Вернись ко мне

По тёмной комнате разносится раздражающий звук будильника, Чон не глядя пытается его выключить, когда ему наконец это удаётся, он садится на кровать. — Доброе утро, Чими… — замолкает. Точно, его нет. Это просто привычка, каждое утро звать его, вот только он не придёт. Чонгук тяжело вздыхает и идёт умываться. За два месяца его жизнь превратилась в обычную рутину: встать, умыться, покурить, отсидеть пары, тренировка, мастерская и снова дом. После ухода Чимина его жизнь потеряла краски. Этот мандариновый омега подарил ему смысл жизни, а потом беспощадно забрал обратно. «Чонгук, я нашёл истинного, поэтому ухожу, но я по-прежнему твой друг», — улыбаясь сказал тогда омега. Друг? Как можно быть друзьями, когда уже столько всего было. Они планировали будущую жизнь, на следующий день рождения он хотел подарить омеге свою метку. У них должно было быть двое прекрасных детей и миленький пёсик. А что теперь? А теперь он один в этом мире. Теперь никто не будет будить по утрам, целуя в щеку, не будет заливистого смеха, милой улыбки от просто поцелуя, не будет сладких стонов и крепких объятий, ничего не будет. У него теперь истинный. Сидя в столовой университета со своими друзьями, Чонгук и ложки в рот не положил. — Чонгук, ну хватит, поешь хотя бы, — носится над ним Джин. — Не хочу. — Так, ложечку за папулю, за мамулю, за Тэхени! — слышит Чонгук уже знакомый голос, когда кто-то сзади тычет ему в рот ложкой. — Твою мать! — орёт Чон, подскакивая. Как и ожидалось, за ним стоит Ким. — Скучал, пупсик? — Какого хрена ты тут делаешь? — Учусь. Все пооткрывали рты. — Тэ, хватит к людям приставать, — подходит к ним тип из бара. — Я не пристаю — Пристаешь! — хором отвечают все. Тэхен корчит грустную физиономию. — А что мне делать, если ты, Чон Чонкуг, запал в моё маленькое омежье сердце, и я теку только смотря на тебя? — громко голосит Ким на всю столовую. На них уже все студенты смотрят. А Чон подлетает к Киму и закрывает ему рот рукой. — Выйдем поговорим, — строго говорит он, а Ким лишь кивает. — Чон Хосок, студент хореограф! — представляется парень остальным, — походу мы с вами теперь будет часто пересекаться. В туалете стоят несколько студентов, пока туда не врываются двое. — Пошли все вон! — орёт Чон и толкает Кима к стене. Туалет тут же пустеет. — Что ты лезешь ко мне? Ким молчит. — Ещё раз, что тебе от меня нужно? Тишина. — Да блядь, скажи хоть слово! — Я тебя расстроил? — грустно спрашивает Ким. — Что? Слушай, объясняю для непонятливых, ты лезешь не к тому человеку, мне твои игры не интересны. Завтра сходим на твоё долбанное свидание, и ты отправишься на все четыре стороны. Ясно? Взгляд Кима тут же темнеет. — Неприступная гора Чон Чонкуг, теперь послушай меня. После первого взгляда на тебя я потерял рассудок, ты мне нравишься, и я не отступлю! Чон теряется, он впервые видит, чтобы омеги были такими напористыми. — Послушай, Тэхен, у меня тяжёлый период, мне сейчас все вот это не надо. И так проблем по горло, а влюблённый и сопливый омега мне тем более сейчас не нужен (нужен, но другой). Так что иди и веселись в другом месте, — говорит Чон и поднимает свой взгляд на Кима. По лицу Тэхена стекает слеза (вот говорил папуля надо на актёрский поступать, надо было слушать папу). — Просто… я просто хочу быть рядом, почему нельзя? — Господи, как же с тобой сложно. — Почему? — Потому