Случайности не случайны

Пыль от взрыва медленно оседала. Наруто стоял, прислушиваясь к пустынному ветру, пока не убедился, что чакра двух оставшихся ниндзя действительно скрылась за горизонтом. Только тогда он выдохнул и отключил режим. — Идиот, — отозвался в его голове низкий голос Курамы. — Рисковал по полной. Они могли быть сильнее. — Но они убежали, — упрямо буркнул Наруто, подходя к тому месту, где клоны аккуратно опустили тело Гаары на песок. — Главное — он здесь. Теперь бы понять, как его... оживить. Лицо Кадзакаге было бледным, как мрамор, без единой трещинки. На груди, на месте сердца, зияла странная, похожая на ожог, метка. Пульса не было, дыхания — тоже. Но Наруто не чувствовал того леденящего холода, который исходит от настоящей смерти. Было ощущение пустоты, тишины, как будто Гаару просто... выключили. — Они вытащили из него Шукаку, — констатировал Курама. — Но сделали это не до конца. Обычно после извлечения хвостатого джинчурики умирает мгновенно. Здесь же... печать. Они оставили ему призрачный шанс. Идиотская сентиментальность или расчет? — Неважно! — отрезал Наруто, сжимая кулаки. — Значит, есть способ. Нужно доставить его к бабуле Чиё. И быстро. Он взвалил безвольное тело товарища на плечо, огляделся и рванул обратно в сторону Севера, к границам Песка. Бежать с такой ношей в режиме Отшельника было опасно — можно было повредить и без того хрупкое тело Гаары. Пришлось полагаться на свою обычную, но все равно чудовищную выносливость. Путь обратно занял почти всю ночь. Предрассветный сумрак уже разбавлял черноту неба, когда силуэты ветряных мельниц Суны появились на горизонте. У ворот его уже ждали. Не только Темари, с лицом, искаженным от ужаса и надежды, но и Канкуро, и старейшина Чиё с целым отрядом медицинских ниндзя. — Нашли тебя по всплеску чакры у пещеры, — хрипло сказал Канкуро, его куклы уже были наготове. — Что с ним? — Жив, но еле-еле! — выдохнул Наруто, передавая тело в осторожные руки медиков. — В нем нет больше Шукаку. Темари ахнула, закрыв рот рукой. Канкуро побледнел. Только Чиё сохраняла ледяное спокойствие. — Несите в лазарет. Немедленно. И ты, парень, — она ткнула посохом в грудь Наруто, — с нами. Расскажешь всё. В лазарете пахло травами и антисептиком. Гаару подключили к странным приборам, мерцающим светом чакры. Чиё, нахмурившись, водила руками над зловещей меткой на его груди. — Ты прав, — наконец сказала она. — Одного хвостатого зверя здесь нет. Но сосуд... тело джинчурики... не развалилось. Они использовали запретную технику, чтобы законсервировать его жизненную силу на время извлечения. У нас есть, возможно, сутки. — Что нужно делать? — тут же спросил Наруто, не отрывая взгляда от бледного лица друга. — Нужно заместить пустоту, — старая женщина посмотрела на него испытующе. — Его собственная чакра ушла вместе с Шукаку. Тело угаснет. Но если влить в него огромный, чистый, живой поток чакры извне... это может перезапустить его сердце. — Сделаю, — не раздумывая, сказал Наруто. — Это не так просто! — вскрикнула Темари. — Это может убить и тебя! Ты и так потратил кучу сил! — У меня их больше, чем у кого бы то ни было, — парировал он, и в его глазах вспыхнуло знакомое оранжевое сияние. — И я не один. Верно, Курама? В его сознании раздалось недовольное ворчание, но оно не содержало отказа. Девятихвостый ненавидел сентименты, но признавал долги. "_" Чиё кивнула. — Хорошо. Но не здесь. В святилище песка. Там печати помогут. В подземном святилище, где когда-то был запечатан Шукаку, теперь лежал Гаара. Наруто сидел напротив, скрестив ноги. Сложные узоры печатей светились вокруг них. — Готовься, парень. Будет... некомфортно, — предупредила Чиё. — Всегда некомфортно, — усмехнулся Наруто и закрыл глаза. Он не стал входить в режим Отшельника. Вместо этого он обратился внутрь себя, к решетке в канализации его сознания. Золотистая, теплая, неистовая чакра Курамы смешалась с его собственной, создавая поток невероятной мощи. — Давай, Курама, — прошептал он. — Дай мне достаточно, чтобы спасти друга. — Только не обожгись, дурак, — был ответ, и шлюзы открылись. Оранжевый плащ из чакры окутал Наруто, а затем, под управлением жестов Чиё, устремился тонкими, сверкающими нитями к Гааре. Они вплетались в его энергетические пути, заполняя пустоту, оставленную Шукаку. Тело Гаары задрожало, из его груди вырвался слабый стон. Наруто чувствовал, как его силы тают с пугающей скоростью. Пот лился с его лица градом. Но он видел, как слабый румянец возвращается на щеки Гаары, как его пальцы слегка дернулись. — Еще... чуть-чуть... — сквозь зубы просипел он. Темари, стоявшая у стены и впивавшаяся ногтями в ладони, не выдержала и сделала шаг вперед, но Канкуро удержал ее за плечо. И вдруг Гаара вздохнул. Глубоко, с хрипом, как человек, вынырнувший из глубины. Его веки затрепетали. Наруто открыл глаза, и плач чакры погас. Он тяжело дышал, едва сидя прямо. Перед ним Гаара медленно, невероятно медленно, приоткрыл глаза. Взгляд был мутным, потерянным, но это был его взгляд. — На... ру... то... — прошептали его пересохшие губы. — Да, это я, — хрипло рассмеялся Наруто, и от усталости повалился на бок. — Добро пожаловать назад, приятель. Гаара медленно перевел взгляд на плачущую от счастья Темари, на Канкуро, который отвернулся, чтобы скрыть влажность глаз, на суровую, но удовлетворенную Чиё. Потом снова на Наруто. — Шукаку... его нет, — это было не вопросом, а констатацией. В его голосе прозвучала не пустота, а... странное, непривычное облегчение. — Нет, — подтвердил Наруто, устало улыбаясь. — Зато ты есть. И этого пока достаточно. Наруто закрыл глаза, позволяя усталости накрыть его с головой. Он спас своего друга. Акацуки отступили. Но где-то там, в тени, рыжеволосый ниндзя дал обещание. "Мы еще встретимся". И Наруто знал — это была лишь первая битва в большой войне, которая уже началась.