Иначе

- Мне тут не нравится, - раз двадцатый произнес Валерий Сергеевич, решительно отталкивая руки супруги и желая остаться в расстегнутой рубашке, - тут жарко… душно даже, дышать невозможно, никто не понимает русский и их пиво похоже на мочу! - Валера! - возмущенно воскликнула Елена Александровна, и снова стала застегивать на нем свободную льняную рубашку, - веди себя прилично! Что это за слова такие, а? - Я веду, - буркнул он, но на этот раз позволил ей сделать то, что она пыталась практически без сопротивления, - неужели Тина не могла выбрать какое-то другое место для проведения свадьбы? Ну, что-то… попрохладнее. - Северный полюс? - лениво выгнул бровь Александр, раскачиваясь в гамаке. На нем довольно спала Богдана, и ее совершенно не беспокоила ни жара, ни шум, ни мошки, которых от нее любовно отгонял отец. Катерина наблюдала за ними с любовью во взгляде, и как она могла сомневаться, что путешествие с маленьким ребенком может быть плохой идеей? Да, перелет Богдана пережила не слишком спокойно, и пару раз включала пароходную сирену, но у нее и у Александра отлично получалось ее успокоить, так что до скандала с другими пассажирами не дошло. Что было благом, ведь перелет был очень тяжелым и долгим не только для ребенка и нервы ни к черту были у всех. Вот Катя, к примеру, чуть было не возненавидела Тину за ее любовь к экзотике… Но и тут обошлось. Таиланд того стоил. Здесь было восхитительно красиво, словно каждый вид сходил со страниц журналов о путешествиях, и пляжи… а вода… Океан. Все это буквально захватывало дух… А еще приходилось признаться, что Катя была рада, что с ними полетели и ее родители. На них можно было на пару часов оставить Богдану и… поработать с Александром над ее будущим братиком. Пока братика не предвиделось, но попытки тоже были крайне приятным занятием. Они отдыхали здесь уже неделю, параллельно готовясь к празднику, и вот… дождались. - Почему сразу Северный Полюс, - вздохнул Валерий, хмуро взирая на Александра, - просто что-то менее… такое. - Какое “такое”? - Катерина подошла к супругу и немного подтолкнула гамак, чтобы он принялся немного раскачиваться, - тебе тут не понравились люди и погода, хотя ты не попытался дать этому месту шанс. Ты же практически все время проводишь в комнате под кондиционером и даже не пытаешься выйти не прогулку. Даже на пляж не ходишь. - А что мне на том пляже делать? - Пушкарев все еще был недоволен, он поджал губы, отвернувшись к Елене, что тут же принялась поглаживать мужа по плечу, - на меня тут все смотрят так, словно я мартышка, которая сбежала из цирка. - Никто на вас так не смотрит, а если и смотрит - вам ли не все равно? - Александр поглаживал волосики Богданы, ласково улыбаясь Катерине, - да, Таиланд… точнее, большие города в Таиланде могут быть крайне опасным местом, но тут, на островах никто вам не враг, ну, кроме природы. И люди, которые тут живут, смотрят на вас так же, как и на всех приезжих. Ни лучше и ни хуже, чем смотрите на приезжих вы. - И что ты хочешь этим сказать? Что я, мол, меряю всех по себе? - Валерий расстегнул несколько верхних пуговиц на своей рубашке. - Пап, это ты сам говоришь, - примирительно заметила Катерина, - а все, что Саша хочет сказать, что чтобы ты не затворничал. У нас после Тининой свадьбы еще пять дней тут, ты же не собираешься и их просидеть в комнате? - Вот вам что, всем нужно, чтобы я ходил? Вон, - Валерий ткнул пальцем в сторону Александра, - вытряхивай его из гамака и гуляй с ним, хоть угуляйся. - Ну, Валера, - Елена хлопнула его по плечу, а Катерина рассмеялась, да маме тоже не нравилось, что отец хандрил, но она не мешала ему. Выходила на прогулки с Колей или Кирой, с удовольствием прогуливалась с Катей и Богданой, и даже один раз сыграла с Сашей и Севой в пляжный волейбол. Успешно. Чем