что я люблю другого и больше мне никто не нужен (слышишь, Чимини?). — Я не отступлю! — вдруг орёт Ким. — Ты вообще слушаешь? Ким отталкивает Чона и выбегает в коридор. — Не отступлю! Господи, ну что он за человек такой? Попробую с ним все обсудить завтра. Чонгук нащупывает в своём кармане какую-то бумажку. «Завтра в 5 вечера я за тобой заеду, пупсик!». Твою мать! Сегодня в мастерскую ему не надо, поэтому Чон хотел ещё остаться в университете и потренироваться, но его отвлек звонок. Когда Чонгук посмотрел на дисплей, то чуть не выронил телефон из рук: «Мандаринка» — А-алло, — дрожащим голосом отвечает Чонгук. — Гуки, привет, не хочешь встретиться в кафе? — доносится из динамика весёлый голос омеги. — Д-да, конечно. — Тогда я тебя жду в кафе, которое недалеко от университета. — Буду через 10 минут. Чон отключает вызов, как пуля закидывает свои вещи в портфель и бежит на выход. Кафе «Звезда». Чонгук залетает в кафе и осматривается. Вот он, сидит возле окна. Розововолосый, в белой блузке, светло-зеленых брюках и таком же пиджаке. Его Мандаринка. Руки трясутся от страха, а сердце прыгает по всему телу. Рвётся к своему любимому. — Мандаринка, рад тебя видеть! — пытается успокоить свой голос Чонгук и протягивает Чимину наспех купленный букет белых лилий (его любимые). — Гуки, я тоже рад тебя видеть, спасибо большое за букет! — улыбается омега. Черт, его улыбка. Чону сразу принесли кофе и вишнёвый пирог. — Я знал, что ты любишь, и решил заказать. — Спасибо. — Гуки, ты неважно выглядишь, что-то случилось? Ты ещё спрашиваешь! — Нет, нет, все хорошо. Как ты? — У меня тоже все хорошо! — отвечает Чимин поглаживая свою ладонь. Взгляд Чонгука падает туда и он замирает. На маленьких и красивых пальчиками его омеги красуется уродливое, ярко поблескивающее золотое кольцо. У Чонгука кулаки под столом сжимаются. — И когда? — грустно говорит Чон. — Через полгода, я хотел тебе сообщить сам. Гуки, мы ведь друзья, поэтому… — Чимин не договаривает. — Как ты так спокойно можешь называть нас друзьями? Неужели все, что было, для тебя ничего не значит?! — грубо спрашивает Чон. — Я… Гуки… конечно, значит, но теперь все по-другому, и с этим нужно смириться. — Смириться? С тем, что откуда не возьмись появляется какой-то альфа и забирает моего омегу? Чимин, хватит. Я устал, у меня нет сил, так что я пойду. — А, да, конечно. Тогда увидимся в следующий раз? — Если я смогу (если я смогу снова видеть тебя таким счастливым и знать, что причина тому не я). На следующий день Чон не идёт ни на занятия, ни на тренировку, ни в мастерскую. Он просто сидит в середине их комнаты и думает. Почему он так со мной? Что я сделал не так? Неужели он лучше меня? Но ведь ты говорил, что любишь меня, значит, врал? Его мысли нарушает какой-то шум внизу. Чон спускается на первый этаж и видит, как дворецкий пытается не пускать омегу в дом. Но омега намного сильнее и ловчее старого дворецкого. — Пупсик, скажи своему церберу, что ты меня знаешь. — Пусти его, Донген, я его знаю. Дворецкий слушается и тут же покидает помещение. — Зачем припёрся? — Как же у нас свидание вообще-то, я предупредил, что заеду за тобой. — Я никуда не поеду, можешь не платить за ремонт, — сухо отвечает альфа. — Ну уж нет, уговор есть уговор, со мной такие дела не пройдут. Да и ты какой-то грустный, так что надевай свою куртку и айда за мной!