Все, что происходит в туре, остается в туре

Они очень устали, путешествуя от города к городу, выступая на концерте за концертом, и Джисону постоянно не хватало времени на некоторые личные вещи. Не то чтобы его организму вообще хватало сил хоть на что-то, но, конечно, именно сейчас должно было хватить — сейчас, когда Минхо лежал неподалеку и крепко спал в их одной на двоих двуспальной кровати отеля, его желания решили, что самое время проявиться. Черт побери. Он правда пытался успокоиться, думая о чем-то, что могло угомонить стояк, но ничего не помогало. Не существовало способа, который помог бы ему сейчас заснуть. Было уже слишком поздно. Пытаясь оценить серьезность ситуации, он разрешил себе засунуть руку под одеяло и ощупать себя. Блядь, ему реально это было нужно! Но, разумеется, он не мог ничего сделать, лежа рядом с Минхо. Не мог же, да? Нет, даже вопрос не стоял. Ему следовало встать, дойти до ванной и заняться собой в уединенной обстановке. Прямо сейчас, через секунду. Черт, ему так хотелось этого. Но ощущалось так хорошо просто лежать и трогать себя, и он просто не мог удержаться, пытаясь растянуть удовольствие. Он бросил на Минхо быстрый взгляд — тот все еще лежал рядом, дышал глубоко, спал крепко. Убедившись, что никаких препятствий нет, он скользнул левой рукой под резинку трусов, обхватил уже твердый член и медленно принялся дрочить себе. Но прежде, чем он даже осознал это, он уже слишком увлекся и забыл про свое намерение уйти в ванную, и застонал. — Джи, что такое? — с очень усталым видом Минхо включил небольшой ночник на тумбочке и теперь смотрел прямо на шокированного Джисона, с перепугу натянувшего одеяло до подбородка. — Черт! Минхо-хён! Я… я… извини, я не мог уснуть, и… — начал тот мямлить, и, чем дольше разглядывал его Минхо, тем сильнее его глаза расширялись. — Почему ты так покраснел? Стой, ты что, ты тут в разгаре?.. — Минхо вскинул бровь и наклонил голову. — Похоже, что да. Хм. — Я клянусь, я просто собирался пойти в ван… — начал Джисон, но Минхо быстро перебил его: — Все нормально. Я понимаю. Я тоже парень, знаешь ли, — без тени стыда указал он. Джисон редко ощущал себя счастливее, чем сейчас, когда его друг неожиданно оказался столь понимающим и прощающим, и у него вырвался вздох облегчения. — Ты можешь закончить. — Чт… что? — заикнулся Джисон, прежде чем до него дошло. — О, да, правильно, сейчас я уйду в ванную, извини, я… — Нет. Закончи. Здесь, — Минхо смотрел на него пустым, нечитаемым взглядом, как будто Джисон только что не дрочил перед ним и как будто он спросил у него, который час. — Я… э-э-э… — Мозг Джисона закоротило в попытке понять, что происходит, и он понятия не имел, в какую игру решил сыграть Минхо. Сказать, что он сбит с толку, было бы преуменьшением. — Я правда не понимаю, что ты… — Покажи мне, как ты касаешься себя. — Минхо, какого хре… прекрати издеваться надо мной. Я знаю, что ты не серьезно. Я правда извиняюсь, что это случилось, ладно? — Я серьезно, — без предупреждения Минхо сдернул одеяло, прикрывавшее почти голого Джисона, и Джисон чуть ли не в первый раз в жизни ощутил себя настолько незащищенным. Он лежал перед лучшим другом с очевидным стояком под боксерами, который так и не опал несмотря на всю курьезность ситуации. — Закончи то, что ты начал. В конце концов, ты должен мне за то, что разбудил меня этим посреди ночи. Джисон примерно наполовину был уверен, что просто спит и, что бы сейчас ни происходило, все это творилось в его голове. Он еще раз вопросительно взглянул на Минхо, пытаясь убедиться, серьезно ли тот, но Минхо снова вскинул бровь, показывая, что ждет. Временами Минхо мог быть чертовски пугающим, и сейчас явно был именно такой случай. Пульс Джисона начал учащаться; не зная, что он еще мог поделать, он просто позволил этому случиться: медленно скользнул рукой по своему телу, ожидая, что Минхо в любой момент остановит его и скажет, что все это всего лишь шутка. Провел по груди. Ничего. Спустился к пупку. Все еще ничего. Когда он потянулся еще ниже, то был уверен, что вот-вот Минхо все-таки что-то скажет, но потом он коснулся своих трусов. И заколебался. Ему действительно стоило продолжать? Теперь он начинал раздражаться. Что за хрень творил Минхо? Может быть, Джисону стоило просто дать тому, что он хочет, и показать, что его не так-то легко