заслужила уважение Всеволода и искреннее восхищение Александра. Даже Катерина потом призналась, что не ожидала, что ее мама могла оказаться такой… активной и прыгучей. - А что, вы еще здесь? - Ярослав вошел в беседку, откидывая в сторону занавеску из тонких деревянных палочек у входа, - как это вас Кристина еще выманивать не начала. - Думаю, все потому, что у вас бракосочетание на закате, - Александр попытался осторожно потянуться так, чтобы не потревожить Богданку, - а сейчас выбираться наружу немного жарковато. - Жарковато, - согласился Кухта, на нем были только широкие льняные брюки, которые сидели слишком низко на бедрах, и казалось, что еще немного, и они совсем свалятся с него, - о, Искорка, - заметил он мирно спящую на Александре Богдану, - дай потискать, а? - Спокойно, - выставил руку вперед Воропаев, - не нужно будить мирно спящего человека, а то я тебя знаю, ты ее на пик активности выведешь, а потом кто с ней бегает по дому? - Мама? - Ярослав подмигнул Катерине, и та рассмеялась, делая шаг в сторону, - ну дай мне ее подержать, тебе что жалко? - Жалко, - согласно кивнул Александр принимаясь прикрывать Богдану, - видишь, ребенок спит, ну вот что тебе… - Искорка, - Кухта нагло потянулся, чтобы пощекотать ребенку нос, - твой папа жадина, твой папа никому не дает подержать тебя на ручках, и запомни мои слова, он потом тебя так же и от мужчин в твоей жизни защищать будет. - О! Так, давайте мы об этом не будем, - замахала руками Катерина, - это совершенно точно не благодатная тема для разговора! - она отлично знала, как ревностно Воропаев относился к своим обязанностям отца, и каждый раз, когда речь заходила о взрослении Богданки, очень сильно нервничал. - А что такое? Мы волнуемся заранее? - поиграл бровями Ярослав, и все-таки смог коснуться носика Богданки. Но та только недовольно поморщилась, и попыталась перевернуться. Получалось это у нее не слишком хорошо, так что Воропаев осторожно помог дочери лечь поудобнее, поглаживая ее кончиками пальцев по спинке, - и она даже не проснется? - спросил Кухта с недоверием, и Катерина покачала головой. - Нет, Богдана на нем может целый день спать, не знаю, как это работает, но именно в таком положении для нее самый сладкий сон. И это еще на нем нет его халата… - Вот уж кто точно папина дочка, - хмыкнул Ярослав, а потом окинул Катю изучающим взглядом, - ты выглядишь… очень хорошо. - Я не понял? - Воропаев попытался приподняться в гамаке, только сделать это было не слишком удобно, - это что за комплименты в сторону моей жены? - Нормальные такие комплименты, - улыбнулся Кухта, а потом снова повернулся к Катерине, - не хочешь искупаться? - Вынуждена отказать, - Катя уже пожалела, что надела купальник и тонкий, практически полупрозрачный пляжный халат. Конечно, все эти шутки Ярослава были ни чем иным, чем просто шутками и попытками немного позлить Александра, но все равно… Она хоть и научилась принимать комплименты, но все еще ощущала себя жутко неловко, когда с ней говорили подобным образом. Пусть даже… шутя, - я купаюсь только с супругом. - С супругом? - рассмеялся Ярослав, - а как же тогда ваши полночные купания с Кирой и Тиной? Голышом? - Катя! - возмущенно окликнул ее отец, но Катерине сейчас было совершенно не до него. Она покачала головой, возмущенно глядя на Кухту. - Вот только не говори мне, что ты подглядывал, а то я не побоюсь испортить этот особенный день и все выложу Кристине. - Не нужно учинять ничего подобного, - поднял обе руки вверх Ярослав, - я что, враг самому себе, чтобы подглядывать за вами? Тина попросила приватности, и я ей ее оказал, точно так же как и все мужчины, которые были в курсе, чем вы там занимались, я был максимально осторожен и просто патрулировал ту часть пляжа, ты же не думаешь, что Кристина бы позволила мне подобное. - Не