When the flower blooms

Теплый субботний вечер. Уён идет в сторону баскетбольного поля, находящегося на уличном стадионе Университета. Последние солнечные лучи приятно греют, и на лице парня появляется улыбка, когда он слышит отдаленные голоса и стук мяча о землю. — Уён-а! — до слуха Чона доносится голос Сонхва и, обернувшись в сторону трибун, видит старшего. — Иди сюда! Юноша ступает по невысоким ступенькам и садится рядом с наблюдающим за товарищеской игрой Паком. Команда Хонджуна сейчас играет с соседним Университетом, и матч вот-вот подойдет к концу, ибо время уже поджимает. — Команда хёна выигрывает? — спрашивает Уён, смотря на Чхве, что бежит с мячом и передает его капитану. — Да, хотя разрыв небольшой, — вздыхает Сонхва и глядит краем глаза на младшего. — Как у вас с Саном дела? — Все хорошо. На днях приедут его родители, познакомлюсь с ними лично, — парень ярко улыбается, заметив, как Сан машет ему. — Кстати, хён, я хотел спросить… Старший вопросительно смотрит на недоговорившего фразу Чона, а на его щеках появляется румянец. — Говори, не стесняйся. — Ну, в общем… Хонджун-хён был у тебя первым? — совсем тихо, чтобы только Сонхва услышал, произносит Уён. — В плане секса? — также тихо говорит Пак, на что младший кивает. — Да, а что такое? — Просто у нас с Саном еще не было, и не знаю, как намекнуть ему, что я уже готов к большему, — прикрыв глаза, парень смотрит на носки своих кед, пока Сонхва обдумывает его слова. — Ты вроде говорил, что раньше встречался с парнями? — Да, но до секса дело не доходило. Не знаю почему, — Уён переводит взгляд на Сана, вытирающего лицо своей майкой. — Возможно, я просто не привлекал их в этом плане, и не знаю, привлекаю ли Сана. — Уён-а, я вижу, каким взглядом смотрит на тебя Сан. Поверь, ты его очень привлекаешь — во всех смыслах. И знаешь, сексуальная близость между соулмейтами ощущается по другому — она тоньше и чувственнее, — с легкой улыбкой говорит Сонхва. — Скажи Сану все напрямую, это будет самый правильный вариант. — Думаешь? — Конечно, — старший встает с трибуны, заметив, что баскетболисты идут в раздевалку. — Пойдем, подождем их возле выхода.

***

Уён заходит вслед Чхве в квартиру, смотря на его широкую спину. После матча ребята зашли в супермаркет и закупились продуктами, чтобы приготовить ужин на вечер. Только у Чона до сих пор прокручивается в мыслях разговор с Сонхва, из-за чего он весь поход по магазину ходил задумчивым и немного рассеянным, уронив пару пакетиков со специями и пачку макарон. — Уён-а, с тобой все в порядке? — уже на кухне спрашивает Сан, когда юноша завис над пакетом с продуктами. — А, да, все хорошо, — мотнув головой, отвечает Уён. — Просто задумался. Чхве берет парня за руку и, приведя в гостиную, сажает на диван напротив себя. — Уён-а, расскажи, что тебя тревожит. — Просто, я… — делая вдох, Чон решается рассказать. — Не знаю, как тебе сказать, что готов на большее. У меня не было секса с парнями, и я не особо представляю, что должен делать. — Ты действительно готов и хочешь этого, Уён-а? — уточняет Сан, чувствуя в груди тепло от слов юноши. — Да, Сан-а, — более уверенно говорит Уён, посмотрев в глаза напротив. — Хорошо, тогда, попробуем сегодня, ладно? — увидя кивок, Чхве мягко улыбается и целует Чона в уголок губ. — А теперь пойдем готовить, иначе я съем тебя. Сан начинает целовать парня, на что тот заливисто смеется, уворачиваясь от игривых поцелуев.

***

Уён сидит на кровати в одном банном халате, пока Чхве после него принимает душ. Юноша немного волнуется, но при этом с предвкушением ждет Сана. Через пару минут Чхве появляется в проходе спальни в одном полотенце, закрепленном на бедрах, и вытирает свои светлые волосы. Чон видит, как по накаченному торсу стекают капли, после впитываясь в махровое полотенце, и его невольно пробивают флешбэки. Парень подходит к кровати, положив второе полотенце на спинку стула, и садится напротив Уёна. — Ты уверен, Уён-а? — доставая из прикроватной тумбочки смазку и квадратный пакетик, спрашивает Сан. — Да, я доверяю тебе, Сан-а, — произносит юноша и, обняв Чхве за шею, целует его. Сан, нависая над Чоном, начинает сминать его губы своими, постепенно переходя к скулам и шее. Распахнув халат, Чхве открывает себе вид на обнаженное тело и невольно облизывает его взглядом. Сан невесомо касается впалого живота и очерчивает ребра, останавливая пальцы на правой ключице, где красуется бутон белого тюльпана. Уён следит из-под опущенных век за Чхве, чувствует всем телом его присутствие и касания, от которых ведет. Сан, взяв смазку в руки, выдавливает ее себе на пальцы, и Чон отводит взгляд, слегка краснея. — Уён-а, скажи, если будет больно или неприятно, — просит Чхве, смазывая сжимающееся колечко мышц. Уён кивает, заставляя себя шире раздвинуть ноги, и вздрагивает, когда Сан вводит один палец. Наклонившись над парнем, Чхве целует его правую ключицу, отчего тот издает первый негромкий стон, ощущая разливающееся тепло в области тату и внизу живота. Сан переключается на грудь Чона, облизывает и прикусывает правый сосок, добавляя второй палец. Уён всем телом чувствует заботу и ласку Чхве, невольно вспоминая слова Сонхва: «Сексуальная близость между соулмейтами ощущается по другому…» Чон громко стонет, когда Сан надавливает уже тремя пальцами на простату, и выгибается в спине, поддаваясь навстречу. Сам Чхве только сильнее распаляется, ощущает приятное напряжение внизу живота и тепло в области правой руки, и в порыве прикусывает кожу на шее Уёна, вновь надавив пальцами на простату. Достаточно подготовив парня, Сан опирается на колени и снимает полотенце со своих бедер, беря квадратный пакетик. Чон цепляется взглядом за чужое возбуждение, краснея пуще прежнего и тихо сглатывая, пока Чхве натягивает презерватив на член. Сан гладит внутреннюю сторону бедер юноши, накрывает рукой его член, размазывая капельку предэякулята по головке, из-за чего Уён откидывается на подушки и стонет в голос, а Чхве словно током прошибает от такого парня. — Я вхожу, Уён-а. Чон кивает, немного расслабившись, и хватается за простынь, когда Сан входит головкой вовнутрь. Чхве медленно водит рукой по члену юноши, пытаясь отвлечь его от неприятных ощущений, и входит до основания. Внутри Уёна узко и тепло, и Сан позволяет себе простонать, хватая руками бедра юноши. Он начинает делать плавные толчки, чувствуя, как Чон невольно поддается навстречу. Комната наполняется стонами и негромкими шлепками кожи о кожу, а цветок каждого отдает приятным теплом. Чхве, вновь нависнув над Уёном, мокро целует его, ловя своими губами стоны. — Ты так прекрасен, Уён-а, — прерывисто шепчет Сан куда-то в шею парня, ускоряя толчки. — Так хорошо меня принимаешь. — Сан-а… ах, Сан-а… — Чон впивается ноготками в широкие плечи Чхве, оставляя красные полосы на коже, и обнимает ногами его узкую талию. — Я люблю тебя. Сан-а. — Я тоже, Уён-а, — Сан смотрит в затуманенные глаза Уёна. — Люблю тебя. Чхве впивается в губы юноши чувственным поцелуем, сплетает их языки и активно двигает бедрами, ощущая, как дрожит тело под ним. Чон кончает на свой живот через пару минут, с именем соулмейта на устах, и постанывает, пока парень делает финальные толчки. Сан, кончив в презерватив и томно простонав, выходит из юноши и ложится рядом. Их взгляды встречаются, тату приятно горят, и у обоих появляется улыбка на лице. Уён нависает над Чхве и касается его носом своим, чувствуя теплое дыхание на своих губах. Связь между соулмейтами намного крепче и глубже, чем кажется, и Чон сейчас, подумав об этом, мягко целует Сана, ощущая теплую пульсацию в области правой ключицы.