запугать? Сыграть с ним в эту глупую игру? В какой-то момент Минхо пришлось бы отступить? Да? Решив не тянуть, Джисон сдвинул руку ниже и обхватил себя сквозь трусы. Конечно, этого должно было хватить. Он не знал, должен ли еще раз проверить рекцию Минхо или нет, но просто не мог заставить себя посмотреть, не с рукой на стоящем члене, пусть стояк и прикрывала тонкая ткань. Просто все это казалось слишком сюрреалистичным. — Продолжай, — он испытал некое подобие шока, услышав Минхо, который, по-видимому, все еще терпеливо ждал чего-то — чем бы это что-то ни было. Несмотря на то, какой хреновой идеей ему все это казалось, он испытывал слишком сильное любопытство и поэтому не начинал возражать. И из-за этого он просто закрыл глаза и принялся нервно тереть рукой член через трусы. Удивительно, но спустя несколько секунд он снова начал погружаться в то же состояние интимности, в котором находился всего несколько минут назад, до того, как его прервали. Он все еще был возбужден настолько, что быстро забыл о присутствии рядом Минхо, и вскоре скользнул рукой под нижнее белье, не испытывая никаких проблем. Боже, это ощущалось великолепно. Когда он сдвинул трусы и только-только двинул рукой по члену, низкий стон сбоку вырвал его из его собственного маленького мира, заставил остановиться на середине движения и потрясенно повернуть голову. Джисон понятия не имел, чего он ждал, но точно не этого. Прикусив нижнюю губу, Минхо пристально смотрел на него: — Не останавливайся, — взгляд Минхо то и дело перескакивал с лица Джисона на его руку, обхватывавшую член, и Джисон вдруг ощутил нечто необычное внизу живота. Минхо на самом деле нравилось смотреть, как он дрочит? Кажется, из всего, что с Джисоном происходило за последнее время, это казалось самым странным. — Пожалуйста. Минхо, говорящий «пожалуйста», застал Джисона врасплох. Определенно не та фраза, которую кто-нибудь от него частенько слышал. Или вообще хоть когда-нибудь. Он вдруг заметил, как участился его собственный пульс, и ему почудилось, будто тело охватило пламя. Что, если он просто откажется? Скажет Минхо, что ни за что не сделает это перед ним? Конечно, тот не заставит его продолжать насильно. Но… действительно ли Джисон не хотел этого делать? Правда заключалась в том, что он был слишком заинтригован и возбужден, чтобы останавливаться на текущем моменте. Он глубоко вздохнул и, на этот раз не сводя глаз с Минхо, чтобы не пропустить, что творится в его голове, снова принялся гладить себя. Минхо издал еще один тихий стон, приоткрыл рот и задышал чаще. Джисон его раньше никогда таким не видел, и, если бы он уже не считал его сексуальным, он бы соврал, говоря, что так не думает — сейчас бы он все равно передумал. Минхо сунул руку под свое одеяло, и Джисон, совершенно точно уверенный, что знает, что там происходит, вздрогнул. — Ты тоже хочешь посмотреть? — Минхо поймал взгляд Джисона и подождал ответа. Джисон сглотнул. Было ли это нормально — хотеть такого? Столько вопросов, но он ощущал такое сильное возбуждение… Хотя какая разница Джисону? Минхо все равно его уже видел, так что казалось вполне естественным отомстить. — Д-да, — дерьмо. Почему он звучал как школьница? Перевернувшись на спину, Минхо откинул одеяло и обнажил свою руку, оглаживающую очень четко очерченный нижним бельем твердый член. — Еще? — на этот раз Минхо не стал дожидаться ответа, а сразу же скользнул рукой вниз вдоль боксеров. Джисон не мог отвести взгляд. Чувствуя, как Минхо тоже смотрит на него, он во все глаза смотрел, как Минхо вытаскивает наружу свой твердый член и начинает играть с ним, лениво поглаживая. — Ч-черт, это выглядит горячо, — серьезно, Джисон не собирался говорить это вслух и теперь чувствовал, как краснеет. Ухмыляясь, Минхо даже не притормозил. — Да? Ты думаешь, что это горячо? — глядя на него, Минхо прикусил губу, и его рука продолжала двигаться по стволу. Джисон просто кивнул, продолжая нетерпеливо гладить себя и сохраняя зрительный контакт, время от времени переводя взгляд ниже, на то, как Минхо сжимает свой член с очень, как Джисон заметил, влажной головкой. — Знаешь, что еще было бы горячо? — тяжело выдохнул Минхо, и Джисон вдруг понял, что щеки того также порозовели. Он даже понятия не имел, хочет ли знать ответ, все еще опасаясь, вне зависимости от того, каким бы этот ответ ни оказался, но все равно покачал головой в ответ. — Если бы я позволил тебе трахнуть меня в рот. Если бы Джисон так не горел возбуждением, он бы точно тут же сошел с ума на месте. Минхо буквально заставлял его обезуметь. Его взгляд упал на губы Минхо, и никогда в жизни он настолько не хотел трахнуть чей-то рот. Он хотел заставить его давиться своим членом. — Тебе нравится мой рот? Тебе нравится мысль, что я высосу тебя досуха? — Минхо дразняще облизал губы, и Джисон внезапно ощутил, как из уголка его собственного рта потекла слюна. Он просто слизнул ее, и Минхо коротко рассмеялся и посерьезнел. — Хотя есть еще кое-что, что было бы еще горячее, ты знаешь? — он продолжал провоцировать, и Джисон уже так чертовски приблизился к оргазму, но его все еще слишком интересовало то, что говорит Минхо, чтобы просто так кончить, так что он замедлился, пытаясь продержаться еще немного. — Если бы я позволил тебе трахнуть меня. Джисон чуть не поперхнулся. Это серьезно происходило на самом деле? Он лежал рядом с Минхо, пока они оба себе дрочили, и Минхо пересказывал свои всевозможные фантазии? Застонав, он прикусил губу, пытаясь заткнуться. — Клянусь, мне было бы так тесно и жарко вокруг тебя, как ты думаешь? — теперь Минхо слегка стонал при каждом слове и двигал рукой жестче и быстрее. Блядь. Джисон сжал кулак сильнее, представляя на месте своей руки Минхо. Это было уже слишком. Минхо выглядел так чертовски сексуально, и все, о чем Джисон сейчас мог думать, — каково было бы толкаться в его задницу. Что Минхо с ним сотворил? Теперь он был так близко к оргазму, что практически ощущал боль, но при этом не хотел, чтобы Минхо останавливался, и пытался сдержаться еще хоть ненадолго, но это начинало казаться невозможным. — Клянусь, ты бы так хорошо меня заполнил, детка, — Минхо застонал, и у Джисона закружилась голова. Он дергал рукой как сумасшедший, зайдя уже слишком далеко для того, чтобы сосредоточиться на терпении, просто гнался за удовольствием, которое все нарастало и нарастало, становясь сильнее всего того, что он когда-либо испытывал ранее. — Хён, я… — слова застряли у него в горле, и он знал, как отчаянно должен был звучать со стороны, но все мысли о стыде уже давно его покинули. — Я бы просто дал бы тебе оттрахать себя до такой степени, чтобы не смог бы потом ходить, — заскулил Минхо и посмотрел на него жалобными глазами. — Черт, Минхо, я… я сейчас к…кончу… — Хотел бы я, чтобы ты кончил в меня, — слова Минхо вызывали такую зависимость, что Джисон практически терял от них сознание. — Кончи для меня, детка, — выдавил тот напоследок, и теперь Джисон наконец-то разрешил себе сломаться. Даже если бы он захотел, он, вероятно, не смог бы сдержаться ни на мгновение. Удовольствие было подобно взрыву. Выгнув спину, он издал громкий стон, затыкая себе рот другой рукой, чтобы не услышали снаружи. Он ощутил, как брызги спермы разлетелись по животу и потекли по руке, пока его член продолжал сокращаться. И тут он услышал похожий стон рядом с собой. Повернул голову и увидел, как Минхо разваливается на части, испытывая свой собственный оргазм. Джисон мог бы поклясться, что за всю жизнь не видел ничего прекраснее. Его идеальный профиль, его возбужденное выражение лица, когда он откинул голову назад, вызвали у Джисона восхищенный вздох, и он стиснул зубы. Минхо замедлился, все еще тяжело дыша с закрытыми глазами, но Джисон не мог перестать смотреть на него, хоть и сам еще не до конца пришел в себя. Неожиданно для себя он испытал желание коснуться его зачем-то, но зачем именно, еще сам не понимал, и быстро выбросил эту мысль из головы. И оттого он почувствовал себя абсолютно дезориентированным, стоило Минхо бросить в него пару салфеток с тумбочки. Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы прийти в себя и понять, что салфетки предназначены для того, чтобы вытереться начисто. Закончив, Джисон взглянул на Минхо и поймал его ответный взгляд. — Что произошло в туре, остается в туре, да? — улыбнулся тот. — Так или иначе, это было забавно. Доброй ночи, Джи, — и, не давая Джисону возможности ответить, Минхо уже повернулся к нему спиной и выключил свет, оставляя Джисона и наиболее расслабленным, но одновременно и наиболее напряженным по сравнению с тем, каким он был когда-либо; и Джисон беззвучно тоже пожелал ему спокойной ночи.