позволила бы, - признаться честно Катя выдохнула и снова подошла к гамаку, где успел снова расслабиться Воропаев, - но, знаешь, это был… крайне любопытный опыт… Конечно, было бы гораздо лучше, если бы на небе светила полная луна, отражаясь от восхитительно ровной водной глади, что едва-едва колебалась от дуновения ветра. Мелкие волны облизывали песок, чуть касаясь босых ног девушек, что взирали на это ночное великолепие. - Я все еще не понимаю, зачем мы это делаем, - Кира переминалась с ноги на ногу, время от времени зарываясь пальцами во влажный песок, - сперва все эти твои травяные настои, потом притирания… это еще ладно, было приятно, необычно, и для разнообразия не опасно. Но… зачем купаться голышом? - Кроме того, что мы это можем, тебе еще нужны какие-то причины? - рассмеялась Тина и тряхнула отросшими волосами. Они у нее вились, и она их постоянно разбирала пальцами, формируя разные пряди, которые в темноте напоминали водоросль… грозу купальщика… - Причины это было бы неплохо, - Катерина прикрывала грудь рукой, хотя и понимала, что в такой темноте ничего разглядеть было нельзя, ну… кроме общих очертаний. Не кошки же они, в самом деле! - а то мне как-то неловко, что я тут…э… голышом стою. - Ну, так, мы все голышом, - пожала плечами Тина, - просто… расслабьтесь и отдайтесь этому ощущению свободы. - От лифчика с трусами? - уточнила Кира, а Катя, не выдержав, хихикнула. - Какие же вы ограниченные, я не могу просто, - скорее всего, Тина сейчас должна была закатить глаза, но, увы, в темноте этого видно не было, - давайте, сделаем глубокий вдох… делая вдох, вы сперва поднимаете руки вверх, а потом медленно, на выдохе, опускаете их вниз. Делая вдохи, вы словно ощущаете, как через ваше тело проходит волна энергии… и вы наполнитесь… Кира, что ты топчешься? - Ничего, - Кира прекратила переминаться, но немного склонилась, чтобы почесать правую ногу возле колена, - у меня такое ощущение, что по мне что-то ползает, и, судя по тому, что оно не уходит, это что-то крайне наглое и совершенно невоспитанное. Может, давай мы побыстрее подышим и уже окунемся? - Да мы давно бы уже окунулись, если бы не нужно было болтать, что по кому-то кто-то ползает, - фыркнула Кристина, - а ну, давайте, вдох… Катя, почему ты сопишь, словно ежик? Ты что, носом не дышишь? - Да, - призналась Катя, - у меня такое ощущение, что мне тут дышать тяжело. Но оно как-то к вечеру обостряется, а сейчас собственно… - Да что ж такое, - простонала Тина и просто зашагала в воду, решительно размахивая руками, - не стойте там… как два столба, пошли в воду. Боже, с вами невозможно сделать ничего серьезного! - Я не виновата, что на этом острове меня облюбовала местная фауна, - пожаловалась Кира, направляясь следом за сестрой, - по мне правда что-то ползало. Слава Богу, что мы уже зашли в воду. - Ты не забывай, что фауна есть еще и в воде, - Катерина не собиралась пугать Киру, но… - так что если тебя что-то потрогает за ногу… - Меня что-то трогает за ногу! - завопила Кира, и Тина, которая отошла вперед на приличное расстояние, вернулась. - Ну, вот зачем так орать? - Кристина принялась ощупывать сестру под водой, - не нужно паниковать, видно в темноте какая-то рыбка решила, что ты камушек, и за тебя можно спрятаться. - А рыбка не может решить, что в меня можно… залезть? - Катерина была ближе всего к берегу, и даже покосилась на его темную, слабо освещенную луной, сторону, - а то я бы хотела, чтобы во мне жила только я… ну, еще можно, чтобы дети, но не рыба. - А рыбы такое могут? - в голосе Киры звучала невольная паника, - что-то я хочу назад. - Рыбы такое могут, - не стала отрицать Тина, - но тут подобных рыб нет, так что давайте просто окунемся, немного поплаваем, и… - А откуда ты знаешь, что не могут? - Кира принялась отходить назад, приближаясь