Катя кивнула. Да, удача ей сейчас точно не помешает. Она шагнула в кабинет, чтобы вторично поздороваться с Воропаевой. На Александра она перевела взгляд не сразу. Он стоял в другом конце кабинета, разглядывал карту иностранных сотрудничеств ЗимаЛетто. Воропаев медленно повернулся и… улыбнулся ей. Настоящей улыбкой. Пусть слабой и мимолетной, но настоящей. - Добрый день, Катя, - она сглотнула, наслаждаясь звуком его голоса, - я рад вас видеть, - Пушкарева покосилась на Киру, как она отреагирует на такую фразу брата. Но Воропаева была словно безучастна. - Добрый день, Александр Юрьевич, - ей очень хотелось сказать, что она тоже рада его видеть. Очень, но… положение спасла Кира. - Вы со всеми документами, - обратилась она к Катерине, - я в восторге от вашего подхода, по правде говоря. - Мы ведь для этого тут и собрались, - Пушкарева заняла предложенное место напротив, - но тут проверять, я так думаю, нечего, - она снова покосилась на Александра, что так и не присел ни рядом, ни на небольшой диван за ее спиной. Но пристально смотрел на нее, буквально обжигая взглядом. Боже, какой же Коля засранец! У нее мог быть такой восхитительный вечер… - Да, - согласно кивнула Кира, - но нам повезло, - она кивнула в сторону брата, - наш гений решил меня навестить, а это значит, он сможет посвятить вас в свой план. Весьма спорный, но… - она махнула рукой Воропаеву, - присаживайся и рассказывай, сколько я могу таинственности наводить? - Ну, таинственность иногда не помешает, - оскалился Александр, и как раз собирался взять стул, чтобы сесть рядом с Катей, когда дверь в кабинет распахнулась… - Кира, я с Ромой на обед собираюсь, ты тут надолго? - казалось, что Жданов совершенно забыл, что Катерина отправилась в кабинет к его невесте по рабочим вопросам, - а ты что тут делаешь? - тут же нахмурился Андрей, увидев Воропаева. - И тебе добрый день, - Александр опустил руки в карманы брюк, чуть откинув пиджак назад, - я акционер, если тебе память изменяет, могу находиться в этих стенах сколько хочу, и когда хочу, разве нет? - Как по мне, так тебе тут не место, - но Жданов все равно в улыбке расплылся, словно они оба сейчас мирно перешучивались, не более, - ты что, уже успел увидеться с отцом? Быстро ты. - Делу время, - оскалился Воропаев, - ты пришел Киру на обед забрать? - Я, - Жданов взглянул на Катю, а потом уже на Киру, - был бы не против, потому, что маме очень хочется увидеться, она как раз звонила минут пятнадцать назад, - снова взгляд в сторону Пушкаревой, - Катя, вы уже начали? Или это можно отложить на потом? - он смотрел испытующе, но отвечать Катерина не торопилась. Она взглянула на Киру, только ей виднее, насколько информация могла подождать. Воропаева перехватила ее взгляд, а потом обратилась к Андрею. - Я с удовольствием пойду с вами на обед, мы с Сашей уже закончили, а с Катей еще не начинали, - она поднялась со своего места, буквально заставляя Катерину отзеркалить ее движение, - так что, я… мы, - она взглянула на Пушкареву, - сможем заняться этим потом. Вы не против? - Конечно, нет, - Катя покачала головой, искренне сожалея, что не сможет остаться в этом кабинете подольше. С уходом Киры, Александру тоже придется уйти, он не сможет остаться, чтобы не привлекать излишнего внимания. Жданов и так был недоволен его присутствием, - я как раз еще раз все сама перепроверю. Возможно, в следующий раз я не займу слишком много вашего времени. - Вот и отлично! - Андрей хлопнул в ладоши, - Кира, - он протянул руку Воропаевой, а потом покосился на молчаливого Александра, - тебя, по понятным причинам, я не приглашаю. А то от твоего выражения лица у нас еда ненароком прокиснет. - Ах, в самое сердце, - Воропаев явно паясничал, причем с особым удовольствием. Катя смотрела на него во все глаза, Боже каким он мог быть невыносимо едким. Пушкарева уставилась на его губы. Нет, рядом с этим мужчиной ее мозг принимался давать сбой. Это было опасно, очень опасно, - но, Андрюшенька, я могу пойти на эту встречу, приглашаешь меня на нее ты или нет. Я бы, возможно, даже полюбовался, как тебе кусок в горло не полезет, но у меня дела. - Правда, Сашенька? - Жданов видимо собирался дать достойный ответ, но Кира вскинула руку вверх. - Хватит, надоели, - она была раздражена, и это было не показное, - Саша, - она бросила на брата взгляд через плечо, - уходи. Сам же говорил, что ты на пару минут. - Не переживай, ухожу, - Александр довольно оскалился, - не буду портить вам аппетит, - Воропаев, и правда, направился на выход. Проходя мимо Катерины, он провел пальцами вдоль свободно заплетенной косы, - вам идет, - бросил он, не встречаясь с ней глазами, и вышел прочь. Оставляя всех троих в полнейшей растерянности. - Твой брат, - попытался было начать Жданов, но Кира взмахнула рукой. - Даже не начинай, - заявила она, - вы друг друга стоите, - а потом обратилась к Кате, - простите, что вам пришлось видеть эту сцену. Первые сорок лет детства для мужчин самые тяжелые. Катерина согласилась с Кирой и как можно быстрее убралась в свою каморку. Александр сказал ей, что ей идет… значит, она решилась на это небольшое изменение не зря. Уже в кабинете она расслабленно улыбнулась. Это ничего, что у них не вышло поговорить, он пообещал ей, что у них еще будет совместный вечер, и тогда… Телефон в кармане кардигана завибрировал, и она тут же выхватила его, уставившись на экран в надежде. Но это был не звонок. Александр, а он был единственным, кто знал ее номер, прислал сообщение.

Отпустите Руслана на сегодняшний вечер, я сам отвезу вас домой. Нам нужно поговорить.

И сердце снова пустилось вскачь.