к замершей Кате, - ты что, с ними договорилась? - Нет, я просто знаю, что тут такой вид не водится, ну куда вы! - Кристина от досады хлопнула рукой по воде, - а окунуться? - Вот, - Катя присела, оказавшись в воде по шею, - это считается? - А я даже два раза так сделаю! - Кира тоже несколько раз присела в воде, не жалея даже волос, которые тут же намокли, - теперь можно нам на берег? - Паникерши… - простонала Тина, - выходим, если ритуал с Океаном не получился, то хоть с вином, надеюсь, выгорит! - Если вино нужно заливать внутрь, то обязательно выгорит, - поддержала сестру Кира, - я вот, после стресса, сейчас на грамм сто пятьдесят готова точно! - И я, - теперь заводилой в группе была Катерина, ведь из воды сестры-Воропаевы выходили за ней, - но вино же можно пить в трусах? - А ты что, и на берегу рыб боишься? - Тина уточнила это с явной издевкой в голосе, но Кате было все равно. Она не Воропаева, для нее Таиланд пусть и красивое место, но жутко чужое, так что страх такого рода более чем закономерен. - Нет, на берегу я боюсь чего-то ползучего, например муравьев или всяких сороконожек, - Катерина услышала сдавленный писк Киры. - Боже, не говорите, что тут сороконожки! - Тут, где ты стоишь, нет, - глубокомысленно изрекла Кристина, а потом добавила, - ладно, так и быть, трусы можно надеть… как с вами тяжело, Боже мой… - С нами не тяжело, с нами весело, - Катя была довольна тем, что можно будет все-таки прикрыться. А то все это конечно мило, и все женщины устроены одинаково, но… эта неловкость… О ханжестве рассуждать можно сколько угодно, но есть вещи, которые лично ей было не понять, - ты бы без нас тут совсем заскучала. Тина ничего на это не ответила, так что они молча отправились пить вино. Кто бы мог подумать, что в простом льняном белом платье, без макияжа и с распущенными волосами Кристина будет выглядеть раз в сто краше, чем в дизайнерском платье на собственной свадьбе. Признал это даже Пушкарев. Склонившись к Зорькину, он заявил: - Вот сейчас я совершенно не жалею, что поехал. За все время, что знаю Тинку, никогда ее такой довольной не видел. - Думаю, это потому, что тут она находится в своей стихии, - кивнул Коля, тоже не отрывая взгляда от ново-старо-новобрачных, - зря вот вы все время в номере сидите, погуляли бы, с той же Тиной, увидели бы, что она такая счастливая каждый день. - Нечего мне гулять, - Валерий был непреклонен, - я вас всех отлично на обедах и ужинах вижу. Все довольные и счастливые… вот и хорошо. А я буду полностью счастлив, когда окажусь на своем диване. - Мы это уже все поняли, пап, но давай мы сейчас будем соблюдать тишину, - Катерина повернулась к отцу и подмигнула, - а то Тина накрутит уши и Коле, и тебе, за неуважение к празднеству, так сказать. - Уже и похвалить нельзя, - заворчал Пушкарев, но гораздо тише, - а еще говорят свобода слова, свобода выбора, свобода воли… ну и где? Но Катерина решила этот выпад не комментировать, а просто повернулась к Александру, что качал на руках Богдану, которая время от времени махала крестному. Да, Искорка просто обожала Ярослава, и Кристина даже ревновала, ведь она же собиралась стать самой любимой теткой! А выходило все так, что Богдана была в восторге именно от дяди… Но тут даже Александр ревновал время от времени, в его понимании Богдана должна была так неистово радоваться только ему. - Может, давай я подержу? - предложила Катя, протягивая руки к Богдане, но Воропаев только перекинул дочь на другую руку. - Я что, выгляжу как человек, который устал держать своего ребенка? - он улыбнулся, склоняясь для поцелуя, - тем более что нам стоять не долго, сейчас они молитву прочтут, своими браслетами обменяются и все. - Да нет, я не говорю, что тяжело, просто… ты реально целый день с ней на руках, даже кормишь сам, ты мне что-то недоговариваешь? - Катя поцеловала мужа в плечо, - тебе что, по возвращении из отпуска в командировку нужно будет? - Нужно, - не стал отпираться Александр, обнимая свободной рукой супругу за плечи, - давай насладимся свадьбой, а потом я тебе все расскажу. - Ты мне лучше расскажи, чего ты молчал, - Катерина прижалась к нему сильнее, - расстраивать не хотел? - Да, - вздохнул Воропаев, и Катя услышала, как сильнее забилось сердце, - мне и так жутко неудобно, что мне нужно ехать в командировку как раз тогда, когда ты возвращаешься в ЗимаЛетто. - Так, ты прав, нужно сперва разобраться с праздником, а потом говорить о делах, - Катерина погладила мужа по спине, - но, ты просто знай, что я люблю тебя, и всегда, ты слышишь, всегда готова понять. - Знаю, и от этого мне спокойнее… Кристина с Ярославом тем временем повторяли какую-то крайне зубодробильную молитву на языке, который Катя совершенно точно не причислила бы к живым. Она улыбнулась, косясь на закат, главное, чтобы они в едином порыве демона местного назначения не призвали. Но, все обошлось, и вот, они уже обменивались браслетами - золотыми, чтобы вместе быть долго, серебряными, чтобы быть защищенными от злых духов, медными, чтобы их никогда не покидало здоровье, деревянными, чтобы их род дал новый побег, тканевыми, чтобы вместе с истлеванием ткани истлели все страхи и проблемы, а еще браслетами из мелких живых цветов, которые должны были оттянуть на себя дурной глаз. Ритуал казался безумно красивым и наполненным сакральным смыслом. - Да, эта свадьба действительно куда больше подходит Кристине, чем первая, - озвучил Катины мысли Александр, - здесь все кажется неспешным, важным, таким как должно быть, все на своих местах. - Буквально с языка снял, - шепнула Катя, но тут же замолчала, когда по пляжу разнесся звук… ракушки. Мужчина, который выполнял функцию священника, подул в самую настоящую ракушку, и она… заиграла, словно маленький звонкий горн. Богданка рассмеялась, явно обрадованная мелодичному звуку. Церемония закончилась. Сразу после поздравлений и объятий, повторных пожеланий Ярославу с Кристиной счастья и любви, все дружно направились домой, чтобы можно было насладиться праздничным обедом. Когда все уже расселись и провозгласили первые тосты, Катя передала Богдану маме и потихоньку вывела Александра на свежий воздух. - Ну, теперь рассказывай, - она оперлась спиной о деревянную колонну, - как надолго тебе нужно уехать и что тебя беспокоит? - Мне нужно будет уехать на две с половиной недели, - Воропаев вздохнул, подходя к супруге вплотную и нависая над ней своим немаленьким ростом, - а беспокоит меня это потому, что я не буду видеть тебя и Богданку. У нее сейчас самый благодатный возраст! С ней столько интересного происходит, а мне нужно уехать! А ты… - он протянул руку, касаясь кончиками пальцев ее щеки, - ты все-таки решила вернуться? - У нас не слишком большой выбор, - Катя повернула голову, и коснулась руки мужа поцелуем, - Кира уже на втором месяце, а мне еще нужно влиться во все это безумие, чтобы она могла уйти спокойно. - А как же наш план? - Александр нахмурился, - я имею в виду… - Ну, я как минимум еще не забеременела, так что никто не мешает мне работать и параллельно… заниматься тем, чтобы у нас появился сын, - Катерина довольно сверкнула зубами, - думаешь, у нас не получится? - Когда это у нас что-то не получалось? - Воропаев склонился, вовлекая ее в короткий, но сладкий поцелуй, - у меня в этом нет никаких сомнений. - Тогда и не расстраивайся, Саша, - Катя потерлась своим носом о его, - мы справимся со всем, и с твоей командировкой, и с ЗимаЛетто, и с Богданой, и с будущими детьми… все будет хорошо. - Когда ты так говоришь, то я готов поверить в любое чудо, - его губы снова нашли ее, чтобы на этот раз доказать, что любые слова излишни.